Красная Линия.

Финиш. Ярко-оранжевый болид, издалека напоминающий радиоактивный апельсин, тормозит около трибун под громкий рёв фанатов. Феликс снимает шлем с весёлой, почти озорной улыбкой на губах, и машет толпе рукой, бегло разглядывая постеры с его лицом и плакаты с подписями типа: «Феликс-оппа, ты лучший!!». Феликс обожает свою работу: гонки, скорость, рёв мотора, запах жжёной резины, соревнования с лучшими гонщиками страны, крики фанатов. Как можно не любить такую жизнь? После оглашения результатов Феликс пошёл раздавать автографы и фоткаться с фанатками, принимая все поздравления и почести. Конечно, эта любительская гонка, которую он выиграл десять минут назад, совершенно не его уровень. Просто соревнование среди любителей и новичков, а Феликс не относится ни к одним, ни к другим, но его тщеславие и лёгкий нарциссизм просто не позволяют отказываться от участия ни в одной гонке, на которую его приглашают. Феликс подписал очередную термокружку и обернулся, услышав голос Минхо, тот выглядел хмурым и серьёзным, в общем, как и всегда. — Всё, всё, ребята, мне пора. Спасибо, что пришли! – он прижал ладони к губам и послал воздушный поцелуй, а после улыбнулся своей фирменной широкой улыбкой. Толпа девчонок запищала от радости, Минхо за его спиной лишь тяжело вздохнул. — Увидимся! Стоило им скрыться в раздевалке, как Минхо неожиданно подал голос. Обычно после гонок он молчал и думал о чём-то, скорее всего просчитывая будущие контракты Феликса, как и положено менеджеру. — Есть две новости. — Минхо смотрел на обнажённую спину Феликса, пока тот переодевался, и сложил руки на груди. — Я знаю, что ты закатишь истерику и устроишь скандал, но это уже принятые решения, поэтому сообщаю тебе: во-первых, нас пригласили участвовать в GPX (Grand Prix Extreme), а во-втор-… —Стоп! Ты серьёзно сейчас говоришь? Феликс повернулся к нему, футболка чуть смялась в руках. Парень стоял в одних трусах, смотря на менеджера неверяще. Такое серьёзное соревнование — отличный шаг для его карьеры! Он уже был готов прыгать от радости, но Минхо поднял ладонь, предотвращая его визги: — Не перебивай меня. Да, я серьёзно. Ближайшие полгода усердно готовимся, работаем в спортзале, — он сказал это с нажимом, особенно выделяя последнее слово, — тренируемся, подбираем машины, ищем спонсоров. А во-вторых, я нанял дизайнера. — Феликс успел открыть рот, но Минхо снова опередил его. — Тихо! Сказал же тебе уже! Мне плевать, что ты думаешь по этому поводу. Нам нужен ребрендинг, новое дыхание, возрождение своего рода! Тем более, что от твоей тачки у всех в глазах рябит, а у некоторых приступ эпилепсии! Так что не спорь! Я знаю этого парня, он очень талантливый и креативный. В конце концов нам надо соответствовать уровню GPX. Вопросы? Нет? Вот и отлично. — Ты сведёшь нас всех с ума своим ребрендингом! Тьфу! Ты хоть понимаешь, что я никому не позволю притронуться к моему болиду?! Он идеален таким, какой есть! Нас перестанут узнавать из-за твоих решений! — Да, потеря потерь… перестанут узнавать кучку лохов под названием «Felix team»! Феликс, вся страна тебя в лицо знает! Даже те, кто не хотел бы тебя знать! У нас название как у учеников средней школы, мерча мало, плакаты скучные и уже приелись. Если мы хотим выиграть гонку такого уровня, как GPX, то должны возродиться из пепла! И ты сам прекрасно это знаешь! — Чтобы возродиться из пепла надо хотя бы сгореть! И нормальное у нас название!! Вечно ты зудишь со своими изменениями! Феликс натянул кроссовки, взял куртку и вышел из раздевалки, слегка дёргаясь от злости на своего «любимого» менеджера, который совершенно не понимает, что для выигрыша важны техника, скорость, хорошая резина и положение на старте, а не какое-то там название, мерч и цвет машины! Сейчас заявится какой-то умник и станет рисовать на его «Апельсинчике» какие-нибудь сраные лилии! Кому нужен весь этот цирк?! Феликс даже не подозревал, что этот самый «умник» наблюдал за гонкой с самого начала и уже придумал эскиз для формы Феликса, новое красивое название и даже прикинул дизайн парочки плакатов для новой волны мерча. Минхо нашёл Хёнджина на опустевших трибунах и присел рядом с ним, наблюдая за изящными линиями, которые появляются на планшете художника. — Я тебя уже предупреждал. Не смотри мне под руку! — Хёнджин вскинул голову и посмотрел на Минхо с улыбкой. — Что ж ты с волосами сделал, дурачина. — Минхо хмыкнул и запустил пальцы в короткие волосы своего давнего друга. Когда они только познакомились у Хёнджина были длинные светлые волосы, которые он часто завязывал в небрежную гульку, но и это не помогало, ведь пряди всё равно настойчиво спадали на лицо. — Меняю образ. Так гораздо удобнее. И душ занимает всего пять минут! К тому же, если бы ты внимательно следил за моими соцсетями, то знал бы, что я уже давно бритый хожу. — У