Тайны дворцовых будней...

***           - День можно считать удачным – такие юные и прекрасные создания в непосредственной близости от моей приемной, - государь Николай Павлович, появившийся внезапно в коридоре, и в совершенном одиночестве, застал Анну и Натали врасплох, который они, впрочем, удачно изобразили замешательством и смущением, опустившись в низкий реверанс почтения и уважения. – Так-так… - он с благожелательным удовольствием оглядел обеих, - Что же привело вас сюда… попробую угадать – вы, баронесса, посчитали своим долгом нанести мне визит вежливости, а фрейлина Репнина, на правах старожила, сопровождает вас, для придания, так сказать, бодрости духа. - Вы правы, Ваше Величество, - Анна выпрямилась, прямо глядя в глаза государя с выражением решимости, - и я не нахожу слов, в полной мере способных оценить меру благодарности моей и моего мужа… Государь жестом великодушия освободил ее от дальнейших славословий, - В отношении вас была совершена ужасная несправедливость, тем более непростительная – к такой юной и благородной особе. К слову заметить, число ваших сторонников и защитников весьма внушительно, - Николай Павлович улыбнулся, - теперь можете причислить к этому кругу и меня. Анна, опустив взгляд и зардевшись милым румянцем, опять опустилась в низкий реверанс; Натали, молча стоявшая рядом, последовала ее примеру и государь с удовольствием их созерцающий, благоволил заметить, - Вы тоже вернулись ко двору, как я слышал, княжна… весьма рад. Наташа подняла взгляд, - Да, Ваше Величество, с разрешения государыни я здесь уже несколько дней. - Да-да, - что-то обдумывая, отозвался император, - я как-то вас все время не вовремя замечаю… - Натали не нашлась с ответом и государь решительно, хотя и вполне благодушно продолжил, - Ну что ж… пожалуй, я сейчас отпущу баронессу в надежде на новые приятные встречи… Детское крыло как раз недалеко отсюда, вас проводят… - перевел взгляд на Натали, - А вот с мадмуазель Репниной мы проследуем ко мне, раз уж вы в очередной раз так удачно попались мне на глаза… Ну что же вы, княжна… прошу… Переглянувшись с побледневшей Анной и взглянув открыто в лицо императору, Натали успокаивающе заметила, - Не волнуйтесь, до классных комнат тут, действительно, недалеко, адъютант из приемной вас охотно проводит, а я зайду к вам потом, как освобожусь… - кивнула и направилась впереди Николая Павловича к незаметной двери в стене коридора.           Цесаревич вернулся достаточно скоро, - Вот и я, господа… прошу… - сделав приглашающий жест, сам устроился в кресле, - Про службу вам известно лучше моего… вам, Корф, предстоит явиться к главе фельд-егерской службы генералу Чернышову... он в курсе дела, конечно… - попытка Владимира подняться была пресечена взглядом, который после цесаревич перевел на Михаила, - Как дела в уезде, князь, все закончили перед отъездом? - Что было в наших силах, - с готовностью отозвался Мишель, - так ведь, Владимир? - Надеюсь, что так…– наследник перехватил веселый взгляд Корфа, направленный в его сторону, т души наслаждаясь обществом и беседой. - Не берусь загадывать, господа, но я серьезно настроен на лето в Гатчине… принцессе Марии должно там понравится… а уж оттуда – до вашего поместья, барон… - не договорив, цесаревич развел руками, - так что, не рассчитывайте на долгое пребывание во дворце… - часы на каминной полке мелодичным перезвоном напомнили о времени, Александр с сожалением вздохнул, - По-видимому, продолжить придется в другое время… моежт быть, у вас. Владимир? - Мой дом всегда в распоряжении Вашего Высочества, - немедля отозвался тот, - и мы будем рады видеть вас в любое время. - В таком случае… - Александр ненадолго задержал его взгляд, - надеюсь, до вечера, господа…           - Составлю тебе компанию до канцелярии генерала Чернышова, - заслужив ироничный взгляд друга, Мишель подтвердил, - мне по дороге, за корреспонденцией… - Я в состоянии обойтись без сопровождающих, - заметил барон, усмехнувшись, - впрочем, если тебе по дороге…  Они двинулись извилистым путем, то и дело отмечая на себе любопытные взгляды... стайка фрейлин остановились неподалеку, что-то живо обсуждая… - Похоже, мы – главная новость сегодняшнего дня, - Мишель кивнул в их сторону, - и объект для пересудов… - Владимир равнодушно миновал «цветник», даже не взглянув, - Ну… тебе – туда. - Где тебя найти, когда освобожусь? - В приемной наследника…           После первых всплесков бурной радости и восторгов с обеих сторон, Анне удалось призвать своих воспитанников к порядку и в классной комнате установилась будничная обстановка, нарушаемая негромким голосом Анны и редкими вопросами… Мишенька, самый младший и непоседливый, все норовил быть к ней ближе, - А вы теперь с нами насовсем, мадмуазель? Анна присела перед ним, - Я бы этого тоже хотела, Михаил Николаевич, и я счастлива, что смогла к вам вернуться. Константин, все это время только прислушивающийся к разговору с братом, заметил, - На вас возвели напраслину, но papa все равно сердился… А когда papa сердится – ему лучше не попадаться на глаза… даже Саша так думает. - Я обязана ему своим возвращением, - подтвердила Анна, - и постараюсь оправдать его доверие… - и улыбнулась, стремясь сменить тему, - А посему – займемся чистописанием, наши беседы не способствуют вашему образованию. Сашенька, отвлекшись от прописей, немного робея, попросила, - А вы не споете нам, Анна Петровна? - Только дуэтом с вами, Александра Николаевна…  - молодая баронесса пела вполсилы, ведя и направляя еще неопытную певунью – Великую княжну. Заслышав знакомый мелодичный голос, Бенкендорф остановился и безошибочно определив источник, направился к классным комнатам. - Простите мою назойливость, баронесса, - нарушив своим появлением их распевки, Александр Христофорович приблизился, - Хотел только выразить свою радость по поводу вашего возвращения и принести свои запоздалые извинения ха ту безобразную сцену, устроенную господином Забалуевым. Настойчивость Его высочества в расследовании всех обстоятельств дела привела к такому благополучному исходу для вас и барона. Мои поздравления, кстати… - склонившись, он поцеловал ее руку, тем самым заставив присесть в ответном книксене. Всегда ощущавшая неловкость в его присутствии, Анна ответила, - Благодарю, Александр Христофорович, и передам ваши пожелания мужу, - оглянувшись на своих подопечных, нащупала твердую почву под ногами, - И вы простите меня, отвлекаться надолго не имею права… - Не смею мешать… - откровенно наслаждавшийся происходящим Бенкендорф скрыл ироничную усмешку, - надеюсь, теперь наши встречи станут более регулярными и мы еще не раз будем иметь удовольствие слушать вас, баронесса… - вцепившись в спинку стула, Анна проводила его уход пристальным взглядом и справившись с собой, улыбнулась воспитанникам, - Давайте продолжим…           В кабинете императора Наташа сразу заняла позицию, дающую ей возможность не приближаться к нему и Николай Павлович, заметив ее маневр, усмехнулся, - Не переживайте, княжна, бесчестье вам не угрожает… хотя, по-моему вопрос этот уже не стоит. Наташа расслабилась, - Арестуете меня и спровадите в тюрьму... Государь задумчиво окинул ее взглядом взрослого человека, беседующего с ребенком, - Там будет видно… Так отчего вы отказались от столь удобного и выгодного для вас брака, да еще столь скандальным способом? Понимая, что женские уловки тут не помогут, оглядевшись, Натали уселась в удобное кресло, предпочитая допрос с комфортом. - По-видимому, Ваше величество, я недостаточно умна, - и упреждая логически следующий за этим вывод, пообещала, - впредь намереваюсь быть предусмотрительнее. - В комнатах принцессы Марии, в ее отсутствие… - Натали смутилась и именно ее реакция на неожиданную бестактность, привела государя в хорошее расположение духа, - Не волнуйтесь, княжна, я просто сопоставил временные границы в отчетах наблюдателей III-го Отделения... во дворце тайн нет. - О Господи!, - простонала Наташа, постигая смысл сказанного. - Да, именно… и хотелось бы верить, что еще одного напоминания не понадобится… - княжна Репнина отлично продемонстрировала то, что называют силой духа и император с уважением констатировал, что в подобной ситуации не всякий мужчина, да при чинах, смог бы волевым усилием привести себя в порядок. - Ваше величество, я вернулась на службу ко двору, чтобы быть полезной