-Взращенная зелёным зверем-

- Моё милое дитя, обещай, что вырастешь хорошим человеком. Мы с твоим отцом надеемся, что в твоё совершеннолетие сможем доверить вести нашу семью в светлое будущее - Да, мамочка. Не могу дождаться когда папа разрешит мне пойти с ним на охоту, я… ***

Мой короткий сон резко оборвала вода, окатившее моё лицо. Очнувшись, я тут же резко вскочила, вытаскивая свою голову с ледяной и быстрой реки. Руку жгло от ран. Оглянувшись – я заметила, что трава была помята, а с землистого обрыва шла неровная полоса, которая обрывалась на мне. Мне было понятно, что я скатилась оттуда к этой каменистой реке, в голове даже появлялись обрывки воспоминаний, где я споткнулась обо что-то и полетела вниз, срывая кожу о ветки и острые камни. Пытаясь приподняться и сесть хотя-бы на колени, я испытала ещё более неприятную боль у виска. Мои глаза тут же сжались, как и зубы, которые почему-то не хотели, чтобы я стонала от боли, лишь прошипела. На мокрые камни упало пару капель крови. Кровь… С моей головы!? Я хотела потрогать рану, но сзади услышала тихий шорох, который заставил весь мир замолчать в моей голове. Я больше ничего не слышала. Мои уши навострились, холодный пот уже начал стекать со лба, перемешиваясь с пресной водой, которая меня недавно окатила. Я ничего не понимала, что происходит? Где я? Почему упала и ранена? Только вот тело мне не давало посидеть и размышлять над этими вопросами. Что-то внутри меня говорило. Нет, КРИЧАЛО: «Убегай, дура! Убегай быстрее!» Неуклюже встав на ноги и забыв про боль – я тут же рванула вдоль реки, спотыкаясь почти на каждом камушке, но не замедляясь, потому что на своей спине я начала чувствовать пристальный взгляд, от которого хотелось срочно убежать и спрятаться в какой-нибудь укромной тёмной норе. Ноги, иссечённые камнями горели. Я бегу всего несколько минут, а воздуха уже не хватает, я даже не была уверена, дышу ли. Страх был сильнее всего. Сейчас я на всё способна, лишь бы меня не заметили, не догнали. Я даже не оглядывалась, потому что оглянуться – значило увидеть того, кто преследует меня, а увидев, боюсь – я бы сдалась, ноги подкосились бы сами. Только вперёд. Вдоль ледяного потока реки, чей шум заставлял меня чувствовать, что я всё ещё живая, пока я чувствовала на своей коже липкий, незримый взгляд, скользящий по позвонкам, будто щупальце. Ища глазами хоть какой-то намёк на убежище, куда я могу втиснуться, спрятаться – я заметила узкую щель в скале, явно не природную, такое чувство, что её кто-то сам рассёк огромным клинком. Без мысли, только по зову инстинкта, я ринулась туда, еле втискиваясь боком. Вжавшись спиной к холодной, шершавой стене, я закрыла свой рот руками, стараясь заглушить свой хрип и быстрое дыхание. Темнота почти поглотила меня, только небольшая щель освещала мои босые израненные ноги, но это не приносило мне покоя. Это значило, что меня всё-равно видно. Я была в ловушке. И тогда из мира снаружи донёсся голос. Хриплый, шипящий, словно шелест чешуи о сухие листья. Он проникал в щель, обволакивая меня, словно ядовитый туман. И при всём этом – он пытался звучать нежно.. - Куда же ты спряталась, малышка?~ – голос звучал с лёгкой ноткой укора и разочарования. Словно меня отчитывал родитель. – Ты поранилась. Промокла. Это нехорошо, ты можешь простудиться. Я вжалась в камень сильнее. Даже широко раскрыв глаза – я не могла чётко увидеть, что окружает меня, поэтому я смотрела только в сторону выхода, где мелькали тени. В памяти, пустой и выжженной, не было ни имени, ни образа для этого голоса, что обращался ко мне, но каждая клетка тела выла в унисон: «Смерть! Смерть! Смерть!». Словно только тело и узнавало этого человека. - Мы не хотим тебе зла. – вдруг заговорил другой голос, более молодой и ровный, но от этого не менее чуждый и жуткий. В его интонациях слышалась холодная вежливость. – Напротив. Мы хотим помочь. Мой сенсей впечатлён. Ты… очень быстро бегаешь для своей физической подготовки, да и со своими ранами. У тебя есть потенциал. - Именно так. – продолжил первый змеиный голос, приближаясь, и тень уже полностью перекрыла свет у входа в щель. – Ты напугана, заблудилась и ты ничего не помнишь, да? Пустота в голове – это так одиноко и страшно. Я могу помочь тебе, заполнить эту пустоту. Даровать тебе цель. Силу. Семью. Последнее слово звучало как-то по особенно… сладко, ядовито и маняще. Оно отозвалось у меня где-то в самой глубине, эхом от сновидения, что всплыло после падения. «Моё милое дитя… Наша семья…». Обрывок тепла, ради которого я на секунду была готова вылезти к чужим рукам, но ужас настоящего меня всё ещё обдавал ледяной водой. - Выходи. – шептал голос, уже совсем близко. Мужчина наклонился, наверное чтобы разглядеть мой силуэт и от этого я попыталась ещё глубже протиснуться в глубь скалы, стать невидимкой. пусть он на меня не смотрит, умоляю! Это ужасно жутко и страшно! - Ты устала от бега. Доверься мне. Я дам тебе новый дом, новое имя. Ты будешь… особенной. Его рука, бледная и худая мягко легла на камень у самого входа, пока не пытаясь проникнуть внутрь слишком глубоко, лишь демонстрируя своё присутствие. Игра в кошки-мышки подходила к концу и терпение змея иссякало. Я зажмурилась. Внутри меня боролись желание просто сидеть тихо, не двигаться, стать частью этой каменной пещерки, и голос, что твердил, что ловушка есть ловушка и нужно прорывать себе зубами путь на свободу, даже если это означало шанс верной гибели. Спустя какое-то время, я почувствовала привкус крови на своих губах. В нервах я прикусила себе губу, лишь бы только не заплакать или закричать.

