Именинникам не отказывают

      Василиса рассеяно листала страницы очередного фолианта, одолженного ей учителем на их последней встрече, и игралась с цифрами часового флёра, особенно завораживающе переливающимися в полумраке Синей гостиной Черновода. Задание было уже давно выполнено и несколько раз перепроверено, а других она не получила — маленький подарок в честь приближающегося дня рождения.       В очередной раз взглянув на часы, девушка тяжело вздохнула. Господин учитель обычно никогда не опаздывал, так почему именно сегодня… — Василиса?       Девушка вскинула голову и ярко улыбнулась. В комнату вошёл Миракл, неспешно направляясь к свободному креслу у камина и внимательно рассматривая окружающую его обстановку. Он с наслаждением опустился на мягкое сидение и устало прикрыл глаза рукой. Василиса нахмурилась. Учитель выглядел сегодня настолько измождённо, что создавалось впечатление, словно за последние как минимум трое суток он спал в сумме не больше пары часов. Несвойственная ему бледность кожи особенно ярко выделялась в синем свете комнаты, обычно идеально выглядящая рубашка сияла поднятым вверх воротником и торчащим из коричневых брюк мятым уголочком, и даже всегда уложенная в лёгком творческом беспорядке причёска превратилась в самое настоящее гнездо. Привычные жилет и пиджак, не говоря уже об остальных элементах одеяния, и вовсе потерялись где-то по пути. Странно, разве за последнее время успело произойти что-то из ряда вон выходящее? Но тогда почему она, Василиса, или кто-нибудь из её друзей не были об этом предупреждены?       Впрочем, размышления её продлились недолго. С противоположной стороны стола донёсся удивлённых вздох, и Василиса тут же сосредоточила свой взгляд на учителе. И опешила.       Напротив неё, распахнув глаза и удивлённо уставившись на медленно тянущуюся к его левой руке пару цифр, сидел уже чуть более бодрый Миракл. Василиса, открыв рот, вперилась взглядом в медленно впитывающуюся в руку учителя тройку и плавно покачивающуюся по соседству с ней семёрку. Мужчина приподнял брови и принялся с ещё большим интересом наблюдать за сим необычным явлением, явно сдерживая себя от насмешливых комментариев или желания схватить ручку и начать записывать каждое видимое им мгновение. Василиса его понимала — она слышала о подобном поведении флёра лишь раз, когда дед наконец не выдержал её натиска и согласился ответить на все-все интересующие его внучку вопросы. А потому сейчас радовалась, что не рассказала о теме той встрече никому, кроме поймавшей её после отбоя Чёрной Королевы. Этого она бы не пережила. Как не пережила бы и отсутствия непривычного полумрака, в объятиях которого она предпочитала обычно отдыхать или рисовать, но уж никак не учиться. Но, к счастью, сегодня был необычный день. И именно это спасло её от лишних подозрений со стороны учителя, которые бы обязательно возникли, заметь он яркий румянец, покрывающий его подопечную до самых кончиков ушей.       Они просидели в тишине ещё несколько минут, пристально следя за дальнейшими действиями остальных цифр. В прочем, ничего особенно нового не происходило. Одна за другой они подлетали к Мираклу, кружились перед его глазами, словно красуясь, выбирали наиболее понравившееся им место и впитывались. Когда пятая по счёту цифра выбрала своим пристанищем щёку мужчины, Василиса едва не расплавилась от смущения под его полным подозрения взглядом. «Хорошо,» — подумалось ей, когда господин учитель перевёл свой испытующий взгляд с неё на очередную цветную кокетку, плавно подпрыгивающую прямо под его носом, — «что он не видел, как эта чёртова девятка превратилась в поцелуй, прежде чем окончательно исчезнуть. Да я бы ему вовек не смогла потом в глаза смотреть!»       Пока девушка предавалась горестным размышлениям о несправедливости жизни и наглости некоторых девяточек, последняя доброволица мягко опустилась на шею Миракла, повторив за самой бесстыдной из своих сестёр. Василиса мысленно застонала, заслужив ещё один пристальный взгляд. Цифры тем временем замигали и принялись водить хороводы вокруг своих зрителей, образовав над их головами весьма изящную восьмёрку. Миракл откашлялся. — Итак, — вкрадчиво начал он, вперившись глазами в подопечную, — что же ты только что сделала?       