тебя башка чёрно-белая, о чём мы говорим с тобой?! Это типа модно стало у вас, у молодёжи? — Минхо хитренько улыбнулся и потрепал художника по волосам, а после убрал руку под звонкое цоканье и закатывание глаз. Разница в возрасте всего три года! Молодёжь, блять! — Ладно, давай серьёзно. Как тебе заезд? Видел Феликса? — Пфф, ты шутишь? От такого безвкусия и отсутствия элементарного понятия о красоте и моде, у меня едва кровь из глаз не пошла! Кто позволил ему выступать на этой тачке?! Что это за ядерный цвет?! — «Безвкусия», значит. — оба парня обернулись, услышав голос позади. Феликс стоял в паре метрах от них, сунув руки в карманы. Он выглядел недовольным и даже почти устрашающим, если не учитывать рост. — Так вот кто будет издеваться над моим болидом, моей формой и моим мерчем, да?! Феликс Ли, очень неприятно. В его голосе отчётливо слышалась желчь и грубость, Феликс сделал пару шагов к парочке и протянул Хёнджину руку. Минхо закатил глаза и потёр переносицу двумя пальцами, а Хёнджин лишь вскинул бровь, смотря на парнишку перед собой. Выглядел он, конечно, мама не горюй: чёрная кепка, спортивки, мятая белая футболка и старая куртка. Словно под бомжа косит, ей богу, однако кроссовки на его ногах сильно отличались от общего образа — сразу было понятно, что стоят они не одну тысячу долларов. — Ну и прикид, Феликс. — Хёнджин с неохотой встал, оказываясь на две головы выше гонщика, и пожал ему руку. — Хван Хёнджин. Нравится тебе это или нет, но я оформлю всё в лучшем виде. И твоя эта… бля, как ты сказал?.. тачка короче-… — Болид. Это обозначение для сверхскоростного автомобиля для участия в гонках. — подсказал Минхо, всё ещё стоя рядом с этими двумя и наблюдая, как Феликс потихоньку закипает. — Спасибо, да. Ну короче. Тачка точно не будет оранжевой! Ни в коем случае! Никаких ядерных цветов! Феликс смотрел исподлобья, дыхание сбивалось. Он изо всех сил пытался удержать себя в руках и не сорваться на этого самодовольного новичка. Невыносимый тип со своими дурацкими идеями о том, как «менять» его команду. Да кем он себя возомнил вообще?! — Я клянусь тебе, Хван Хёнджин, ты притронешься к моему «Апельсинчику» только через мой труп!!! Хёнджин вздёрнул брови, смотря на него недоуменно, разве может этот коротышка говорить серьёзно? Тот самый, у которого самая простая и безвкусная форма, дурацкое название для команды, и машина, которую он называет «Апельсинчик»… дать имя груде металла, ещё и такого отвратительного цвета… С ума сойти можно. — Скорее через труп «Felix team». — Хёнджин хмыкнул, пока не почувствовал, как Минхо дёргает его за рукав куртки, намекая, что стоит остановиться. — Нам всем очень жаль, что тебе всё это так неприятно, но решения принимаешь не ты. Если хочешь побеждать — надо уметь выделяться из толпы. Но при этом не стать посмешищем на весь мир. — Так, всё. Прекратите оба. Завтра встретимся всей командой, обсудим все детали и примем совместное решение. Хёнджин, дружище, я скину адрес. Мы пойдём уже. Минхо резво перепрыгнул через скамеечку трибун и подошёл к Феликсу, очень настойчиво взяв его за рукав куртки, и потащил к выходу. Хёнджин лишь ухмыльнулся, он сунул руки в карманы и смотрел вслед этим двоим. Даже издалека было видно, что Феликса прямо-таки разрывает и трясёт от злости на всю эту ситуацию, точнее, скорее всего, его раздражает именно невозможность повлиять на решение Минхо. Эта неспособность принимать изменения только больше делала его похожим на ребёнка. Кхм. Не только рост. — Да ты просто хочешь довести меня до бешенства!! Ты хочешь, чтобы я с катушек слетел! Ну принял ты решение единолично, показав, насколько тебе вообще похуй на меня, ладно, я могу закрыть на это глаза, но нельзя ли было нанять кого-то менее высокомерного? Где ты вообще его взял?! С чего ты вдруг решил, что его ужасный вкус может что-то исправить? Мы будем выглядеть как клоуны!! Минхо вёл машину и курил в окошко, совершенно игнорируя эти стенания Феликса. С его капризной натурой ужасно тяжело справляться, если слушать, что он говорит. Минхо просто привык фильтровать всё это нытьё и слушать только что-то по-настоящему важное, что вырывается изо рта Феликса достаточно редко. Конечно, Минхо по-своему его любил, он привык быть в какой-то степени родительской фигурой для гонщика и ему даже нравилось это, но в такие моменты он чувствовал себя отцом одиночкой мальчика-подростка. Вот это уже сильно раздражало его, поэтому он часто рявкал на Феликса, чтобы тот не канифолил ему мозг своими тараканами с ненавистью к переменам, с любовью к оранжевому цвету, который способен свести человека с ума, в частности Хёнджина. — Завтра разберёмся. — невпопад вставил Минхо, выкидывая окурок в окошко машины. Он даже не понял, что перебил Феликса на полуслове. — Я очень устал сегодня, честное слово, поэтому давай выметайся