One Night in the City

Им снова пришлось идти. Сейчас, правда, стало легче: Хроно уговорил Ри вырезать из шкуры пса подобие подошв, которые Тида с вымученной благодарностью примотала к ногам. В воздухе запахло кровью, но теперь Тиде было не до этого: ей приходилось щуриться в кромешной темноте и держаться за руку Хроно, чтобы не потеряться. Нет, Сити не был похож на Сентай. Он подавлял абсолютно и без остатка. Это был ночной кошмар, восставший из глубины веков. Две сотни лет назад Сити был величественной столицей восточного берега, но развернувшаяся гражданская война поглотила город-государство. Законы перестали иметь значение, борьба за власть велась всеми возможными методами, включая терроризм и привлечение иностранных капиталов. На стороне всех противоборствующих партий, которых было больше пяти, было мощное оружие, которым они не гнушались пользоваться. За полтора года войны население Сити сократилось с сорока пяти миллионов до трехсот тысяч человек. Город был практически уничтожен. Фракция Ратшио, получившая преимущество и пришедшая к власти на основании меморандума, постановила оставить Сити. Здесь ничего уже нельзя было возродить или построить. Очутившись здесь, Тида вдруг поняла правильность такого решения: каждый камень хранил воспоминания о битвах, и вряд ли бы люди смогли начать жить здесь по-другому. Дома стояли разрушенные почти до основания, повсюду сугробами лежали груды разбитых кирпичей и поломанного бетона. Для жителей тогда построили временные дома на границе Сити и назвали район Сентаем. А потом, когда была выстроена Содвира, Сентай снесли за ненадобностью. По крайней мере именно так было написано в учебнике по истории. Тида невольно поежилась: в отличие от книги, где прошлое стало призрачным, в жизни и Сентай, и Сити были чересчур как реальны. Тида потеряла чувство времени: они просто шли по широкому проспекту, заваленному осколками, обломками, камнями. Секунды остановились, распались, словно сами пережили ужасную катастрофу. Единственным, что нарушало ощущение вечности, были повисшие вдоль улицы темные и светлые ленты полиэтилена. Тида думала, таким больше не пользуются. Наверное, так ограждали места взрывов или массовых убийств. Впрочем, сейчас это было не важно, и Тида снова уставилась на дорогу. Она старалась не наступить ни на что острое, но получалось плохо, и сбитые ноги противно ныли. Рана на лодыжке перестала кровоточить, кожу неприятно стянуло коркой. Глаза начали слипаться, усталость брала свое. Слева началась белая полиэтиленовая лента, и Ри с Хроно свернули с проспекта, поднырнули под ней и пошли дальше. Тида последовала их примеру. Идти вдруг стало проще, словно кто-то постарался очистить дорогу от проволоки и других останков зданий. Ри шел первым, и Тиду тошнило от запаха паленой шерсти пса, висевшего у него на плече. Они свернули направо, потом налево, потом еще раз налево возле выжженой на стене надписи «Смерть шакалам Ратшио» и снова направо. А потом остановились. Перед Тидой высились круглые колонны, исписанные матерными словами с одного края и почерневшие с другого. Колонны уходили в небо: второго этажа не было. Каменная лестница перед ними когда-то наверняка была красивой, а теперь ее середина была раскурочена глубокой воронкой. Ри прошел мимо этого памятника войны без особых эмоций, Хроно же обошел по большему кругу. Тида предпочла последовать его примеру. В глаза бросилась потемневшая от времени табличка, на которой все равно отчетливо были видны буквы. «Центральная библиотека», гласила она. Внутри и вовсе ничего не было видно. Тида просто шла наощупь, доверяя Хроно, державшему ее за руку, борясь с желанием развернуться и сбежать туда, где хоть что-то можно было разглядеть. Сначала они поднялись по лестнице, потом свернули куда-то влево и пошли снова вниз по очередным ступенькам. Потом еще раз свернули налево и опять под ногами оказалась лестница. Пол стал холоднее, воздух вокруг тоже. Что-то заскрипело, и свет ударил из квадратной дыры в полу. Ри