государыне и чтобы жизнь моя пребывала в рамках привычных и почитаемых мною полезной. Если вы хотите получить от меня заверения – не видеться с Александром Николаевичем… - Упаси Бог! Ни о чем даже отдаленно похожем и речи нет… напротив, княжна, должен заметить – ваше влияние на наследника весьма благотворно. Для женщины вы необычайно умны и решительны, Александру необходим такой… советчик. Наташа опустила голову, не зная, как воспринимать сказанное – комплиментом или оскорблением, - Я мало влияния имею на Его высочество и не стремлюсь к тому. Мне кажется, Александр Николаевич вполне способен сам принимать любое решение и отстоять его…  - осторожно нащупывая подспудный смысл разговора, высказала она главное и с облегчением поняла, что император готов согласиться с ней. - Не один раз имел возможность в том убедиться, именно поэтому вы – здесь. – он намеренно игнорировал удивление Натали и назидательно произнес, - Видите ли, мадмуазель, чтобы деятельность Правителя была плодотворной, необходимо в его окружении иметь единомышленников и для этого у самого Правителя должны наличествовать какие-либо принципы… У Александра все это имеется и, на мой взгляд, даже в избыточном количестве. И вы, княжна, прекрасно вписываетесь в этот «ближний круг»… - Наташа похлопала длинными ресницами, стараясь сориентироваться, какого рода реакция от нее ожидается, но государь проницательно предупредил, - Я вас более не задерживаю, княжна. Думаю, баронесса Корф уже успела довести до сведения цесаревича, где она вас оставила… и визит Его высочества того и гляди – последует. Ну а у меня сейчас нет времени… Хотя, чтобы доставить вам удовольствие, Натали… - он бросил взгляд на часы, но княжна, подхватив юбки, уже была у двери, ведущий прямо в коридор. - Благодарю вас, Ваше величество и надеюсь… - Пустое, княжна, - Николай Павлович снисходительно улыбался, - скажите – я вызывал вас, чтобы ознакомить с письмом двоюродной сестры государыни, принцессы Баварской, Лудовики. Она всегда в курсе всех европейских сплетен, а Мари – их главная тема. По-моему, вы тоже должны быть в курсе, дабы защитить нашу малютку от нападок, - он кивнул вопросу, написанному у Наташи на лице, - Письмо это уже у вас в комнате, потом верните мне его, пожалуйста… и – не через адъютанта..  – Натали только присела, не находя лишних слов.           Корф в полном соответствии с уставом и этикетом, церемонно представился генералу Чернышову – командующему службой фельдъегерей Императора. Цепкий взгляд холодно-оценивающе прошелся по нему, - Милости просим, барон… читал ваш послужной список и предположил, что столь бравому офицеру, привычному к боевой обстановке, скучновато у нас покажется. Ну-да, вы ведь и развлечь сумеете, в случае надобности… и себя, и других. Владимир напрягся, угадывая скрытое недоброжелательство, - Полагаю, вы о дуэли с Его высочеством, Игнатий Кириллович… - начальник прервал намечающуюся дерзость упреждающим жестом, - Ну, по части дуэлей, вы, я думаю, большой дока… независимо от противника. И поскольку у нас здесь служба сродни курьерской, вы уж, поручик, придержите характер. - Есть, слушаюсь, господин генерал… - его опять окинули – всего -  взглядом и пояснили, - Особых докладов для вас готовить не предполагается…. Так что, вы уж сами – выбирайте все, что касаемо до цесаревича… - он отпустил Владимира кивком и долго буравил взглядом спину ему, пока дверь за ним не закрылась.           Щеки горели от пережитого волнения и она старалась не прикладывать к ним ладоней и не убыстрять шага, дабы не привлекать ненужного внимания. Сперва к себе в комнату… только оставшись одна, Наташа почувствовала себя лучше – сразу обнаружив заветный конверт на столике у окна, первым делом уселась читать… Мысли путались и смысл написанного плохо доходил до нее… «Происхождение» - с этим все ясно, слабое здоровье и намеки личного врача на бездетность – принцесса юна и заявления такие беспочвенны… хотя… мотив их крайне неприятен и серьезен. Семейные дрязги – где их нет… алчность братьев-герцогов и связи с Габсбургским домом – сама принцесса Баварская с ними в кровном родстве. Что еще… Отзыв именитого врача, изучающего по характеру поступки – с этим надо будет разобраться… Стук в дверь и голос брата, - Натали, открой! С тобой все хорошо? – отвлек ее от сосредоточенного и несколько хаотичного разброда в мыслях и чувствах. - Господи, Миша… да входи же! – она повернула ключ, - и не заметила как заперлась. Прости, не встретила тебя – занята была… - она оказалась в объятиях брата, ощупывающего ее взглядом с озабоченностью наседки. - Ты вся горишь… Анна растревожилась – де чуть не под арест угодила, с чего бы?! – Миша отстранился, внимательно глядя на сестру, - Константин был возле, когда Анна объявилась, горя желанием разыскать Александра… - он заметил напряжение сестры и закончил, - Он решил разыскать меня… Его высочество беспокоить пока причин нет… или есть? Натали с облегчением затрясла головой, - Государь пригласил меня по делу, связанному с принцессой Марией… все остальное… так – в диапазоне невинной шутки, включающей маленькую месть забывшейся фрейлине. - Вот-вот, об этом я тебе и твердил, - Михаил назидательно изготовился к очередному внушению, но Натали обняла его, обезоружив простым, - И был, конечно, прав. Слава Богу, обошлось без вмешательства цесаревича… по-моему, нашему семейству вполне достаточно конфликтов по самому высшему рангу. Миша только сочувственно погладил волосы сестры, - Какая ты у нас красавица…  Натали, кто бы из наших мог помочь Лизе в хлопотах по хозяйству? – он предупредил вопросы по поводу устройства дома, - Нет-нет, речь идет о фамильном особняке Долгоруких, без Петра Михайловича дом в запустении. Лиза вознамерилась его обустроить для нас с ней. Наташа серьезно покачала головой, - Я конечно, помогу, Мишель, и людей нужных подскажу, но ты должен повлиять на свою жену – ей будет трудно жить на два дома. Миша улыбнулся, - А в нашем дому – ты с родителями будешь… или с мужем… Наташа только вздохнула, - У мужа, чай, и свой дом имеется… ладно, я поняла… Спасибо за деликатность, но я и в приживалках хорошо устроюсь… - они рассмеялись. – У Александра большие планы – будет непросто… есть риск быстро пополнить ряды врагов. - Ого, какая терминология, - Миша восхищенно прищелкнул пальцами, отпуская сестру, - Кстати, сегодня вечером у Корфов как раз намечается первый сход единомышленников… и я с тебя глаз не спущу. - А Лиза? – сестра любовно ткнула его кулаком в грудь. - Куда же я без нее… - А… ну значит, минутка без присмотра у меня будет…           Оставшись в одиночестве в гулких опустевших по причине скорого обеда классных, Анна по давней привычке присела за рояль. Пальцы сами нашли клавиши, извлекая знакомую мелодию… - Василий Андреевич будет польщен вашим выбором, - Анна поспешно поднялась, приветствуя все же заставшего ее врасплох цесаревича обязательным реверансом. - Стихи господина Жуковского располагают к романтическим настроениям, - откликнулась она, угадав причину его появления в классных комнатах, опустила взгляд, - А Ваше высочество не должны вменять себе в обязанность мое благополучие на службе при дворе. - Не должен… - легко согласился Александр, усадив ее обратно за рояль и устроившись рядом, - но мне это доставляет невинное удовольствие… вы же не хотите меня его лишить, баронесса? – наиграв какой-то легкомысленный мотивчик, доверительно понизил голос, - Честно говоря, вы у меня – первая… протеже, не хочется оступиться. - У вас все выходит просто замечательно, Ваше высочество, - тем тоном, что недавно хвалила Мишеньку, отозвалась Анна, наиграв в ответ нечто вроде вариации на тему музыкального момента от Александра. - В таком случае, послушайте меня – время обеденное, и вам, как и вашим воспитанникам, следует непременно подкрепить силы. Позволите проводить вас? - Сочту за удовольствие… - комнаты воспитательницы младших детей располагались в том же крыле, что и классы, отчего путь их вышел недлинным. Анна все подбирала слова и подбодренная внимательным молчанием цесаревича, произнесла, - Вероятно, я тороплюсь с выводами, но мне показалось сегодня, что Константину Николаевичу слегка тесно в нашей классной… наши легкомысленные занятия… он их уже перерос. Быть может, стоит ему выбрать воспитателя и учителей более опытных, нежели ваша покорная