Часть 4
7 ноября 2025 г., 10:00
Домой добрались без приключений, хотя оба были слегка поддатые, но вёл Юра, как более внимательный и с молниеносными рефлексами вампира. Вообще, Юра не любил ездить пьяным за рулём, а Мише так вообще не давал, предпочитая тогда и не пить вовсе.
Дома даже Юра не особо аккуратно кинул на напольную вешалку свои вещи, а про Мишу и говорить не приходилось, тот, хорошо, если вообще на неё попал, а не на пол кинул. До рассвета оставалось не больше получаса, и Миша подкатился к Юре, зная, что сможет поспать часа четыре, а раз спать, то обнимая домитора. Юра только усмехнулся, обнял Мишу и тоже прикрыл глаза
Таких моментов, когда гуль засыпал первым, было немного, Миша предпочитал провожать в день Юру, а сам засыпал потом, но сейчас сказывалось выпитое, и он, устроившись, засопел в шею Юры почти моментально. Тот лежал, ожидая рассвета и наслаждаясь теплом Миши, его жизнью. Иногда Юра грустил о том, что больше не может наслаждаться некоторыми вещами, что теперь не может быть днём с Мишей, да и вообще не может быть днём, но это была такая, светлая грусть о былом, ведь Миша был с ним, был полностью его, принадлежал Юре, как Юра принадлежал ему.
Накрутив на палец завиток Мишиных волос, Юра убрал со лба его чёлку, коснулся губами макушки. Миша что-то проворчал во сне, крепче прижал к себе Юру. Тот улыбнулся такому собственничеству, погладил Мишу по спине и почувствовал рассвет.
Миша проснулся поздним утром, часам к десяти, потянулся, коснулся Юриных губ своими и скатился с него, полежал на спине, глядя в расписной потолок, а потом прошёл в душ. На кухне уже слышались запахи свежей еды, бередя Мишины мечты о завтраке.
Миша не сразу вспомнил, что у них теперь ещё один жилец, а потом, одеваясь, увидел на полу груду своей одежды. Подумал и собрал, повесив на напольную вешалку, а бельё и носки сразу кинул в стирку. Подумал, и туда же отправил футболку.
— Долго спишь, столько дел переделать можно было, — отметил Тихон, который уже накрыл на стол. — Садись, Миша, поешь, чаю испей. Цветочки я вам полил, в хате прибрал. Вроде вдвоём живёте, а как у вас пыли-то много было. А чего это у вас две комнаты пустуют? Не надобны?
— Спасибо, Тихон, — Миша сел за стол, порадовался пирожкам, а вот чай заменил на кофе. Домовой только фыркнул. — Да не нужны они нам пока. Понадобятся — обставим.
— Дела сегодня? — спросил Тихон, тоже берясь за пирожок, похоже, поесть он тоже был не дурак. — Или дома будешь сидеть целый день, своего Юру ждать?
— Дела. Дела у меня всегда есть, — заворчал Миша в своей обычной манере вечно недовольного. — Миша то, Миша это. Что, думаешь, я целыми днями фигнёй страдаю? Так нет, вон, бегаю, куда скажут.
— Ты с собой пирожков возьми, — ласково, словно на голову больному, предложил Тихон, Миша даже ругаться не стал. А пирожков действительно взял.
Когда Шибанов подъехал к нужному дому с проходным двором-колодцем, то ужаснулся от увиденного. Весь дом опутывала сеть иссиня-чёрных линий, словно пульсирующая гигантская паутина. Это само по себе было страшно, а ведь Мише предстояло ещё в этот дом зайти. А люди ходили и ничего этого не замечали, вот что самое страшное. Миша присвистнул. Нужно было идти и осмотреть подъезды, подвал, чердак, хотя он уже представлял, что там увидит. Какую-нибудь гадость, которая очень походила на то, что он видел в квартире мародёра.
Выйдя из машины и порадовавшись, что сегодня будний день, и народу ходит мало, Миша подошёл к одному из подъездов, но потом решил сначала заглянуть во двор. Он представлял, как странно выглядит с палашом наперевес, но очень не хотел вляпаться ещё раз как вчера. Пусть лучше психом выглядит, чем мертвецом.