отсюда. Скину в группу адрес, встретимся и я послушаю тебя очень внимательно. Что у тебя опять с лицом?! Чем ты ещё больше недоволен? Чёрный мерседес остановился около дома Феликса, Минхо смотрел на него с усталостью и нескрываемой скукой. А сам гонщик сидел, надувшись и сложив руки на груди, он даже голову не повернул. — А можно не мусорить своими бычками?! Особенно около моего дома! Мало того, что ты совсем игно-… — Всё, Феликс. Достаточно. Спокойной ночи. Голос Минхо приобрёл стальные нотки, гонщик лишь фыркнул и вышел из машины, хлопнув дверью. Он всё ещё дулся, потому что не знал, что его заботливый менеджер заказал ему бенто-тортик в честь очередной победы. Это была их маленькая традиция ещё с самых первых гонок. Вне зависимости от исхода гонок, Минхо всегда покупал ему утешительный или поздравительный тортик с забавными надписями. Девушка, которая делала эти тортики, уже с начала года знала расписание всех гонок и даже пару раз приходила посмотреть на своего постоянного клиента во время соревнований. Минхо дождался, пока в окнах Феликса зажжётся свет, и только после этого поехал домой. День сегодня действительно выдался длинный и сложный, парню не терпелось доехать, чтобы выпить немного виски и расслабиться перед телевизором. Работы на ближайшее время свалилось выше крыши: ему предстояло составить план тренировок Феликса на полгода, связаться с организаторами GPX, узнать подробности гонок, связаться с механиками и инженерами, которые будут помогать Чану следить за состоянием машины, обсудить с командой дальнейшие планы, ввести в курс дела Хёнджина. Последний пункт его мысленного списка казался совсем уж нереальным, ведь Хван уже успел поцапаться с Феликсом, а зная характер последнего, это фатально. Он будет дуться и срываться пока ему не надоест. Но и Хёнджин не отличался приятным сговорчивым темпераментом, тот тоже упрётся рогом из вредности, а Минхо потом разбирайся, почему его главный дизайнер скрутился на полу от боли в животе, и почему у его гонщика фингал под глазом прямо перед соревнованием. Цирк уехал, клоуны остались. Иногда Минхо просто ненавидел свою работу, но в мире автоспорта он испытывает те эмоции, которые ни на что бы не променял. Потому и держится до сих пор. Ведь успех здесь головокружительный, а поражение сокрушительно. Впервые он увидел Феликса, когда тот был ещё совсем мальчишкой. Кажется, тогда он учился в выпускном классе и сбегал с последних уроков, чтобы посмотреть на гонки. У него тогда даже прав водительских не было, не говоря уже о собственном болиде. Минхо в то время только начал работать с одной командой, поэтому присутствовал на каждом заезде, которые только проходили в городе. И дерзкий мальчишка, который лез в самые первые ряды, пытался поговорить о чём-то со спортсменами, просил автографы у всех без разбора, сразу привлёк его внимание. В то время Минхо даже не задумывался о том, что когда-то станет покупать ему тортики. Но, через пару лет, команда Минхо развалилась — главный гонщик получил серьёзную травму и им бы пришлось отказаться от гонок до полного его выздоровления, что могло занимать несколько лет к ряду. Поэтому Минхо стал искать новую команду, а Феликс как раз накопил на свой первый подержанный болид и собирался участвовать в предстоящих гонках. Минхо сразу вспомнил его, конечно, прошло несколько лет, он изменился, стал более крепким, взгляд не был уже таким открытым и изумлённым, но всё же детские черты лица остались, как и огонёк в глазах, стоило только упомянуть хоть что-то связанное с гонками. Выпускные экзамены он, конечно же сдал кое-как, ни в один вуз страны пройти не смог, да и не стремился особо. Его единственная страсть — это гонки. Минхо решил, что хочет попробовать сделать из него настоящего спортсмена и не ошибся. Ту гонку Феликс, разумеется, сокрушительно проиграл и его истерика длилась практически шесть часов. Минхо был по-настоящему ошеломлён. И не только из-за того факта, что люди могут так долго плакать без остановки, а в основном из-за того, что он никогда не видел такой сильной одержимости и страсти каким-то делом. Ни один член из его бывшей команды никогда не показывал таких сильных эмоций из-за проигрыша. Конечно, они расстраивались, но относились к этому, как к случаю из жизни, не принимая проигрыш на свой счёт, а с этим мальчишкой всё было наоборот — он ни разу за шесть часов не вспомнил о том, что болид его старенький, что денег у него никаких нет, как и спонсоров, что трасса была сложной для новичка, что соперники были серьёзные, нет, он во всём винил только себя. В дальнейшем Феликс проигрывал ещё кучу раз, и каждый — словно нож в сердце. Истерик по шесть часов уже не было только потому, что в основном они стали длиться часа по два-три. Но стоило Феликсу начать побеждать — жизнь заиграла новыми красками, ведь он прыгал