слуга… - Браво, баронесса, - вполне искренне восхитился цесаревич, - вы несомненно правы…. И все это уже делается, просто пока что устраивается – Константин остается в привычном ему окружении… - они уже подошли к жилому крылу, но Анна отчего-то медлила, наследник подбодрил, - Вас еще что-то тревожит, ну же, смелее… - Натали, Ваше высочество… - и на его вмиг изменившийся пристальный взгляд пояснила, - еще до классов княжна Репнина вызвалась проводить меня и нас встретил Его величество…  Мне показалось, государь в чем-то раздосадован на Натали, он попросил ее задержаться для разговора… - Не беспокойтесь, Анна, - слегка натянуто отозвался наследник, - я уже встречал сегодня Натали, она спешила по служебным делам. - По-видимому, я напрасно подняла панику, - остановившись у отведенных ей комнат, Анна присела в обязательном реверансе, - Благодарю Ваше высочество, что составили мне компанию. - Я передам барону Корфу, что у вас – все хорошо, - чуть рассмеялся он, - Скорее всего к вечеру вас отпустят и нам представится возможность услышать ваш очаровательный голос в более узком кругу. - В нашем доме вам всегда рады, Александр Николаевич, уверена, Владимир согласится со мной. - Да, он уже не раз повторил мне это… прекрасный был вечер в вашем поместье… - мечтательное выражение скользнуло по его лицу, - быть может, нам даже удастся его повторить … и превзойти…           Цесаревич стремительно вошел в кабинет отца, пересек его по прямой и остановился вплотную у стола императора в позе оскорбленной добродетели. Тот аккуратно докончил записывать что-то и вполне благосклонно взглянул на сына. - А уж подумал – старею… Так в чем дело, Саша – фрейлина Репнина должна получить твое особое разрешение на аудиенцию? Александр сел напротив, явно сосредотачиваясь для важного разговора, - Я настолько предсказуем, отец? - Надеюсь – нет, Саша, - император откинулся в кресле, - Помнится, не так давно, сынок, ты записал меня… в союзники… - тот усмехнулся, понимая, что «сообщники» - более соответствует действительности и серьезно подтвердил, - Я понимаю, отец, какой груз ответственности переложил на ваши плечи. Государь кивнул, довольный направлением беседы, - Я знаю, что всегда могу рассчитывать на твое понимание. И Александр подхватил, - И как прошла экзамен Натали? - Вполне успешно, - видя, что сыну хочется поговорить о возлюбленной, великодушно добавил, - Умна, отважна, решительна… подходит нам. Саша счастливо улыбнулся, - И никогда не плачет по пустякам, отец…  - он откланялся, окрыленный полным взаимопониманием с императором и Николай Павлович опять принялся за бумаги…           - Господи, Наташа… я отчего-то волновалась о вас! – Анна, в некоторой растерянности сидевшая за накрытым столом, радостно приветствовала заглянувшую к ней Натали. - Вам придется привыкнуть, Анна, здесь вы – постоянно на виду… как на сцене, - кивнув на приглашающий жест, она устроилась рядом, - Только сюжет такого спектакля неизвестен, приходится импровизировать… ну да вам – не привыкать… вы ведь – актриса. – Наташа окинула взглядом отведенную Анне комнату, остановившись на сервированном обеде на столе, - Не любите есть одна.. Анна улыбнулась в ответ, - Совсем не голодна… - Послушайте меня, - Наташа решительно взяла ее за руки, - Я при дворе довольно давно и первое правило – позаботься о себе сама, или этого не сделает никто, - энергичным жестом подтверждая свои слова, она настойчиво повторила, - Двор – особое существо, живое и достаточно алчное… Здесь много еды, но вы вполне можете остаться голодной и никто не заметит… тут повсюду роскошь и россыпи драгоценностей, но ваши платья – ваша забота… И тут везде множество любезных людей, но вы не найдете ни сочувствия, ни сострадания. Анна мягко парировала, - Я не нуждаюсь в них, Натали, я с раннего детства привыкла к этому, - она благодарно взглянула на предполагаемую подругу, - Буду крайне признательна вам за помощь… Так – что мы будем делать, мы ведь теперь вдвоем в этом жутком месте…           Разговор с генералом Чернышовым оставил неприятный осадок, пожалуй, он сам не мог бы объяснить причину, но взгляд, коим его проводил Игнатий Кириллович, до сих пор жег спину. Да, Корф осознавал, что должность, под него изобретенная. Вызовет много кривотолков и будет принята без особых восторгов. - Похоже, его превосходительство не разделяет мнение цесаревиче в необходимости моей должности, - Мишелю, нагнавшего его в коридоре неподалеку от приемной наследника, хватило одного взгляда на непроницаемое лицо друга. - В чем-то он несомненно прав, - Владимир едва пожал плечами, - курьеров и так достаточно. - Не нам с тобой определять… - отозвался Репнин, -… нужды его высочества в верных людях… да и не генералу. - Не хотелось бы в первый же день наживать новых недоброжелателей, - и на быстрый взгляд Мишеля усмехнулся, - хоть с недельку бы переждать. Разговор несколько задержал их у дверей приемной до тех пор, пока сам наследник в благодушном настроении после встречи с отцом, не нагнал их. - Как настроение, господа?  Барон, Игнатий Кириллович – человек непростой и… - Мы с генералом нашли общий язык, - поторопился Корф, цесаревич кивнул и непринужденно сменил тему, - Вы уже отобедали? Поспешите, самое время… Анне и Натали обед уже доставили, думаю, они даже составили компанию друг другу. - В таком случае, - Мишель говорил за обоих, - если в нас сейчас нет надобности, Ваше высочество…  - Александр согласился, взглядом отпуская их. Не сговариваясь, они свернули на боковую лестницу, спускаясь до офицерского крыла, что размещалось на нижних этажах дворца, в непосредственной близости от казарм. Все также кругом сновали офицеры всевозможных полков и чинов – от прикомандированных ко двору до действующей армии. Владимир, то и дело отвечающий на приветствия, покосился на Мишеля, - Отчего-то мне кажется – мы тут задержимся на какое-то время… - Возможно… - согласился Репнин, сворачивая в тупичок, где они очень любили столоваться полгода назад, - главное – не до утра… - Репнин! – Корф! – со стороны большой шумной компании раздались приветственные возгласы, - ступайте сюда, господа! Какими судьбами? – молодой поручик Венечка Корнилов, вчерашний корнет, подвинулся, освобождая пространство, - Говорят, вы в адъютантах у наследника, неужто обедать вас он отправил сюда? - Трепался бы меньше, Венечка… - весомо оборвал его здоровенный есаул, явно из армейских казачьих полков, - Господа поесть пришли, а не тебя, олуха, выслушивать. Нестор Гуляев к вашим услугам… - он откупорил очередную бутылку шампанского, - По новой, господа? - Мишель, - Венечка, пользуясь вновь образовавшейся суетой, склонился к Репнину, - а верно говорят, что гибель Андрея Долгорукого – самоубийство, из-за отказа ему твоей сестры? – Владимир, до которого долетели последние слова, помрачнел, собираясь ответить… - Мало ли – что говорят, Венечка, - опередил его Мишель, широко улыбаясь, - с каких это пор ты сплетник заделался? - С тех самых, - не удержался Владимир, - как в поручики вышел! – залпом опрокинув бокал, поморщился, - Да… многое поменялось…. Веселье как-то само по себе сошло на нет, в старых сослуживцах чувствовалась скованность, офицеры не хотели сболтнуть лишнего при двух адъютантах наследника… Корф оглядел поредевшую компанию – казаки еще держались, Нестор и его хорунжий, Кузьма Соколов, оказались ребятами крепкими… юный Венечка всегда отличался выносливостью, а недавно присоединившийся к ним ротмистр Виктор Курносов – Мишель и Владимир сталкивались с ним всего несколько раз, был погружен в свои заботы, чтобы рассиживаться… он лишь окинул их мгновенным взглядом, - Рад, что вернулись, господа, надеюсь, найдется время – поговорить… - Вот и посидели в хорошей компании, - мрачно изрек Владимир, обозревая столовую, где лакеи уже суетились, готовясь к новому нашествию – офицеры тут не переводились. До того судьбоносного вызова, брошенного Владимиром цесаревичу, именно этот уголок, среди многих подобных, встречавшихся здесь, в офицерском крыле, пользовался у Репнина и Корфа особым расположением. В дальнем, наиболее скрытом от лишних глаз углу столовой Владимир, не веря себе, приметил того, кого совсем не ожидал увидеть. Миша, заметив его вдруг возникшее замешательство, проследил взгляд и тоже опешил, - Митя… здесь? Корф поднялся, направляясь туда, - Нет, Мишель… это не поручик Оболенский…. – обозрев