Смирение

Ошибки. Как часто мы совершаем их и даже не задумываемся, повлекут ли они за собой последствия, способные выбить из нас последние силы, горькие слёзы, отчаянный шёпот мольбы? – Нет! Пожалуйста, вернись! Не бросай меня! – Кричала Сандроне, уже хрипя сорванным голосом, пока по горлу стекали слёзы и сопли. Иногда последствия бывают совершенно предсказуемыми и мы не обращаем внимания на совершённые ошибки, предполагая, что они не представляют из себя чего-то стоящего внимания или волнения. – Ты серьёзно пришла сюда только ради этого? – Хмыкнула Марионетка, отпивая чай. – Какая наглость. – Неужели откажешь? – Со скромной улыбкой спросила Коломбина, больше у себя, чем у собеседницы. – О Архонты, ты невыносима. Так и быть, по доброте душевной я отсыплю тебе немного, только проваливай, и чтобы глаза мои тебя не видели впредь. – Как скажешь – Тихо посмеивалась Субретка. Однако, часто случается так, что одна ошибка порождает несколько последствий, переплетающихся между собой или... – Эй, не так близко! – Смущённо воскликнула седьмой предвестник. – Ты всегда очень мило краснеешь, тебе это к лицу. – Отстань! Ты получила свой чай, теперь уходи. – Я просила твой чай. – Но я отсыпала тебе свой чай. – В недоумении возмутилась та. – Я говорила не о заварке. – Она взяла чашку из рук Сандроне и сделала небольшой глоток, после довольно улыбнувшись. – Он намного вкуснее. – Что... Ты... Постеснялась бы! У тебя вообще совести не осталось? Вопреки возмущениям бывшей коллеги, Коломбина словно вела монолог: – Хм, отчего это так? Всё дело в тебе? – С интересом глядя на хмурое лицо рассуждала она. – Быть может... – Богиня приблизилась. – В твоих губах? Марионетка хотела было возразить, но не смогла — её увлекли в поцелуй. Морозный запах смешался со вкусом сладкого, фруктового чая. То ли от того, что чай был горяч, то ли от прилившей к щекам крови, Сандроне накрыло жаром. Отстраниться казалось чем-то за гранью возможного, но, что более печально, девушка понимала, что это всё, чего ей когда-либо хотелось, а признать это хотя бы себе... Она с силой оттолкнула свою желанную. – Не трогай меня! Убирайся, сейчас же! – Тараторила она, дрожа невесть отчего. Субретка смотрела на неё в смятении с минуту, после чего молча кивнула и просто послушно ушла. Сандроне осталась одна, в тишине и полумраке захламлённого кабинета. Пулонии не было. Рядом не было вообще никого. В стену полетела сперва кружка, за ней расписное блюдце, а за ним уже и фарфоровый заварной чайничек. Накапливающихся, смешивающихся воедино, нарастая, подобно снежному кому. Стоя меж двух огней, Сандроне не знала, какое решение принять. Справа возлюбленная, что даже не знает о своём немом статусе в глазах бывшей коллеги; слева армия, к которой она сама относится. Разгорелась страшная бойня, времени думать не было, она просто поддалась своим беспорядочным мыслям и помчалась к ней. Коломбина нужна была Фатуи и желательно нужна была живой, первые минуты Богиня ещё пыталась противостоять, она тратила силы в попытке отстоять свою свободу, однако очень скоро поняв, что это бессмысленно — собрала остатки сил, открывая портал. Глаза марионетки расширились от наблюдаемой картины, она понятия не имела, куда ведёт портал, не знала, сможет ли когда-нибудь вновь увидеть её, если отпустит сейчас. Она почти добежала, осталось лишь протянуть руку. Та одарила её опечаленным взглядом и улыбкой полной боли, перед тем, как исчезнуть. Сандроне сделала рывок, в попытке прыгнуть в бездну вместе с ней, но вместо этого упала на мокрый песок. Секунда разочарованного молчания, а затем слёзы. Много слёз. В горле застряли все те слова, которые она так и не сказала, со слезами выходили все потаённые мечты и фантазии, в криках агонии и ужаса реальности звучит лишь её имя, такое горькое, терпкое, как чай, который Коломбина как-то принесла Сандроне на пробу. Сейчас седьмой предвестник отдала бы всю свою коллекцию, все свои схемы и наработки только за одну чашку того дешёвого чая, в компании надоедливой Богини. И вот, когда этот снежный ком, в конечном итоге, настигает тебя, ты начинаешь задумываться, только уже поздно. Исправлять нечего. Остаётся только смириться и хоть чему-то да научиться.