Монстр

      — Что ты обо мне думаешь, Тэхен?       Они снова сидели у стекла. Они только что поговорили о том, каково было Чонгуку скрывать свою личность от соседа по комнате.       — Что я о тебе думаю?       Чонгук кивнул.       — Мы всегда говорим обо мне. Ты вообще никогда ничего не рассказываешь о себе. Я даже не знаю, работаешь ли ты где-то еще, когда тебя нет здесь. Я знаю… ты мой психотерапевт, и тебе не стоит раскрывать какую-либо личную информацию, поэтому я спрашиваю о твоем мнении обо мне. Не как психотерапевт. Как человек. Как… друг.       Тэхен не знал, что сказать. Чонгук впервые назвал его другом. Или открыто признался, что ему нравится его компания.       Он не смог сдержать улыбку.       — Значит, теперь мы друзья?       Чонгук ухмыльнулся.       — Да. Так каков твой честный ответ? Что ты обо мне думаешь?       Тэхен задумался. Полгода назад он бы сказал, что Чонгук холодный и пугающий. Что он совсем его не понимает и что иногда Чонгук его пугает.       Теперь… мнение Тэхена немного изменилось.       — Во-первых, ты мне нравишься как человек. С тобой весело общаться, и я честно думаю, что при других обстоятельствах мы бы подружились, но… — он замялся, — …ты все еще пугаешь меня. Знать, что ты сделал и что ты можешь сделать со мной… довольно страшно. Даже после всего того времени, что мы провели здесь вместе, я до сих пор понятия не имею, кто ты такой. Вся информация, которую я получил, сводилась к тому, что ты не человек. Вот и все.       Чонгук усмехнулся.       — Потому что это вся информация, которой они располагают. Я… — он, казалось, что-то обдумывал. — Я не могу рассказать тебе больше… не сейчас. Не здесь.       Тэхен не знал, как реагировать на это заявление. На что оно указывало. Чонгук предполагал, что выберется отсюда. С немалой долей уверенности. Тэхен не знал, как к этому относиться.       Чонгук, кажется, заметил это.       — Эй, ты бледный как привидение. Не волнуйся, я тебя не трону.       Он усмехнулся, встал и потянулся. Сегодня он был в довольно хорошей форме, в отличие от предыдущих разов. Может быть, Тэхену просто казалось, но эксперименты явно становились все хуже и хуже.       — Мне нужно поскорее выбраться отсюда… это… — Чонгук замялся, — …они обычно слушают записи?       Сердце Тэхена забилось быстрее. Что Чонгук собирался рассказать?       — Они не смотрят, пока я не скажу им, что там есть что-то интересное.       Тэхен не лгал. За последний год они практически перестали получать что-либо от Чонгука через него. В их глазах Тэхен приходил сюда только для того, чтобы развлекать их подопытного.       — Ты что-нибудь скажешь им? — Чонгук пристально посмотрел на него.       На секунду Тэхен замешкался.       — Ты хочешь сбежать отсюда?       Чонгук покачал головой.       Тэхен кивнул. С его плеч словно гора свалилась. Если бы Чонгук поделился с ним чем-то подобным, он бы не знал, что делать. Если бы он донес на Чонгука, то именно из-за него тот остался бы здесь. Он причинил бы много боли парню, который занял место в сердце Тэхена, как бы тот ни отрицал это. Но если бы он не сдал и Чонгук сбежал бы, то в любой смерти, причиной которой стал бы Чонгук, был бы виноват и Тэхен. Он бы выпустил в мир хладнокровного убийцу.       Тэхен не смог бы справиться с такой ответственностью.       — Тогда я не буду. Пока речь не идет о побеге, я никому не скажу.       Чонгук улыбнулся, и его взгляд стал намного мягче, чем привык наблюдать Тэхен. Полный благодарности.       — Возможно, это немного странно звучит, но ты же знаешь, что у кошек девять жизней, верно? — спросил Чонгук, снова садясь рядом со стеной. Если бы не стекло, они могли бы сейчас протянуть руку и дотронуться друг до друга.       Тэхен кивнул. Ему было любопытно, что же собирается рассказать ему Чонгук.       — Для меня это примерно то же самое. Но жизнь не ограничивается каким-то определенным числом. В каком-то смысле я краду жизни других людей. Когда я убиваю кого-то, это увеличивает мою продолжительность жизни. Одна смерть — это примерно пять лет жизни… если только я не получу смертельное ранение. В тот момент, когда я умираю от подобных ран, мое тело переключается на следующую жизнь.       Тэхен не знал, что на это ответить. С одной стороны, это было круто, но с другой… скольких людей Чонгук убил до этого? Сколько забрал жизней?       — Значит, твое тело может умереть от того же, от чего умирает обычный человек?       Чонгук покачал головой, меняя позу.       — Нет, это не так. Я гораздо выносливее человека. Иначе я бы умирал каждый раз, когда они вводят мне этот транквилизатор. Я восстанавливаюсь гораздо быстрее человека, и чтобы лишить меня жизни, нужно приложить больше усилий, но это вполне возможно, — Чонгук ухмыльнулся. — Видишь, теперь ты кое-что обо мне знаешь!       Тэхен раздраженно вздохнул.       — Я не знаю, что делать с этой информацией. Я до сих пор не могу поверить, что ты не человек. Когда я с тобой разговариваю, ты кажешься таким человечным… я просто не могу в это поверить.       — Наверное, так даже лучше. Так ты не будешь думать, что было плохой идеей прийти сюда без оплаты, — Чонгук перевернулся на спину. — Ты заставил меня обратить на себя внимание. Раньше я бы, наверное, просто забыл о тебе, если бы выбрался отсюда, но сейчас… думаю, я бы тебя искал.       От этой мысли Тэхену стало как-то не по себе. Не было никаких явных признаков того, хорошо это или плохо. Собирался ли Чонгук найти его, чтобы убить, или он хотел снова увидеть его как друга.       После всего, что произошло за последние полгода, Тэхен надеялся, что второй вариант.       Потому что нельзя было отрицать, что он заботился о Чонгуке… больше, чем следовало бы.