Во дворе было жутко. Свалка мусора, из которой тянулись тонкие белёсые щупальца, напоминающие плесень, всё та же иссиня-чёрная паутина, но вроде ничего больше. Миша поднял голову и обалдел. На окне одной из квартир висела связка ярких воздушных шариков. Видеть в грязном, обшарпанном дворе, серо-грязном, неприветливом такое яркое пятно было странно, аж глаза резало. Сейчас Мише не помешал бы кто-то незачарованный.
Надо сказать, невероятная красота Грёзы, эта суть сказки, радовала редко, Миша не любил быть зачарованным, хотя Маричка или Сластёна иногда давали ему возможность видеть этот приветливо-неприветливый слой мира.
Осмотревшись во дворе, Миша пошёл в произвольный подъезд, кодовый замок на двери был сломан, словно изъеден какой-то гадостью. В парадной с потолка капала какая-то дрянь, но не проедала, просто пачкала одежду. Лестницы все тоже были уделаны этой гадостью, но хотя бы не было жутких щупалец. А сверху свисали уже знакомые пасти, которые могли и откусить что-нибудь. Миша дотянулся, сбил этих тварей и раздавил ногой. Во все стороны брызнула мерзкая жижа ядовито-зелёного цвета.
— Вот же ж дрянь, — буркнул Миша, тихо сквозь зубы выматерившись, даже не представляя, как будет отстирывать одежду и оттирать обувь. — И как тут с ума не сойти?
И действительно, Миша одним звонком запросил сводку происшествий по этому дому. А этих самых происшествий было, и немало. За месяц только троих увезли в дурдом, активизировались наркоманы, а просто бытовых травм было не счесть, и это ещё Миша не посчитал всякой уголовной бытовухи. В общем, за пару месяцев дом просто взбесился, издеваясь над своими жильцами как мог.
На чердак Миша сунулся, но тут же высунулся обратно - там было просто море какой-то мерзкой слизи, ползали какие-то насекомые, самые маленькие размером с его ладонь. В подвал идти не хотелось, но было нужно. То, что все двери в подсобные помещения были открыты, Мишу ничуть не удивило. Так что он свободно спустился в подвал, где опять была эта мерзкая паутина, белёсая плесень и пасти, мелкие и побольше, свисающие с потолка. Одна такая могла запросто сожрать малолетнего ребёнка. Ещё тут бегали крысы размером с упитанного корги, и Миша понимал, что воевать с этой нечистью не сможет, так что он решил посидеть в машине и подождать, кто же придёт сюда получить гламур. А что за ним придут, это было ясно - к гадалке не ходи, именно этим мистическим нечтом питались феи и претворяли свою магию в жизнь.
Почему Миша решил, что ему повезёт, и сюда кто-то вообще придёт сегодня, он не знал, просто чувствовал, что так оно и будет. Обязано быть, поэтому просто сидел и ждал, решив ждать до самого вечера, пока зачарование работает. Потому что потом он просто не сможет его поймать, а Олег не тот, кто будет упорно сидеть в засаде и ждать. Да и для фей он приметный, с синеватой кожей и небольшими рожками, тролль, одним словом. По всему выходило, что куковать Мише тут не просто до вечера, а ещё позже. Но после заката можно было позвать и Юру. Вот только через пару часов после заката они оба станут бесполезны, а зачаровываться снова Миша ну очень не хотел.
Миша сидел в машине и поглощал выданные ему Тихоном пирожки, когда чуть не подавился, увидев зеленокожего мужика с большими острыми лопоухими ушами, торчащими из-под красной банданы. Мужик был здоровым, в мотоциклетной куртке, в которой просто так ходить было жарковато, но транспортного средства Миша не заметил. Так или иначе, действовать надо было сейчас. Хорошо, до заката оставалось немного, и можно будет скоро позвонить Юре.
Очень было неприятно встретить закат без Юры, но иногда бывало и так. А помогать феям, как другим иным было прописано в должностной инструкции. Вернее, это Юра себе её придумал, утвердил сначала у Мельника, потом у Князя, чтобы, если что, не было проблем, что он влез не в своё дело.