стол, вплотную уставленный пустыми бутылками, оглянулся на подошедшего Мишеля, - ты ошибся… Корнет Оболенский! Тот, заслышав обращение к себе, поднял на них мутный взгляд, провел рукой в воздухе, словно прогоняя навязчивое видение, - Это ж надо было так набраться… - еле ворочая языком пробормотал, - уже черти мерещатся… - и уронил голову на скрещенные на столе руки. Миша с неподдельной тревогой оглядел молодого родственника, - Митя… что же ты творишь… - Господа, заберите его… - лакей, незаметно возникший позади, предупредил, - пока не случилось что-нибудь непоправимое… корнет изволит тут уже дня три пить… - В казармы – нельзя, - Владимир переглянулся с другом, - Давай пока ко мне, проспится – там решим… - Мишель только кивнул, помня скупой пересказ Владимира нескольких последних дней на Кавказе, помогая поднять пьяного корнета. По дороге Митя все норовил чем-то поделиться, но разобрать из его бессвязного бормотания можно было немного, лишь фамилия Заморенова, прозвучавшая достаточно внятно, насторожила их. - Надеюсь, к утру он придет в себя, - Владимир безнадежно оглядел разметавшегося на кушетке Оболенского. - Скорее всего, - согласился Миша, - но мало ли, что ему на ум взбредет, когда проснется… характер у него всегда был взбалмошный. - Мне не рассказывай, - усмехнулся Корф, следом за Мишелем выходя в коридор и аккуратно запирая свою дверь, - Вот так оно лучше будет…           Расставшись с государыней незадолго до ужина, Наташа в задумчивости добрела до своей комнаты. Письмо герцогини Людовики по-прежнему лежало на столе и Наташа, улыбаясь, свернула его, пряча в ридикюль – она прекрасно знала, через кого вернет его государю в кабинет. Зная от Александры Федоровны, что Анна ушла к себе вскоре после обеда, она предположила, что баронесса уже дома. Заглянувший к матушке на минутку Константин сообщил им, что Александр берет его с собой на отчет военно-морской экспедиции генерала Крузенштерна… и, судя по всему, адъютанты цесаревича уже тоже свободны. Рассудив все, Наташа собралась и, поскольку до особняка Корфов было рукой подать – намеревалась обойтись без провожатых. И хоть темноты нынче опасаться было нечего – время самое для прогулов верное, она решила не идти через обычный подъезд служащих, дабы не встретить праздношатающихся знакомых, а воспользоваться длинным и тайным путем – по галереям малообжитого крыла дворца и многочисленных его переходов, тупиковый выход которого находился аккурат напротив крыльца дома барона. Этот путь ей показал брат еще когда службу при дворе начинали… и не единожды, не застав Мишу на службе, она, пройдя по нему скрытно и быстро, находила их с Владимиром в доме барона. И сейчас Наташа, безошибочно и привычно ориентируясь в практически пустых анфиладах дворцовых переходов, шла быстро, но не торопясь, думая о своем… и потому звук шагов сзади, догоняющий ее, не успел напугать… потому что ее уже и окликнули… - Вы тоже знаете этот путь, Натали… - Александр, улыбаясь, быстро подошел к ней, - Обязательно попеняю Мишелю. Она улыбнулась в ответ с радостной откровенностью, - Не думаю, ваше высочество, похоже, вы здесь не часто бываете и не знаете короткой дороги. - С вами, Натали, я буду счастлив заблудиться здесь! – глаза наследника горели радостным ожиданием, он увлек ее в одну из многочисленных ниш под арками из каменных цветов, - Поистине – счастье всегда неожиданно… моя благодарность Мишелю не знает границ… У Наташи защемило сердце от ставшей уже знакомой нежности цесаревича. Она, закусив губы, молча наклонила голову, пряча от него лицо и дождавшись его острожного движения навстречу, нехотя отстранилась, - Вы изысканы и деликатны, Александр… даже когда нетерпение подстегивает ваши желания. Неудивительно, что вы столь успешны у женщин, Ваше высочество. На лице цесаревича отразилось тревожное недоумение, - Натали… ты хочешь… - она не дала ему договорить и с раскаяньем подтвердила, - Да! Очень хочу… Ваша невеста, Александр, приезжает завтра… Он легко коснулся ее щеки с выражением полного понимания, - Да, Мари совсем скоро будет здесь. И я, действительно, достаточно хорошо понимаю женщин, потому что давно знаю – то, что они говорят и то, чего они желают – совсем не одно и то же. И даже вы, бесценная моя, со всей своей прямотой и нежеланием кривить душой… хотите подтолкнуть меня в направлении… абсолютно противоположном твоим желаниям, - он взял ее за руку, заглядывая в лицо, что она все хотела отворотить, - Ведь ты совсем не хочешь, чтобы я – так же… - крепко ухватившись за концы узорной шали у нее на плечах, Александр притянул ее к себе и шепча прямо на ухо нежные и горячие воспоминания, сам загораясь от слов, сказанных вслух, привел Натали в безрассудное состояние. И она, отворачивая жаркое лицо и не скрывая слез, подтвердила, - Не хочу! Совсем…  - цесаревич бережно расправил шаль и так же повторил вслед за ней, - И я – не хочу… совсем. Оба долго молчали, как бы опомнившись и увидев все вокруг… в пустых коридорах они были одни и тишина окружила их плотной ватой, Александр неспешно пошел, побуждая Наташу идти следом. - Мнилось – легко все будет… теперь страшусь – совладаем ли… Он обернулся к ней, - Договориться с собой, Натали – не значит договориться с сердцем. Так сказал мне однажды Андрей, твой жених… в ответ на мои уверенья, что соперниц у тебя – быть не может… - в распахнутых глазах Наташи попеременно отражались возмущение, недоумение и задумчивая печаль… - Вы знали… оба знали… Александр покладисто вздохнул, - Должно быть и так… - он остановился и перехватив Наташины руки со всей силой убеждения закончил, - Так что, Натали – я никогда не обижу Мари, я буду заботиться о ней, буду нежен, добр и бережен… Но – люблю я тебя! И этого не изменить… - в гулкой пустоте слова падали весомо и очень значимо, как в храме. Наташа, легким движением поворачивая в боковой проход, потянула наследника за собой, - Мы сильно задержались с вами, Александр Николаевич… пойдем, покажу короткий путь.           Уже во второй половине дня Анна оказалась предоставленной самой себе, простившись с воспитанниками до завтра и вернувшись в комнату, застала там Владимира… молча прислонившись к нему, ощутила его тепло. - Весь день об этом мечтал… - притянув ее ближе, произнес он глухо, Анна подняла лицо ему навстречу, - Нужно было просто заглянуть сюда… - глаза ее светились, Владимир улыбнулся в ответ, - Завтра же стану здесь лагерем…  - склонился ближе, не выпуская ее из рук, - Не жалеешь? - А ты? – чутко уловив его настроения, отозвалась она, не ответив, Корф снова притянул ее к себе, - Я за тобой, нам пора… - заметил он, глазами следуя за ней по комнате. - Сегодняшний вечер… - накинув шаль, Анна остановилась рядом, - ничего не изменилось? - Не должно… Александр Николаевич нашел бы возможность предупредить, если вдруг… - он пропустил жену вперед, следуя за ней, - Илья Матвеевич снова недоволен будет, - имея ввиду мажордома отца и своего бывшего воспитателя, а ныне – домоправителя. - Я позаботилась об том, - Анна не задумываясь взяла его под руку, - сразу после обеда отправила записку, чтобы подготовку начали… так что поспешать можно не торопясь.           Мишель, покинувший дворец чуть раньше четы Корфов, уже подъезжал к дому. Лиза встречала его на лестнице, - Ты совсем освободился или тебя отпустили на побывку? - Если цесаревичу будет в нас надобность – он даст знать, - Миша усмехнулся, - а нынче ввечеру – даже лично… Собирайтесь, княгиня, нас ждут у Корфов. - А Наташа? – Лиза покачала головой, - неужто позабыл? - Зайти за ней не догадался, - с легкой досадой он хлопнул себя по лбу, - но тропинка-то к особняку проторенная, чай, и одна не заблудится. - Может, Анна ее с собой приведут, - утешила жена, тут же поспешив доложиться, - Тут все более-менее устроила, не переживай – не одна работала… а после обеда, - Лиза взглядом испросила его мнение по поводу выбранного платья, - в наш городской дом понаведалась… Ох, Миша… - она уселась рядом, по-прежнему держа платье в руках, - такой запустение… Обивка вся молью побита, крыша на верхних этажах протекает, пылища кругом… Дарья, что за домоправительницу была оставлена, дом в конец запустила. Занятий для меня на год вперед хватит. - Может, тогда отложить пока, до лучших времен? – Миша осторожно привлек ее к себе, - Ноша-то по силам? А то – смотри… отсюда нас никто не гонит, крыша над головой и перины мягкие – есть… - Потом – совсем не до того будет, - резонно возразила Лиза, проворно выбираясь из его рук, - Я стану большая и неповоротливая, буду сидеть на тахте и указывать – дайте то, принесите это… - на улыбку мужа только махнула рукой, - Это совсем не смешно, Михаил Александрович, пока смогу – займусь. - Не переусердствуй, - по опыту зная, что лучше не спорить, Миша кивнул, - Наташа тебе все обскажет. - Сегодня же и выспрошу, - решительно кивнула она, - А что это вы, Мишель, тут расселись? Иди – освежись, умойся… чует мое сердца – всю ночь займем.           