Новые знакомства

Пятница.

— Выговорись. Тебе это необходимо. — Душа поднял голову и посмотрел прямо в глаза, окончив бинтовать одну руку.       Глаза напротив перестали себя сдерживать. Обсидиан, ревя, почти что, во весь голос, повалился всем телом на грудь Душки. Тот просто обхватил его руками, медленно поглаживая по спине. Обс просто плакал тому в плечо пытаясь подобрать слова. — Хочешь, я буду задавать вопросы, а ты, если захочешь, будешь отвечать? — предложил такой вариант Душа. Плач немного затих, но не прекратился.       Послышалось слабое согласие. Обсидиан всё же решил отстраниться, и лёг на спину около колен Душки. Они встретились взглядами, после чего Душенька начал свой опрос. — Начнём с малого... Как давно тебе плохо? — аккуратно спросил зайчик. Он знает как обращаться с такими людьми. Он сам такой. — С пятого класса примерно, может с шестого. — тихо ответил Обсидиан. — Насколько ты плохо себя чувствуешь: можешь справиться с этим сам, или родные уже несколько раз и больше помогали выбраться из этого состояния, или ты сам чувствуешь, что всё совсем плохо?       Обси не поспешил отвечать. Он перевёл взгляд, с разглядывания кофты Душки, на потолок, на звёзды. Глаза, то и дело, бегали по созвездиям с опаской, довольно тревожно. В конце концов, он решил ответить на заданный вопрос. Ему и самому интересно, в каком-то плане. — Всё сразу. — заметив вопросительный взгляд Души, он всё же решил объяснить. — Какое-то время я спасался сам, потом помогала мама, а сейчас... Я не знаю. — Ты.. Ты хочешь сожалений, или обойтись без них? — получив в ответ отрицательный кивок головой, он продолжил задавать вопросы. — Ты сильно хочешь, чтобы я допрашивал тебя? Если да, то можно на тему твоих рук? —... Да. — спустя некоторое время, он всё же ответил. Ему нужно это обговорить. — Главный вопрос, тебе становится от селфхарма легче? — Душенька не спешит задавать вопросы. Ему главное, чтобы Обсидиан осознал хоть что-то для себя самого. — Наверно. — неуверенно ответил Обс. — Как давно ты им занимаешься? — Неправильный вопрос. — *честно, меня саму поражает логика и работоспособность мозга в такие моменты.* (ломаю четвёртую стену, ура) Не спрашивайте. — Ладно... Тогда, когда ты начал причинять себе боль? — еле как удивишься ответу, переформулировал свой вопрос Душка. — С восьмого. Долго держался и давал себе обещания. — Хорошо, ты чувствуешь боль занимаясь селфхармом на руках? — Сначала было, сейчас это больше привычка или зависимость типо сигарет. — более спокойно ответил Обси. Ему действительно легче это обговаривать. — Ладно, тогда переведём тему. Хочешь обсудить что-то другое? Или хочешь просто рассказать что-то? — Ну, наверное рассказать. — ответил он, переведя свой взгляд на лицо Душки.       Он резко успокоился. Слёзы как рукой сняло. Он лёг более-менее ровно на спину, поджав ноги в коленях. Обс уставился в потолок и какое-то время молча глядел в одну точку. Спустя время он всё же начал разговор. — Я ненавижу себя. Я не вижу смысла в своём, твоём или чьём либо существовании. Я просто занимаю место на этой бессмысленной планете, в этом бессмысленном доме. Просто трачу на себя эти бессмысленные ресурсы. Заставляю переживать за себя других таких же бессмысленных людей. Зачем, если всё закончится? Какая разница когда и где я умру? Какая разница рано или поздно? Какая разница больно или безболезненно? В этом нету смысла - и это первое. Второе - я ненавижу себя за то, что ничего не делаю. Я просто трачу время в пустую. Я ничего полезного не делаю. Я не могу ничего делать из-за этого хуевого состояния, но от моего ничего-неделанья мне ещё хуже. Третье - мне тяжело рассказывать это, зная, что потом буду ненавидеть себя ещё сильнее за то, что это рассказываю. — остановился Обси. Он говорил это достаточно быстро, чтобы не успевать вставлять слова в этот монолог, но медленно, чтобы можно было понимать. — Что-то ещё, но я не помню что именно. — Ладно... — Душенька даже не надеялся что Обсидиан действительно что-то выскажет, поэтому пытался понять данную информацию. — Почему ты решил, что ни в чём нет смысла?       Обсидиан закатил глаза, после чего отвернул голову. — Блять. Не разговаривай со мной. — сразу же ответил он. Эти вопросы неимоверно раздражают. Но тоже сразу же повернул голову обратно и извинился. — Прости. Просто это не тот вопрос. — Оу, прости пожалуйста. — Не извиняйся, задрал уже. — он взглянуд в глаза Душки, что направленны прямо на Обсидиана. По глазам Душенька понял, что тот не хотел его обидеть, а просто сказал это на эмоциях. — Хорошо-хорошо. Тогда... Хмм. — сформулировать вопрос в данной ситуации действительно сложно так, чтобы не обидеть другого человека.

