Привет, я тебя очень ждал...

Бак не помнит, как его нашли. Он кричал и кричал последние несколько часов, сорвал голос в молитвах и проклятиях. Сначала пытался делать непрямой массаж сердца, без конца проверяя пульс. Делал всё, как учил когда-то в академии, повторял заученный порядок действий, стараясь не давать отчаянью поглотить его. Мысли и образы в его голове водили хоровод. Скакали по кругу, от первой встречи, первого спасения, первой шутки, до самых страшных моментов, что они пережили вместе. Просил, снова и снова, о чуде. Они столько раз выживали, цеплялись за жизнь всеми способами, спасали друг друга из раза в раз... Сегодня не получилось. Бак не спас Эдди, не смог вытащить его отсюда, не уберёг. В конце концов, он выбился из сил. Ему хотелось только лечь рядом и исчезнуть. Не помнить, не знать кто он и где, не думать ни о чём… Он должен выжить, он знает. Ради Кристофера. Но сейчас он просто ложится рядом, на пропитанный кровью пол, обнимает Эдди как может, с трудом вытягивая раненую руку и засыпает. Во сне он может забыть. . Позже, в больнице, он думает, что всё это сон. Просто страшный кошмар, что видятся ему почти постоянно. Но Мэдди заикается, не может подобрать слов, отводит взгляд. А позже приходит Кристофер, сжимается в комочек у его здорового бока, будто ему снова семь, и они плачут вместе. Бак не может осознать, что всё это правда. Он выписывается на следующее утро, не в силах сидеть в четырёх стенах, однако дома оказывается не лучше. Кристофер молчит, почти не ест, и едва ли выходит из комнаты. Бак организует похороны и с ужасом думает о встрече со всей семьёй Диаз. Им уже сообщили. Послали капитана из пожарной части в Эль-Пасо. Его отстранили от работы и, впервые в жизни, он был рад этому. Он не мог, просто физически не мог войти в пожарную часть и не найти там Эдди. Поэтому он охотно согласился сидеть в офисе и перекладывать бумажки. Бак сходит с ума. Работа, дом, снова работа. Ужин, завтрак, обед… Всё слилось в один нескончаемый день, который всё никак не закончится. Вчера он готовил сырный суп. Или это было сегодня? Он заезжал уже в магазин на этой неделе? Бак не помнит. Всё вокруг такое зыбкое, странное, нереальное. Человек в зеркале не похож на него. Если протянуть руку, исчезнет ли он? Бак не знает. Он ничего не знает… он потерялся. Где-то в глубине души он знает, что так нельзя. Эдди бы этого не хотел. Он бы не хотел, чтобы его семья жила в этом тёмном болоте горя. ; Кристофер не разговаривает уже второй месяц. После его гневной тирады родителям Эдди о том, что он никуда не поедет, он не произнёс ни слова. Бак не настаивает. Каждый справляется с утратой по-своему. Он ходит к психологу и Бак надеется, что хоть там он говорит. Или пишет. В то время, как Кристофер объявил молчанку, Бак прилагает все силы, чтобы не завыть в голос. Он старается, правда старается, вести себя нормально. Он готовит и внимательно следит, чтобы Крис ел хоть что-то, даже если сам не может проглотить ни кусочка. Он убирается, стирает, пылесосит и протирает пыль. На самом деле Бобби говорит, что он убирается слишком много. Всё в доме сверкает и лежит на своих местах. Кроме комнаты Кристофера. Там Бак не смеет наводить порядок без разрешения. Но, как бы он ни старался, каждую ночь он просыпается с именем Эдди на губах. Каждую ночь он видит этот чёртов последний день, когда весь мир содрогнулся. Каждое утро он просыпается и думает – если бы ему представился шанс, мог бы он всё исправить? Если бы он изменил хоть что-то, был бы Эдди жив сейчас? Вся его команда, вся его семья рядом, стараются помочь, поддержать, утешить. Но это не то. Этого недостаточно. Ему нужен Эдди. Всё в доме пахнет Эдди. Бак специально не меняет ни порошок, ни кондиционер, ни шампунь, оставляя всё как было. Ему хочется продлить ощущения присутствия. Будто Эдди просто на ночной смене и скоро вернётся, даже если его сердце разбивается каждое утро. Иногда, в особо тяжёлые ночи, Кристофер сворачивается калачиком рядом с ним, прижимается, отчаянно ища утешения, цепляется своими тонкими лапками за Бака, будто боится, что тот тоже исчезнет. Нет, Бак не посмеет. Он сделает всё, что угодно, чтобы остаться с этим ребёнком, чтобы защитить его.