Василиса растерялась. Врать она не умела, не любила и не хотела. Но и сказать правду точно не могла. Ведь в таком случае… — Это не я, — тихо промолвила она, внимательно наблюдая за флёром и стараясь не замечать скептического выражения лица наставника или хотя бы краснеть не так сильно. — Ну в смысле, конечно, это я. Дар ведь принадлежит мне. Но я не делала ничего специально, честно! Просто Вы выглядели таким усталым, таким измученным, что мне захотелось Вам помочь, — что ж, со вторым пунктом не получилось. — Похоже, дар как-то считал мои эмоции и попытался напитать Вас силой. — И ты полагаешь, что это возможно, лисёнок? — мужчина снова откинулся на спинку кресла и задумчиво потёр подбородок. — Никогда о таком не слышал. — Я тоже. Хотя дедушка когда-то говорил, что флёр может помочь своему носителю развиться абсолютно в любой сфере. Неважно, хочу ли я лечить, создавать или даже разрушать, — он всегда доведёт мои способности до максимума, поможет пробить потолок. Может, эта их способность как-то связана с произошедшим?       Василиса пожала плечами, стараясь принять как можно более беспечный вид. Румянец так и не сошёл с лица, и она хотела верить в то, что Миракл примет это за реакцию на непривычное обращение, а не за что-то другое. Что-то абсолютно подозрительное и неправильное.       Впрочем, кое-что она не учла. Её дар в последнее время становился слишком самостоятельным — что, в прочем, было довольно заметно, — словно обладал собственным разумом и одновременно с этим держал обиду на свою хозяйку, отчего постоянно пытался поставить её в неловкое положение. Или это он так стремился ей помочь? Однако сейчас мотивы хитрых цифр были последним, о чём она могла думать. Маленькие предательницы в ответ на её попытку скрыть часть информации заморгали интенсивнее, а несколько самых смелых из них и вовсе подлетели к Василисе и начали как бы «пинать» девочку где придётся. Под шокированным взглядом Миракла самая большая из цифр даже пустила по ноге хозяйки лёгких разряд тока, тут же отскакивая в сторону и возвращаясь в строй так и продолжающих витать над парой людей подружек, насмешливо крутясь вокруг своей оси и подпрыгивая в воздухе. Соседки, штука за штукой, повторяли за ней. — Ай! — кажется, остальные «помощницы» тоже осмелели. — Я всё поняла, хватит! В ряд!       Этих слов оказалось достаточно. Небольшая стайка цифр одна за другой возвращались в компанию других, дорисовывая развалившуюся от их действий восьмёрку. Лишь парочка самых сочувствующих символов впиталась в тело пострадавшей девушки, повторяя за счастливицами, помогавшими до этого господину Мираклу. Наконец, все снова стало спокойно и даже витающий под потолком флёр поумерил своё сияние. Пара за столом уставилась друг на друга. — Я даже не знаю, с чего начать этот разговор, лисёнок, — Миракл подался немного вперёд, скрестил ноги и облокотился подбородком о свою руку, не сводя взгляда своих тёмно-серых глаз со смущённого лица ученицы. — Например, с чая? — Василиса невинно похлопала глазами, в который раз за этот вечер словно бы не обращая внимания на этот чёртов румянец, кажется, пытающийся сжечь её изнутри.       Миракл приподнял брови в наигранном удивлении и более внимательно, чем в первый раз осмотрел комнату. И действительно, на комоде сбоку от стола всё это время стоял удивительной красоты прозрачный чайник, явно созданный феями, из носика которого до сих пор шёл горячий пар, заставляющий низ огромного овального зеркала запотеть. Дополняли картину две аккуратные чайные чашечки, как и их товарищ осыпанные какими-то будто волшебными блёстками, переливающимися разными цветами. Сам чайник, терпеливо ожидающий внимания на изящном подносе, был наполнен глубокого синего цвета чаем, источающим невероятный аромат мяты и ягод, приправленных чем-то наверняка нечеловечески вкусным и абсолютно незнакомым Мираклу.       Мужчина прикрыл глаза, наслаждаясь разносящимся по комнате запахом, и легко кивнул в ответ на предложение. Да, горячий чай бы ему сейчас точно не помешал. Василиса вскочила со своего места и развела бурную деятельность, настолько явно затягивая с сервировкой стола, что теперь Миракл уж точно не мог не опросить ученицу обо всём недавно произошедшим. Тем более, она упоминала об очевидно несанкционированной встрече с Родионом — мало ли, какую лапшу этот старый интриган мог навешать на уши невинной девчушке.       