***

— И где только их носит? — Я будто знаю. — саркастично ответил Секби. — Точнее, знаю, но не скажу.       Говорить ему что-либо совершенно не хотелось. А особенно, после того, что он сделал. Он навсегда противен им. — Ах ты тварь! Говори! — Нет. Ты не заслуж-...       И тут прилетела довольно сильная пощечина. Не ожидав этого, Секби отошёл на пару шагов назад, но устоял на ногах. — Ты жалок. — бросил он под конец, зная что ему за это будет. — Ах, ты скотина неблагодарная! — ответил отец. Он вернулся, и теперь ищет жену и сына. Вовремя конечно. — Как ты так смеешь с отчимом разговаривать!? Что ты, что Душенька! Оба дерьмом выросли! Да, вы ничего не можете самостоятельно. Только и сидите на шее. А мать всё поддаётся вам. Как так!?       Секби не выдержал и заплакал. По щекам просто покатились слёзы. Он не отвернулся, просто заплакал. — И вот че ты ревёшь щас? Плакса! — Да, ты! Да, ты даже не представляешь что я пережил и переживаю каждый день! Ты совершенно не интересуешься ни мной, ни Душенькой! Как так получается, что ты даже не знаешь, что у Душеньки наконец-то появился хороший друг?! У меня умер любимый человек! Мама каждый день переживает за тебя и за нас с братом! Ты совершенно ничего не знаешь про нас. — высказал Секби всё и сразу на эмоциях. Ему нужно высказаться, но сделал это он не тому человеку.       Секби отшатнулся назад. Ему безумно больно, а отчим в этот момент даже не интересуется им. Слёзы пошли водопадом. Модди тоже отошёл на шаг. Он явно не ожидал, что сводный сын даст отпор. — Что. — более повышенным голосом спросил старший Райрт. Он многого не знает. Очень много. — Что ты сказал? Да, вы чекнутая семейка! Вы не понимаете, что и сколько я для вас делаю! Я же для вас с матерью стараюсь. Душенька всегда был и есть пидор и маменький сыночек. Фу блять. Мать плакса, ничего не умеющая. А ты. А ты вообще охренел. Как так можно с отчимом разговаривать?! Я буду вас с Душенькой перевоспитывать. А то, один шляется не пойми где, второй тут, видетели, смерть пережить не может! — Ты же сам еле-как пережил смерть матери Душеньки... Ты отвратителен. — сказал Секби перед тем, как уйти и закрыться у себя в комнате.       Отец опустился на, стоящий неподалёку, стул. Да, он наговорил много всего на эмоциях. Да, он - старшее поколение. Да, ему самому от себя становится противно. Но он такой. Это его личность. Как бы он не старался оправиться, нихера не получается.       Сын, хоть и не родной, высказал намного больше, чем может для себя принять отчим. Модди просто по личности своей не может поверить в то, что сам действительно хуже сыновей. Он им противен.

