полевые цветы

Лепесток, выкашлянный Сириусом, стал лишь ещё одним доказательством его умозаключений на тему "Джеймс и Сириус. История вечной любви". В своих мыслях он не раз приходил к выводу, что их история могла носить исключительно трагический характер. У них просто не могло быть счастливого конца. И Сириус всё ждал кульминацию и развязку этой истории. И вот она настала. Даже слушая в пол-уха он помнил, что когда-то профессор Макгонагалл рассказывала о такой чепухе, как цветочная болезнь безответно влюблённых. Конечно же, тогда он не поверил в эту чушь и лишь подколол Джеймса. - Эй, Ромео.- он толкнул друга в бок. - Если твой ненаглядный кактус не ответит тебе взаимностью, ты превратишься в чертополох и тогда, возможно, она придёт поплакать над твоей "могилой". Джеймс ответил ему локтем под дых, но засмеялся. Где-то с передней парты (да-да, примерно оттуда, где сидела Лили) послышался недовольный *цок* языка. Но вот сейчас у него в руке чёртов лепесток ромашки, той самой, которая терзала его обонятельные рецепторы. Смысла отрицать не было. Хоть тогда Сириус и смеялся, он прекрасно помнил, что тогда сказала профессор: - Хоть эта болезнь и мало изучена, достоверно известно, что единственный способ избежать смерти - чтобы безответная любовь, стала взаимной. Сириус даже не смел мечтать, что Джеймс ответит ему взаимностью. Конечно, если вездесущий Поттер всё же прознает, он сделает всё, чтобы спасти друга. Но сама мысль, что Сириус привяжет к себе Джеймса таким способом, отзывалась в сердце Блэка болью. Выходит его ждёт неминуемая смерть. Он будет умирать с этим одновременно прекрасным и мучительным ароматом. Ароматом раннего восхода, свежей травы, утренней росы, счастливого времени юности. Теперь этот аромат имел запах трагедии, но столь сладкой, что мутило разум. Да, он умрёт достойно, он умрёт счастливым. Сириус действительно так думал. Но время текло, а жжение в груди всё увеличивалось. Вначале Блэк стойко его игнорировал, но редкий кашель стал сменяться всё более частым. Он кашлял ВЕЗДЕ. На уроках, в столовой, на тренировках по квиддичу, но самое худшее - по ночам. Его стали пробирать чудовищные приступы, которые не прекращались минут по 5. Он кашлял с такой силой, что казалось тряслась вся комната. Конечно же, это заставляло вскакивать Джеймса, Ремуса и Питера. Сириус отшучивался, что приболел и выскальзывал в туалет. В туалете он мог проводить по часу, после чего либо возвращался в комнату, в которой уже мерно посапывали друзья, либо пробирался на улицу, чтобы остаток ночи пробегать в образе Бродяги по запретному лесу. Такой режим не мог не повлиять на его состояние. От вечного кашля перманентно болела грудная клетка. Бессонные ночи залегли глубокими синяками под глазами. С развитием болезни у него стал пропадать аппетит, из-за чего некогда поджарая фигура превратилась в откровенно костлявую. Можно было по пальцам пересчитать все его рёбра, а позвоночник на спине стал имитировать гребень. Из приятного было разве что повышенное внимание со стороны Джеймса. Именно он заталкивал в рот Сириуса хоть какую-то еду. Именно он готовил ему настойки а-ля "крепкое здоровье". И всё твердил, обнимая его со спины: "Сири, давай сходим к мадам Помфри". Сириус каждый раз отказывался, хотя в такие моменты это было особенно трудно. Он вымученно улыбался Джеймсу и говорил, что "уже чувствует себя намного лучше". Но вот первого марта на уроке трансфигурации он прямо перед Джеймсом (Сириус неимоверно был благодарен Джеймсу, что тот продолжал сидеть с ним на всех уроках, даже после того, как стал встречаться с Лили) выкашлял голубой-голубой василёк в вперемешку с кровью. Сириус с ужасом уставился на цветок, а потом словно в замедленной съёмке перевёл свой взгляд на Джеймса. Тот, не мигая, тупо сверлил взглядом его ладонь. Сириусу не потребовалось и секунды, чтобы вскочить прямо посреди урока и пулей вылететь из кабинета. Джеймс замешкался лишь на несколько секунд, перед тем, чтобы таким же вихрем вылететь из класса. - Сири!!! Сириус!! - безуспешно пытался докричаться его Джеймс. Блэка сейчас ничего бы не смогло остановить. Да, он просто сбежал. Испугался, как последний трус, и сбежал. Но то что он увидел во взгляде Джеймса... Нет, лучше ему вообще больше не видеться с проклятым Поттером. Именно с такими мыслями ноги несли его к запретному лесу. Добравшись до него, Сириус тотчас обернулся в Бродягу и умчался в самую чащу.