Отложив пирожки, Миша вышел из машины и пошёл за зеленомордым во двор, где и собирался его скрутить, дав по голове. Но не получилось, зеленомордый урод оказался хорошим бойцом и даже достал здоровенный нож, больше похожий на короткий меч, вот только Миша был калач тёртый, и так просто себя забороть возможности не дал. И хорошо, он прихватил с собой свой палаш. Только безумно смешно было сознавать, как они сейчас выглядят. Два здоровых мужика, сражающихся на которых мечах во дворе-колодце Питера двадцать первого века среди какой-то гадской паутины и плесени.
Обмен ударами произошёл быстро, точно. Фей даже не примеривался, бил уверенно. Но, наверное, совершенно дурацкая Мишина улыбка сбила с толку фея, а это несомненно был фей, и он пропустил удар. Выбив оружие из руки, Миша с удовольствием засветил навершием рукояти прямо в лоб, вырубив этим ударом фея. И только потом заметил, что тоже ранен. Не сильно, так, пара царапин, но сам факт его не обрадовал.
— Блядь, — выругался Миша, — любимая футболка.
Он подогнал машину и запихнул супостата в багажник, плотно связав, мало ли, он наручники порвёт, Миша же мог. До заката оставалось каких-то полчаса, и Миша решил, что успеет завалиться к Юре в кровать, заодно ещё и переоденется, да кровь смоет.
Задумано — сделано, и вот уже Миша парковался у их дома, до заката оставалось минут пять, так что у него были все шансы успеть.
И он успел, скинул с себя футболку, бросая её в прихожей, стянул кроссовки и побежал к Юре, даже не заметив Тихона в гостиной, который играл с пикси и кормил их мёдом. Пикси звенели своими голосами-бубенчикам, видимо, радуясь. Но Мише сейчас было всё равно, он нырнул в постель к Юре ровно в тот момент, когда телефон его пискнул, сообщая о закате.
— Юрочка, — Миша обнял Юру, прижимаясь к нему, хотел зацеловать, но Юра резко открыл глаза и особо нежен не был.
— Миша, почему от тебя пахнет кровью? — спросил он строго и обеспокоенно одновременно.
— Да, Юр, фигня, — отмахнулся Миша. — Ну так, порезался чутка, когда брился, ну что ты начинаешь?
— Брил ты что угодно, только не лицо, — Юра провёл ладонью по мягкой светлой щетине Миши, а потом откинул покрывало, чтобы увидеть два длинных пореза: один через грудь, второй вскользь по боку.
Лицо Юры изменилось, оно стало каким-то больным, посерело сверх всякой меры, хотя и так-то румяным не было. Он провёл пальцами по не до конца зажившим длинным ранам, едва касаясь кожи, закусил нижнюю губу клыками, а потом деранул ими запястье.
— Пей, — приказал он Мише.
Миша не стал спорить, выпил немного, чтобы вылечить раны и успокоить Юру, потому что тот был темнее тучи, словно не мог простить себе, что его гуля ранили, а его даже не было рядом. Как только от ран не осталось и царапины, Миша сам взял Юру пальцами за подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза. Ругаться было бесполезно, домитор всегда за него волновался, поэтому Миша просто поцеловал его, медленно лаская губы, вплёл пальцы в волосы, притягивая Юру к себе, и повалился спиной на кровать, укладывая своего любимого на себя.
Как же Юре хотелось дать Мише по мозгам, объяснить в который уже раз, чтобы не нарывался, но это было бесполезно, он ничего не мог изменить, ведь именно Миша был его защитником, его дневным стражем и ночным любимым. Именно Миша окажется на острие атаки, если с Юрой что-то случится. Но так хотелось ругаться, когда увидел эти раны на любимом теле.
— Юр, — Миша оторвался от него, чувствуя, что ещё немного, и пора будет снимать штаны, потому что они уже жутко мешали, а у него в багажнике ещё фей лежит, которому было бы неплохо задать несколько вопросов. — Давай, собирайся. У меня в машине подозреваемый, его бы допросить.
— Миша! — возмущению Юры не было предела. — А ты сразу мог об этом сказать?
Юра подскочил с кровати как ужаленный и сразу начал одеваться.