почему-то уступил им дорогу, и Хроно первым спустился вниз. Оказавшись внутри, Тида снова вцепилась в руку Хроно: на полу за низким серым столом сидели люди. Ее глаза еще не привыкла к свету, поэтому она не смогла толком разглядеть их. ― Ну нихера себе подарок, ― бросил кто-то из них, и Тида невольно отступила на шаг. Хроно почувствовал ее страх и, как настоящий джентльмен, встал между ней и людьми: ― Еды нет, ― и бросил вперед пустую сумку, что болталась у него за спиной. Потом бросил вторую. ― Только оружие. ― Ну давай посмотрим, ― высокий парень встал из-за стола и почти не наклоняясь поднял сумки. Тиде даже показалось, что они сами прыгнули ему в руки. Ему было лет двадцать, ненамного ее старше, с рыжими, густыми волосами, зачесанными назад. Лицо его не выражало ничего кроме скуки и презрения, словно он не ждал хорошего от этой добычи. Двое других за столом на сумки даже не смотрели: их взгляды были прикованы к Тиде, и она старалась не отвечать им взаимностью. Она успела только отметить, что они тоже были молоды и очень похожи. ― А что есть-то будем? ― поинтересовался один из них. Хроно пожал плечами: ― Я не знаю, Соу. ― Ну, может, он не просто так девку привел, ― фыркнул рыжий, и Тида пожалела, что не может исчезнуть отсюда. На пол глухо рухнул труп пса, заставив всех подскочить на месте. Ри спрыгнул прямо на него, отчего кости внутри хрустнули. ― Жри, ― впервые за вечер прорычал он, твердо глядя рыжему в глаза. Тот довольно рассмеялся в ответ: ― Я в тебе не сомневался. Иди, освежуй его. Ри на секунду задумался, потом скривился, достал нож из-за пазухи и с размаху загнал лезвие в пятнистый бок собаки. После он развернулся и скрылся в зияющей в стене дыре, которую тут же задернул изнутри занавеской. Рыжий пожал плечами: ― Мог бы просто сказать, что устал. ― Потом он вернулся взглядом к Тиде, и она вздрогнула от того, каким заинтересованным и внимательным он стал. ― Так зачем здесь ты? В горле у Тиды пересохло. Так на нее еще никто не смотрел: цепко, улавливая каждую деталь, словно проникая под одежду. Она нервно облизнула губы, и рыжий повторил ее жест с ухмылкой. Выглядело пошло. Его глаза были пронзительного янтарного цвета, переливающимся в слабом свете пыльной лампы глубокими солнечными оттенками. Глядя на гармоничные черты лица, Тида невольно отметила, что он был весьма красив. ― Можешь рассказать мне лично, если стесняешься, ― чуть тише произнес он, и Тида едва не кивнула в ответ: таким завораживающим был его голос. ― Валл, прекрати! Она из Содвиры, и ей это не интересно! ― возмутился Хроно, резким возгласом возвращая Тиду к реальности. Валл перевел ставший жестким взгляд на него: ― Тогда какого хера ты ее привел? ― Ей нужна была помощь. Она потерялась, ― уверенный тон Хроно сошел на нет, превратившись в лепет. ― Мы не могли пройти мимо. ― Вы или ты? Сомневаюсь, что Ри стал бы ей помогать, ― Валл ухмылялся широкой, обнажающей зубы ухмылкой. Он отдал двум парням, сидящим за столом, сумку и подошел ближе. Хроно сглотнул, но продолжил смотреть ему в лицо: ― Я… ― голос его задрожал и стал тише. ― Я подумал, мы могли бы… ― Валл был выше его на полторы головы и вблизи эта разница была подавляющей. ― Могли бы ее приютить… на время. ― И поэтому ничего не принес? ― Хроно замялся и отвел взгляд. ― Собака на твоей совести. Не затягивай. Хроно неуверенно кивнул и, получив, крепкую оплеуху, побрел к трупу пса. Тида шумно вдохнула воздух, но рыжий смерил ее таким презрительным взглядом, что слова застряли в горле. Стоять посреди комнаты и привлекать к себе внимание было невыносимым, и Тида заставила себя сделать несколько шагов в сторону и сесть рядом с Хроно. Вряд ли она могла быть полезной, но по крайней мере она могла попробовать. ― Не обращай внимания, ― подбадривающим шепотом сказал Хроно, неумело вспарывая шкуру пса. ― Валл всегда такой. ― Валл, ― повторила Тида себе под нос. ― Эй, Хроно, ― вдруг окликнул Соу. ― Ты нас не представишь? ― Да вот руки заняты, ― огрызнулся Хроно, но