Между мирами их было двое

[С таким складом ума тебе не быть учёным]

[Твои руки недостаточно сильны, чтобы держать меч]

[Ты можешь тренироваться хоть полвека, но тебе не стать придворным магом]

[Порой так бывает. Не нужно впадать в отчаяние, продолжай стремиться вперёд]

Человека, который когда-то давно слышал эти слова, звали Рикардо. Сейчас он смотрел на тёмную жидкость, наполняющую бокал, и вспоминал о прожитых днях. Он долго думал, и решение, принятое сегодня, станет одним из самых важных в его жизни. Он схватил чашу обеими руками и залпом опустошил её: его лицо потемнело, руки ослабли, а сосуд упал на пол, разбиваясь на осколки. Сегодня Рикардо фон Кайшеникс погиб. Спустя несколько часов некто открыл глаза, будучи заложником его тела. Так называемое состояние «одержимости». Бледное привлекательное лицо, слегка прикрываемое блондинистыми локонами, отражалось в зеркале, и Ким Докча соврёт, если скажет, что ему это не нравится. Это было его лицо, но что-то в нём было не так. Кем он был? «Рикардо?» «Я никакой не пророк. Я максимально далёк от них…» «Я…» «Двадцать восемь лет… Нет, мне было двадцать восемь…» «Я…?»

[Ваши истории противостоят Гигантской истории, которая определяет мировоззрение!]

[Эксклюзивный навык «Четвёртая стена» работает на полную мощность]

[«Четвёртая стена» помешала вашему персонажу погрузиться в мир]

Докча почувствовал, что тело вновь принадлежит ему. «Я Ким Докча» Читатель погрузился в свои воспоминания, нужно было понять, как он оказался здесь. «Помню, как Суён предложила выдвигаться…» «Но нам нужно было… Точно, Король реинкарнаторов… Мы с ним встретились, и он забрал Ю Сана, и даже согласился отправить её на перерождение и сделать Архатом…» «Он сказал, что наши истории слабы, так как не пережили само время, и дал новый сценарий…» «Суён и Джин Ву… Я почему-то сильно о них переживал…» — Ваше Величество, вы хорошо себя чувствуете? — рыцарь, вошедший в комнату, казался искренне обеспокоенным. — Нормально, — в голове Ким Докчи было всё вперемешку. Воспоминания его жизни столкнулись с памятью человека, который прожил чуть больше тридцати лет. Читатель мог вспомнить похожий сценарий, который вскользь упоминался в «Способах выживания»: «Сценарий одержимости». — Ваше Величество, вы вновь погружаетесь в игру? — В игру? — В прошлый раз вы подражали Предку Основателю. Теперь же на вас одежда людей из хроник Земли. Ким Докча ещё раз бросил взгляд на зеркало. Как бы странно это ни было, всё его снаряжение также было перенесено в этот мир. Лицо тронула лёгкая улыбка. — Это наряд Короля Демонов. Читатель пошарил по карманам и уже собирался достать смартфон, чтобы найти информацию про это место, но не успел.

[Предмет не соответствует мировоззрению, поэтому не может быть использован]

Как позже узнает Докча, под запретом были не только предметы. Нельзя было использовать «неправильные» слова, было невозможно связаться с доккэби. Сообщения от наблюдающих созвездий также не приходили, а любые нарушения карались болезненным штрафом.

[Ки.мДо.кчао.дин.ок]

Хоть Четвёртая стена и говорила так, пока она была рядом, Читатель не чувствовал себя по-настоящему одиноким. Ким Докча поднял голову и ощутил тяжесть огромной вероятности, давящей на это место. Что-то наблюдало за ним, и это «что-то» не было ни созвездием, ни Королём демонов.

[Гигантская история «Архипелаг Кайшеникс» наблюдает за вами]