Через несколько минут мужчина, внимательно рассматривая только усевшуюся в этот раз на находящийся сбоку от него диван Василису, на пробу отхлебнул немного чая и удовлетворённо вздохнул. Уши девушки вновь загорелись, глаза буквально впились в лицо Миракла, явно ниже его глаз. Он подозрительно прищурился, пристально глядя в ответ, как никогда желая поймать взгляд ученицы, попытаться заглянуть в её мысли. — Итак, — прозвучало медленно и заинтересованно, — скажи мне пожалуйста, моя дорогая Василиса, что же всё-таки произошло только что на самом деле? И о чём же так настойчиво пытались сказать мне твои цветастые помощницы?       Послышался горестный вздох, заставивший Миракла тихонько рассмеяться. Его смех, мягких и глубокий, тут же помог девушке расслабиться. В самом деле, не убьёт же мужчина её за чувства, которые она никак не могла контролировать. Наверняка прочитает лекцию о схожести чувств уважения с восхищением и влюблённости, подобную сотням тех, что она слышала от своих друзей после признания. Может, сократит количество их и так не самых частых встреч, или — не дай Время! — изменит отношение к ней на уроках, станет более холодным и сдержанным, как самый настоящий строгий преподаватель. Но ведь это же их господин учитель, её господин Миракл. Он ни за что не будет ругать её за то, что она не сумела проконтролировать неконтролируемое. Сам мужчина, за свой долгий век переживший как минимум один — тот, о котором точно знает сама Василиса — развод, должен, просто обязан понимать, что никакие чувства, особенно любовь или ненависть, неподвластны влиянию простого человека. Василиса легко улыбнулась, продолжая пялиться уже в пустоту, которая раньше совершенно точно являлась губами Миракла, поглощённая своими мыслями. — Лисёнок? — послышалось у самого уха. Девушка вздрогнула и широко распахнула глаза, едва не выронив чашку от неожиданности.       Миракл снова засмеялся, обдавая горячим дыханием всё тоже красное ухо, спрятанное копной густых рыжих волос. Пока он неторопливо обходил широкий диван, дабы занять место слева от Василисы, сама девушка с прищуром уставилась в свою чашку. Она почувствовала, как стремительно разгорается огонь возбуждения в её теле, и длинно выдохнула, поражённая догадкой. Значит, та хитрая улыбка Фэша, помогавшего ей заварить и донести чай до гостиной и настаивавшего именно на этом сорте, как она и полагала, касалась вообще не его мыслей о сегодняшнем свидании со своей возлюбленной — своим возлюбленным? , — а её. Вот же коварный… треугл!       Диван рядом прогнулся, на его спинке прямо за шеей Василисы оказалась чужая крепкая рука, тут же впутавшаяся в её волосы и начавшая нежно массировать её затылок и макушку, иногда проходясь по ним короткими аккуратно стриженными ногтями. Девушка откинула голову назад и постаралась принять позу поудобнее. Из её груди вырвался полувздох-полустон. Миракл весело хмыкнул и уставился на шею Василисы из-под расслаблено прикрытых век. — Что же, так уж и быть, сегодня я может даже решу провести обычный урок и не заставлю тебя рассказывать мне о своих чувствах, лисёнок, — девушка удивлённо повернулась к нему. Мужчина лишь шире улыбнулся. — О Великое Время, ты бросала на меня такие взгляды последние месяцы, что даже твой слепой папаша заметил это и прижал меня к стене. Он совершенно не умеет выбивать из людей ответы запугиваниями, чтобы ты знала.       