прозвучало как-то совсем беззлобно. Соу пожал плечами и, отставив в сторону закопченную металлическую миску, приветливо помахал рукой: ― И как тебя зовут, девочка из Содвиры? ― его голос прозвучал как-то взросло, хотя на вид Тида не дала бы ему больше пятнадцати. ― Тида, ― она надеялась, что не пожалеет об этом разговоре. ― А я Соу. Это Куни, ― он указал на сидящего рядом с ним парня, острые скулы которого все-таки намекали на чуть больший возраст. Потом кивнул на рыжего, ― Валл, местный король отбросов. С псом Ри ты знакома. Да, имя странного парня Тида хорошо запомнила. Она заставила себя благодарно кивнуть и улыбнуться: ― Очень приятно познакомиться. Валл, развалившийся в углу на старом кресле, презрительно усмехнулся, и Тида с удивлением заметила в его руках книгу. «Жестокий век» гласила истрепанная обложка. Если честно, Тида всего второй раз в жизни видела вот такую бумажную книгу. Все, что она читала, все ее учебники ― все они были загружены в смартсферу. Но она решила не проявлять сейчас лишнего любопытства. Мало ли, как эти парни на него отреагируют. ― Значит, из Содвиры? ― Соу явно был настроен поговорить. ― И как тебе у нас после Содвиры? Тида замялась: ― Страшно. ― У нее не было других слов. Даже солгать она бы не смогла. С детства как-то плохо получалось. Соу и Куни рассмеялись, словно другого ответа и не ожидали. Широко зевнув, Куни поднялся и ушел к дальней стенке. Что-то защелкало и вдруг запахло горелым. Тида поспешно обернулась, заметив краем глаза оранжевые искры. Сначала ничего не было видно, а потом появилось языкастое рыжее пламя, благодарно хватающее тонкие белые палочки из рук Куни. Запах стал приятным, уютным. Она наконец-то могла осмотреться. Комната была узкой и длинной, и пол в ней был с уклоном, так что под входным люком было не больше полутора метров высоты, а возле очага можно было выпрямиться в полный рост, не задев головой потолка. В темных стенах были небольшие проемы, как тот, в котором скрылся Ри. Тида насчитала их целых 6, но задернуты старыми тяжелыми занавесками было только два. Под ногами было достаточно мягко, но возле очага и стола пол поблескивал знакомым бетонным блеском. Над очагом тоже виднелось небольшое темное окошечко, назначение которого для Тиды оставалось загадкой, не стоящей внимания. Соу потянулся, отбросив пару длинных теней на стены, и поднялся на ноги. ― Голодная небось девочка. ― Соу вытащил из-за пазухи широкий нож, подошел к туше, которую Хроно только начал свежевать. ― Не обессудь, тряпка, помогать не буду. Хроно кивнул, но воодушевления в его жесте не было. Соу провозился с минуту, кромсая тушу. У него получалось куда ловчее: нож сначала вспорол шкуру, потом его лезвие нырнуло под нее, почти параллельно шерсти и засновало туда-сюда, периодически застревая, и тогда Соу продергивал его с едва ощутимым напряжением. Нож, еще несколько секунд назад казавшийся чересчур большим для него, вдруг стал органичным продолжением руки. Кусок шкуры был срезан и отложен в сторону. Несколькими быстрыми движениями Соу отрезал пару кусков мяса и отнес их к Куни. Тида сама не замечала, как рассматривала его. В его движениях не было той угловатости, что обычно отличает мальчишек подросткового возраста. Поджарый, в лоскутной жилетке на голое тело, Соу двигался быстро и упруго, и шагов его почти не было слышно. Его загорелые ноги были сплошь в старых шрамах, не прекращавшихся ни на коленях, ни выше, где их уже было не увидеть под пыльными, плотными шортами. Тида заставила себя прикусить язык. Она не хотела знать ни откуда они взялись, ни откуда у подростка такая сноровка в разделке мяса. Куни подставил котелок с водой, и Соу бросил в него один кусок, а второй принялся строгать на тонкие полоски. Куни поставил котелок на огонь и принялся нанизывать полоски на острые металлические стержни. Они с Соу были похожи. Очень. Когда они сидели рядом, Тида ощущала разницу скорей инстинктивно, чем могла ее увидеть. Оба худые, у них были волосы какого-то непонятного