***

— Тогда, такой вопрос. Почему во всём нет смысла? Разве в... Например, Клэше не было смысла? Он ведь тебе нужен был в определённый момент жизни. — Нужен был, но это тоже не имело смысла. — Обсидиан поднялся и сел лицом перед Душенькой. — Он просто период. Как и всё остальное в принципе. — Хмм. — у зайчишки совершенно нет идей, как можно помочь его знакомому. — Я честно не знаю, как я могу тебе помочь. — Ничего страшного. Это обыденность для меня. Ты можешь просто меня выслушать, и этого будет достаточно. — на это Душка согласно кивнул. — Кхм, ну... Я устал. Очень-очень устал. Я почти каждый вечер думаю когда сдохнуть. Мне абсолютно похуй на всё и вся. Я хочу попробовать всё, и курение, и наркоту, и гулять до поздна и скатиться по учёбе, и бросить всех когда им будет очень нужна моя помощь, и поторять всех и вся, и целоваться с кем нибудь, и секс, и в таком роде. Я хочу всё попробовать, чтобы потом просто умереть. Чтобы не грустить из-за того, что что-то не успел сделать.       Я занимаюсь селфхармом, чтобы убивать себя медленно. Я курю, так как хочу себя убивать. Я хочу попробовать намного больше, но пока не успел. Я чувствую что в скором времени, около 1-3 месяцев, что-то случится. Что-то очень сильное и я этого безумно жду.       Но одновременно с этим, я стараюсь быть абсолютно нормальным. Я хорошо учусь. Меня хвалят учителя. Любит мать. Любят кошки. Я в большинстве занимаюсь тем чем хочу. Но мне на это всё так насрать. Я просто жду ключегово момента, когда окончательно решусь рушить себе отличную жизнь. У меня ощущение, что это совсем скоро и я искренне пытаюсь со всеми общаться и видеться. Хорошо обращаться, чтобы потом им было легче или больнее. Не знаю. Просто стараюсь для людей, хотя мне на всех насрать.       Я безумно хочу любви. Я хочу внимания. Я хочу себе человека. Я хочу кого-то любить. Я хочу, но нихуя. Нихуя подобного. Чувство, что меня, блять, оставляют на второй вариант. Это пиздец как заебало.       Я безумно хочу внимания. Меня пиздец как бесит, что некоторые люди которые заметили селфхарм, нихуя мне не сказали. Да, это безумно хорошо что они не лезут в чужие проблемы, но мне блять тоже не хочется просить руку помощи. Хотя это безумно надо.       Мне необходима помощь, но я об этом говорю в последнюю очередь. Я хочу чтобы мне писали и спрашивали как я. Я хочу чтобы мной интересовались, но нихуя мне. Никто никогда не спрашивает как я блять. Что со мной блять? Замечают только когда мне пиздец херово и им что-то надо. В этот момент уже поздно. Мне насрать, но я хочу внимания. — Оу... — удивившись такому рассказу, единственное что смог выдавить из себя Душа.       Он мягко и почти невесомо прижал и обхватил Обси руками, заключая в свои объятия.

***

— Он выглядел... Странным. Будто его тревожит не только недавняя смерть Клэша. Что-то ещё, это явно заметно. — с беспокойством в голосе сказал Санчез. — Вот как. — задумчиво ответил Пугод, доставая кружку из кухонного шкафа. — А ты не спрашивал его об этом? — Хотел спросить, но он тогда ответил, что тревожится из-за давней смерти матери. — опустив голову на стол, устало проговорил Сеня. — Не знаю в общем. Я так хочу ему помочь, а он...       Пугод, поставив 2 кружки на стол, облокотился бёдрами на край столешницы. Он взглянул на Санчеза, когда тот поднял голову. Их взгляды встретились, и у Сани стало заметно огонёк в глазах, будто он что-то задумал.       Санчез поднялся со стула и, обойдя стол, приблизился к парнишке. Обхватил руками того за талию, и приблизил к себе. Их взгляды вновь встретились, а после последовал мягкий поцелуй. Они соприкоснулись губами, и Санчез вновь взял на себя активность, пролез языком в чужой рот.       Почувствовалось, как Пугод будто растаял в руках парня. Он, тоже не отставая, повторил действие своего возлюбленного. Но, решив подать урок, слегка прикусил нижнюю губу любимого.       Санчез с неким стоном отстранился, болезненно взявшись за губу. Он вновь посмотрел в глаза Пугода, пока у того на лице была ехидная улыбка. — За что? — жалобно спросил Санчез. — Ещё и до крови! — Видимо получилось не слегка. —проговорив мысли в слух, ответил парнишка. — За всё любимое. — Мг, спасибо блин. — с явным сарказмом, слегка злобно ответил Сеня. Хоть он и был доминантом, но видимо так считал только он. — Так что ты там про Душеньку говорил то? — взявшись за чайник, переспросил Пугод. — А вот не расскажу теперь. — показательно отвернувшись, ответил Саня. — Ой, ну и не надо. — усмехнувшись, сказал Пугод. — Ладно-ладно. Так вот...

***

— И всё же, спасибо тебе большое. — чуть успокоившись, сказал Обси. — Рад помочь! Да и думаю, что мы всё же что-то большее, чем просто друзья. — спокойно ответил Душа. — Ого... — не ожидав такого ответа, достаточно удивился Обс. — А что? Я думаю, нам нужно это обсудить.