практически до потолка, лез обниматься, пил шампанское из горла. Это учитывая, что ничего серьёзного он не выиграл, просто малюсенькое соревнование среди любителей за чертой города. Минхо тогда обомлел. Все эти эмоции Феликса так или иначе проходили через него самого тонкими нитями, пропитывая его солнечной энергией. Именно за это он обожал свою работу и точно знал, что ни за что не променяет Феликса ни на одну другую команду в мире. Пока Феликс хочет гонять, побеждать и рыдать по три часа из-за проигрыша — Минхо будет рядом с ним, плечом к плечу. Самого Феликса же вечер встретил тёмной пустой квартирой, глухим раздражением и мяуканьем кошки. Его ненаглядная принцесса вышла на звук открывающейся двери и потёрлась спинкой об угол стены, смотря на хозяина очень недовольно, впрочем, она всегда на него так смотрит, даже если приходит ластиться. Феликс погладил Наби и пошёл переодеваться. Даже учитывая сегодняшний выигрыш и, приглашение участвовать в самой крупной и популярной гонке страны, Феликс не испытывал ни предвкушения, ни радости. Только злость и усталость. Сегодня он остро почувствовал, что не имеет контроля над собственной жизнью. Все решения принимает кто-то другой, даже о цвете его болида!!! Это осознание сильно по нему ударило. Вся его карьера была под властью Минхо, дизайн его команды полностью лежал на плечах Хёнджина, этого самодовольного ублюдка, даже победа в самом главном соревновании его жизни, об участии в котором он мечтал со средней школы, толком от него не зависела. Если механики или инженеры накосячат, то он ничего не сможет с этим сделать. Если колеса не закрепят как нужно или не заметят какую-то неполадку в двигателе — пиши пропало, всё будет кончено. Феликс грязно выругался и зашёл на кухню, замечая классический тортик от Минхо, который, очевидно, принесла домработница, но даже это не подняло ему настроение ни на йоту. Парень привычно сфоткал подарок, отправил Ли-старшему и убрал в холодильник. Может быть, завтра съест. — Наби, не смотри так. У папочки плохой день. Да, и не надо тут попрошайничать, я знаю, что ты съела всё, что тебе положено. — кошка мяукнула в ответ и, кажется, стала смотреть ещё более недовольно. — Нам надо следить за фигурой, понимаешь? И тебе тоже. Так что не смотри так!! Кошечка развернулась и ушла из кухни, вильнув хвостом. Она явно дала знать, что ночью Феликс может её не ждать на очередную порцию ласки. Что за день сегодня вообще? Весь мир против Феликса Ли?! Несмотря на всё то зло, которое Минхо причинил ему сегодня своими нововведениями, всё же Феликс обожал каждый день своей жизни, даже сегодняшний. Пока он мог сесть в свой болид, завести мотор и остаться наедине с собой на гоночном траке, почувствовать себя единым целым с машиной, пока он может ощутить эту свободу и полную вседозволенность — он не отступит, не сложит руки, будет биться до конца, даже если ему придётся насмерть воевать с Минхо, Хёнджином и всеми остальными, кто встанет на его пути. Как и положено примерному католику, Феликс помолился перед сном и всё же улёгся на кровать, чувствуя, как усталость окутывает его тело, словно тёплое одеяло. Наби всё же пришла к нему через несколько минут, спрыгнув на кровать со шкафа, кошечка потопталась лапками по своему хозяину, а после легла на подушку рядом с ним. Феликс лишь улыбнулся. Наби — ещё одна причина, чтобы каждый день выкладываться по полной. На следующий день вся компания собралась в небольшом конференц-зале. Минхо стоял около белой маркерной доски, рассматривая всех присутствующих. Феликс сидел чернее тучи на первом ряду, периодически закатывая глаза и явно показывая Минхо, как он не хочет здесь находиться, он ведь прекрасно знал, почему сегодня все собрались, осталось только дождаться этого придурка. Остальные расселись парочками по всему конференц-залу, совершенно не понимая, почему их так внезапно собрали. Сынмин и Джисон весело щебетали где-то сбоку, абсолютно игнорируя взгляды Минхо в свою сторону, впрочем, ничего необычного. Чан сонно потягивал кофе и потирал глаза кулаками, чтобы не вырубиться прямо здесь, а Чанбин пихал его локтем и агрессивно что-то нашёптывал, косясь на Сынмина. Главный виновник торжества — Хван Хёнджин — явился позже всех, в его измазанных от краски пальцах сжат стаканчик с кофе, чёрно-белые волосы взъерошены, взгляд заспанный, в глазах полопались капилляры. Феликс пренебрежительно фыркнул, осматривая его с ног до головы, Минхо лишь приподнял брови и кивнул Хёнджину на ближайшее свободное место. Остальные сразу начали перешёптываться, обсуждая новичка в их весёлой компашке. — Мне совершенно непонятно, почему вы, как цыплята, расселись по разным углам, но ладно. Если услышу хоть один звук — посажу виновника рядом с самым довольным членом нашей социальной группы. — Минхо многозначительно хмыкнул, кивнув на