Еж внутри змеи

— «… что вы думаете по поводу этих самоубийств? Очевидно, что с промежутком в несколько дней, это довольно странно, не находите?» — «Да, верно, это беспрецедентный случай. Насколько мне известно, рядом с обоими нашли пустые бутылки белизны, первой версией, конечно, выдвинули самоубийство, но от дальнейших комментариев полиция отказалась». — «Вероятно, они сами сбиты с толку. Бывают ли такие совпадения? Или это групповое само…» Чонгук выключил радио и повернул руль вправо, въезжая в частный сектор. Улица была узка и малолюдна. Крыши домов не поднимались выше третьего этажа. Водитель завернул в нужный переулок. Машина остановилась около крыльца. Это был одноэтажный дом с забором и обычным дверным звонком без видеонаблюдения. Чонгук проследил за сорванной сигнальной желтой лентой «не пускать» и нахмурился. Вновь какие-нибудь любопытные хулиганы баловались, неужели сложно было оставить одного рядового на месте? Он толкнул калитку и попал во внутренний небольшой дворик. Маленький цветник расположился слева от дорожки, ведущей к дому. Чонгук поднялся по ступеням, нырнул внутрь. Исходя из заключения следствия с большей вероятностью здесь произошло стандартное самоубийство. Тело нашли в постели спальни, следов борьбы не выявили. Рядом была обнаружена пустая бутылка, чье содержимое полностью выпил парень двадцати пяти лет. По результатам экспертизы причина смерти — асфиксия на фоне острого отравления хлором. Смерть наступила во время поездки родителей погибшего в санаторий. Мотив для самоубийства сомнителен: у погибшего были проблемы на работе с коллегами, но никто из допрошенных не заметил признаков нестабильного состояния или изменений в поведении. Следствие зашло в тупик, поэтому дело направили в третий уголовный отдел прокуратуры Сеула прокурору Чон Чонгуку. Мужчина в бахилах прошел по коридору к спальне, по пути натягивая резиновые перчатки, открыл дверь. В нос ударил резкий неприятный запах, будто выбросили помои. Около окна находилась кровать, вдоль стены расположился письменный стол, а в дальнем углу — шкаф-купе. Постель была смята, на простыне проступала желтая лужа — последствия реакции на ядовитые химикаты. Чонгук обошел кровать, заглянул под нее, осветив пол фонариком телефона. Пусто. Ничего примечательного. Он поднялся, еще раз осмотрелся. Окно было раздвижным и не имело защелки. Чонгук потянул за раму, открывая вид на забор и глухую стену чужого дома. Мужчина выглянул из проема, посмотрел вниз на асфальт. Первый этаж, проблем залезть нет, забор невысокий. Если допустить, что в данной комнате произошло не самоубийство, то посторонний человек мог безпрепятственно проникнуть в дом, не оставив следов взлома. Чонгук закрыл окно и принялся рыскать в прикроватной тумбочке, ящиках стола. Полиция не обнаружила никакого послания или предсмертной записки. Удивительного здесь ничего нет, по статистике менее 40% самоубийц стремятся объяснить свой поступок. Однако хоть какая-нибудь зацепка обязана быть, личный дневник, например. В истории браузера суицидальных запросов или намеков установлено не было; переписки так же молчали, никто из собеседников не выходил за рамки, общение было подозрительно спокойным. Полицию вызвали родители парня, они же настаивали на том, что их сын не мог совершить суицид, тем более таким образом. Кан Минги работал маркетологом в косметической компании и недавно стал моделью новой линейки уходовых кремов. За внешностью он следил особенно трепетно, отчего совершенно неясно, какова причина выбора подобного отталкивающего способа смерти. Чонгук настолько погрузился в свои размышления, что не сразу различил посторонний звук. Он вскочил на ноги и обернулся на шорох. В двух шагах от Чонгука стоял высокий парень с темными волосами в обычной футболке, джинсах и латексных перчатках на руках. Судя по телосложению, внезапный гость был не старше двадцати пяти, а лицо казалось ещё моложе. Наверняка не обычный проходящий мимо зевака, такому точно не понадобились бы перчатки. СМИ давно урвали эксклюзивные кадры с места происшествия, каждая газета сочла необходимостью указать адрес