Василиса скептически хмыкнула, подставляя теперь шею под мягкие поглаживания чутких мозолистых пальцев. Может, она слишком давно не ссорилась с отцом, но последние её воспоминания об их конфликтах говорили скорее об обратном. В прочем, папа — последний человек, о котором она хотела думать, когда этот мужчина сидел рядом с ней, да ещё и в такой ситуации. — И всё-таки, я скажу, — тихо произнесла Василиса, заставляя Миракла удивлённо вскинуть брови и заинтересованно поднять голову, переводя взгляд с её очаровательной тонкой шеи обратно на не менее привлекательное лицо. — Вы… ты понравился мне ещё в самую первую нашу встречу в моём относительно недалёком детстве: весь из себя такой загадочный, красивый и, главное, умный и весёлый, что я просто не смогла начать относиться к тебе равнодушно. За столько наших встреч во время моего взросления у меня не могло не появиться влюблённости в такого мужчину. И нет, — заметив, как Миракл открыл рот для возражения, она приложила свои тонкие пальцы к его губам, как бы прося помолчать, — я не путаю эти чувства в восхищением или чем-то подобным, уж поверь. За последние полгода, — слева раздался удивлённый вздох. Василиса хихикнула и порозовела, — я столько раз прослушала лекции об этом от каждого из нашей компании, что в ближайшие лет десять меня будет тошнить от одного упоминания о «выборе идола» и «путанице в чувствах».        — Вот как… — Миракл перевёл полный задумчивости взгляд на бушующий за окном шторм и сделал большой глоток из своей кружки. Василиса пискнула и тут же заслужила с его стороны подозрительный взгляд. Потупив взгляд, девушка рефлекторно попыталась отвлечь мужчину от своей промашки и тоже отпила остающийся всё таким же горячим чай. И тут же громко выругалась, снова вспомнив о его «особенности». — Лисёнок? Что-то не так?       Василиса покосилась в его сторону и порозовела ещё больше, чем от этого чёртового чая. Миракл, кажется, совсем расслабившийся и не полностью осознающий реальность под действием напитка, упёрся щиколоткой в колено другой ноги, откинул голову на спинку дивана и продолжал лениво поглаживать затылок и шею Василисы. Взгляд зацепился за расстёгнутые пуговицы его рубашки. Стало жарче. — Чай, — прикосновения стали настойчивее. — Мне кажется, этот чай — специальный афродизиак, который использовали феи, чтобы манипулировать своими противниками после секса или просто переманивать их на свою сторону. Мама проспорила мне его в наше последнее посещение Королевства. — До того, что это афродизиак, я додумался и без тебя, очаровательное создание, — он в который раз за этот вечер пожалел, что чёртов синий свет не даёт полностью насладиться очаровательным смущением девушки. Едва Василиса повернулась в сторону Миракла, тот нагло ухмыльнулся и одним махом прикончил чашку под длинный выдох справа. — Но это вовсе не значит, что меня это не устраивает. Или что я об этом не знал, — мужчина подмигнул растерянной девушке и, аккуратно освободив её руки, резко потянул на себя, усаживая Василису на свои бёдра и поддерживая её под ягодицы. Та с писком вцепилась в чужие плечи. — И раз уж ты настаиваешь на искренности своих чувств, думаю, нам стоит воспользоваться помощью твоих друзей, — он кивнул в сторону их чашек. — Как ты считаешь, Василиса?       Девушка только легко кивнула, не отрывая глаз от двигающихся губ Миракла. Тот продолжал что-то говорить, но она уже не слушала, поглощённая своими мыслями. Ей не послышалось? Мужчина, о котором она мечтала как бы не больше года, отношения с которым были её главной фантазией в последнее время, предложил ей… переспать с ним? Не разозлился на чёртов чай, не перенёс их встречу на другой день, а действительно собрался заняться с ней сексом. Ещё и спрашивал её мнение. Как будто она могла не согласиться!       И пусть это будет всего один раз, пусть никаких отношений, очевидно, заводить с ней Миракл не станет, она будет знать, какого это — быть с ним. Будет лелеять эти воспоминания одинокими вечерами и… — Ай! — Василиса вскрикнула, схватившись за ягодицу, по которой только что пришёлся весьма звонкий, если бы не платье, шлепок. Она возмущённо уставилась на мужчину, поглаживая пострадавшую часть тела и стараясь не обращать внимания на резко усилившуюся пульсацию внизу живота. — Прости, лисёнок, — из уст Миракла вылетел тихий смешок, — но ты словно бы совсем меня не слушала. А мне важно услышать и твоё мнение в этом вопросе.       Василиса нахмурилась. Неужели он собирался обсуждать с ней поведение часового дара? Ни одного другого варианта темы, на которую мужчина хотел бы узнать её мнения, в голову не приходило. — Ну-ну, не хмурься, — Миракл нежно провёл по её лбу большим пальцем, — а то у меня создаётся впечатления, что тебе не понравилось моё предложение, — Василиса бросила на него озадаченный взгляд и мужчина закатил глаза, тяжело вздохнув. — И для кого я тут распинался, м, смешное ты создание?       