грязного цвета между коричневым и зеленым, блеклые глаза, на которые природа поскупилась дать краски, с едва заметными веснушками, в похожих лоскутных жилетках, которые словно росли вместе со своими хозяевами, с каждым годом обзаводясь новыми обрывками тканей. Но Куни со своим высоким голосом, который Тида скорей бы обозначила как сопрано, чем даже как контратенор, явно был старше. Может даже не на два или три года, а больше. Хроно голодным взглядом проследил за тем, как мясные полоски закрепили на стержнях в камнях вокруг очага так, чтобы огонь почти облизывал их влажную от крови поверхность, и вернулся к работе. Тида видела, что туша ему не давалась: он откромсал всего несколько жалких клочков пятнистой шкуры, и работы было еще много. ― Соу, ― робко обратилась Тида, когда он закончил кромсать мясо. ― Можешь одолжить мне нож? Я хотела бы помочь Хроно. Она не лгала: он попал в немилость, спасая ее. Ри бы не стал ее выручать в Сентае, не обратил бы внимания на ее мучения, не шел бы медленнее, подстраиваясь под ее хромой темп. Нужно было вернуть долг. Соу пожал плечами, ловко крутнул нож, поворачивая его в ладони ручкой к Тиде, но тот вдруг взлетел в воздух и завис в полутора метрах над землей. Тида ошарашенно замерла, не веря собственным глазам. ― Нет, ― жесткий голос Валла мгновенно разрушил теплую атмосферу, едва сложившуюся из запаха жарящегося на костре мяса. ― Он сам. Тида возмущенно посмотрела на него, словно могла испепелить взглядом. Валлу на это было наплевать. Он все так же читал книгу, только мизинец на его левой руке был отогнут и устремлен вверх. ― Я понял, ― отозвался Хроно. ― Я сам. Мизинец мягко опустился вниз, и нож послушно вернулся в протянутую руку Соу. Тида ошарашенно посмотрела на нож, потом на Валла, потом снова вернулась взглядом к ножу. Соу прыснул со смеху, наблюдая ее замешательство: ― Это телекинез. Кажется, этому не учат в ваших школах. ― Их там ничему не учат, ― бросил Валл не отрываясь от чтения. ― Она из богатых районов, а там девки это публичное украшение. Она наверняка даже сосать не умеет. Тида хотела было возмутиться, ведь даже младенцы умеют сосать — этот рефлекс у человека врожденный, а навык сохраняется на всю жизнь, что весьма удобно ― соки там пить на ходу, воду, но вовремя уловила какой-то непонятный подтекст и удивленные ухмылочки на лицах Куни и Соу. ― У нас и без этого… телекинеза напряженная программа, ― со всем возможным высокомерием вздернула вверх нос Тида. Но их это уже не интересовало. Соу аж вперед подался: ― Серьезно сосать не умеешь? Хроно резко обернулся: ― Отстаньте от нее. Знаете же, что в Содвире секс не обсуждается. ― Но она взрослая! ― парировал Соу, разведя руками в свое оправдание. ― Слишком взрослая, чтобы не знать! Можно сказать, старая! Валл выразительно зевнул и перелистнул страницу: ― Соу, тебе пора выбираться за границы Сентая. Раз уж тебе стала так сильно интересна разница. Куни выразительно похлопал друга по плечу и отвернулся назад к огню. Соу растерянно переводил взгляд с него на Валла, потом на Тиду, не находя ответа, и в конце концов не выдержал: ― Но ты же трахалась? ― Спросил он шепотом, словно задавал такой очевидный вопрос, что аж стыдно было. ― Хоть с кем-нибудь? ― Я не замужем. Тида готова была сквозь землю провалиться. Год назад у них был короткий курс полового воспитания, поэтому про секс и его роль в размножении она знала, но вообще-то ей едва исполнилось восемнадцать и размножаться ей было не с кем и не зачем. Впереди было еще почти полгода академии, а потом она думала над продолжением обучения на соноформатора. Это заняло бы еще два года, а потом ее ждала бы стажировка и работа, где и можно было бы уже подумать о личной жизни. Соу ее не понял, это было видно по тому, как его интерес застыл в глубине блеклых глаз, но переспрашивать он не стал. Видимо, не хотел привлекать лишнего внимания к своей необразованности в вопросах Содвиры. ― Вы сказали, ― Тида обернулась к Валлу, надеясь сменить тему, ― из Сентая