— Миша, да одевайся давай, что ты сидишь!? — возмущался он.
— Да что Миша-то? — тут же стал ворчать Шибанов. — Да сейчас оденусь я, чего ты волнуешься, Юриваныч? Да связанный он у меня там. Я, между прочим, шкурой своей рисковал, добывая тебе языка. А ты? Где спасибо-то? А?
— Молодец, Мишаня, — всё-таки остановился и посмотрел на него Юра. — Ты правда молодец. Но давай уже поскорее пойдём, мало ли, чем он у тебя там занимается?
— Да, пошли, — кивнул Миша.
Он и сам волновался, как там этот фей отдыхает, но приложил он его хорошо, так что Миша надеялся, что тот пока не очнулся, а если очнулся, то мучается головной болью. Нужно было позвонить Олегу, спросить, что вообще дальше делать с этим феем, который его, надо сказать, мог и прикончить.
Позвонил Юра. Олег обрадовался, что не только дом осмотрели, но и нашли языка, и сказал адрес, по которому нужно было притащить уродца. По описанию фея, Олег сказал, что это красная шапка, феи-гопники. Эти, похоже, были идиотами, раз устроили такое в целом доме, да ещё и без разрешения, мало ли, кому этот дом мог принадлежать.
Приехали в закрытый спортзал, у которого даже камер не было. Олег ждал их на пороге, и Миша поражался, какой же он был здоровый. Юра был высоким, очень высоким, хотя Миша и себя-то маленьким не считал, но Олег был выше Юры на голову, но это сейчас, когда они с Мишей были зачарованы, как человек Олег просто был чуть выше Юры. Но всё равно подавлял своими габаритами.
Красную шапку, Миша окрестил его просто Шапочка, вытащили из багажника уже очухавшегося и завели в спортзал. Шапочка не вырывался, понимая, видимо, что против троих, один из которых его недавно уделал, а второй вообще был троллем, ему не светило ничего хорошего.
Привязали пленника затейливо. Олег, не замечая веса притащил восемь блинов по пятьдесят килограмм и привязал по два к каждой руке и ногам их пленника. Юра усмехнулся, феи любили нестандартные решения.
— А пусть попробует убежать, — сказал на это Олег, — я ему, скажем так, шанс даю. Ну что, говорить будешь, или тебя бить начать?
— Хуй я вам что скажу, — оскалился Шапочка. — Я свободный фей!
— О да, свободнее не бывает, — заверил Олег. — Где твои подельники?
Шапочка решил поиграть в молчанку, а Юра склонил голову на бок, и Миша понял, что тот пытается забраться ему в голову. И, кажется, получается.
— Олеж, давай, задавай ему вопросы, плевать, ответит он там или нет, просто вопросы задавай, — сказал Миша.
Это был хорошо продуманный и не раз используемый Юрой и Мишей способ допроса. Говорить, когда читаешь чужие мысли было пока Юре не очень удобно, поэтому вопросы должен был задавать кто-то другой, и даже если допрашиваемый ничего не скажет вслух, он обязательно подумает. И вот тут-то Юра и выловит нужный ему ответ. В таком допросе даже соврать не получалось. Конечно, человека так допросить было просто, а вот какое другое волшебное существо уже проблема, у многих была достаточно сильная воля, чтобы не позволить заглянуть в свои мысли. Но Шапочка был не из таких, так что Миша видел, как Юра довольно улыбается.
— Кто вы? — начал задавать вопросы Олег. — Где живёте? Зачем вы здесь? Сколько вас?
И прочее, Юре нужно было только запомнить, а потом или рассказать, или так же показать все увиденные ответы, если это было нужно и возможно. Спрашивал Олег недолго, понимая, что без информации мог не спросить чего-то важного или уточняющего, поэтому посмотрел на Юру. Тот качнул головой, не сводя взгляда с Шапочки, а потом моргнул, разрывая мысленный контакт.
— Его зовут Виктор, это его первый кризалис, — Юра отвёл Олега в сторону, а Миша остался сидеть и внимательно следить за шапкой, который уже даже не пытался вырываться. — Кстати, я не совсем понимаю, что такое кризалис.