Василиса в который раз за вечер порозовела от смущения. Миракл расхохотался и крепче приобнял девушку за бёдра, крепче прижимая к себе и посылая вибрацию возбуждения по всему её телу. Василиса поёрзала на его коленях и прильнула к нему в ответ. — Итак, — он погладил её по спине, словно невзначай всё больше приподнимая платье девушки, открывая своему взгляду её красивые сильные ноги. — Раз уж мы так удачно испытываем друг к другу очевидную и весьма взаимную симпатию, — Василиса длинно выдохнула, шокированная, но не отстранилась, противясь желанию посмотреть в глаза мужчине. Наоборот, замерла, внимательно вслушиваясь в каждое следующее слово, — то зачем нам ограничиваться разовым сексом? Особенно, если — точнее, когда — нам обоим всё понравится. Что скажешь, лисёнок? — Я, — Василиса прокашлялась, — я правильно понимаю, что ты предлагаешь мне… отношения? — Ты всегда казалась мне весьма смышлёной, — Миракл зарылся носом в её волосы и прошептал следующие слова прямо в красное ушко девушки. — Ты всё понимаешь абсолютно правильно, милашка. Я предпочитаю не довольствоваться малым и не оставлять за собой недосказанностей. А уж если дело касается таких… малостей вроде тебя — тут только хватать и бежать, а то ещё унесут, — мужчина хохотнул. — Ну так что скажешь, м?       Василиса успела лишь выдохнуть согласие, как тут же обнаружила себя лежащей на диване в окружении кучи подушек. Мелькнула часовая стрела — Миракл раздвинул диван и отодвинул стол, — и Василиса почувствовала нависшую над ней тяжесть горячего мужского тела. Тут же она напоролась на внимательный взгляд Миралка и, наконец не выдержав, накрыла его губы своими, обвила его шею руками, притягивая ближе, стараясь слиться с ним воедино. Её короткое платье, поддавшись уверенным прикосновениям, задралось, больше не скрывая ни сочных бёдер, ни подтянутого живота, ни… — Лисёнок? — Миракл огладил Василисины ягодицы, пристально уставившись на её трусы. Абсолютно отсутствующие на том месте, где должны быть у любой приличной девушки, трусы. — Я теперь даже не уверен, что ты не подозревала об особенностях чая, моя дорогая.       Девушка хихикнула, попытавшись сдвинуть ноги. И быстро порозовела, будучи остановленной крепкой хваткой. — Ну ведь я должна иметь возможность позволить себе немного вольности хотя бы в свой день рождения, разве нет? — Василиса хитро улыбнулась, легко пощекотав чужую шею. — Даже на таком официальном мероприятии как наш урок.       Миракл дёрнул плечами, весело хмыкнул и втянул девушку в глубокий поцелуй, с нажимом проходясь ладонями по её бокам, поднимая платье ещё выше, задевая ногтями твёрдые комочки сосков. Василиса коротко простонала ему в рот и, на секунду оторвавшись от поцелуя, быстро сняла с себя лишнюю одежду, откидывая её куда-то в сторону двери. Миракл с сожалением оторвал правую руку от тела девушки, чтобы снять с неё туфли, одновременно с этим левой рукой нежно сжимая аккуратную грудь, перекатывая розовый сосок между пальцами, заставляя Василису крепче ухватиться за его шею и сжаться изнутри. Мужчина отстранился и, не глядя, откинул левую туфлю девушки за диван. — И что же, — он вперился глазами в партнёршу, старательно запоминая все особенности её тела, — со многими из своих самопровозглашённых учителей ты позволяешь себе такие вольности? — Ну, — деланно-задумчиво протянула Василиса, незаметно поглядывая на Миракла из-под полуприкрытых век, — это зависит от его привлекательности. Вот, например, Константин Лазарев. Ох, видел бы ты его руки, когда…       Раздался звонкий шлепок. Василиса вскрикнула. — Неправильный ответ, милая, — промурлыкал мужчина. — Такие вольности должны быть доступный только мне. И вообще, имей совесть, лисёнок. Ты ведь дружишь с его сыном. — А что, — она захихикала, споро расстёгивая пуговицы рубашки Миракла, — Нику, кажется, нравятся голубоглазые. Вдруг мне повезёт и окажется, что это у них семейное.       Мужчина возмущённо цокнул, смотря на коварное выражение лица Василисы. Та, в свою очередь, уже перешла к ремню партнёра. Тот попытался снять уже распахнутую рубашку, но девушка быстро ударила его по рукам. Миракл удивлённо выгнул бровь. — Нет, — твёрдо произнесла Василиса. — Ты не снимешь с себя ничего, пока я не скажу.       