*** Это был сценарий Одержимости, и всё, что оставалось, — следовать сюжету. Рикардо фон Кайшеникс был четвёртым бесталанным принцем королевства. Оставленный без внимания на фоне своих выдающихся братьев, он вёл довольно спорный образ жизни. Судя по всему, сценарий заключался в следовании пути персонажа, и именно так поступили товарищи Ким Докчи, попавшие сюда вместе с ним. Сейчас, направляясь в зал для аудиенции и читая информацию о Билстоне Фреймере — рыцаре, что служил Рикардо, Читатель видел, к чему может привести такой подход бездумного погружения в роль. [Давным-давно в этом теле жили две души: одна была рыцарем, вторая — чужим щитом…] Душа Ли Хёнсона была запечатана в этом теле, но сколько бы Ким Докча ни намекал, тот не подавал признаков того, что помнит хоть что-то. Похоже, если пробыть в этом сценарии достаточно долго, то личность человека исчезнет, будучи поглощённой Великой историей. Чон Хивон тоже была поглощена историей. [Давным-давно в этом теле жили две души: одна была капитаном стражи королевства, другая — чьим-то мечом…] И именно капитан королевской стражи Эрих Страйкер сейчас держал Читателя за волосы и тащил к гильотине. Теперь стало понятно, отчего Рикардо хотел покончить с собой: сегодня день его казни, и он, Докча, как дурак добровольно пришёл на неё. Холод деревянной колодки охватил шею созвездия, и в этот момент он услышал звук знакомых шагов. В голове вновь всплыли воспоминания Рикардо: это была женщина, которую он любил и которая когда-то должна была стать невестой его старшего брата. — Её Величество решила посетить нас! — все преклонили колено. В зал вошла королева. Список персонажей показал мало информации, но Читатель точно был уверен, что женщине перед ним никак не может быть пятьдесят лет! В голове вновь всплыло воспоминание: в момент, когда Докча прощался с Хан Суён, он получил новую редакцию «Способов выживания». [Он не знал, что к тому времени, как Ким Докча встретится с ней, пройдёт 50 лет.] — это было последнее предложение, которое мужчина успел прочитать прежде, чем девушка исчезла в ослепительном свете. — У тебя есть прощальные слова? — Королева смотрела на него сверху вниз. С силой выдавив улыбку, Читатель произнёс: — Мне жаль, что я пришёл так поздно, Хан Суён, — вокруг засверкали искры вероятности. Он не должен был называть настоящих имён, но, даже зная о штрафе и предстоящей боли, не мог не сказать тех слов. Если для Суён действительно прошло пятьдесят лет, то сейчас он виноват перед ней как никогда прежде. Девушка оставалась непоколебима. — Приступайте к казни. Несмотря на сказанное Королевой, Ким Докча оставался спокоен. Он знал, что что-то должно произойти. Так и случилось. Одна из стен замка взорвалась. Это ознаменовало начало кровавой бойни. Послышались крики: — Это Первый Принц. Остановите его! Первый Принц, помимо того что был талантлив во всём, являлся кровным братом Рикардо. Когда меч в его руках словно затанцевал в зале аудиенции, Читатель смог немного расслабиться. Это действительно был он — тот, кто никогда не изменится, даже если мировоззрение или сценарии будут против. Первый Принц посмотрел на Рикардо.

[История «Компаньоны в Жизни и Смерти» начала свой рассказ]

В голове Ким Докчи возникло сообщение: — [Ты — дурак. Должно быть, ты Ким Докча]. *** Вскоре Ким Докча и Ю Джунхёк смогли добраться до убежища. Как выяснилось, регрессор жил в этом мире уже два года. Он сбежал из замка и постарался выжить, создав отряд революционеров, после чего занимался поиском товарищей. Всё это Джунхёк рассказал через полуденную встречу, иначе вероятность Архипелага наложила бы штраф. — [К моменту моего прибытия эти трое уже были в таком состоянии.] — [Здесь только они? Никого больше?] — [Я никого не нашёл. Видимо, в этот мир были отправлены мы пятеро.] Возможно, это даже хорошо. Ким Докча не уверен, что смог бы достойно принять то, что Джин Ву мог бы его не узнать. Хотя, с другой стороны, тот был силён и, скорее всего, сумел бы выдержать давление Гигантской истории. Но тогда Читатель мучился бы чувством вины оттого, что охотнику снова пришлось его ждать. — [А что насчёт тебя? Ты в порядке?] — [Думаешь, пары жалких лет хватит, чтобы сломить меня?] — это лишь показывало, каким невероятным человеком был Ю Джунхёк.

[Мировоззрение выражает своё недоумение по поводу вашего долгого молчания]

— Кхм… Старший брат… — [Не смотри так на меня. Это ограничения сценария. Думаешь, мне это сильно нравится?] Джунхёк тяжело вздохнул. Не остаётся ничего, кроме как играть по правилам. — Говори, Рикардо, — он сложил руки на груди. — Так, что ты планируешь делать дальше? Кажется, революция не удастся. Почему ты вообще появился на месте казни? — Хотел убить узурпатора. — Ты уверен? Всё-таки она твоя невеста, — он знал это благодаря воспоминаниям Рикардо. В мыслях Читатель усмехнулся. «Ю Джунхёк и Хан Суён — пара? Такого Компания Ким Докча не переживёт»

[Мировоззрение находит вашу мысль интересной. Жанр сценария склоняется в сторону «Романтики»]

Регрессор продолжил: — Спасать Королеву слишком поздно. Её сознание одурманено тёмной магией.

