Лишь прах и тени

Следующий визит Гермионы в «Прах и тени» застал Драко за прилавком. Он читал, надев очки. Ожидание и волнение не отпускали Гермиону всю неделю. Она едва могла сосредоточиться на работе — так сильно предвкушала возможность наконец-то изучить текст, который искала столько лет. Её не радовало, что ради этого пришлось обратиться за помощью к Драко Малфою, но она надеялась, что это станет разовой акцией. После сегодняшнего дня им больше не придётся встречаться. Разве что во снах или, скорее, в кошмарах. Гермиона подошла к стойке, ожидая, что он, как и положено продавцу, обратит внимание на посетителя. Но в истинно малфоевской манере Драко проигнорировал её присутствие, лишь перевернув страницу. На мгновение Гермионе показалось, что он изучает найденный для неё фолиант, но, мельком взглянув на обложку, она поняла: это всего лишь руководство по зельеварению. Слегка раздражённая, она демонстративно стянула перчатки, надеясь вызвать хоть какую-то реакцию. Не сработало. Гермиона почувствовала, как в челюсти нарастает напряжение — приходилось сдерживаться, чтобы не сорваться. Этот холод был ниже её достоинства, и она не собиралась позволять Малфою вывести себя из равновесия. Надежда, горевшая внутри, оставляла слишком мало места для гнева. — Я вернулась, — произнесла она чётко. — У тебя есть для меня книга? Драко дочитал страницу, поправил очки и коротко бросил: — Нет. Он снова углубился в чтение, не удостоив её взглядом. «Нет?» Но он же обещал! Гермиона не доверяла Малфою, но надеялась, что золото его убедило. Она верила, что наконец получит желаемое и усилия не окажутся напрасными. Гнев кольнул её. — Надо было догадаться, — пробормотала она. Драко чуть наклонил голову, и Гермиона поняла, что он наблюдает за ней краем глаза. — Тогда верни золото, и я уйду. — Я сказал: у меня её нет. — Я слышала тебя с первого раза! — вспыхнула она. У неё и без того не было времени на эти игры: дома ждали стопки дел, а теперь придётся начинать всё заново. Он повернул голову в её сторону: — Я сказал, что у меня её нет сейчас, а не то, что я не смогу её достать. Краткое облегчение сменилось досадой. Если он может, то почему до сих пор не сделал этого? Неужели ему нечем заняться, кроме как водить её за нос? Драко оторвал глаза от книги и смерил её оценивающим взглядом, протирая очки грязным платком. Вышивка на нём всё ещё была изящной, но ткань потемнела — Гермиона надеялась, что это просто чернила. — Сколько времени тебе понадобится? — спросила она прямо. — Мне нужны конкретные сроки. Он пожал плечами и опёрся локтями о прилавок: — Поживём — увидим. — Отлично, — процедила Гермиона, бросив перчатки на стойку. — У меня нет времени бегать сюда и проверять, справляешься ли ты со своей работой, Малфой. Скажи, когда будет текст. Я уже заплатила и хочу получить то, за чем пришла. Не все могут сидеть и читать весь день — некоторым приходится работать. Воздух между ними стал ледяным. Губы Драко скривились в усмешке, а глаза Гермионы сузились, сверкая сталью. — Думаешь, ты лучше меня? — Его голос был мягким и холодным, как иней на стекле. Его дыхание участилось, и Гермиона почувствовала, что её собственное тоже сбилось. Щёки вспыхнули, в то время как лицо Драко побледнело от злости. Из-под расстёгнутого воротника четко выделялись тёмные линии тюремных рун. На мгновение ей стало действительно страшно. — Это не я провела два года в тюрьме, — парировала она. Это был мелочный аргумент, но Гермиона хотела, чтобы он понял: больше он не сможет обращаться с ней как прежде. — Ожидаю, что книга будет здесь к моему следующему визиту. Драко молчал. Гермиона не пыталась нарушить тишину — она знала, что после веского аргумента нужно выдержать паузу. Кто заговорит первым, тот проиграет. Он прикусил губу, явно выбирая между оскорблениями. Вероятно, оба варианта показались ему неуместными, потому что, когда он наконец отвёл взгляд, то лишь хмыкнул: — Ты хоть знаешь, что это за книга? Она полна по-настоящему тёмной магии, Грейнджер. — Я зн... — начала она. — И это говорю тебе я, — перебил он, обведя взглядом лавку. — Я немного покопался в её истории... — он коротко выдохнул. — Есть причина, почему этот том так трудно достать. Похоже, каждый, кто получал его в руки... — Я не собираюсь использовать её для тех мерзостей, ради которых её обычно ищут, — резко прервала его Гермиона. Она знала: какие бы ритуалы ни содержались в книге, если там есть ключ к освобождению эльфов, остальное не имело значения. — Ну, как знаешь, — протянул Драко, выпрямляясь. Даже на каблуках Гермиона была почти на голову ниже. Она упрямо вскинула подбородок, а он лениво облокотился о прилавок. — Уверен, такая умная ведьма, как ты, сумеет справиться с любым проклятием, которое эта книга на тебя наложит. Это не звучало как комплимент — скорее как вызов, брошенный с презрением. — Я хочу, чтобы ты держал меня в курсе. Не желаю ждать ещё неделю только ради того, чтобы услышать, что ты снова ничего не нашёл. — Я уже сказал, что достану её, — прошипел он. — И всё же я стою здесь с пустыми руками, — отрезала Гермиона, поднимая перчатки. — Мог бы хотя бы сообщить, на какой стадии процесс. Она изо всех сил старалась сдержать внутренний огонь. Дома её ждали дела, а в воскресенье — ужин в честь дня рождения Джинни. С книгой она бы с удовольствием провела выходные за переводами, но теперь у неё не оставалось легальной причины избегать «Норы». Не то чтобы видеть Рона было невыносимо — за годы в Министерстве она привыкла к тому, что он больше не занимает центральное место в её жизни. Просто ей не хотелось слушать, как миссис Уизли снова пытается их «помирить», тем более что у Рона появилась девушка. — У меня есть контакт на континенте, возможно, у него есть наводка, — произнёс Драко, вырывая её из раздумий. «Возможно»? Этого было мало. — Кто этот контакт? — спросила она холодным тоном, каким обычно выступала в суде. Драко снова надел очки. — Ты с ним не знакома. Гермиона буквально прикусила язык, чтобы не закричать. Как один человек может быть настолько раздражающим? — Сообщи, как только он ответит, — сказала она, сжимая перчатки так, будто это была его шея. Он не поднял головы, но Гермиона вспомнила силу его хватки на своих запястьях. Малфой был так же отчаянно заинтересован в сделке, как и она. Если придётся, она вернётся и выбьет из него ответы. Она направилась к выходу. Пробираясь между узких стеллажей, Гермиона в последний раз оглянулась. Драко снова сидел над книгой. Но стоило ей обернуться, его глаза встретились с её. Гермиону словно обдало холодом. Он поймал её взгляд. Или она поймала его. Серебряная оправа очков подчеркивала блеск его глаз и прямой аристократичный нос. Она видела, как он скользнул взглядом по её фигуре — от вьющихся волос до светлых туфель, — словно изучал редкий артефакт. Ей стало не по себе. Казалось, Малфой видит её насквозь, вплоть до уродливого клейма на коже и крови, которую он, вероятно, до сих пор считал «грязной». Едва их взгляды снова пересеклись, Гермиона поспешила прочь из пыльного магазина.