Боязнь света / Fear of light

1 апреля. 2020 года. Утро. Утро в Кичидзёдзи встречает прохладой ранней весны. В воздухе ещё ощущается лёгкая влажность после ночного дождя, тротуары блестят и слегка пахнут мокрым асфальтом и цветущей сакурой. Лёгкий ветер играет ветками деревьев, иногда унося с собой цветочные лепестки. Такая тишина, редкие звуки - шаги прохожих за окном, тихий шум электрички вдалеке. Дома соседей ещё не шумят, город только просыпается. Такаюки проснулся раньше обычного. В голове как обычно шум - тревога, как будто кто-то шепчет ему: «Сегодня всё пойдёт не так, всё пойдёт плохо». Он поднимается с кровати, ноги как свинцовые, сердце бьётся в груди слишком громко. Его комната ещё покрыта мраком раннего утра, на полках стоят аккуратно сложенные книги, в углу таится потрепанный плюшевый медведь, на столе рюкзак который Такаюки судорожно собирал с самого вечера. Бабушка ещё спит, похоже она так сильно нервничала что опять не могла уснуть всю ночь и проспала подъем. Он осторожно пытаясь не разбудить её, заваривает чай на двоих. Тремор беспокоит его с самого утра настолько сильно что не закончив с чаем он поспешно возвращается в свою комнату и распахивает ящик шкафа. Там в ряд стоят разные баночки с различными названиями он хватает ближнюю - "Парокситин". Такаюки быстро глотает белесую капсулу по привычке даже не запивая и снова бредет на кухню. • • • Его шаги по тихим улочкам Кичидзёдзи едва слышны. Вдоль дорог тянутся небольшие магазинчики, запах свежей выпечки и кофе постепенно наполняет воздух вызывая рвотный позыв. Нехорошо, это совсем не хорошо. Птицы щебечут, и эти звуки кажутся ему чуждыми, почти давят на нервы. Метро на котором он отправляется в свою старшую школу «Канрё» постепенно заполняется людьми. Сначала пара студентов в одинаковых синих пиджаках, потом ещё - пожилой мужчина с портфелем, девушка в наушниках. Воздух становится густым, пахнет чужими духами, чьим-то потом, утренним кофе. У Такаюки першит в горле, его рука автоматически ищет в кармане транк, но он быстро себя останавливает. Он старается не встречаться глазами ни с кем, взгляд в пол, на собственную обувь. Но каждое прикосновение - локоть, случайно задевший плечо, или неловкое касание чьей то руки - отзывается внутри как удар. В голове крутится одно: ещё немного, пожалуйста.. Когда состав вздрагивает на очередной остановке, его желудок предательски сжимается - пароксетин, проглоченный в спешке натощак, будто тяжёлым камнем лежит внутри. Только бы не стошнило прямо тут… Он сжимает губы, стараясь сделать вид, что всё в порядке, хотя его бледное лицо давно его выдаёт. Каждый вдох будто застревает. Тесно. Слишком тесно. Все они смотрят. Они знают. Господи, только бы не вывернуло прямо сейчас… Аоки Такаюки Я поспешно вырываюсь услышав долгожданную станцию. Мне становится чуть легче, и я наконец могу вдохнуть чуть больше кислорода. Это ненадолго, но даёт хоть немного облегчения перед самым неприятным событием. Сегодня мне предстоит снова быть в центре всеобщего внимания. Главное быть как можно более незаметным, тогда думаю меня не должны трогать, правда же?.. Черт, а если будет как в прошлых двух школах? Все повторится.. Они снова будут.. Ноги едва волочатся по земле и как только я оказываюсь у входа гимназии №170 школы «Канрё», моё тело реагирует интуитивно, я резко останавливаюсь, начинаю пятиться назад как от огня и ничего, аб-со-лю-т-но ничего не могу с этим сделать. Сердце колотится как бешеное, словно сейчас вырвется из грудной клетки. Черт. Черт. Черт. Боже идиот успокойся, сейчас не время ловить паничку.. Все же смотрят. Сейчас кто нибудь точно заметит что со мной что то не так и тогда точно все начнётся по "новой" . Такаюки твою мать возьми себя уже в руки. Ты уже не маленький. Это не смешно. Просто зайди в эту чертову школу Хватит стоять здесь как олень. Я делаю пару глубоких вдохов и считаю до десяти, едва ли это помогает, но я хотя бы делаю