— Это приход души феи в человеческое тело, — ответил Олег. — Что-то вроде рождения феи. Мы приходим каждый раз в новое тело, проживаем жизнь и уходим, чтобы вернуться. Чем больше кризалисов, тем меньше остаётся от человека, в тело которого фея пришла. Этот, похоже, был гопником ещё и до кризалиса.
— Да, тот ещё отморозок, — подтвердил Юра. — Сидел даже по малолетке, но потом просто или не могли поймать, или доказать. Везло, ему, короче. Он и ещё трое его собратьев, таких же красных шапок, сбились в подобие банды, колесили по области, а потом нашёлся старший, тоже красная шапка, но опытный, и предложил попытать счастья в Питере. Он сам города не знает, где живёт старший видел только один раз, но показать вряд ли сможет. Хотя у меня остался отпечаток места, где этот старший живёт. А они в другом месте квартируют. Мы могли бы их взять всех, но я думаю, надо поискать место, где живёт главный и оставить засаду у здания. Как только всех поймаем, возьмём и его. И надо будет после этого очистить дом.
— Дом будут чистить оборотни, — ответил Олег, — но мы им поможем. Только помогите мне найти этих уродов.
— Хорошо, — кивнул Юра, — мы обязательно поможем, только… Надо поговорить с Мишей, это он у нас находит и догоняет, а не я. И, что мы будем делать с этим?
— Этого я своим сдам, мало ли, куда деваются красные шапки, — ответил Олег. — Спасибо, Юр, большое дело сделали.
— Пока что небольшое, — снова канул головой Юра. — Вот поймаем остальных. Но их надо ловить у себя дома, но у меня, опять же, только картинка здания, он не знает адреса. А рассмотреть дорогу не получилось. Так что в этот раз искать буду я. А Миша посидит в засаде. Только его должен кто-то сменить будет. Сам понимаешь, суткам ждать никто не сможет.
— Я подумаю, — сказал Олег.
Они вернулись к Мише, который сидел на одном из тренажёров рядом с Шапочкой. Оба молчали, красная шапка зыркал глазами на своего охранника, а Миша меланхолично залипал в телефон, изредка поглядывая на шапку.
— Слушай, а почему Красные шапки? — вдруг спросил он.
— А почему ты такой мудак? — ответил вопросом на вопрос Шапочка.
— Я не мудак, а грозный страж порядка, — наставительно заявил Миша, убирая телефон в карман. — Ловлю таких уродов как ты и сажаю их, или сдаю куда следует.
— Это и называется мудак, — ответил Шапочка и отвернулся.
— Да, не получится у нас с тобой разговора, — притворно грустно вздохнул Миша, — не получится. О, Юриваныч. Чем порадуешь?
— Ночным дежурством, — вздохнул Юра. — Олег, забирай его, а мы с Мишей поедем, посидим рядом с этим домом.
— Юриваныч? — Миша недовольно посмотрел на Юру. — Во что мы вляпались?
— Потом расскажу, — ответил Юра.
Мишу хотелось обнять, отвезти домой и провести с ним эту летнюю ночь, но это будет возможно только под утро. Хотя, выходило, что проще ночь посидеть Юре. Спать он не хотел, был внимательным, да и по ночным улицам ходит не так много народу, чтобы он пропустил ещё одну красную шапку. Но нужно было зачарование. То, что было раньше уже слетело, и теперь они с Мишей видели не зеленокожего гоблина, а просто не очень симпатичного парня в красной бандане.
— Олег, зачаруешь меня? — спросил Юра.
— Да, конечно, — и Олег дал Юре монету на красивом, самодельном шнуре. — Держи.
Юра взял монетку и снова стал видеть гоблина, иначе красную шапку назвать не получалось.
— Э, а я? — спросил Миша, вообще не понимая, что происходит.
— Миш, я подежурю ночью, а ты попросил Тихона, чтобы он тебя зачаровал до заката, приедешь меня сменить, договорились? А чтобы тебе было чем заняться, я тебе покажу дома, которые ты в сети поищешь, в них живут наши фигуранты, — описал дальнейшее предприятие Юра. — И, шапки все такие?
