Пусть кончится тень.

Месть — это игра, в которой либо ты ставишь точку, либо точку ставят на тебе

Утро ворвалось в комнату с холодным светом из окна. Рико открыл глаза и сразу повернул голову в сторону стола Пусто. Морияма медленно сел на край кровати, не веря. Потер глаза. Посмотрел снова. На столе стояла только бутылка с водой. Пионов не было. Рико встал, подошел к столу. Ничего. Даже следа, что еще вчера, тут стояли цветы — нет. Морияма взглядом обшарил свою комнату. «Неужели, правда галлюцинация? Я настолько отчаянный?» — Прокрутил в мыслях Рико, оперевшись на стол и взявшись рукой за голову. Он сжал верные волосы. Морияма уже был готов поверить, что его надежда — болезнь. В дверь постучали. Рико рванул ее так, что она с грохотом ударилась о стену. Жан растерянно замер. Руки за спиной, в его глазах — испуг. Он стоял, вжав голову в плечи. Морияма не стал разбираться, зачем он пришел. — Это ты взял? — Голос низкий, рычащий. Моро не сразу понял, о чем речь, продолжая смотреть на Рико. Морияма сделал шаг вперед, Жан пошатнулся назад, но не ушел. — Букет! Ты взял букет? Моро сглотнул. Перел ним не тот, кто вчера сжимал цветы в автобусе. Перед ним тот, кого он сильнее всего боялся увидеть — тот самый монстр. Морияма хватает его за плечо, толкая к стене в коридоре. — Где цветы?! — Рико не сдерживает крика. — Где они?! Жан не отводил взгляда. Не пытался вырваться, стоял, прижавшись к стенке. Из-за его спины появляется рука, сжимавшая одинокий цветок. — Я не брал… — Хрипит Моро. Голос тихий, почти мертвый. — Я принес то, что осталось. Хозяин выбросил их сегодня утром. Я успел забрать один. Морияма медленно переводит взгляд на маленький, чуть помятый пион. Один. Из целого букета. Рука разжалась сама. Рико делает шаг назад, аккуратно забирает цветок у Жана. Морияма смотрел на пион, потом на Моро. «Он пришел сюда зная, что я могу убить его. Зная, что я не в себе. Он пришел, чтобы отдать мне то, что мне дорого. После всего, что было. Он просто отдал мне цветок…» Жан все еще стоял, прижавшись к стене, и смотрел в пол. Не убегал. Не оправдывался. Просто ждал. И вдруг Рико стало стыдно. Не за крик, не за толчок, не за то, что Жан знает его слабые места. За то, что в первую секунду Морияма увидел в нем врага. А Жан врагом не был. Никогда. Рико кивнул. Не подобрал нужных слов. Что можно сказать человеку, который поставил под угрозу свою безопастность, чтобы принести Морияме этот цветок? Моро медленно развернулся и спокойно пошел в сторону своей комнаты. Рико проводил его взглядом, пока Жан не скрылся за дверью, а потом сам вернулся обратно. Вставив единственный цветок обратно в стакан, Рико открыл шкаф, достал оттуда свой блокнот. Все данные собраны. Осталось их передать нужным людям. Морияма взял в руки вложенную в блокнот бумажку от Нила. Развернул. Там были написан номер, а рядом в скобках имя: «Стюарт Хэтворд». Кажется, Рико видел это имя где-то в документах, но уже не помнил, кто этот человек. Единственное, что он помнил — Стьюарт объединиться с ФБР, как только узнает точное местоположение и срок Натана, чтобы устранить его. Телефона у Рико не было. Он остался валятся разбитым между многоэтажек. Морияма поморщился, вспомнив вкус дешевой водки и сигарет. На лице появилась тень отвращения к самому себе. Но сейчас это было не важно. Надо думать о том, с чего звонить Стюарту. Думать долго не пришлось. Рико вышел из комнаты и начал блуждать по коридору, прислушиваясь к звукам за дверьми. Морияма заметил приоткрытую дверь — редкость для Гнезда. Он заглянул внутрь — пусто. Отличный шанс. Рико аккуратно проскользнул внутрь, осмотрелся. Он не знал, кому принадлежит эта комната и телефон, который он там нашел. Ему было плевать. Сейчас устройство ему нужнее, чем кому-либо. Щелчок. Дверь сзади закрывается. Сама. Морияма замер, сжал в руках телефон, не осмеливаясь повернуться. Раздался знакомый, ядовитый, до боли противный голос. — Попался, король. Теперь ты мой. Рико быстро кладет в карман телефон и медленно поворачивается к выходу. Грейсон стоит, оперевшись спиной на стенку и сложив руки на груди. Улыбается. Морияма стоит. Он смотрел на Джонсона с неподдельным испугом, и только предательская тень издевки блестела в широко раскрытых глазах. Уголки губ его