Миракл внимательно уставился на неё, но ничего не сказал, лишь переместив руки на бёдра девушки и начав неспешно поглаживать их, заставляя тело возлюбленной покрыться мурашками от удовольствия. Такая Василиса нравилась ему как бы даже не больше той смущённой невинной девушки, которую он видел несколькими минутами ранее.       Едва она справилась с пряжкой ремня, Миракл перехватил её руки, не давая перейти к ширинке своих брюк. Василиса капризно надула губы, заставив мужчину тихонько рассмеяться. — Не всё сразу, лисёнок, не всё сразу, — Миракл оставил череду нежных поцелуев на её шее. — Я не хочу спешить. Только не с тобой.       Он отодвинулся и протянул Василисе руку, помогая сесть. Не успела она открыть рот или хотя бы расстроиться такому резкому прерванному удовольствию, как Миракл плавно опустился с дивана на пол и протянул к ней руки, предлагая придвинуться ближе к нему. Василиса медленно подползла к краю и наклонилась, обхватывая лицо Миракла ладонями и втягивая того в глубокий жаркий поцелуй, тут же ощущая руки мужчины на своих бёдрах. — Предлагаешь мне провести своё первый раз на полу? — Василиса наклонила голову в бок, насмешливо смотря на партнёра. От бездействия афродизиак в крови начал работать ещё активнее, заставляя девушку буквально дрожать от охватывающего её возбуждения. Казалось, ещё пара минут и она будет готова связать Миракла и взять своё силой. — Скорее уж предлагаю не проводить его. По крайней мере сегодня, — мужчина весело ухмыльнулся, глядя в сердитое лицо Василисы. — Не переживай так, милашка. Я знаю много способов доставить женщине удовольствие без подобных… скажем, крайних мер.       Василиса охнула. Неужто он собирался… — Ну же, садись, дорогая, — Миракл легонько похлопал девушку по ягодице, выражая своё нетерпение. — Не на одну тебя действует этот «феичий эликсир». Самообладание у меня, знаешь ли, не вечное.       Василиса в очередной раз покрылась густым румянцем по самые уши, аккуратно опустилась на пятую точку и, повинуясь рукам Миракла, раздвинула ноги, давая мужчине закинуть их на его плечи. Неожиданно потеряв точку опоры, она упала на локти. Спереди послышался хмык, перешедший в прерывистый вздох, когда Василиса сжалась от коснувшегося её там потока воздуха.       Миракл потёрся носом о её бедро и начал покрывать его невесомыми поцелуями, попутно чертя ногтями невидимые хаотичные узоры на обоих её ляжках. Василиса задышала тяжелее, неожиданно сильная волна возбуждения прокатилась по её телу. Не столько ощущение приятной щекотки, сколько вид этого властного мужчины у её ног, такого покорного и так сильно желающего доставить ей удовольствие, сводил с ума, заставлял потерять всякую стеснительность и окунуться с головой в страсть сегодняшнего вечера. Девушка поёрзала, устраиваясь поудобнее, протянула руку к лицу Миракла и ласково погладила его щёку. Тот поднял на неё взгляд, не отрываясь от своего занятия, и коротко вопросительно кивнул. Василиса плавно передвинула ладонь на затылок мужчины, легко оттянула его за волосы от своего бедра и придвинула плотнее к себе. — Ближе к делу, дорогой, — стоило ей произнести это, как Миракл сам подполз ещё ближе, поправил её ноги на своих плечах и оставил первый, пробный поцелуй на лобке девушки.       Василиса задержала дыхание и погладила партнёра по голове, поощряя к действию, стараясь заставить того поторопиться. Но Миракл, кажется, не собирался или не хотел понимать её намёки, издеваясь, растягивая своё и её удовольствие. Он неторопливо расцеловывал каждый кусочек кожи на её животе и лобке, безостановочно лаская её ноги чуткими пальцами. В один момент Василиса не выдержала и попыталась пнуть мужчину, но тот лишь рассмеялся и легко подул туда. Василиса снова сжалась. Она, может, была бы и не против подобных издевательств, но не тогда, когда от каждого прикосновения её тело было готово самовоспламениться, а кровь, под действием чёртового чая, — или он был здесь совсем не причём? — разгонялась до предела, заставляя пульсировать все нужные и не очень места.       