Пары и их причуды

«Разводы чёрного по серому асфальту»

Жизнь – штука с убийственным юмором. Шаг вправо, шаг влево – расстрел, ты уже лежишь на дне, слыша сверху злорадный гогот. Семья Ривена никогда не была богатой и крепко держалась за край ямы «не бедствующей», в любой момент готовая свалиться вниз, в нищету. Наверное, поэтому его внимание сначала привлекала именно Муза, чья история и характер так сильно напоминали его самого. Детство было жестоким и мрачным, безрадостным, рано научившим, чего стоит жизнь. Наверное, поэтому его так коробит при виде жизнерадостных соседей, поступивших в Красный Фонтан без особого труда. Он другой, между ними большая разница. Ему пришлось годами тренироваться в одиночестве, надрываясь, чтобы зубами выдрать себе место. И теперь он так разочарован, что аж зубы сводит. Нет, он знал, конечно, что в такой знаменитой школе будут учиться и богатеи... Но чтобы практически все учащиеся были такими?! Именно в его группе?! Ривен скалится уже на автомате, сильнее стискивая руки на груди. Тимми, ха, – пожалуй, единственный, кто не так бесит, – головой качает разочарованно, но молчит, не теребит его расспросами «почему ты такой раздражительный?», как принц Скай и его заносчивый слуга Брендон. Только тихо щёлкает мышкой время от времени, и Ривен правда счастлив, что его не поселили в одной комнате с тем же наследником Эраклиона или его бараном-защитником. Такого соседства он бы не вынес. А так... Тихий, скромный парень, блестяще показавший себя на письменных тестах и едва прошедший по баллам за практический. У Ривена всё ровно наоборот. Поэтому он терпит щёлканье и гул техники, отворачиваясь к окну и упрямо поджимая губы. Терпение. Ему просто нужно набраться терпения и немного подождать, прежде чем делать первый шаг к своей цели. Увы, его темперамент всё портит в первый же день... – Ривен! Да какого чёрта ты вторишь?! – кричит Брендон, а розоволосый и сам не знает, что; его просто несёт от этого зарвавшегося принца и его чертового спутника-слуги, от самого факта, что в их современном обществе ещё является нормой использовать людей ниже статусом, как рабов, королевской семье и дворянам. Его родители тоже всю жизнь горбатились на таких богатеев, и за них хочется мстить. Неважно, кому: всем. У каждого идиота-принца или просто «удачливого» однокурсника он не видит лиц – только глумливые улыбки и смех, мерзкий, просто отвратительный, от которого тянет блевать и стереть кулаком чужое злорадство. Белобрысый смотрит действительно непонимающе, зло сощурившись, брюнет, устало вздыхая, с каким-то поразительным пониманием в глазах, кладёт руку ему на плечо, заставляя отступить, а Ривена трясёт от злости, но... Лишь взгляд кареглазого останавливает его от взрыва. Уходя, зло стиснув зубы, под шепотки и смешки других студентов, наблюдающих за сценой, он может думать только об одном. Какая же жизнь несправедливая. Жестокая. Сука. С Ней он знакомится случайно во время соревнования. Там, на треке, когда он уже движется к финишу и неожиданно случается поломка, его спасает ведьма, будучи одним из участников гонки. Всё из-за чёртовой Блум, «взрывной» девчонки, которая, имея привычку лезть куда не следует, тут же открыто обвиняет во всех бедах его спасительницу и швыряет в неё заклинание. Та едва успевает отпрыгнуть, а Ривен, не успевший даже толком понять произошедшее, начинает звереть, чувствуя, как от ярости на безмозглую фею хочется рвать на куски. Конченная дура, давшая ему этот шлем под предлогом примирения, он ведь ей поверил. Грубо принял подарок, конечно, но лишь из-за смущения. Ему редко что-то дарили. И Блум... Она ему нравилась. А она оказалась просто такой же двуличной стервой, как и остальные. Дарси оказывается гораздо лучше всех его знакомых девушек вместе взятых, стирая из головы воспоминания о других за считанные минуты. На шикарную длинную шевелюру в кафе многие ведьмы завистливо косятся, да и он сам их отлично понимает, откровенно залюбовавшись на короткий миг. Дарси тихо признаётся, смущённо убирая волосы за ухо и наклоняясь к самому его уху, что очень долго их отращивала. Копна каштанового моря красиво спадает по плечам, а передние высветленные («Это от природы!») пряди вьются и чем-то похожи на молнии или очень острые ветки дерева. Голос у неё хриплый, негромкий, она не может кричать и выдаёт ещё один свой секрет – слабые голосовые связки, – после чего словно удивляется самой себе, мол, как я могла рассказать ему об этом? А Ривен ухмыляется и довольно откидывается на спинку стула: в колдовском кафе душно, но освежающий коктейль с названием «Крик мандрагоры» отлично исправляет ситуацию. Когда наступает пора расставаться, («За окнами уже темно, сёстры меня убьют»), он не хочет. Даже вставать лень, но приходится, ведь не проводить такую даму хотя бы до выхода из заведения – грешно, он сам себе этого не простит. Дарси, в этих забавных маленьких очках, больше похожих на аксессуар для кукол, – Ривен много раз видел игрушки богачей, мать работала нянькой в своё время, – улыбается на прощание так, будто кошка скалится, хитро и довольно щурится, а после вдруг в миг перемещается совсем близко-близко, смотрит загадочно, глазами-омутами блестит и хмыкает в самые губы, её тёплое дыхание смешивается со слабым алкогольным коктейлем. – Через неделю на этом же месте. Идёт, красавчик? Оторопевшего (только из-за неожиданности!) Ривена хватает только на то, чтобы кивнуть, шумно сглатывая через мгновения: ведьмы уже нет, исчезла в пространственной дымке, оставив после себя лишь некую недосказанность и неопределённость. «Чертовка», – прыскает специалист, ещё долго смотря на место, где она только что стояла, и уже предвкушая следующую встречу. До самого конца дня с лица не сходит довольная ухмылка, у которой у всех его сокомандников возникает множество вопросов, которые они не смеют задать вслух. Видно, не там он девушек себе присматривал, ведьмы оказались гораздо интереснее фей.