[Мировоззрение находит вашу мысль интересной. Жанр сценария склоняется в сторону «Фэнтези»]

Кажется, напарники верно рассудили, ведь благодаря их диалогу появилась возможность открыть окно сценариев. [Дополнительный сценарий: «Выбор жанра». Тип: Дополнительный. Сложность: ??? Условия выполнения: Мир, в который вы призваны, может поучаствовать в Войне Святых и Демонов. Выберите жанр и приведите мир к его естественному завершению. Мировоззрение, получившее официальную установку, получит право участия в Войне. Ограничение по времени: Отсутствует. Награда: Участие в Великой Войне Святых и Демонов, 300000 монет, ???. Штраф за невыполнение: Вы навечно останетесь на Острове Реинкарнаторов.] Сценарий был понятен, однако будь у Читателя знания об изначальном его сюжете, было бы проще. Насмешливый комментарий Джунхёка: «разве в могучей книжонке этого не упоминалось?» ситуацию лучше не делал. Ким Докча вздохнул, отвечая колкостью на колкость: — Как я могу знать того, чего не знает такой могучий регрессор, как ты? — Но я знаю. Как выяснилось, у Ю Джунхёка были записи Хан Суён из 1863-й регрессии, полученные от Внешнего бога, но это не могло помочь, ведь сюжет сценария давно изменился. Изначально это не должна была быть узурпация власти, по всей видимости, кто-то очень давно вмешался в ход этого сценария. От размышлений отвлёк стук в дверь. — Войдите. Стоило Ю Джунхёку это произнести, как в комнату вошли революционеры. Они привели с собой пожилого мужчину, который очень давно служил дворецким в замке. — Первый Принц, Четвёртый Принц, — начал старик, кланяясь. — Её Величество велела передать вам это, — он вытащил из-за пазухи книгу. — Сорок лет назад, — дрожащим голосом закончил он. Взгляды присутствующих были прикованы к названию книги.

[«Три способа выжить в полностью испорченном сценарии» за авторством Хан Суён]

*** Ким Докча сразу же принялся листать страницы, поглощая сведения, оставленные Суён. С каждым новым предложением его охватывала нарастающая апатия. [Я вижу, Ким Докча не торопится появляться] — почерк девушки дрожал. [Этот засранец велел подождать его, но всё-то не явился] — что Читатель должен на это сказать? [Думаю, это не его вина] — она знала, что Ким Докча будет чувствовать себя виноватым. [Понимаешь, тут особо некому жаловаться…] — строки всё продолжались. [В последнее время моя речь становится странной. Я начинаю говорить как настоящая дворянка] — шёл шестой год её пребывания в этом месте. [Уважаемый сэр Ким Докча, когда вы прибудете?] — восьмой. С этого места записи стали бессвязными и могли обрываться на полуслове. [Проклятие…] [Ким Докча, ты чёртов ублюдок…] [Когда мы встретимся, тебе лучше называть меня нуной. Я прожила здесь больше, чем в своём мире!] — к этому моменту почерк девушки заметно изменился. [Если ничего не сделать, вы, два придурка, на пару с Джунхёком всё испортите. Этот сценарий и так изменён…] — Читателю подумалось, что Суён сейчас стоит здесь и отчитывает его. Всё это были записи о жизни девушки. Её гнев и обида, но в тоже время спасение для всей Компании Ким Докча. [Сэр Сон Джин Ву вам не поможет] — «Он здесь?!» Но сколько бы Докча ни вчитывался, следом он нашёл только одно странное сообщение: [Дракон архипелага не показывался уже больше семидесяти лет…] — остаётся только молиться о том, чтобы это был просто несвязный бред. [О, мой дорогой читатель. Эта история о некой женщине, которой удалось выжить в испорченном сценарии] — по шее Докчи пробежали мурашки. [И ты, прочитавший эту историю, обязательно выживешь] Очевидно, Суён использовала Предвкушение Плагиата, чтобы написать эту книгу.

[Жанр сценария склоняется в сторону «Фьюжн-Фэнтези»]

Всего существует три способа закончить этот сценарий. Каждый метод являлся отдельным жанром истории, которую нужно было привести к своему завершению. Всё это Суён описала в книге. Во всех трёх открытых жанрах были плюсы и минусы и имелись свои риски. Вот только хорошо проделанная работа автора не давала гарантии на то, что «персонажи», которым теперь нужно закончить эту историю, всё сделают правильно. Даже с учётом того, что Ли Хёнсон и Чон Хивон всё вспомнили благодаря давлению пережитых вместе историй.