Раздался весёлый смешок. Василиса не успела возмутиться подобной наглости, как следующее действие Миракла заставило её громко охнуть и крепче вцепиться в его волосы. Ей не нужно было даже смотреть вниз, чтобы понять, что мужчина широко улыбается, довольный своей шалостью. Он повторно прошёлся языком по половым губам Василисы, задевая её клитор, заставляя девушку закусить губу, чтобы сдержать громкий стон облегчения и наслаждения. — Поласкай себя, лисёнок, — хрипло произнёс мужчина. Девушка непонимающе нахмурилась. — Не стесняйся, ну же. Разве можно оставлять без внимания эту очаровательную чувствительную грудь, когда ты вся буквально горишь от возбуждения, м?       Василиса, очаровательно красная и взбудораженная, аккуратно опустилась спиной на заботливо подкинутые часодейством Миракла подушки и осторожно дотронулась до своих сосков. Её прошило током. Боже, она и не подозревала, что её грудь, её тело может быть настолько отзывчивым. Уже смелее она стиснула обе груди ладонями, сжав между пальцами стоящие колом соски. Одновременно с этим Миракл снова провёл языком по её промежности, надавил им на клитор и плотно обхватил горошину губами, начав медленно посасывать. В этот раз сдержать стон Василисе не удалось. Тяжело дыша, с каждым движением партнёра она всё сильнее сжимала свою грудь, борясь с желанием начать хвататься за всё подряд в попытках удержать уплывающее от накатывающего удовольствия сознание.       Внезапно девушка почувствовала, как Миракл убрал руку с её левого бедра и, не отрываясь от своего занятия, с силой провёл пальцами между её половыми губами, почти входя в неё одним из них. Василиса судорожно вздохнула. Прикосновение повторилось, сильнее сосредотачиваясь на её влагалище, давая секундное ощущение наполненности и оставляя за собой чувство незавершённости. Девушка сильнее стиснула ноги вокруг головы Миракла, сжавшись везде от желания почувствовать эти чёртовы пальцы в себе.       Мужчина хмыкнул и оторвал ещё и правую руку от желанного тела, тут же занимая её часовой стрелой. Взмах. Василиса почувствовала, как шершавость пальцев Миракла сгладилась, скрытая под толстым слоем появившейся на них смазки. Мужчина быстрым, умелым движением размазал смазку по её промежности и своим пальцам и аккуратно ввёл в девушку средний. Одновременно с этим усилилось давление языка на её клитор, заставив громко застонать. Ещё один взмах и дверь в комнату щёлкнула, закрываясь на все замки. — Тише, лисёнок, — на грани шёпота произнёс Миракл. — Ты же не хочешь, чтобы на твой прекрасный голосок сбежались все неравнодушные жители замка, не так ли?       В ответ на это девушка молча скрестила ноги на его шее и придвинула партнёра ближе к себе. Мужчина рассмеялся, но подчинился, возвращая язык прямо на чувствительный клитор. Василиса простонала ещё громче, уже привычным движением выкручивая себе соски. За этой волной удовольствия она даже не заметила, как Миракл ввёл в неё второй палец и аккуратно раздвинул их на манер ножниц. Чуть поигравшись, он свёл пальцы вместе и согнул их, ища чувствительное место внутри девушки. Жалобное мычание подсказало, что он на верном пути.       Несколько раз с силой проведя пальцами по этому месту, Миракл ускорился и начал нежно поглаживать Василису по бедру и животу монотонным движением правой руки. Он полагал, что кульминация не заставит себя долго ждать и постарался прийти к единому ритму, чтобы доставить партнёрше высшую степень удовольствия.       И он оказался чертовски прав. По ощущениям, не прошло и пары минут, как ноги Василисы напряглись, а пальцы Миракла обволокли стенки возбуждённого влагалища, судорожно сокращающиеся на фоне оргазма. Девушка ещё сильнее сжала пальцами соски и несколько раз громко простонала на выдохе. Пара секунд и её тело начало расслабляться.       Миракл медленно вынул из неё пальцы и медленно же обтёр их об штаны, чтобы иметь возможность успокаивающе гладить Василису обеими руками. Его губы переместились на её бёдра, оставляя еле заметные ласковые поцелуи на них и постепенно поднимаясь к животу. — Ого, — выдохнула Василиса и аккуратно приподнялась на дрожащих локтях.       