Феликса. Джисон захихикал в кулак, но стоило Феликсу повернуть голову, тот сразу же замолк, отвернувшись. — У нас на повестке дня несколько важных новостей. Первая — я нашёл нам дизайнера. Хван Хёнджин. Добро пожаловать в наш дружный коллективчик, надеюсь, всё будет хорошо. Сынмин, Чан, вы знаете, что делать. — Минхо убедился, что его все внимательно слушают и продолжил. — Также, я должен вас оповестить о приглашении на участие в GPX. Вы все знаете, что мероприятие очень серьёзное, нам надо выиграть. Если всё пойдёт хорошо, то нас станут приглашать на ещё более серьёзные гонки, на мировые соревнования и на соревнования в других странах. На данный момент всё идёт чётко по плану. Если выиграем хотя бы второе или третье место, будем пробовать подавать заявки на соревнования в Японии и Китае, потом сунемся в Европу и Америку. Чего я хочу от вас сейчас? Чанбин, ближайшие полгода здоровье Феликса полностью на твоей совести, хочу, чтобы тренировки были изматывающие и тяжёлые, нам нужен хороший результат. — Чанбин кивнул и, судя по его лицу, стал уже сейчас придумывать новые комплексы тренировок. Феликс напрягся. — Чан, машина. Найди самый лучший болид, какой только сможешь, я договорюсь со спонсорами. По характеристикам он должен быть лучше Апельсинчика, так же с тебя резина, детали, команда механиков для пит-стопов и… Что такое? Минхо обратил внимание на поднятую руку с измазанными пальцами, Хёнджин выглядел серьёзно, но на его лице было недоумение. — Я прошу прощения, что такое эти… пит-стопы? Феликс фыркнул и закатил глаза так, что они, скорее всего, сделали полный оборот. Минхо уже собрался ответить на вопрос, пока остальные переглядывались, словно искали поддержку друг в друге, даже Чан немного проснулся, но Феликс подал голос первым: — Я даже представить не могу, почему тебя сюда взяли, если ты даже таких очевидных вещей не понимаешь. Пит-стоп — это короткая остановка во время гонки для замены резины. — Во-первых, спасибо. Во-вторых, я тут в качестве дизайнера, а не словаря этих дурацких терминов! Мне вообще плевать на них, я просто разбираюсь в ситуации!!! Хёнджин открыл небольшой блокнотик и что-то записал, а после снова уставился на Минхо, ожидая его дальнейших указаний. Феликс же лишь тихо фыркнул и отвёл взгляд, не желая больше говорить с этим самовлюблённым придурком. Минхо тихо кашлянул в кулак и снова бросил выразительный взгляд на Джисона, чтобы тот перестал шептаться с Сынмином. — Я надеюсь, я могу продолжить, да? — Нет! — Феликс недовольно посмотрел сначала на Минхо, а после огляделся на свою команду. — Я отказываюсь ездить не на своём Апельсинчике! Вот не поеду и всё! С заднего ряда, где сидел Чан, послышался тяжёлый вздох. Где-то это он уже слышал. Когда он нашёл этого самого Апельсинчика, Феликс точно так же упёрся рогом, мол, никогда в жизни не сяду! Мол, болид ещё в замечательном состоянии, его просто надо немного починить и апгрейдить, будет как с витрины!! Мало что Феликс понимал в машинах, если уж на чистоту. На уровне любителя он мог сам починить какую-то деталь, поменять масло, понять, что не так в машине от звука, который она издаёт, но по сравнению со знаниями Чана — это капля в море. Уговорить Феликса на новую тачку — всегда целое мероприятие, на которое нужно тратить недюжинное количество сил. — А что, это очередной принципиальный момент или просто капризы и желание поднасрать? Мы же уже решили, что дизайн машины точно будем менять, как и дизайн всего остального. — Хёнджин повернулся к остальным парням, сидящим поодаль. — Все же понимают, что оранжевый цвет будет нереально перекрыть во что-то более-менее адекватное? Чёрт с ним, с характеристиками и начинкой, он снаружи не должен выглядеть как говно! После этих слов начался полный хаос, все вдруг озверели как будто, слова Хёнджина произвели эффект ядерной бомбы. Феликс вскочил со стула и начал орать о том, что Хёнджин идиот, который ни черта не понимает ни в спорте, ни в машинах, ни в соревнованиях; Чан, сквозь крики и гомон, пытался объяснить новому члену их компании, почему важно купить именно нормальную машину, а не корыто с колёсами, но в отличие от Феликса пытался вести себя спокойно и сдержанно, хотя даже слепому было видно, насколько он злится из-за слов Хвана. Сынмин как обычно снимал всё на телефон, записывая крупным планом растерянное лицо новичка, ведь тот искренне не понимал от чего на него так обозлились. Минхо и Чанбин пытались перекричать Феликса, отвлечь его от ситуации и предотвратить драку, которая вот-вот начнётся. Джисон долго стоял в стороне от общего шума, не желая принимать чью-то сторону, но после очередных взаимных оскорблений в духе: «Долбоёб — Деревенщина», от Хёнджина с Феликсом, которые уже совсем потеряли границы, Хан всё же присоединился к гонщику. Спорить с остальными участниками Хёнджин