незаметно дрогнули в не менее ядовитой улыбке. Грейсон сделать пару шагов сторону Рико. Медленно. Хищно. — Скучаешь по своим цветочкам? Хочешь я тебе новые куплю? Красненькие, как кровь. Как ты любишь. После этих слов в горлу подкатила тошнота. Морияме стало чуть ли не физически плохо от его голоса, фразы. Он сглотнул. Ему больше не было весело. Ему было гадко. Брезгливость стихла, сменившись резкой волной ярости. «Это животное, эта тварь посмела выронить из своего рта слово о самом чистом, что есть в моей жизни. И испортить. Ему это не сойдет с рук просто так». Гнев был настолько сильный, что отдался болью в висках. Рико не мог терпеть. Но терпел. Еще не время. Грейсон подходит ближе. Слишком близко. Морияма чувствует его запах, дыхание. Руку на своей голове. Когда Рико почувствовал прикосновение, он резко пошатнулся назад. На это Джонсон легко рассмеялся. — Не дергайся. Тебе же больнее будет. Предел. Первый, резкий удар — в челюсть снизу. Джонсон отшатывается, шипит от боли, но не падает. В ответ кулак Грейсона прилетает Рико в нос. Но Морияма не чувствует боли. Адреналин заглушил все. Рико, в момент когда Джонсон замахивался для второго удара, опередил его, вдарив в солнечное сплетение. Пока Грейсон стоял согнувшись, Морияма направил свой локоть ему в затылок. Джонсон не может удержаться на ногах, равновесие теряется, колени подкашиваются — он падает на пол. Пытается встать — поздно. Рико уже сел на Грейсона сверху, фиксируя его тело между коленей. Морияма хватается за его правую руку. Выкручивает в неестественное положение. Одно резкое движение. Хруст. Резкий, оглушающий крик. Вторая рука — аналогично. Рико поднимается, встает в стороне. Вытирает рукавом текущую из носа струйку крови. Морияма смотрел на результат. В груди — спокойствие. Грейсон лежит на полу, крича, дергаясь от боли. «Наконец-то» — подумал Рико и облегченно выдохнул. Он, проверив, что телефон все еще лежит в кармане, развернулся и пошел в сторону двери. Больше находится в этой комнате нет смысла. Последнее, что сказал Рико, перед тем как выйти, было: — Легко ты отделался. Отдыхай. Дверь захлопнулась. — Стюарт Хэтворд? — Голос Рико ровный, серьезный. Он тут по делу. Из телефона послышался голос. — Назовитесь. — Стюарт говорил твердо, но где-то далеко проскользнула тень настороженности. — Морияма. Рико Морияма. Натаниэль Веснински просил передать. Настоящее имя Нила — ключ. Стюарт его знает. По нему он поймет, что звонят свои. — Слушаю. Рико выложил ему все, что нашел в документах Тецудзи. Стюарт внимательно слушал, задавал вопросы, на которые Рико как мог отвечал. Разговор вышел короткий, без лишней воды. — Откуда у тебя эта информация? — Спросил мужчина в конце разговора. — Не важно. Главное, что она точная. Морияма почувствовал, как собеседник кивнул. — Я свяжусь с ФБР. Если все подтвердиться…ты спас больше, чем одну жизнь. — Я не ради этого. — Рико вздохнул и сделал небольшую паузу. — Просто передайте Натаниэлю, что обещание выполнено. Морияма отключил телефон и замер. В комнате — тишина. Слышно только его дыхание и стук собственного сердца. Он посмотрел на пион в стакане. Один. Но он был. «Дело сделано. Осталось ждать», — Рико облегченно выдохнул. Впервые за долгое время. Потому что он сделал то, что должен был. «Нил узнает. Стюарт передаст. Может, даже спасибо скажет. Или нет. Не важно. Я не за благодарность это делал.» Рико лег на кровать. Странное чувство. «Ты спас больше, чем одну жизнь…» — Голос Стюарта не выходил из головы. Морияма? Спасать? Казалось для такого страшного человека это слово невозможно. Но все же, даже бездушный монстр способен на такое. В комнате стало душно. Рико встал, сам не зная зачем. Ноги понесли в коридор — подальше от давящих стен. Морияма взял с собой украденный телефон и, пока шагал по коридору, отчистил всю историю вызовов. Рико решил оставить его себе, все равно Грейсону он в ближайшее время точно не понадобиться. Надо было подышать. Или увидеть кого-то живого. Или просто убедиться, что Рико еще существует после всего. Одна из дверь в коридоре открылась. Из нее выглянул Жан и, явно не ожидая увидеть Рико, вздрогнул. Морияма же спокойно остановился рядом. Моро вышел в коридор, закрыв за собой дверь. — Слышал крики? Не переживай. — Начал