Принцессе Марии опять не спалось – серый сумрак за окном так и не превращался в ночную темноту, но ничем не походил на дивные рассказы Александра о светлой поре белых ночей… И предательские страхи полчищами врагов теснились вокруг бедной головки Дармштадской затворницы. Быть может, все что заставило ее пуститься в третий раз в тяжелое путешествие, как на край света, так же иллюзорно, придумано ею и непохоже на реальность, как ее представление о светлых ночах и этот белесый туман за окном… Мари горестно вздохнула вспоминая, как по приезде в родной дом, сам герцог изволил нанести визит, дабы своими глазами взглянуть – на что польстились в русской столице. Марии показалось – он бесконечно долго ходил вокруг нее, поставленной в середину холодной бальной залы, и все недоуменно приподнимал брови и хмыкал… А потом, также утомительно бесконечно, разговаривал с личным медиком принцессы и настояла, чтобы мнение свое врач засвидетельствовал письменно. Братья, вполне разделяя его скептицизм, обсмеяли ее будущую царскую жизнь… дома больше не было – того тихого, уютного спокойствия, что вспоминалось во дворце Петербурга райским теплом… Напротив, Мария вспоминала дружескую нежность ставших ей близкими, людей… и их оказалось совсем немало… Получив первый же намек на приглашение приехать обратно, она немедленно согласилась и написала Ольге – сестре Александра, что гостила у тетки в Сан-Суси, чтобы та собиралась домой. Хлопоты о поездке отвлекли ее от тяжких дум, а сообщение об отъезде Жуковского в Дюссельдорф в письме Александра – обрадовало возможностью увидеться с ним. Она непроизвольно улыбнулась, вспоминая встречу – еще и недели не минуло, с Василием Андреевичем; они встретились в Польше у тамошнего воеводы, что был известен на родине так же, как Денис Давыдов – своими балладами да стихами. Василий Андреевич долго пожимал ей руки с доброй улыбкой, близоруко разглядывая порозовевшее лицо. - Это чудесно, Ваше высочество, что вы решились вернуться. Александру весьма поможет ваше присутствие и расположение, дабы забылся глупейший конфликт с мадмуазель Калиновской. Саша по доброте и благородству души вызвал неудовольствие государя и навлек прискорбное внимание графа Бенкендорфа. Ваш отъезд также вменялся ему в вину, принцесса, и теперь вы сможете всем продемонстрировать, что между вами мир и согласие. Мари вздохнула от приятных воспоминаний – у воеводы ее обласкали, развлекли балами и угощениями. Теперь вот уже по Ливонии и Курляндии проехали мимолетом, без задержек… верховые говорили, дескать завтра к вечеру должны к столице подъехать. Она улеглась, натягивая одеяло и закрыла глаза, вспоминая уверенный голос великого князя Константина, - Вы очень быстро вернетесь, Мари, вы будете чувствовать, как мы все здесь по вас тоскуем… как мы вас все ждем…           - Николя, надо что-то делать… - император с самым любезным видом поднялся навстречу жене. - Мне можно начинать выдвигать предложения? Я готов начать с самых приятных, Лотта… Александра Федоровна слегка растерялась, она никогда не умела противостоять натиску мужа, в особенности любовному… и все-таки, деловые намерения напомнили о себе безотлагательностью сроков. - О, Господи, Николя – не теперь! Я имею ввиду нашего сына. - Старшего, полагаю… - император с видимым сожалением ослабил объятия, - во всяком случае, в том что он – мой, я не сомневаюсь.. – он улыбнулся задохнувшейся от возмущения жене, опять целуя ей плечи и руки, - Именно этому «молодому человеку» я обязан счастьем быть женатым на вас, дорогая… - Боже мой, Ваше величество, как вы можете… Государь мечтательно улыбался, - Не мог же я не жениться на молоденькой и глупенькой прусской принцессе – бывшей от меня без ума и на втором месяце… Императрица, густо покраснев, принялась обмахиваться веером, голос ее тем не менее, оставался почти спокойным, - Ну что ж… я тоже отношу эти воспоминания к приятным, Ваше величество, и сын ваш, действительно, очень похож на своего отца. Государь понял, что камни летят уже в его огород и поспешил перейти на деловую почву, - Полагаю, ваше нервическое настроение связано с принцессой Марией – вы явно к ней неравнодушны, Шарлотта… Государыня выпрямилась, - Вы с вашим сыном всеми способами привечаете самую неподходящую на роль жены наследника, принцессу… Девушку крайне неопытную, молоденькую, болезненную, впечатлительную, с нежным романтическим сердцем… к тому же – влюбленную в Александра… и глубоко ранимую. Император снисходительно похлопал жену по руке, - Ну… какую грустную картину вы нарисовали, моя дорогая… а ведь если поменять интонацию… Жена прервала, поднявшись, - Завтра кортеж ее высочества принцессы Дармштадской должен достичь городской заставы… Александр же проводит время со своими друзьями. Император, явно не разделяя ее возмущения, заметил, - Кортеж не будет двигаться быстрее оттого, что Саша будет сидеть подле вас. Давате-ка ближе к существу дела…  - но государыня с чисто немецкой педантичностью уточнила, - Но – если бы на пути к столице была другая девушка, подозреваю, что Александр сегодня был бы не здесь. Внимательный взгляд Николая Павловича стал сосредоточенным, - Вы имеете ввиду какую-то определенную девушку, дорогая или – место первой фрейлины невесты наследника снова вакантно? На лице Александры Федоровны появилось выражение беспомощности, - Натали – настоящее сокровище… и Александр, безусловно, разделяет эту…  Господи Боже мой, ведь я просила вас, Николя, согласиться с кандидатурой Августы – моей племянницы… Она была бы несказанно счастлива получить титул Императрицы в будущем, и на остальное спокойно закрыла бы глаза! - Так… - император, застегивая мундир, подошел к столу, - У цесаревича любовная связь с княжной Репниной? Государыня в расстроенных чувствах махнула рукой, -Досужие разговоры и домыслы на эту тему идут очень давно, Ваше величество… несмотря на мои запреты. Конечно, Сашу и Натали связывают близкие отношения – и официально, и… -  она сделала жест, дополняющий суть, - Они любят и предпочитают общество друг друга… - И…? - Что? Внешне все вполне благопристойно… настолько… - император улыбался, - Что вы – беспокоитесь. Напрасно, моя дорогая Шарлотта… этот вопрос, как и многие другие – под моим строгим государевым оком, - и в ответ на слабую улыбку государыни докончил, целуя ей руки, - Мы поняли друг друга, полагаю… *           Владимир, с облегчением расставшись с мундиром, на ходу запахнул короткий домашний халат, без церемоний проходя в соседние с его комнаты Анны – она, уже тоже переодевшись в домашнее, приводила в порядок волосы. Встретив его пристальный взгляд в зеркале, проалела щеками, как прежде, но глаз не отвела, - Что же это вы, Владимир Иванович, вот так и гостей встречать намереваетесь? Конечно, Михаил Александрович видел вас и в более непрезентабельном виде, - по губам ее скользнула лукавая улыбка, - но – Его высочество… - Его высочество – тоже, - усмехнулся Владимир, вспоминая их застолье в трактире в том числе, - Ради дам – сделаю исключение… - он усадил ее подле себя, - Анна, сегодняшний вечер… думаю, Александр захочет о делах поговорить… - Не тревожься, - подхватила она, - какое-то время в сугубо мужской компании мы вам обеспечим… только скажи – остальное беру на себя… Об одном прошу – не переусердствуйте, все-таки всем на службу во дворец поутру… даже наследнику. По-особенному взглянув на нее, отчего у Анны зашлось сердце, Владимир легко приподнял ее, привлекая к себе… та с горячностью отвечая на его немудреные ласки, только беззвучно выдохнула, - Тебя одного люблю… Словно опомнившись, он склонился, прячущей от него пылающее лицо, - Повтори… - Анна уткнулась ему в плечо, - Люблю… Явившаяся некстати молоденькая девушка, что Анна прочила себе в горничные, в дверях застыла, - Илья Матвеевич за вами послал, Анна Петровна, ждем гостей… Под его неотрывным взглядом Анна спохватилась, поднимая руки к прическе, - Все рассыпалось? – Аленка проворно оказалась рядом, тут же на ходу подкалывая выпавшие из обычно аккуратного пучка пряди, - Не переживайте, барышня, сейчас мы быстренько все подправим. - Я очень старался, - Владимир поднялся, - ничего не повредить… - В таком случае, барон, - она нашла его глазами в зеркале, - ступайте, Егорша о вас позаботится, надеюсь, - Аленка быстро покивала в подтверждении – тот был ее младшим братом и хотел стать при бароне ординарцем. Владимир кивнул ей одними глазами, губами произнося, - Люблю тебя, - прежде чем закрыть дверь.           - Проходи, Лиза, - Мишель, чувствующий себя здесь, как дома, устроил жену со всевозможным удобством, оглядываясь, - Верно, Анна и Владимир скоро появятся… - Анна сейчас будет, - подтвердил появившийся Корф, - женщины… что поделаешь… - И чем это мы перед вами провинились, Владимир Иванович, - Лиза озорно сверкнула глазами, делая вид, что не замечает упреждающего взгляда мужа, - что вызываем подобные отзывы? - Вы не так меня поняли, Елизавета Петровна, - между ними по-прежнему возникала некоторая неловкость, которую оба так и не смогли преодолеть. - Владимир имел ввиду нашу нерасторопность и преувеличенное, как считает большинство мужчин, внимание к внешнему виду, - пришла мужу на помощь Анна, присоединяясь к ним, - Хотя они сами и поощряют нас к этому сверх меры, отдавая предпочтение внешней привлекательности и мало заботясь об иных качествах наших… - она ласково улыбнулась задумчиво-наблюдающему за ней Владимиру, - Так что – не о чем спорить. Лиза, как ваши дела? – участливо взяв ту за руку, Анна приготовилась слушать. - Ловко у Анны выходит… - Мишель понизил голос, повернулся к Владимиру, - даже я так быстро с Лизой не управляюсь… - Владимир улыбнулся, продолжая наблюдать за двумя склоненными друг к другу головками, - А где Наташа? – Мишель огляделся для верности, - Разве она не с вами пришла? Владимир было покачал головой, услышавшая их разговор Анна добавила, - Простите, Миша, я собиралась зайти за ней, чтобы увести с собой, но Натали еще ждала императрица и она сказала, что после дойдет сама короткой дорогой. - Да здесь от дворца – рукой подать, - легкомысленно вклинилась Лиза, - и светло ровно днем, Наташа прекрасно доберется и одна… - собирающегося возразить Мишеля перебил неясный шум и голоса в передней, - Нет-нет, благодарю, мы знаем дорогу… нас ждут… - и цесаревич в сопровождении Натали объявились на пороге. Он был без плаща, да и у Натали лишь легкая шаль на плечах. Александр широко улыбнулся, - Ну вот и мы… Мишель, поприветствовав наследника, перехватил сестру, - Где это вы так задержались? Тем путем – два шага и на месте… - Боюсь, Мишель, в том моя вина, - услышавший их разговор Александр поспешил вмешаться, - Нас обоих задержали служебные дела - Натали была занята с государыней, а я на заседании… Предполагалось сократить время в пути… - Александр Николаевич слегка заплутал, - вступила Наташа, прямо на брата глядя. - Да, если бы не Натали, - подхватил Александр, выбравший для себя любимое кресло старого барона, позволил себе расстегнуть мундир, - я по сию пору бы блуждал по пугающе-пустым лабиринтам дворца… - он улыбался казалось всем, на деле же не отводя глаз от нее. Анна, воспользовавшись общим замешательством, присела за рояль, первыми аккордами того самого романса на стихи Баратынского – «Сей поцелуй, дарованный тобой…» умело отвлекла внимание и вечер продолжился по накатанной.           После обильного, но не тяжелого застолья Владимир придержал Анну в дверях, - Помнишь, о чем говорили? - В библиотеке уже все готово, - улыбнулась она, - Илья Матвеевич устроил, там уютнее, чем в гостиной. Тем временем, Александр, переглянувшись с Натали, вытащил из-за пазухи сверток, - Друзья мои… ваш приезд сюда изменил очень многое и в ваших жизнях, и в моей. Чтобы хоть как-то выразить вам мою признательность… - развернув сверток на столе, разложил бархатные коробочки, - позволил себе заказать у мастера Джелло небольшие презенты для каждого… Для вас, Анна… Владимир… а это – вам, Елизавета Петровна…  Мишель…  И пока девушки разглядывали драгоценные дары, слушая пояснения Натали о смысле и поводах того или иного украшения, Корф склонился ближе к цесаревичу, - Не хотел бы князь Муранов повторить то, что так грубо прервали в одном из трактиров Двугорского уезда? - В той же компании… - мгновенно загораясь, уточнил Александр, получив согласный кивок, - С удовольствием, барон… но – наши дамы… - Ваше высочество дали им повод и пищу для пересудов на долгое время, - заметил Миша, кивая на три склоненные друг к другу головки, - похоже, что с ваших драгоценных даров беседа перешла на изделия мастера Джелло и его коллег, вообще. - В таком случае, уделим некоторое время делам, господа, что нет возможности обсуждать где-то в ином месте… Анна, перехватив взгляд Владимира, кивнула, улыбнувшись Лизе и Натали, - Дорогие… может, чаю? - О, здесь какие-то буквы… - Лиза, уже распаковавшая все коробочки, склонилась над маленьким круглым столиком в углу гостиной, где горела свеча… глаза ее возбужденно блестели, отражая блики драгоценных камней. Анна и Натали, присевшие было за чайный стол, переглянувшись, заулыбались. - Лиза, может быть сначала рассмотрим пироженные с конфетами, - попыталась привлечь ее внимание гостеприимная хозяйка, но признав тщетность такого соперничества, вслед за Натали подошла к столику с разложенными украшениями. - Вот… здесь четыре буквы – эр, кси, бэ и эф… вы знаете, что это? – Лиза протягивала им четыре подвески на золотых филигранных цепочках, по две в ладони. Анна, взглянув в сторону Натали, спокойно резюмировала, - Судя по цепочкам – два мужских и два женских… украшения, со значением… по-моему, это какие-то тайные знаки. - Это руны, - Натали бережно взяла у Лизы первую подвеску, - магические знаки. Они несут тайный смысл, а могут и угадывать будущее. Александр учился этому… руна, совпадающая с внутренним существом человека, носящего ее, может служить талисманом или амулетом, - она покачала на золоте отливающую золотистыми искрами коричневую букву R – на бледно-розовом фоне турмалина авантюрин казался темнее и наряднее, - Эта руна называется Райдо – Идущий… этот знак в путешествии по жизни, самом далеком путешествии, сулит успех и защиту. Вооруженная мысль защищает от силы всякого зла. Райдо укрепит веру человека в победу добра, увеличит душевные силы, даст увидеть настоящую цель. Это знак Победы в любом деле – очищенная, разгадки тайных сторон, сути вещей, прочный фундамент для благих начинаний… - Миша… - восхищенно произнесла Лиза, влюбленно разглядывая амулет. - Да, это Мишель, - Наташа улыбалась, - А вот это – твой, - на розовом турмалине мерцала темным, почти вишневым золотом из авантюрина буква В. Лиза затаила дыхание, - Этот знак называется Беркана – Защитница, дающая кров и убежище, сберегающая самые малые крохи жизни, великая сила возрождения, женская сила материнства… знак Беркана почитался сокровищем Рода, его благословением, принесший его в дар навечно становился другом дому сему. Этот талисман дает ясность мысли, возможность увидеть свой жизненный путь и осуществить заветные мечты… - Лиза, не стесняясь слез, сразу надела свой подарок. - Пусть он хранит нас… Анна молча обняла ее и взглянула поощряюще на Наташу, - Теперь моя очередь. Наташа бережно подняла за тоненькую цепочку подвеску-медальон из бледного изумруда, на котором рассыпала бриллиантовые искры буква Х, - Геба – Благодающая – Благодать… Кстати, ваше имя, дорогая, с древне-иудейского переводится также. Знак Геба – дар любви, он открывает глубинную связь любящих сердец, дарит настоящего друга жизни… этот знак – грозная сила, сокрушающая все препятствия на пути, надежная защита любящего сердца… способный дать отпор даже вампиру. Этот амулет поможет своему владельцу преодолеть трудности и проблемы, разорвать заколдованный круг неприятностей, обрести ясность, душевное спокойствие на пути жизненных перемен. - Как красиво… поистине – царский подарок. Я буду хранить его… Наташа взяла последний медальон, - Ну… и наконец – Владимир… ему предназначен этот талисман, - изумрудная с бриллиантовой окантовкой буква Р на прочной цепи