погибшего, ведь случился второй суицид. Кому ещё мог понадобится дом из новостей? Студентам журфака или местным фанатам криминальной темы. «Не похож на студента. Неужели теперь журналисты настолько бессовестные пошли, что совершенно не видят берегов?» — пронеслось в голове. Чонгук сощурил глаза и развернулся всем корпусом к незнакомцу. Видимо, вот так теперь выглядят хулиганы, рыскающие по местам происшествий. — Ой, не притворяйтесь, что работаете, лучше уйдите и дайте мне осмотреть комнату. — Вы кто? — четко и кратко спросил он, показав бейдж прокурора Западного округа Сеула с собственным фото на нем. — Смею предположить, что субъект, который не имеет никакого отношения к произошедшему здесь лишению жизни. Тогда следующий вопрос: на каком основании вы заявились здесь и предъявляете претензии к госслужащему? Чонгук пристально посмотрел в глаза парню, который не нашелся с контраргументом. Что и следовало ожидать. Прокурор отвернулся, так и не получив внятной реакции. Неотесанный стрекулист. Потеряв интерес к неожиданно появившемуся раздражителю, Чон продолжил изучать полки над письменным столом. Здесь было уйма книг по экономике, маркетингу и менеджменту, тетради с вычислениями и ни одного листка с личными мыслями. Действительно, как искать нужный документ в безразмерном хранилище бюрократических бумаг. Прокурор направился к шкафу, раздвинул дверцы. Костюмы, рубашки, штаны и брюки на вешалках, остальные вариации одежды на полках, носки, лежащие вразнобой. Ничего подозрительного и странного. Завершив со спальней, Чонгук направился в ванную. Если гость, который не имел права находиться в этом доме, что-либо вытворит, ему дорога в кабинет допроса и выписка штрафа за порчу места происшествия. Зубные щетки, пасты, бесчисленное множество кремов и другой косметики, скорее всего, большая ее часть принадлежала сыну. Широкое зеркало висело над раковиной, и небольшое круглое с подставкой лежало перевернутым на стиральной машине. Чонгук взял его за ножку, поднял, обнаружив на отражении трещины из центра. Кто-то неповоротливый из полицейских успел разбить предмет? Он не удивится, если так оно и было. Прокурор поставил прикроватное зеркальце прямо. Что-то не так. Точечный удар был направлен в центр, откуда линиями поползли трещины. Чонгук огляделся на наличие твердых объектов с значительным выступом вверх, но не обнаружил. Будто кто-то специально разбил его. Погибший? Маловероятно, он не выказывал недовольство своей внешностью, напротив, был уверен в ней, в следствие чего принял предложение на съемки рекламы. Человек, который стал моделью, стремился бы заменить зеркало на новое. Чонгук достал смартфон, сфотографировал возможную улику. Наконец-то нашлась зацепка. Он прошарился по полкам с бытовой химией, обнаружил наполовину использованный концентрат белизны. Марка производителя отличалась от той, что нашли около кровати погибшего. Данный факт ни о чем существенном не говорил, Кан Минги мог специально купить новый отбеливатель, намереваясь выпить весь, чтобы летальный исход гарантировано наступил. Однако Чонгук сделал в голове пометку, ему ещё придется вернуться к способу смерти. — Знаю, что сказанное мной для Вас не является важным, — послышалось из коридора, — однако учтите, что у девушки, совершившей самоубийство тем же способом на прошлой неделе дома был обнаружен такой же отбеливатель, а у неё, к слову, никакой бытовой химии не было. Она была эко-активисткой, не использовала такого рода средства. Внезапная глубокая осведомленность репортера об этих двух делах вызвала недоумение, отчего Чонгук насторожился. В рапортах не было ни слова о том, что жертва поддерживала движение эко-активистов. Что ж, однако это не меняло того факта, что человек, решившийся на отчаянный поступок, мог нарушить собственные убеждения в угоду осознания собственной никчемности и наказать себя. Изощренным способом. Вследствие чего довод журналиста он пропустил мимо ушей. — Знаете, многие даже не знают, что подобное самоубийство произошло пять лет назад, тот же способ, тот же отбеливатель. — незнакомец не унимался, желая высказать свое