Выбор уже был сделан за меня

Тень у входа сгустилась, и рука неестественным образом медленно начала приближаться ко мне всё ближе и ближе. - Что ж – вздохнул мужчина и в его голосе прозвучала скука. – Кабуто. Пора заканчивать. – после этого я услышала, как на улице стало чуть тише. Видимо мужчина помоложе куда-то ушёл по чужой команде. Хотя точнее тут будет сказать «испарился» - Не приближайся ко мне! – успела я только взвизгнуть на бледную руку того страшного мужчины, что медленно, как змея ползла ко мне по скалам. В ту же секунду из его рукава выползла кучка змей, да не то, что выползла – набросилась на меня, от чего я тут же громко завизжала, уже не в силах скрывать страх и своё местонахождение. Это уже было не к чему. В попытках куда-то сбежать, я поползла глубже в щель. Туда, где было ужасно узко, стены сдавливали мою грудь и от резких движений камни резали мне кожу даже сквозь одежду, которой целыми кусками на мне толком и не осталось. Змеиное кольцо вокруг шеи сжалось, заставляя меня закашляться. Холодная чешуя скользила по коже, цеплялась за остатки одежды. Я билась, царапала камни ногтями, которые уже были сломаны и кровоточили, но тёмная щель не давала простора для манёвра. Каждое движение лишь сильнее впивали острые выступы пещеры в мои бока. - Ты только делаешь себе больнее. – послышался тот же шипящий, разочарованный голос. – Перестань сопротивляться. Ты же не можешь всю жизнь сидеть здесь, в темноте и одиночестве. Выходи на свет. Ко мне.~ Голос этого человека только больше заставлял меня паниковать, а моя рука уже встретилась не с копной змей, а с его. Пальцы мужчины, такие же холодные, крепкие, тонкие, сжали мою руку. На удивление не грубо, резко, а нежно, словно он ещё пытался показаться тем человеком, которому можно доверять. Только вот мой разум помутнел от животного ужаса и осталось только примитивное желание вырваться из этой хватки! Я всей силой потянула своё тело вперёд, мыча от тяжести, с которой мне приходилось перетягиваться со взрослым человеком. Мои босые ноги нашли крошечный выступ и в тот же момент постоянное шипение вокруг перебил трескающий звук обваливающейся породы, а после и мой визг, когда я полетела вниз, в кромешную тьму Змеи с чужой рукой не смогли удержать моё тело, к худу это или к добру. Я кубарем летела по отвесному каменистому склону, ударяясь о выступы, чувствуя, как холодный ветер свистит в ушах, смешиваясь с моим сдавленным криком, который обрывался каждый раз, когда я падала на какой-то выступ рёбрами или животом. А потом – ледяной удар по всему телу. Тьма сменилась зеленоватой, пузырящейся мглой. Река. Та самая, что пробудила меня, теперь принимала обратно. Холод парализовал и выгнал из лёгких последний воздух. Я отчаянно гребла руками, пыталась перевернуться, чтобы оттолкнуться ногами от дна, но я беспомощно забилась в ледяном потоке, который крутил и бросал меня как щепку и силы постепенно покинули меня вместе с теплом. Тёмные пятна поплыли перед глазами, которые я открыла в последний момент, чтобы взглянуть на толщу воды, куда пробивался солнечный свет. «Вот и всё?» - мелькнула у меня в голове на удивление спокойная мысль. «Я вот тут так просто и умру, это мой конец..» И тут в зелёную мглу вонзилась тёмная тень. Быстрая. Резкая. Чья-то сильная рука вцепилась в моё плечо, с невероятной силой подкидывая вверх. Я вынырнула, и мир обрушился на меня