Рико, указывая рукой в сторону комнаты Грейсона. — Грейсон сегодня неудачно упал. Руками. Обеими. Жан замер. Рико проследил за его взглядом. Моро смотрел не мимо руки, вдаль, где находиться комната Грейсона, а на кровавое пятно на рукаве Мориямы. Жан не знал, что делать или что сказать. Не каждый день справедливость восстанавливает тот, кто сам был частью его кошмара. После долгой паузы Моро еле слышно выдавил. — Спасибо. Морияма тяжело вздохнул. — Главное, запомни одно: я никогда не буду претендовать на прощение от тебя. Никогда. Единственное, что я могу тебе предложить — жить в Гнезде спокойнее. Если Моро даже задумается о том, чтобы простить Рико — Рико не простит себя. Все эти действия сломанной заботы Морияме не нужны. Не потому что ему не нравится. Жан — единственная капля человечности в «Воронах». Но он не заслуживает беспокоится за того, кто раньше позволял себе издеваться над ним. Жан имеет право ненавидеть Рико вечно. И должен это делать. Морияма это принимает и уверен, что никак по другому быть не может. Рико отдает свой последний, долгий, строгий взгляд Жану. Моро кивнул и тогда Морияма смог медленно развернуться и пойти к выходу. Грохот за его спиной. Кто-то падает на пол. Рико резко разворачивается. Жан лежит на полу, схватившись за живот и корчась от боли. Над ним нависла высокая, темная фигура, сжимающая свою трость. — Морияма. Подойди. — Прозвучал знакомый, леденящий голос. Рико на миг застыл, но все же смог сделать пару шагов к Тецудзи. — Я хочу видеть тебя прямо сейчас в своем кабинете. Но перед этим, разберись с ним. — Тренер указал тростью на Жана, который все еще сидел на полу, прислонившись к стенке. Морияма стоял на месте и смотрела на Жана. Что он должен сделать? За что разбираться с ним? Тецудзи выдохнул, подошел ближе к Рико. Морияма напрягся, продолжая смотреть на Жана, лишь бы не вступать в зрительный контакт с дядей. Тренер взял Рико за подбородок и насильно заставил заглянуть ему в темные глаза. — Рико. Ты же видел как Моро вел себя на поле. Расскажи ему, что так делать нельзя. Тецудзи сжал подбородок Рико сильнее, перед тем как отступить. Морияма продолжал смотреть на Жана, не решаясь что-либо сделать. Впервые за всю жизнь ему было невозможно поднять руку. Они будто стали тяжелее, стали неуправляемыми. Рико не хотел. Он не мог. Если слово «разберись» звучит от Тецудзи, то это означает ничто иное как «сломай». Жан — доказательство, что среди таких как «Вороны» можно не только сохранить человечность, но и превратить ее в оружие против Рико. Потому что зверя можно сломать. С ним может разбираться. А на Жана, который принес обычный цветок, пожертвовав своей безопастностью, который не разу не замахнулся на других, который продолжает жить в такой обстановке — замахнуться на него невозможно. «Если я ударю Жана, то докажу Тецудзи, что его методы верны. Что я — его собственность, у которой нет право выбора. Что человечность во мне — это ошибка. Если я сломаю Моро — я сломаю себя. И тогда Аарон прийдет за кем? За монстром? Но останется ли тот, за кем приходить, если я ослушаюсь Тецудзи?» — Жалость вещь слабых и недостойных. — Тецудзи обошел Рико, положил руку ему на плечо. — Ты испортился. Покажи мне, что достоин стоять здесь. — Тренер наклонился ближе, так, чтобы разговор был слышен только им. — Иначе я переломаю тебе ноги. Тебе же сегодня было весело играться с моим игроком? Уголки губ Тецудзи дрогнули в довольной улыбке. Он отошел в сторону, но не далеко, выпрямил спину, облокотившись рукой на трость. Морияма сглотнул. В глазах Жана — больное понимание. Он осознавал, что Рико не может иначе. И это самое страшное. Хотя нет. Самое страшно это то, что Морияма смог иначе. Он не думал. Тело само решило быстрее, чем мозг успел дать отбой. Плечо развернулось, вес перешел на одну ногу, рука взлетела слишком быстро. Удар пришелся в скулу. Трость звякнула, выскользнув из рук дяди на пол. Тецудзи сделал шаг назад — первый раз, когда он отступил. Рико смотрел на свою руку. Она дрожала. Это все? Резкое, словно Морияму ударило током, леденящее осознание пришло тогда, когда Рико увидел на лице тренера ярость. Не холодную маску, а настоящую, жгучую ярость. Ноги сами выбрали бежать. Не зная куда, без возможности скрыться — бежать, пока не кончаться силы. Сердце колотиться, руки трясутся, Рико сжимает их в кулаки, чтобы унять дрожь. Первая дверь в конце двух коридоров оказался выход на лестничную площадку, которая ведет на другие этажи. Рико дергает ручку — закрыто. Бежать некуда. Взгляд цепляется за последнее — маленькая, доверху заваленная старым снаряжением кладовка в конце коридора. Морияма залетает внутрь и резко захлопывает дверь. От этого движения с потолка посыпалась штукатурка, а с полки упала часть поломанной клюшки. Рико наконец смог отдышаться, все еще крепко сжимая и тянув на себя дверь. Он не верил в реальность происходящего. «Я действительно это сделал? Зачем? Для чего? Это конец…» Его окутал удушающий страх. Он был настолько сильным, а адреналина настолько много, что разболелась голова. Он боялся за всех: за Аарона, за пион, за Жана. Когда руки устали держать дверь, Рико рухнул от бессилия на пол. Под собой он заметил обломки клюшки. Своей клюшки. Старой. Он сломал ее в первый день, думая, что освобождается от прошло. Ломал, когда приехал сюда, чтобы доказать сохранение своей человечности до конца. Оказалось, он ломает не клюшку, а себя. Сейчас он снова держит ее в руках и понимает — от себя не сбежать. Клюшка все равно его нашла. Что делать дальше? Рико дождался, пока дыхание прийдет в норму, прежде чем медленно подняться. Выхода нет — либо оттягивать свою смерть до последнего, что может повредить кому-то другому, либо выходить и смотреть, что будет дальше. Морияма открыл дверь и тут же замер. Тецудзи стоял в трех метрах. Его щека красная и опухшая. Он знал. Знал и ждал, пока Рико выйдет. Тренер стоял напротив, опираясь на свою трость. Глаза — леденящие, убийственные. Он ничего не говорит. Тецудзи быстро подходит к Рико и хватает того за волосы. Морияма не пытался сопротивляться — бесполезно. Он лишь автоматически, от боли, схватился за руку дяди. Тренер выкинул его на улицу. Рико выпал из его хватки, упав в мягкий, свежий снег. Морияма попытался встать — и тут же получил удар тростью по спине. Упал лицом в снег. Второй удар. Третий. Потом — темнота. Сначала — ничего. Абсолютно. Рико не понимал, существует ли он вообще. Потом пришел звук. Тихий, монотонный, откуда-то из далека. Кажется, это было завывание ветра. Морияма вдруг чувствует, что все еще существует. Что он есть, что он лежит. Тяжесть. Собственное тело давит на него. Или что-то сверху? Попытка пошевелится — ничего. Тело не отозвалось. Никак. Вообще. Первым пришел страх. Раньше мыслей. Настоящий, животный страх — «Я парализован? Я больше не могу двигаться?» Рико пытается сделать вздох глубже — в груди что-то отзывается болью. Не острой, а тупой. Значит, он жив. Значит, тело есть. Морияма заставляет себя открыть глаза. Первое, что он видит — белый. Белый свет? Нет. Снег. Он лежит лицом в снегу. И тут приходит память. Удар по Тецудзи. Удар тростью. Первый, второй. Спина горит огнем, когда он вспоминает это. Тренер. Его взгляд. Его руки. Тело вспоминает про холод: Рико начинает трясти. Мелко, противно, неконтролируемо. Зубы стучат так, что кажется сломаются. Морияма переворачивается на спину. Каждое движение — пытка. Спина не гнется, конечности не слушаются. Он смотрит в небо. Там звезды. Миллиарды звезд. Спокойные, холодные, вечные. «Хорошо вам, — подумал Рико. — Вас никто не трогает. Вы просто горите. Горите тысячи лет. А я…» Он хотел додумать, но мысли замерзали быстрее, чем пальцы. Оставалось только одно: ему очень хотелось оказаться там. Наверху. Стать одной из них. Чтобы ни боли, ни холода, ни рук, которые помнят, как сжимается чужое горло. Только свет. Только покой. Но звезды молчали. Они не брали к себе таких, как он. Рико хотел открыть рот, но губы, казалось, уже примерзли к друг другу. «Аарон…Я не смог. Я не успел…Прости…» Ветер все еще воет, но Морияма его почти не слышит. Мир будто отодвинулся от него. Рико вдруг чувствует…что ему тепло. Сначала в груди разлилось приятное расслабление. Потом в руках. В ногах. Морияма хотел обрадоваться, но понимал, что это ловушка: организм сдается. Он хотел моргнуть, но понял, что веки больше не открываются. Ресницы слипаются, покрываются ледяной коркой. «Значит, вот как это - умирать» — последнее подумал он. И провалился в темноту.