из золота, - Таурис – Тэйрос – Хранитель – наследник, тот, кто призван прервать цепь вражды и проклятия, тянущихся из прошлого… сделать решительный шаг, чтобы переступить порог, отделяющий их – прошлое и будущее, отдав долг памяти событий, обладающих такой властью над настоящим. Этот знак дает владельцу силу и разум оценить все… познать радости и огорчения побед и поражений, обрести мудрость знающего им цену и суметь передать ее следующему за собой. - Бедный Владимир, - Анна прерывисто вздохнула, - и здесь ему – самое трудное… Наташа не нашлась с ответом, а Лиза, вдруг поднявшая голову, оглядевшись, провозгласила, - А мужчины-то наши где? - Видимо, наши вздохи-ахи наскучили им, и она решили уединиться, - Анна вернулась к забытому ими чайному столу, - Простыл совсем… за горячим пошлю. - А может быть – не надо, Анна, - Лиза душераздирающе зевнула, - Поздно мы засиделись, а ведь на службу вам всем ни свет, ни заря… - К чему лишние хлопоты, - поддержала свояченицу Наташа, - поутру чай и попьем. Мужчины наши – люди военные, ко всему привычные, ик ночным бдениям… Нам же… - она обняла Лизу, - цвет лица беречь надобно. - Раз так… - Анна согласилась, - комнаты для вас давно готовы.. Лиза, вас Серафима Матвеевна  препроводит, - сестра домоправителя, совмещающая обязанности главной кухарки и экономки почтительно-неторопливо кивнула, приглашая ту за собой. - А меня – сами устроить решили? – Натали присела подле Анны, та повела плечами, - Лизе нелегко сейчас… а Серафима Матвеевна и отвары знает… - поймав заинтересованный взгляд Наташи, неуверенно улыбнулась, - Может быть, еще посидим, если я вас не слишком утомила разговорами… - Что вы, Анна, - поспешила возразить та, - с удовольствием… тем более, думаю, вы немного волнуетесь за мужчин. - Да… - призналась она, - надолго одних их лучше не оставлять… начинают скучать и налегают на вино… - После в ход идут байки одна другой краше, - подхватила Натали, - про дуэли, женщин разного толку и, наконец, про охоту… - Анна слушала подругу, то и дела восхищаясь ее стойкостью и легким характером – лучшей спутницы «князь Муранов» выбрать не мог. Ей подумалось лишь, насколько все невыносимо усложнится уже вскорости… - Анна, однако, вы совсем не слышите меня, - мягко упрекнула ее Натали, - боюсь, что теперь я своей болтливостью испытываю ваше гостеприимство. Ваш день был ничуть не легче моего, даже более волнительным – начинать что-то всегда трудно… - она поднялась, увлекая следом и Анну, - Давайте-ка, вы покажете мне мою комнату и пойдете к себе, рано или поздно, любые посиделки закончатся и Его высочество отпустит своих адъютантов отдохнуть. Молча улыбнувшись в ответ, Анна провела Натали по галерее в отдельное крыло, - Вот… пришли – ваш комната первая по левую руку… горничную прислать? - Нет нужды… - успокоила ее Наташа, с любопытством оглядываясь вокруг – городской дом Корфов, как и поместье, был полон тайн и сюрпризов, - не тревожьтесь ни о чем, милая Анна, ступайте – доброй ночи. - И вам, Натали… - откликнулась она, - Спите спокойно…           Сколько вина было выпито и сколько тостов произнесено – точно никто бы е сказал, беседа скакала с одной темы на другую, не придерживаясь какой-либо логики, и к «тайнам мадридского двора» Его высочество так и не подступился, - Мне хотелось бы, друзья мои, чтобы вы нашли время и позанимались бы с Константином, - каким-то причудливым образом разговор вывел наследника на важные мысли, - И вот еще… Дворец – не самое лучшее место для любых разговоров, каких бы сокровенных тайн они ни касались, - Мишель и Владимир переглянулись, не совсем понимая, - Если вы, барон, не возражаете – пусть ваш дом станет чем-то вроде нашего штаба, тайного места, как бы двусмысленно это ни звучало… - он огорченно вздохнул, - Не мне вам рассказывать о правилах дворцовой жизни, господа… А здесь… мы могли бы не притворятся. - Мой дом – всегда в вашем распоряжении, Ваше высочество, - отозвался Владимир, - моих друзей тут всегда встретят-приветят, накормят и спать уложат вне зависимости от нашего с Анной присутствия, - он взглядом встретился с Александром, договаривая невысказанное. Тот едва заметно кивнул и улыбнувшись, продолжил, - К слову о «спать уложат» - нам можно выбирать ложе себе по вкусу из представленных здесь, - обводя рукой кушетку и несколько кресел… - Только если вы предпочитаете трудности и мечтаете о неожиданностях, - рассмеялся Владимир, также вспоминая ту ночь в поместье после случайного ранения цесаревича. – Могу доставить сюда пару подушек и одеял… Разве что в комнате вам будет удобнее… - Пожалуй, Ваше высочество правы – пора и честь знать, - Мишель поднялся. Владимир выглянул за дверь, - Проводи князя к его жене, - Илья Матвеевич степенно кивнул, - да сам спать ступай… засиделись мы. – Дождавшись их ухода, Владимир подошел к бюро и из его многочисленных ящичков вынул связку ключей. Повернувшись к с интересом за ним наблюдающему цесаревичу, протянул их, - Это вам… - указав на маленький старинный ключик, - от калитки, что из переулка на проспект выходит… и обратно… а переулок – тупиковый, в него из нашего крыла отдельно попасть можно, - выбрав еще один ключ, чуть больше и новее первого, - Если вдруг вам необходимо будет уединение или…  Крыло в вашем распоряжении, никто не потревожит, даже знать не будут – оно галереей от остального дома отделено, тихо и покойно. - Александр, не находя слов, поднялся, сжимая ключи в руке, у Владимира сделалось обычно-непроницаемое лицо, - Позвольте, провожу вас, дом большой, заблудитесь ненароком… - доведя наследника до галереи, остановился, - Дальше – просто все, не заплутаете. Доброй ночи… князь. - Да… - улыбка скользнула и исчезла в неверном свете свечи, - вы правы, барон, не заблужусь…  и вам – доброй ночи. Наташа затворила за собой дверь и огляделась… Давно да нередко бывавшая в доме Корфов, в этом крыле она ориентировалась плохо. Городской дом, как и родовое поместье, учитывал разные надобности, а Наташу в последнее время все помещали в покои, отведенные для тайных гостей. Она вздохнула и подошла к окну, из-за шторы разглядывая улицу – совсем пустой тупиковый переулок, укрытый от глаз со всех сторон, но с незаметным проходом в боковой стене на соседнюю улицу. И потому совсем не удивилась, когда на пороге появился Александр со свечой в руке, в мундире нараспашку и явно ублаженный не одной бутылкой вина… - Ваше высочество… так я и думала, вы не минуете объявиться… - Александр поставил свечу, скинул мундир и скрестив руки на груди, вопрошающе постановил, - Его высочество, наследник – бывает у вас об сию пору, Натали… объяснитесь, княгиня! – и, поскольку, совершенно потерявшая дар речи, Наташа беспомощно хлопала на него изумленными глазами, докончил, - Вы изменяете мне… почему, Натали… Отчаявшись найти в его лице малейший намек на игру или шутку, Наташа сдалась, - Я люблю его, Саша… Лицо Александра отразило явное огорчение, - Его… Но это не может быть… Ты – моя только, так оно суждено было и так будет! – он с торопливой властностью и нетерпеливой неловкостью прижал ее к стене, не смотря в глаза… Сильный натиск движений и ощущений был резким и не похож был на любовную игру… Казалось, князь Муранов в гневе и обиде совсем потерял голову, но Наташа даже не думала сопротивляться… она с готовностью приняла обрушившуюся на них бурю эмоций, как недавно – наследник, у нее дома, застав ее в полном душевном разброде после ее поездки на свадьбу. Похоже, муж ее тоже вспомнил об этом, так что поцелуи и объятия стали почти похожи на то, что принято так называть… - Тебе помочь, Саша…  - крупная дрожь волной прошла по нему, как у рысака на бурном финише, столько заботы было в тихом ее голосе. Он облокотился на стену, выпуская ее и Наташа, нимало не заботясь о вопиющем состоянии одежды, быстро принялась разбирать постель, - Так – у тебя с ним – не было… Укладывая его, она пригладила любовно влажные завитки, - Нет, не было… и не будет… - Наташа остро поняла смысл происходящего – тоску и страх Александра перед совсем близким завтрашним днем и будущими обязанностями, и почти детское желание укрыться под маской князя Муранова, - Спи, Саша… - она с нежным удовольствием помогла ему раздеться и наскоро побросав свою, отметила, что во дворец надобно надеть что-нибудь другое. - Но ты сказала… - требовательно вскинул закрытые было глаза