— Может быть без банданы, но да, они всегда такие, — заверил Олег. — Так что не ошибёшься.
— Юриваныч, — Миша готов был наорать на Юру, но был холодно спокоен, — ты часто по засадам сидишь? Ты понимаешь, что делать, если он придёт? Юра, я тебе, как любящий человек говорю, не надо тебе сидеть в засаде. Оставь дело профессионалам.
— Миш, да всё нормально будет, — со своей спокойной улыбкой заверил Юра, а в огромных глаза, в которых Миша каждый раз тонул, тлел азарт. Юра очень хотел посидеть в засаде, и Миша понял, что оставлять его одного категорически нельзя.
— Ты как хочешь, Юриваныч, а я с тобой сидеть буду, — сказал Миша. — Ничего, посплю немного, в танке места хватает, а днём ты отоспишься. За сутки что-то точно должно будет произойти. А потом зачарование отвалится, и Олежа к нам придёт. Или мы ему позвоним. Юр, только так и никак иначе.
— Хорошо, — согласился Юра.
— Ты, значит, бился с ним, когда ловил? — уточнил Олег и с удовольствием протянул Мише флягу. — Отменная медовуха доблестному воину!
Миша выпил пару глотков и снова стал видеть Грёзу. Но рад этому сильно не был, только ради дела старался.
Разъехались довольно быстро. Миша с Юрой приехали к дому, у которого Миша просидел целый день. Он очень надеялся, что за ночь что-нибудь да случится, чтобы можно было решить дело быстро и просто.
— Юр, ты же научился призывать, так может ты этого главного призовёшь просто, и всего делов? — предложил Миша.
— Не получится, — Юра вздохнул, оглядел дом, понимая, что заходить туда совершенно не хочет. — Там очень жутко?
— Очень. Так почему не получится-то? — не унимался Миша.
— Он в мыслях этого Виктора смазанный очень, он сам его плохо знает, видел пару раз только, — ответил Юра. — Может, мне сходить, посмотреть?
— Не вздумай, — ужаснулся Миша. — Помнишь квартиру мага? Так там ничуть не лучше, если не хуже, как по мне.
— Хорошо, последую твоему совету, — согласился Юра. — Тебе показать воспоминания, где они живут и этот главарь?
— А что, сам в сети по картам не погуляешь? — логично поинтересовался Миша. — Сиди себе да смотри на домики.
— Ты город лучше знаешь, я даже до района сузить не могу, а ты Питер знаешь, как никто, — решил комплиментами и похвалой взять Юра, и ведь, чертяка, знал, что делает. Миша поплыл, заулыбался.
— Ну кто ж, кроме меня-то, тебе, Юриваныч, поможет. Ладно, давай сюда ноут и лезь ко мне в мозги, показывай, — разрешил Миша и, как только Юра пристально уставился на него, увидел два дома с подворотнями, явно где-то в центре, но так сразу Миша не понял и призадумался. А потом стал шерстить карту, уверенный, что это всего пара районов в центре, где может жить главарь и всего один в условном новострое, лет десять, как отгрохали район, Миша там бывал пару раз.
У Миши получилось найти адрес до парадной в новострое довольно быстро, район был свеженький, отфотографирован со всех сторон, так что тут всё оказалось просто, а вот старая застройка так просто ему не далась. Миша понял, что у него замылился глаз, зевнул в кулак и глянул на Юру, который неподвижно сидел и смотрел, казалось, в одну точку, а глаза его светились красным.
Это была новая сила, которую он выучил у Паладина. Первая ступень превращения, хорошо помогала видеть даже в полной темноте, а с учётом прорицания, которое давало ему обострённые чувства, Юра видел, слышал и чуял запахи совершенно не как обычный человек, а словно зверь, ночной страшный зверь, и даже ещё лучше.
— Юр, разбуди, если что-то будет, — попросил Миша, он хотел бы обнять Юру, прижаться губами к губам, но решил не делать этого, мало ли, забудутся и пропустят что-то важное.
— Конечно, — Юра коснулся губами своих пальцев и приложил их к губам Миши, улыбнувшись. Миша тоже улыбнулся и закрыл глаза. Оставалось только ждать.