побаивался, потому что не хотел портить отношения заранее, а вот в очередной раз позлить Феликса было даже приятно в какой-то степени. Напряжение росло с каждой секундой, крики были слышны, кажется, на два этажа вниз, и ничего цензурного в этих криках не было точно. — Так! Заткнулись все. — шесть пар глаз уставились на Чана, который сумел всех перекричать, задвинув свою вежливость и спокойствие поглубже. Все застыли в тех же позах: Чанбин удерживал Джисона поперёк живота, пока тот отчаянно вырывался, Минхо держал Феликса за плечо так, что костяшки пальцев побелели, Феликс вцепился в футболку Хёнджина, притянув к себе, Хёнджин же сжимал кулаки, готовый в любой момент ударить оппонента по лицу, а Сынмин просто убрал телефон в карман, закончив съёмку. — Минхо, пожалуйста, продолжай. Это очень важные вещи, которые мы должны обсудить именно сегодня. И не тратить время на детсадовские разборки. Минхо выдохнул, отцепил Феликса от Хёнджина лёгким рывком, поправил пиджак и встал к Чану, который стоял около маркерной доски. Все немного успокоились и снова расселись на свои места. Пускай эту команду полностью собрал Минхо, пускай все здесь крутятся вокруг Феликса, потому что он их звезда, пускай Чан просто главный механик и инженер, но его авторитет неоспорим ни в коем случае. Если Чан злится — жди беды. — А перед тем, как ты продолжишь, — он выразительно посмотрел на Минхо, и тот кивнул, — я хотел бы объяснить нашему новому другу, почему нам важна хорошая машина. Во-первых, я не спорю, дизайн — это важно, но меня он мало интересует, как вы понимаете. Я, как инженер этой команды, отвечаю за безопасность Феликса и цвет машины никак не поможет ни мне, ни ему в случае поломки, особенно если она произойдёт во время гонки. Во-вторых, победа Феликса в гонке тоже зависит от меня, поэтому я должен подобрать хорошую машину, с хорошими характеристиками и сделать из неё конфетку дополнительно, если будет нужно. Опять же, я готов идти навстречу по вопросам оформления, чтобы нравилось вам, господин дизайнер, и не мешало нам с Феликсом. Вопросы будут? — Хёнджин отрицательно покачал головой, вжавшись в стул от страха перед таким грозным парнем, как Чан. — Прекрасно. Минхо, продолжай. — Так… да, спасибо, Чан, — он улыбнулся и пролистнул свою записную книжку, чтобы найти на чём остановился. Все сидели ниже травы и не смели пикнуть. — Короче. Команда механиков, детали, резина, всё по классике больших соревнований. Потом скину список в личку. Дальше, Сынмин, всё как обычно, подогревай фанатов, делай намёки, узнай, может отправим Феликса на какое-нибудь шоу, пусть интервью даст, также ты теперь работаешь с Хёнджином. У вас, ребята, самое сложное задание — полностью изменить стиль команды, название, дизайн формы, дизайн мерча, короче полный апгрейд. Времени мало, Феликс будет вредничать, так что я в вас верю, работайте. Джисон, с тебя всё оборудование, как обычно. Наушники, ноутбуки, мышки, микрофоны, колонки и так далее. С меня как обычно организация, проверка и ответы на все вопросы. Расписание Феликса составлю сегодня вечером окончательное, так что будьте все на связи, я позвоню каждому и согласуем. Вопросы? Предложения? В конференц-зале повисло молчание, Минхо осмотрел всех по очереди, но никто так и не посмел пикнуть. Это даже заставило улыбнуться, ведь в их команде так ничего и не поменялось — авторитет Чана всё ещё нерушим. — Ладно, ребята. Если вспомните что-то — пишите в чат, разберём на следующем собрании, а пока это всё. Только он хотел закончить, как Хёнджин всё же неуверенно поднял руку и подошёл к Минхо. Он немного помялся, посмотрел на участников и кашлянул в кулак. — Я тут набросал пару эскизов для болида, если вы позволите, я покажу вам. — Он посмотрел на Минхо, ища поддержки, и тот одобрительно кивнул. Хёнджин тут же взял в руки маркер и начал рисовать на доске то, что успел придумать ночью. — Вот, смотрите. Сам болид чёрного цвета, но по всему корпусу красные мазки. Ну, как будто большой кистью рисовали прямо по машине, в передней части будут золотые полосы, а сзади золотыми буквами будет название команды. Я взял на себя смелость придумать логотип, он будет чуть выше названия. Голова феникса в круге, всё естественно золотого цвета. — парень взял маркер другого цвета и нарисовал феникса уже отдельно от машины, чтобы все увидели его в нормальном размере. Он неловко почесал затылок и осмотрел всех присутствующих, стараясь предугадать их реакцию. Сынмин, впервые за всё собрание, стал серьёзным и достал блокнотик, начав что-то записывать. Все остальные скорее были удивлены тем, как быстро Хёнджин нарисовал болид, да ещё и так правдоподобно, словно всю жизнь только их и рисовал. — Если сможешь сделать вот это на машине, а не в теории, то нам надо будет обсудить ещё много моментов. Мерч обыграть в этом стиле, соцсети