Хрустальное сердце

Глава 8. Буря Тишина в комнате Питера становилась звенящей. Он сидел, вжавшись в угол кровати, и его маленькое тело содрогалось от каждого шороха за дверью. Но дверь оставалась закрытой. Локи не приходил. Страх, холодный и липкий, заползал внутрь, вытесняя воздух из лёгких. Ему снова снилась тётя Мэй. Тот же грязный подвал, тот же шприц в её дрожащих пальцах. Только теперь её глаза были полны укоризны. «Ты оставил меня,Питер... Ты сбежал...» — Нет... — вырвалось у него шёпотом. — Я не хотел... Артефакт на его груди, до этого лишь слабо пульсировавший, вспыхнул ядовито-лиловым светом. Воздух в комнате затрещал. Игрушечный медвежонок на полке взорвался, разбрасывая синтепух, который на лету превращался в стайку бумажных бабочек. В командном центре Тони вскочил, опрокинув чашку с кофе. —Красный уровень! Энергия зашкаливает! Брюс! Брюс, уже бегущий к консоли, с ужасом смотрел на показания. —Это не просто выброс... Это каскадная реакция! Неконтролируемая положительная обратная связь! Его страх питает артефакт, а артефакт усиливает страх! Дверь в комнату Питера дрогнула, и из-под неё повалил розовый, сладковато-пахнущий дым. Металлическая рама начала прогибаться внутрь, издавая скрежещущий звук. — Наташа, Стив, к комнате! — крикнул Тони в радиосвязь. — Готовьтесь к худшему! Системы жизнеобеспечения блока выходят из строя! За своей запертой дверью Локи стоял, прижав ладони к стенам. Он не просто чувствовал бурю — он ощущал её каждой клеткой своего существа. Это была мощь, сравнимая с гневом Одина, но дикая, неотёсанная, лишённая всякого контроля. И вся она была пропитана одним-единственным чувством — абсолютным, всепоглощающим страхом покинутости. Уголок его губ дрогнул в подобии улыбки. Они сами подписали себе приговор. В командном центре Стив и Наташа, облачённые в защитные костюмы, пытались подойти к двери. —Давление за дверью запредельное! — доложила Наташа, едва перекрывая вой сирен. — Мы не сможем её открыть! — Локи! — рявкнул Тони в общий канал. — Ты доволен? Ты этого добивался? Голос Локи в ответных динамиках прозвучал ледяно и спокойно. —Я? Я лишь предупреждал. Вы решили, что можете управлять силой, которую не в состоянии понять. Вы отняли у него единственное, что давало ему контроль. И теперь пожинаете плоды. Наслаждайтесь зрелищем. В этот момент стена командного центра... задрожала. Голографические экраны поплыли, как картины Сальвадора Дали. Пол под ногами стал мягким, словно зефир. — Он выходит за пределы комнаты! — закричал Брюс. — Эффект распространяется! Тони, если мы не остановим это, через пять минут вся Башня превратится в пародию на сюрреалистическую живопись! Стив Роджерс, отброшенный очередной волной искажённой реальности, поднялся на ноги. Его лицо было суровым. Он посмотрел на Тони. —У нас нет выбора. Тони с ненавистью посмотрел на заблокированную дверь Локи на мониторе. —Чёрт! — он с силой ударил кулаком по столу. — Чёрт, чёрт, ЧЁРТ! ОТКРЫВАЙТЕ ЕМУ ДВЕРЬ! Магнитные замки на двери Локи щёлкнули. Дверь отъехала. Локи вышел в коридор, не торопясь. Он не выглядел торжествующим. Он выглядел... деловым. — Наконец-то, — произнёс он, проходя мимо Стива и Наташи, направляясь к комнате Питера. — Отойдите. И не мешайте. Дверь в комнату Питера была деформирована так, что её уже нельзя было открыть. Локи не стал пытаться. Он просто приложил к ней ладонь. Металл под его рукой поплыл, превратившись в подобие жидкого стекла, и он шагнул внутрь. Комната была эпицентром безумия. Пол был покрыт травой, с потолка капала шоколадная глазурь, а Питер, рыдая, сидел в центре этого хаоса, прижав руки к голове. Локи, стиснув зубы, пробивался сквозь бурлящую реальность. Он упал на колени перед мальчиком, схватил его за плечи. —Питер! — его голос прорвался сквозь гул, властный и резкий. — Слушай меня! Это не ты! Это ОНО! Вспомни уроки! ДЫШИ! Питер взглянул на него, и в его глазах, полыхующих отражением безумия, мелькнуло признание. Локи прижал руку к артефакту. На этот раз он не крал силу. Он стал громоотводом. Он принял в себя всю эту дикую, разрушительную энергию и, не впитывая, рассеял её. Это была адская работа. Каждая клетка его тела кричала от боли, ошейник дымился, но он держался. Буря стихла. Комната, или то, что от неё осталось, замерла. Питер, обессиленный, потерял сознание. Локи тяжело дышал, поднимаясь на ноги. Он вышел в коридор, где его ждали бледные Мстители. —В следующий раз, — произнёс он, поправляя на шее дымящийся ошейник и бросая на Тони едкий взгляд, — может, вы послушаете меня с первого раза. Он развернулся и ушёл в свою комнату, оставив их разбираться с последствиями. Победа была за ним. И все это знали.