безосновательное суждение. — Покопайтесь в архивах, если, конечно, они сохранились. Прокурор закончил с осмотром дома, поэтому стянул латекс, когда парень прошел мимо на выход. Пять лет назад? Откуда этот субъект настолько осведомлен о самоубийствах? Нельзя исключать, что он связан с ними не просто как сотрудник новостного портала или газеты. Чонгук нахмурился, провожая спину уходящего по дорожке парня. «Он подозрителен. Есть суждение, что непойманные убийцы любят возвращаться на места преступлений. Однако настолько глупо себя выдать было бы бессмысленно: зачем успешно скрываться продолжительное время, чтобы потом проколоться», — рассуждал прокурор, выйдя следом из калитки. Запомнить номер мотоцикла сложности не составило, Чонгук сразу отправил сообщение своему помощнику, чтобы тот пробил транспортное средство и скинул досье владельца. Судя по габаритам и дизайну, это была модель Кавасаки премиум класса, которая по цене не уступала Хендай Грандер, что купил в прошлом году Чонгук. Копаться в чужом белье действительно прибыльное дело. В прокуратуре пришлось задержаться, так как Чонгук решил проверить правдивость слов журналиста. Звали его Ким Тэхен, работал он в Санмун Дейли, окончил университет на факультете журналистики четыре года назад, не женат, родители — видные бизнесмены, уличен в нарушениях закона не был, больше никакой примечательной информации. Этот Ким оказался прав, пять лет назад произошел почти идентичный случай с девушкой-студенткой. Причина смерти та же, отбеливатель одинаковой марки, только одна деталь отличалась: предсмертная записка. Ее нашли рядом с погибшей, содержание предложений было типичным для самоубийцы. Девушка страдала от неразделённой любви, была разочарована в себе и жизни. За несколько месяцев до происшествия посещала косметологическую клинику. Совершенно не новость, что студенты часто выбирают подарком на день рождения поход к пластическому хирургу, чтобы выглядеть привлекательнее и в будущем устроиться на лучшее место работы. Пока устойчивой связи между тремя жертвами Чонгук не выявил. Разный пол, возраст, сфера деятельности. Второй случай: женщина тридцати пяти лет, повар в ресторане, содержащая больного отца и сына, который еще не окончил второй год старшей школы. По результатам следствия совершила самоубийство из-за скопившихся долгов на лекарства и школу. — Знаете, сонбэнним, несколько раз перепроверил цифры доходов и расходов, вот посмотрите, — Ли Енкван, помощник Чона, передал выписку заработной платы и основных затрат прокурору. — Возможно, там действовала льгота, отчего лекарство стоило в два раза дешевле, потому что реальная цена существенно бы сократила бюджет. Даже если накинуть расходы на покупку дополнительных аксессуаров, на выплаты кредита по образованию и покупку лекарств, не получается суммы больше заработной платы, пособия и алиментов. Чонгук пробежался взглядом по строчкам и в который раз за день нахмурился. Заключение полиции могло быть признано несостоятельным. Однако дело закрыли до случая с Кан Минги. Неужели связь в том, что все три инцидента были расследованы в участке Чонам-дон? Это пока единственное совпадение. Чон вернулся к событиям в доме погибшего. Журналист без любезностей предъявил, чтобы «не делали вид, что работаете». Значит, он был убежден: полиции доверять нельзя. Ким знал что-то еще? Чонгук открыл заново досье парня и набрал указанный номер. Необходимо было встретиться. Он хотел выудить всю информацию, которой располагал репортер. — Ким Тэхен? Чон Чонгук, прокурор, который осматривал сегодня утром дом. Кафе «Страсть №5» на Итэвон через час. Не опаздывайте. Чонгук не распылялся на пустые приветствия и объяснения. Он был уверен, что журналист не проигнорирует его звонок. Однако если допустить, что Ким не явится, Чон ничего не потеряет. Он любил это кафе за качественное кофе и посадочные места с перегородками. Ко всему прочему, оно находилось недалеко от прокуратуры, что было весьма удобно. Учитывая проходимость мотоцикла в пробках, Чонгук дал достаточно времени на дорогу. Осталось только распределить документы по стопкам и выдвигаться.