обновить и естественно заказать форму, — Сынмин внимательно посмотрел на Минхо, прижимая свою ручку к губам, на что тот согласно кивнул. — тоже чёрную с красными мазками и золотыми вставками. Будет здорово гармонировать. Пока Чан ищет подходящий болид, давай займёмся формой. Её делать дольше всего будет, тем более в нескольких экземплярах. А времени у нас не так много, как кажется. Хёнджин и Минхо синхронно кивнули и переглянулись. Сейчас на плечи каждого из присутствующих ложилось много работы. Минхо предстояло запланировать огромный график и сопоставить его с расписанием шести человек, Хёнджин должен придумать и нарисовать кучу материала и согласовать его с Сынмином, Феликсом и Минхо, чтобы все были довольны. — Так! А меня никто не хочет спросить? Почему вы меня не слушаете? Я не хочу менять ни название, ни стиль, ни болид! У нас и так всё прекрасно!! — Феликс выглядел недовольным, хотя в глубине души ему понравился новый дизайн. Но надо же придерживаться своего враждебного настроя к Хёнджину!! — Почему вы думаете, что я буду носить то, что мне не нравится, сяду в болид, который мне не нравится, буду подписывать мерч, который мне не нравится? Хёнджин закатил глаза, Минхо поджал губы, а Сынмин сел рядом с Феликсом, бросив задремавшего Джисона, которому вообще плевать, как и что будет выглядеть. Его работа заключается в информировании Феликса во время соревнования и просчёте тактик соперников. — Этот парень, — Сынмин указал ручкой на Хёнджина, — сделает из тебя звезду, если ты ему позволишь. Минхо нанял тебе самого лучшего дизайнера в стране, я уверен в этом. А если будешь упираться, как обычно ты и делаешь, он сделает звезду из кого-то другого, хм… дай-ка подумать, — он постучал своей ручкой по губам, делая это даже слишком наигранно. — например, из Чонина. Я прав? Сынмин повернул голову к Хёнджину и Минхо. Хван растерянно хлопал глазами, даже не представляя, кто такой Чонин, но всё же кивнул, а Минхо лишь усмехнулся и пожал плечами. И почему Сынмин сразу не вмешался в этот небольшой конфликт интересов? У Феликса от злости заблестели глаза, он смотрел с такой ненавистью, что становилось даже немного страшно. Сынмин, оказывается, умел находить все болевые точки и искусно на них давил. Чонин — главная головная боль Феликса, ведь этот мелкий засранец набрал себе самых лучших инженеров, самых крутых механиков, тренеров и менеджеров и поставил себе цель уничтожить Феликса любыми способами. Занять больше первых мест, обогнать его в любой гонке, развить скорость больше. Казалось, ему не так важно стать чемпионом мира, как стать лучше Феликса. При звуке этого имени напряглись все, даже Джисон проснулся и испуганно оглянулся. — Я согласен сотрудничать. — голос Феликса прозвучал тихо, но очень серьёзно и жёстко. Он посмотрел на растерянного Хёнджина и продолжил. — Но, если ты думаешь, что будет легко, то ты сильно ошибаешься. Я готов идти на уступки, но самовыражаться за мой счёт не позволю. Более того, правки я буду вносить лично. И очень часто. Хёнджин наконец выдохнул и кивнул, благодарно посмотрев на Сынмина, хоть какой-то шаг на встречу, уже можно работать. Ким, в свою очередь лишь ухмыльнулся и развёл руками, мол, проще простого. — Кстати про Чонина. Как вы понимаете, его тоже пригласили на GPX, и, будьте уверены, он готовится к этой гонке, как никогда раньше. — Сынмин поджал губы и закинул ногу на ногу. — Для нас сейчас главная задача — обскакать его не только в технике и скорости, но и в стиле. Сделать самый продаваемый мерч, переманить на свою сторону побольше фанатов, одним словом, разгромить его! К слову, раз я начал, сходить на одно интервью будет очень мало. Надо запихнуть Феликса минимум в четыре разных шоу, возможно, сделать его приглашённым гостем на какой-нибудь гонке, может быть даже в качестве ведущего. И, разумеется, интервью. Плюс, для развития соцсетей нужно сделать две фотосессии. Одну обязательно в новой форме, другую для спонсоров. Я уже два месяца веду переговоры с LV, чтобы нам дали хороший контракт. Если всё будет удачно, то даже делать ничего не придётся, они сами организуют рекламную фотосессию и инфоповод создастся sвокруг этого, что добавит нам шума перед гонкой. Феликс кивнул, уже живо представляя, как менеджеры LV объявляют о своём новом амбассадоре: сначала намекнут в социальных сетях, потом выложат фотосессию в новой форме. А спустя всего несколько дней он выйдет на старт самой престижной гонки страны. Жизнь Феликса и вправду напоминала сказку. Он даже не заметил, как откинулся на спинку кресла, расплывшись в широкой, почти детской улыбке. Минхо, наблюдавший за ним, едва сдержал смешок. Он легонько ткнул Хёнджина локтем в бок, кивнул в сторону Феликса и, фыркнув, самодовольно улыбнулся. Достав телефон, Минхо щёлкнул кадр и тут же отправил его в общий чат. Феликс