[Новая Гигантская история начинает прорастать в вашей Туманности]

*** Решив следовать самому простому способу, Читатель и регрессор начали революцию. Все они вновь пришли в замок, начался бой. Юри Ди Аристель — прекрасная и уважаемая дочь графа. Ныне — Королева. Девушка, чьё тело заняла Хан Суён, а теперь та, кто это тело контролировала вместе с воспоминаниями писательницы. Суён долго жила в этом мире и становилась всё сильнее: Мастер меча, архимаг… Мир просто не мог не хотеть её и в какой-то момент всё же поглотил. Сейчас Юри была настолько сильна, что смогла ранить Ю Джунхёка. Но это не то, чего она желала. Ким Докча внимательно наблюдал за её историей, и всё, что видел — это путь одиночества. — Возьми меня в жёны, Рикардо, — глаза стоящего рядом Ю Джунхёка расширились, а на фоне раздавались взволнованные голоса Хивон и Хёнсона. Ким Докча не был уверен, что это правильный путь. — Это завершит сценарий? — Безусловно, но за исключением одного человека. Девушка сражалась сейчас лишь с единственной целью: не остаться одной. Она не хотела отпускать Хан Суён, и это было её условием за помощь в завершении сценария.

[Жанр сценария склоняется к «Романтике»]

Разумеется, Ким Докча отказался. Он отбросил эту идею сразу же после прочтения такого варианта прохождения сценария. Как минимум потому, что он замужний человек, как максимум — потому что они не могли бросить здесь товарища. Читатель вытащил меч. Нерушимая вера начала светиться.

[Вы выбрали путь Династической революции]

[Жанр сценария склоняется к «Фэнтези»]

— Кажется, ты не понимаешь. Я уже Король Демонов во Спасение, Наследник Преисподней и Король Теневого Предела, — он медленно приближался к девушке. — Тогда поторопись и убей меня, — Юри недоумевающим взглядом смотрела на меч, который только что вложили ей в руки. — И что это значит? — Не пойми неправильно. Законным правителем станешь не ты, а мой товарищ. — Читатель имел в виду Суён.

[Гигантская история «Архипелаг Кайшеникс» не может воспринять ваше решение]

В глазах наблюдающих революционеров, которые до сих пор следовали за Первым Принцем, ничего не изменилось бы с таким «концом», так что дальнейший разговор пришлось продолжить в замке, укрываясь от недовольных граждан. Сейчас, когда выдалась возможность перевести дух, баррикадируясь в одной из комнат, Ким Докча получал знатный нагоняй от разъярённой Хан Суён. Её сознание вернулось, но она была в ярости, когда узнала, что даже выбрав жанр «Романтика», Читатель умудрился всё испортить. — Ты сама виновата! Чего это я, замужний мужчина, должен на ком-то жениться? — он возмущённо указал пальцем на обручальное кольцо. — И вообще, поступи мы так, ты бы здесь застряла. Проблема была в том, что воплотить планы Суён в жанрах «Фэнтези» и «Фьюжн-Фэнтези» было просто нереально. Один заключался в призыве Внешних богов, а второй — в убийстве короля. — Я бы смогла убедить Юри. Мой план пришёл бы в действие после свадьбы, — демонстративно застонав, девушка продолжила: — Так что мы теперь будем делать? — Лежать! — крикнул Ю Джунхёк. — Чт?.. — спорящие синхронно посмотрели на него. — Пригнитесь! — вновь скомандовал регрессор за секунду до того, как разрушилась одна из стен замка. «Революционеры?» Поднялась пыль, были слышны крики, но Читатель не обращал на это внимание. Его взгляд был сосредоточен на существе перед ним. Это оказался не человек, а огромный дракон! Сейчас Докча, смотря в эти большие пурпурные глаза и ощущая горячее драконье дыхание в паре сантиметров от своего лица, не мог не вспомнить запись Суён в книге и не понять одну очевидную вещь. — Джин Ву? — существо перед ним взревело, схватило его своей когтистой лапой и улетело в неизвестном направлении, сопровождаемое недоумевающими взглядами. — Почему ты об этом не предупредила? — закричал Джунхёк, глядя на не менее ошарашенную Хан Суён.

[Жанр сценария склоняется к «Романтике»]