один несчастный шаг вперёд, а затем ещё один, и ещё.. Внутри полно людей, но я стараюсь сосредоточиться на антураже помещения. Сама школа выглядит обычной, в какой то мере даже не такой страшной как мне представлялось.. Новый ремонт, окрашенные в светлые тона стены, солнечные лучи из окон попадают внутрь здания и создают более приятную, тёплую атмосферу. Я неспешно, можно даже сказать робко поднимаюсь на второй этаж. Ленты с бумажными журавликами после вступительной церемонии ещё висят кое-где - криво, над дверями. И вот наконец вижу на стене у входа висит табличка «2-C». Мой класс... Прежде чем паника успевает окончательно овладеть мной, я дёргаю ручку и быстро залетаю внутрь, несколько парней и девушек оборачиваются и внимательно оценивающе осматривают меня. Это пугает и заставляет замереть на месте. Не думай об этом, смотрят, ну и что?.. О нет, просто прекрати и сядь на свое место, это выглядит глупо хватит стоять и пялиться на них. Они уже думают что ты странный.. Я прячу руки в карманы пытаясь скрыть тремор и опустив взгляд в пол иду к своей парте которая находится в первых рядах рядом с классной доской, но в отдалении от выхода. За партой к счастью никого нет и я сажусь ближе к окну. Из-за стекла видно школьный двор, где ещё сохнут лужи после ночного дождя. Я сжимаю брюки под столом, и мысленно пытаюсь успокоить себя. Надеюсь я не выделяюсь. Нужно просто не привлекать лишнего внимания. Тогда все будет в порядке. Через пару минут дверь скрипит, и в класс входит мужчина лет сорока пяти, коренастый, с вечной складкой усталости между бровей. В руке у него стопка тетрадей и учебник «Сугаку I» (математика). Он сразу не улыбается, не растягивает «добро пожаловать». Ставит книги на кафедру и коротко представляется: -Я Накамура-сэнсэй. Ваш классный руководитель. И да, я же буду вести у вас математику. Гул в классе стихает. Кто-то перешептывается, кто-то уже достает тетрадь. Хлопок двери, распахивающейся с размаху добивает меня окончательно - в класс залетает словно живое торнадо глупо улыбающийся блондин. Он эмоционально размахивая руками извиняется за свое опоздание перед сэнсэем, затем торопливо идёт направляясь прямиком к моей парте. О бог мой. В порядке? Ничерта не будет в порядке.. -Такаюки же, правильно? Парень не дожидаясь моего ответа закидывает рюкзак на свою половину парты и плюхается на стул. -Я с тобой сижу. На его почти кукольном лице сверкает улыбка - лёгкая, трепетная, неуместно солнечная. Он ничуть не смущенный моим оцепенением, дружелюбно протягивает руку: -Приятно познакомиться, я Мэдока. 19:00 Вода уже остыла, но я всё ещё сижу. Я не знаю сколько. Не знаю. Лицо мое бледное как впрочем наверное и всегда. Пена давно исчезла, на поверхности остались только маленькие островки мыла. В ванной тихо, лишь иногда с крана в раковине падают капли. Я слышу это - кап… кап… кап… и не могу сказать, прошло ли пять минут или час. День весь как в тумане. Утренний шум, лица, запах чужих тел в метро - всё перемешалось в одну гулкую кашу. Я притягиваю колени ещё ближе к груди. Смех того парня пронзительно оглушает меня эхом в голове. Как его там звали?.. Мэдока. Слишком громкий, слишком близко. И это «приятно познакомиться» до сих пор звенит в ушах, будто он произнёс его прямо в воду. Как будто специально выбирал самые острые звуки, чтобы ими уничтожить меня по кусочку. День. Весь чёртов день Мэдока не умолкал. Сначала что-то спрашивал. Потом ещё раз. Ещё и ещё. .. Когда прозвенел звонок, я почти не помню, как встал. Кажется, раньше всех. Сумка - в руку. Дверь - мимо. Коридор - длинный, как выдох. Шаги отдавались в висках. Я не оглядывался. В груди неприятно сжалось. Кажется, сердце снова забилось слишком быстро. Я опустился ниже в воду, пока не остался только нос и глаза над поверхностью. Всё тихо, мутно. Тело будто не моё. Если бы можно было просто раствориться здесь - стать водой, паром, чем угодно, может быть даже ничем. Кап… кап…