встрепенулся, услышав возню, нахмурился и метнул на менеджера недовольный взгляд, но уже через секунду снова расслабился — слишком хорошим было настроение, чтобы злиться. — Эй, Хёнджин, — Он посмотрел на него спокойным взглядом. — делай, что хочешь, чёрт возьми. Я не буду упираться. Нет, буду, конечно, и спорить, и упираться, и ныть. Но… пока что делай, что хочешь. — Я даже могу разрисовать твой Апельсинчик по своему новому дизайну? — он прищурился, наблюдая за реакцией Феликса. Если бы Феликс согласился, это бы очень облегчило всем задачу, ведь Хёнджин мог бы показать остальным свою идею на реальной машине, а не на бумаге, но он прекрасно понимал, что это наглость. — Ну… ты же всё равно меняешь тачку, а если я сделаю новый дизайн на «Апельсинчике», то сразу можешь внести свои правки. От такой недопустимой наглости в комнате повисла гнетущая тишина, Чан хмурился и кусал губы, Чанбин уже косился в сторону выхода, чтобы, в случае взрыва от Феликса, сбежать самым первым; Джисон нервно моргал, ища поддержки хоть у кого-нибудь, честное слово, ему все эти страсти даром не нужны, он мог бы и не приходить вообще. Казалось, только Сынмин и Минхо получают удовольствие от происходящего: Сынмин ухмылялся, переводя взгляд с одного на другого, а Минхо пристально следил за сменой эмоций на лице Феликса, не отрываясь, но уголки его губ то и дело дёргались, едва не выдавая его веселья. Феликс медленно, даже слегка театрально, поднял голову и посмотрел на Хёнджина испепеляюще, словно вот-вот набросится на него, как кошка на мышонка. Молчание затянулось. Хёнджин, хоть и облился потом, стойко выдержал этот взгляд, даже чуть прищурившись. — Если ты сейчас… — Феликс запнулся, не продолжив мысль. Между его бровей залегла маленькая складочка, губы неосознанно приоткрылись, он поправил прядь волос и посмотрел в сторону, как будто что-то просчитывал в голове. — Ладно. Делай, что хочешь, но я буду присутствовать и контролировать весь процесс. Было бы приятно, конечно, заставить тебя переделывать всё с нуля, но я слишком люблю свой «Апельсинчик», чтобы оставить вас наедине! Феликс сложил руки на груди, серьёзно смотря на Хёнджина, у которого, как и у всех остальных, отвисла челюсть. Никто не решался сказать хоть слово, потому что у каждого было полное ощущение того, что произошедшее — это коллективная галлюцинация. Чтобы Феликс так просто согласился и отступил в таком важном вопросе? Немыслимо. — Господи, драму развели! — Ли встал и подошёл к Минхо, легонько стукнув его по подбородку, а после посмотрел на ребят. — Я же сказал, что не буду препятствовать. Мы должны изничтожить Ян Чонина так, чтобы он боялся даже пискнуть в мою сторону! И, вопреки всеобщему мнению о том, что мне на вас всех плевать, я буду благодарен, если вы выложитесь на все «сто» и поможете мне с этой нелёгкой задачей! Ребята, я действительно на вас рассчитываю. Минхо мягко улыбнулся и закинул на Феликса руку, прижимая его к себе. Вот из-за таких моментов он обожал Феликса, потому что знал, что вся его вредность не со зла, он просто искренний человек, который любит свою работу и хочет, чтобы всё было идеально. Правда, другим людям это объяснить гораздо сложнее. Со стороны Феликс кажется капризной маленькой принцессой, которая закатывает истерику, потому что ей на день рождения не подарили единорога, но на самом деле в глазах Феликса единорог — это лошадь с пластмассовым рогом, и ему искренне непонятно, в чём проблема сделать из лошади единорога. Но к такой требовательности просто надо привыкнуть, смириться, а главное — понять, чего Феликс хочет. Тогда уже становится совершенно ясно, что ничего сверхъестественного ему не нужно. — На этой хорошей ноте предлагаю закончить. Следите за чатом, отвечайте на звонки, вечером постараюсь скинуть примерное расписание. Будем подстраиваться друг под друга. Все начали собираться, Феликс верещал, чтобы Минхо его отпустил, Чанбин тут же подскочил к Сынмину, заводя диалог о чём-то глупом, по нескромному мнению Кима; Чан по-тихому сбежал вместе с Джисоном, пока никто их не поймал, а Хёнджин стоял около маркерной доски и смотрел на свой эскиз, победно ухмыляясь. Он знал, что эта битва за ним, но вот война будет очень долгой и кровопролитной. — Что там? — Хёнджин обернулся на голос и посмотрел на Феликса сверху вниз. Его низкий и глубокий голос вдруг вывел его из размышлений. — Ты сейчас дырку прожжёшь в доске. Что ты ещё придумать успел? — Ничего. Просто думаю, как обыграть эти цвета получше. Есть мысли? — Хёнджин с удивлением заметил, что в конференц-зале не осталось никого, кроме них. — Сделай красный цвет более насыщенным. Прям бордовым даже, как кленовые листья осенью. Феликс хмыкнул и пошёл к выходу, но у самой двери остановился и кинул Хёнджину ключи, а после очень скоро скрылся в коридоре. — Как кленовые листья, значит…