какофонией звуков: рёв воды, собственное глухое сердцебиение, карканье ворон и чей-то грубый, ругающийся голос прямо над ухом: - Чёрт! Живая ещё, девчонка?! Хватайся, дура, если не хочешь обратно! Я слепо, судорожно схватилась за руку спасителя. Меня тащили по воде к берегу. В глазах ещё было всё размыто из-за воды, я ничего не видела, только чувствовала, как камни режут колени, когда мы вышли на мелководье. Я рухнула на каменистый берег, не в силах удержать своё тело, сотрясаемая кашлем и конвульсиями, выблёвывая воду, которой я успела наглотаться за столь короткое время Надо мной склонились три силуэта. Эти мужчины были приземистые, крепкие, в тёмной форме с зелёной жилеткой. На лбу у одного, самого крупного, который только что вытащил меня, сияла тускло, но гордо, металлическая пластина с символом – завитым листом. - Ух ты ж, Ютака! – присвистнул один из них, помоложе. – Нашёл себе рыбку покрупнее форели! - Заткнись, Коичи. – проворчал тот, что меня вытащил – Ютака. Он перевернул меня на бок и похлопал по спине, помогая откашляться. Его руки были шершавыми, грубыми, но сильными. – Видишь же, полумёртвая и раненая. Что с тобой стряслось, девчонка? Одна? Я не могла ответить. Только смотрела на его лицо – обветренное, с жёстким взглядом и шрамом через бровь. Оно не было добрым, но оно было… человеческим. Такому человеку хотелось доверять. В его глазах читалась не сладкая ядовитая жалость ко мне, а раздражённая, грубая озабоченность. Третий шиноби, молчаливый, уже осматривал берег, его взгляд скользнул вверх по обрыву, к той пещере, откуда я выплыла и свалилась. Он нахмурился. - Следы наверху свежие. Не её. Кто-то был с ней. – его голос был тихим и напряжённым. Когда он повернулся к нам – его вид заставил меня вздрогнуть не только из-за холода, но из-за его жуткого вида бледных глаз и вздувшихся вен. Ютака мгновенно насторожился. Его взгляд стал острым, как клинок. Он больше не смотрел на меня как на несчастную дуру, а как на возможную проблему. - Понятно. – он резко встал, отряхиваясь. – Коичи! Сделай ей хоть какую-то перевязку, чтоб не истекала кровью по дороге. Мы её берём с собой. Быстро. Место уже не безопасное! Коичи, вздохнув, достал из походной сумки бинт. Его прикосновения были небрежными, но быстрыми. Я не сопротивлялась, позволив замотать разорванный висок и самые глубокие царапины на руках и ногах. Неужели меня сейчас реально спасают? Правда выбирать спасителей мне не приходилось. Ютака взглянул на меня ещё раз, потом на своих товарищей. - Двигаемся к деревне. И будьте начеку. Если за ней шли – могут вернуться. Он наклонился и почти без усилий, взвалил меня на плечо, как мешок. Мир снова перевернулся. Я висела, безвольно болтая ногами, глядя, как мужчина резко начинает бег, а после и высоко подпрыгивает, взбираясь на ветку дерева, где перед глазами у меня мелькал не каменистый берег, а тёмный густой лес, в котором мы и скрылись, оставив всё позади. Мне было безумно страшно. Казалось бы – врага не видно, мы уже скрылись меж деревьев. Но куда меня несут эти мужчины? Отдаваться судьбе и случаю было страшно, но сил сопротивляться у меня совсем не осталось – хотелось только закрыть глаза и проснуться дома, где мама приготовила мне горячий завтрак.

Взглянув вниз – я увидела маленькую белую змейку, что быстро ползла по нашему следу, не отрывая своих бездушных глаз от меня. Он не отступил.