есть выход обратно в Содвиру, верно? Могу я как-то туда попасть? ― Можешь. Пешком. Все же дружелюбия в нем не было ни капли. Но Тида решила еще попытаться: ― Кто-то может показать мне дорогу? ― А что будет этому кому-то? ― Валл наконец оторвал взгляд от книги, и Тида тут же об этом пожалела. Его янтарные глаза смеялись. ― Мой отец может заплатить. Все ее средства были зашифрованы в отобранной в Сентае смартсфере. ― Сто пятьдесят кронаргов. Деньги вперед. Куни присвистнул себе под нос, и Тида поняла, что для этих парней эта сумма была большими деньгами. ― Двести, ― она сделала встречное предложение, ― но оплата после. Мою смартсферу украли, иначе я бы расплатилась сразу. ― Если твою смартсферу украли, то это означает лишь то, что тебя недостаточно будет посадить в первый попавшийся модуль, ― усмехнулся Валл. ― Это были твои документы, а значит на въезде тебя завернут при досмотре. Если только ты не регистрировала выезд сюда, в чем я очень сомневаюсь. Чтобы протащить тебя в Содвиру двести кронаргов понадобятся только на аренду челнока. Их, конечно, тоже попросят вперед. Едва забрезжившая надежда звонко лопнула и рассыпалась в прах. ― И где же мне их взять? ― В отчаянии прошептала Тида. ― Заработать. Что-то в этом простом слове напрягало Тиду. Может, то, что произнося его, Валл смотрел не ей в глаза, а куда-то ощутимо ниже. Повисла тяжелая пауза, от которой в горле пересохло. ― Еда! ― Куни махнул рукой, разрывая трещащую искрами огня тишину. Хроно было встрепенулся, но Валл осадил его: ― Ты еще не закончил. Зажаристые кусочки ножом сняли со шпажек, разложили по закопченным мискам, от которых немного пахло железом. Тиде тоже перепало, но она видела, что остальным положили намного больше. Правила гостеприимства требовали не обделять гостя, но, видимо, здесь было по-другому. Самую полную тарелку Валл лично взял в руки и отнес к задернутому занавеской проему: ― Ри! Иди поешь! Ответом стало злобное рычание, от которого у Тиды кровь застыла в жилах. Валл устало закатил глаза и подсунул тарелку под занавеску: ― Надо. Яр приказал. Рычание сошло на нет, и через несколько секунд Тида услышала отчетливый звук пережевывания. Что-то ей подсказывало, что ел этот странный парень без рук. ― Вот и молодец. ― Валл выдохнул с облегчением, словно ему каждый раз приходилось уговаривать Ри поесть. ― Он всегда без Яра дичает. ― Примирительно сказал Куни, отдав Валлу его порцию. ― Тем более, уже две недели прошло. Валл не ответил, словно и не к нему обращались. Он вернулся в кресло и принялся за еду. Книга сама поднялась в воздух, легла на подлокотник и раскрылась на нужной странице. ― Валл, ― неуверенно позвал Куни. ― Ты не думал, что пора хотя бы навести справки? В ответ снова прозвучала тишина. Тида заставила себя умерить любопытство и принялась за еду. Мясо было жестким и неприятным на вкус. Она насилу подумала, что зато это мясо было на сто процентов органическим, без синтетических модуляторов вкуса, из-за которых не первый год велись дискуссии в новостях. Абсолютно натурально. И абсолютно отвратительно. Хроно устало вздохнул и отложил нож. Все уже закончили с едой, а он еще не сделал и половины работы. Куни сложил тарелки в дальний угол, видимо, чтобы помыть позже. А может, здесь вообще не было принято их мыть. Тида содрогнулась от этой мысли. Котелок уютно попыхивал паром на огне. Валл скрылся в дальнем проеме в стене, задернув его серой непрозрачной занавеской. Соу откинулся на пол, растянулся, довольно облизывая чуть жирные после еды губы. В подрагивающем свете очага Тида разглядела светлые пятна на коже живота и груди, резко выделяющиеся на фоне загара. Соу заметил ее взгляд, но едва открыл рот, чтобы что-то сказать, как Куни наклонился к нему и легко потерся носом о нос: ― Рассвет уже. Пора в патруль. Тида забыла, что пялиться неприлично. Она проводила их взглядом, полным отвращения и удивления, а когда люк захлопнулся, столь же выразительно посмотрела на Хроно. Тот предпочел с ней глазами не встречаться.