Хрустальное сердце

Этим вечером дождь в Нью-Йорке был таким, будто сам Тор решил постирать свои простыни, выжимая их прямо над Бруклином. В заброшенном доке, пахнущем ржавчиной, рыбой и неопознанной инопланетной органикой, царил хаос, идеально гармонирующий с погодой. — Стабилизаторы, ускорители, парочка бластеров сомнительной сборки... — голос Тони Старка, усиленный динамиками костюма, звучал скучающе. — Эх, даже похимичить не с чем. Сплошной ширпотреб с блошиного рынка Контр-Земли. — Главное, чтобы ничего не взорвалось, пока мы все это не упаковали, — прагматично заметил Стив Роджерс, с лёгкостью приподнимая стальную балку, преграждавшую путь к ящикам. Наташа Романофф, тенью скользящая по периметру, внезапно замерла. — Тони. Вон тот шар. Видишь? Тот самый «шар» представлял собой нечто, напоминающее хитроумный ювелирный механизм, помещенный внутрь сферы из тёмного, почти чёрного хрусталя. Внутри него медленно вращались концентрические кольца, испещрённые мерцающими символами. — А вот это уже интереснее, — оживился Старк, направляя сканеры. — Энергетическая сигнатура… неизвестна. Ни на что не похожа. — Осторожнее, — снова предупредил Стив, но было поздно. Шар издал высокий, визжащий звук, от которого заложило уши, и вспыхнул ослепительным голубоватым светом. Мстители инстинктивно зажмурились. Когда свет рассеялся, на полу, среди оплавленного бетона и обломков, лежал мальчик. Лет пяти, не больше. На нём была рваная, мокрая толстовка с капюшоном, болтавшаяся на худеньком тельце, а на груди, прямо под ключицей, врастал в кожу осколок того самого хрусталя, тускло пульсирующий тем же голубым светом. Ребёнок был без сознания. Наступила мёртвая тишина, нарушаемая лишь шумом дождя. — Что... — Тони приземлился, забрало его шлема с шипением отъехало, открывая ошеломлённое лицо. — Что это, простите, такое? Стив уже был на коленях рядом с мальчиком, двумя пальцами аккуратно нащупывая пульс на худой шейке. — Жив. Дышит. Но что у него... на груди? — Шар, — холодно констатировала Наташа. — Не снаружи. Внутри. Старк, сканируй. Тони щёлкнул пальцами, и несколько мини-дронов выпорхнули из его костюма, облепив ребёнка жужжащим роем. — Жизненные показатели... стабильны, чёрт побери. Но этот осколок... Ребята, я не могу определить его природу. Он излучает какую-то энергию, которую мои системы классифицируют как «магия, не подлежащая идентификации». И он... сросся с тканью. Попытка удалить — фатальный исход. Больше смогу сказать в башне. *** В своей отведённой ему скромной (по меркам пентхауса) комнате в Башне Мстителей, Локи, бывший бог, а ныне — владелец стильного ошейника-подавителя и объект для воспитательных бесед капитана Америка, почувствовал нечто странное. Не боль. Не радость. Скорее... изжогу. Только не в желудке, а где-то в районе того места, где раньше обитала его магия. Словно кто-то зажёг крошечную, но настырную свечку в тёмной, заброшенной пещере его существа. Он подошёл к окну, глядя на залитый дождём город. Уголок его губ дрогнул в подобии улыбки. — Любопытно, — прошептал он в стекло. — Что это ты там такое притащили, герои?