Александр. - Александр Николаевич – человек благородный и друг надежный… как не любить мне его… почитай, что всем ему обязаны – и я, и Мишель... и друзья наши. Ведь ему стоит лишь приказать и любая женщина его будет. - Это неблагородно… Наташа только взглянула, - А он, меж тем, ни разу не позволил себе даже намека похожего… при том, Саша, что отказать ему мне будет очень трудно. Я и на службу во дворец вернулась, чтобы рядом быть. А за тебя, Саша, я замуж вышла… - голос ее звучал, как тихая сказка и Александр уже спал, - Оба вы дороже дорогого для меня…           Анна не спала, Владимир понял это, едва переступив порог, - Умаялся? - Не больше твоего, - усмехнулся он, присаживаясь рядом, - Ты чего не спишь? Анна скользнула с постели к туалетному столику за коробочкой, - Подарок Его высочества… это – твой, - она достала тяжело мерцавший живым огнем свечи и призрачным светом белой ночи талисман, - Надень… он направит и сохранит тебя… Наташа объяснила смысл руны… - Я знаю… Владимир склонился к ней, разглядывая подвеску, - не один Александр разбирается в них… , - он долго рассматривал оба талисмана, - Воистину – дар императора… - Нет… - Анна улыбнулась, скрывая сквозившую в словах печаль, - просто друга… Владимир с нежностью посмотрел на жену, - Это гораздо более ценно, - он задул свечу, укладываясь рядом, - Ты заметила, Мишель придает слишком большое значение… близким отношениям между Натали и наследником? - Он тревожится за сестру, - Анна устроилась в кольце его рук, - Ее имя постоянно в дворцовых пересудах… его можно понять – скандал со свадьбой до сих пор не утих, - она сжала его руку, - Ведь как говорят – дескать, княжна Репнина князю Долгорукому отказала в церкви при всем честном народе, а он и застрелился. Владимир закрыл глаза, силясь прогнать видение о том злосчастном разговоре, что закончился выстрелом, - Мишель не хуже меня знает цену дворцовым сплетням… поговорят да затихнут. Он об одном забывает… - Владимир прижал жену к себе, - Наташа – взрослый человек и самостоятельный… свою судьбу решает только она… - Сердцу не прикажешь… -  негромко добавила она, - нам ли не знать. Он властно привлек ее к себе. – Судьбу не изменишь, остается надеяться, что ты – не один. Анна провела ладонью по его лицу, - Александр знает, что в одиночестве не будет, пока вы с Мишей рядом… - Владимир молчал, закрыв глаза, просто чувствуя ее рядом, она обняла его, - Спи, родной мой… - Пожалуй… заснешь тут… - проворчал он, склоняясь к ней в поцелуе, - Видно, отсыпаться придется на службе, - прежде чем окончательно соскользнуть в зовущий омут ее глаз. *           Наверное, она надолго забылась, потому что в комнате было совсем светло, хотя солнечные лучи не доставали окошек. Наташа осторожно сползла, чтобы не разбудить спокойно спящего Александра… в задумчивости постояла над сброшенным нарядом, она бездумно открыла шкаф и с восхищенным удивлением обнаружила там два своих платья – из гардероба в доме Корфов, в бытность свою приживалкой она их там присмотрела из богатейшего выбора одежды для домочадцев. Наташа улыбалась мыслям об Анне, позаботившейся заполнить шкаф в их комнате, потому что для Александра наличествовали два сюртука и рубашки с брюками. - Пора уже… - Наташа обернулась на голос Александра, он, закинув руки за голову, улыбался ей. Вернувшись на постель, она с самым серьезным видом постановила, - Ну вот что, государи мои, у меня к вам обоим – разговор серьезный, - она смотрела строго в ставшее смущенным лицо Александра, - Помиритесь оба и слово мне дайте – быть, как други верные, целым одним. И мне – промеж вас не стоять, а вместе быть. Минуту пребывав в изумлении, Александр заразительно рассмеялся, посерьезнев вдруг, и с почтением поцеловав руки, за них притянул Наташу к себе, - Все по-твоему будет, душа моя… Она, еще не оправив платье, глядясь в зеркало и встретив в нем взгляд Александра, кивнула, - Теперь, действительно, пора… во дворе скоро вставать начнут, - она наблюдала за тем, как быстро одевался он и помогая с мундиром, достала письмо, - На вот – отдадите государю, я взяла на время – с его разрешения… Это про вашу невесту… и вам, Александр, читать не стоит. Я расскажу, если надобность будет… - она одернула на нем и пригладила одежду и волосы, - Ну… с Богом, Александр Николаевич… день нынче хлопотный. Он перехватил ее руки, - У меня для тебя тоже кое-что есть, - доставая ключи, - Мы в любое время сможем сюда вернуться…           Утро выдалось заполошным, почти не сомкнувшая за ночь глаз Анна поднялась рано и, тихо, дабы не разбудить недавно уснувшего Владимира, на скорую руку одевшись, спустилась вниз. Отдав необходимые распоряжения по поводу завтрака заспанной прислуге, она решилась заглянуть в дальнее крыло, но застала там лишь пустые комнаты. Анна улыбнулась про себя предусмотрительности Владимира и дальновидности наследника, и вернулась вниз, в гостиную, где уже выхаживал Миша. - Хотел поблагодарить вас и Владимира, - он взял ее за руки, - за прекрасный вечер. О завтраке не беспокойтесь, Лиза спустится и мы поедем… провожу ее домой, экипаж уже прибыл. И Натали, уверен, уже готова. - Наташа и Его высочество уже во дворце, - улыбнулась Анна, - воспользовались тем же путем, что и пришли. - Что ж… повидаю ее на службе, - Мишель обернулся. Встречая улыбкой молодую жену, - А вот и ты. - Как вам спалось, Лиза? – участливо поинтересовалась Анна, - все хорошо? - Серафима Матвеевна – просто находка… - держась за руку Миши, Лиза преодолела последние ступеньки, спустившись к ним, - Даже не знаю – как теперь без нее… - Возможно, днем мы смогли бы обойтись, - вслух размышляла Анна, - все равно все на службе, там всем обеспечены… - Анна! – с горячностью ее обняв, Лиза заспешила, - Уверяю, я не буду злоупотреблять ее помощь, только первое время, чтобы привыкнуть… - И потом – чтобы ничего не упустить, - рассмеялась Анна, - Не тревожьтесь, Лиза, уверена, Серафиму Матвеевну не затруднит приглядывать за вами. Да и среди вашей домашней прислуги наверняка найдется кто-то ей в помощь. Проводив их, Анна поднялась в спальню – Владимир уже проснулся, но не спешил поднимать тяжелую голову с подушки. Она наклонилась над ним, - Родной мой… нехорошо? – не открывая глаз. Он нашел ее руки, ладонями прижимая к своему лицу. – Гости разошлись, Мишель проводит Лизу и отправится во дворец… Думаю, Его высочество поймет, если вы немного задержитесь с докладом… да и не до дел нынче – сплошные хлопоты. - Готовимся к встрече невесты наследника, - проворчал Владимир, приподнимаясь и пристраивая подушку под спину, - потому и не могу позволить себе опоздать. И еще… помнишь Митю Оболенского? - Лишь по твоим письмам, - Анна налила и подала ему чашку с еще дымящимся отваром, - На-ка вот, выпей… Серафима Матвеевна сказала – поможет. - Гадость порядочная! – обжигаясь, проглотил все Владимир, отставляя чашку. - Дядюшка читал мне их – твои письма… я помню, он – племянник Сергея Степановича, директора императорских театров… Это был он… тот, кто… - Кому я обязан жизнью, - уже поднявшись, Владимир одевался по-военному быстро, - Мы с Мишелем вчера обнаружили его… в нелучшем, так сказать, состоянии, в казармы ему лучше было не соваться, просто так оставить – тоже не вариант…  Решили оставить его в моей комнате… я запер его для верности. - А если он проснется раньше? – Анна пригладила и без того уже идеальную прическу, - Или уже проснулся… Судя по твоим рассказам, Митя был в том состоянии счастливого неведения, которое достигается непомерным количеством вина… Очнувшись, он может не понять, где находится, набедокурить… устроить скандал и это в крыле наследника… - Вот и я о том же, - согласился Владимир. - Вот что, - постановила она, - давай поспешать медленно – я давно без дела маюсь, привечать некого… возьму Аленку с Егоршей и отправлюсь вперед, коли ты мне ключ свой доверишь. Мы там тебя все и дождемся…  Я буду рада познакомиться лично с тем, кому обязана свои счастьем… - Анна замолчала, вспоминая тот тихий вечер в поместье, когда Иван Иванович, получив долгожданную весточку от Владимира с Кавказа, дрожащими руками плеснул бренди в стакан, расплескав половину, и впервые схватился за сердце… - Этот долг – на мне, - откликнулся Владимир, тоже вспомнив тот миг на передовой… глухой звук выстрела и бешенные глаза Митьки, свалившегося откуда-то сверху… и свист пули, пролетевшей мимо.