Она осторожно села, опуская ноги на пол, и аккуратно притянула мужчину к себе за плечи. Тот с готовностью встал и лёг на диван, подкидывая себе под голову подушку и затягивая Василису на себя. Но она лишь подарила ему несколько глубоких, чувственных поцелуев и уселась прямо на пах мужчине. Миракл охнул, но девушка лишь поёрзала, устраиваясь поудобнее, и положила руки ему на бёдра, откидываясь назад, чтобы повнимательнее рассмотреть партнёра. — Что-то не так, милая? — Миракл нахмурился и попытался приподняться, но Василиса покачала головой. — Беру перерыв, можно сказать. Ну или просто наслаждаюсь видами. Как тебе угодно, милый, — Василиса хихикнула в ответ на непонимающий взгляд мужчины и, ещё раз поёрзав напоследок — очень уж ей понравилось ощущение, — пересела пониже.       Миракл длинно выдохнул и всё-таки приподнялся, смотря на девушку с интересом. Василиса коротко глянула на него и аккуратно опустила руку на мокрый благодаря её стараниям бугорок на брюках мужчины. Миракл напрягся и она с силой провела пальцами по его члену, в конце движения сжав головку. — Ты ведь, ох, — Миракл на секунду сжал зубы. — Ты ведь знаешь, что ты не должна мне никаких «ответных услуг», лисёнок? — Чтоб я больше такого бреда от Вас не слышала, господин учитель, — мужчина поморщился и Василиса победно улыбнулась.       Вернувшись к прерванному занятию, она быстро расстегнула ширинку брюк партнёра. Чуть приспустив их вниз вместе с трусами, девушка увидела член мужчины. Идеально широкий — как оказалось, ровно под обхват её руки, — чуть длиннее среднего и весь истекающий предэякулятом. Василиса пару раз провела кулаком по всей длине, размазывая естественную смазку по члену, и кивнула самой себе.       Девушка сползла пониже и, пока Миракл не успел ничего понять, мокро провела языком от корня до головки члена. Мужчина издал полувздох-полустон и, перенеся вес на левую руку, правой погладил Василису по щеке. — Ты уверена, что хочешь этого? — в ответ та лишь пару раз невинно хлопнула глазами и сплюнула на головку члена, тут же беря её в рот.       Миракл сжал челюсть, сдерживая стон, и запустил руку в волосы девушки, мягко поглаживая её по голове. Та чуть подалась навстречу приятным прикосновениям и тут же опустилась ниже, втягивая щёки. Мужчина длинно выдохнул и устроился поудобнее. — Я не продержусь долго, лисёнок. Чай сейчас не действует только на тебя, — Василиса что-то утвердительно промычала, не переставая двигаться. Пальцы в её волосах сжались чуть сильнее. — Так что как только я скажу, отстраняйся.       Девушка еле заметно покачала головой в отрицании и положила правую руку Мираклу на живот, поглаживая. Тот тихо простонал. Василиса улыбнулась, насколько позволили обстоятельства.       Мужчина продержался немногим дольше партнёрши. Пара минут и она почувствовала, как его бёдра начали мелко подрагивать, а таз рефлекторно двинулся навстречу её рту. Василиса взяла член настолько глубоко, насколько смогла, и пару раз провела языком под головкой. — Отстраняйся, — на выдохе простонал Миракл.       Девушка промычала что-то в несогласии. Эта вибрация наконец выбила из мужчины громкий стон и он кончил, быстро переложив правую руку на подушки, чтобы случайно не прижать Василису ближе и не сделать ей больно.       Она же подождала, пока тот придёт в себя и медленно отстранилась, сглатывая. Что же, она полагала, что это будет неприятно, но Василиса с удивлением поняла, что ей понравилось. Хотя, разве с этим мужчиной могло хоть что-то быть неприятно?       Пока она думала, Миракл скинул на пол ремень, поправил трусы — всё ещё единственные в этой комнате — со штанами и уложил Василису на себя. Та устроилась поудобнее, поцеловала его куда-то в шею и подняла глаза на его лицо. Просто очаровательно.       Мужчина подтянул её поближе и глубоко, нежно поцеловал. — Я же… — ещё один поцелуй. — Ясно.       Она улыбнулась и зарылась носом в плечо Миракла, начав гладить его по груди. Он же в ответ перенёс одну руку ей на спину, также лаская. — Первый раз, говоришь? — невнятный кивок. Мужчина весело хмыкнул. — Не будь это ты, я бы может и не поверил.       Под громкое «Эй» он громко расхохотался и увернулся от шуточного шлепка.

***

      Где-то в замковой кухне, весело насвистывая, радостные Фэш с Ником пересыпали тот самый сорт чая обратно в нужную баночку, освобождая место под правильный вид листьев. Шалость удалась.