Цвета моей души

Хисын дал своей команде всего пару дней на отдых, после чего сообщил о возобновлении тренировок. Джеюн собирался прийти на первую, но не для того, чтобы разучивать хорягу, а с целью поговорить с ребятами и сообщить им новость о своем уходе. Эти несколько дней они с Ники почти не общались: на следующий день после феста Шим написал тонсену слова поддержки, но тот лишь ответил, что осознает свою вину перед командой и не нуждается в утешении. После бросил короткое «поговорим позже, хён» и пропал с просторов интернета — даже канал его не будил уведомлениями. Джеюн принял эту позицию: то было первое разочарование Рики, и тому нужно было его пережить. На тренировке Нишимура не обнаружилось — оказалось, что тот уехал к родителям в Японию, какие-то семейные проблемы. Из-за этого Джейка раздирали противоречивые чувства: с одной стороны, не придется смотреть Рики в глаза, с другой — не будет возможности поговорить лично и попрощаться, ведь к запланированному возвращению младшего Шим уже уедет в Ильхон. — Прежде чем мы начнем тренировку, Джеюн хотел бы вам кое-что сказать, — оповестил Хисын, призывая остальных к тишине. — Дайте ему минуту внимания, пожалуйста. Все, кроме шушукающихся Сону с Чонвоном затихли, переведя взоры на Джеюна. Тот с натянутой улыбкой поднялся, от волнения заламывая пальцы. Настал тот момент, которого он боялся и который по возможности хотел бы отложить, но увы, время не щадило. Лето безоговорочно подходило к концу. — Мои дорогие однокомандники! Простите за формальность, за излишнюю торжественность, но по-другому у меня не получается. Все вы знаете, что в этом году я закончил университет… — И даже не проставился! — Возмущенно воскликнул Сан, вызывая смешки у остальных. Хисын махнул на него рукой, вынуждая затихнуть. — Оправдываться не стану. Мы были поглощены подготовкой к фесту, но не суть. Так вот, по направлению меня распределяют на юг, в связи с чем мне придется сменить место жительства. К сожалению, мое время в составе «Hype boys» подошло к концу. — Не может быть! — Сону уставился на него во все глаза. — Как же так? Неужели нельзя как-то отвертеться от этой работы, хён? — Может и можно, точно не знаю, — Шим понуро покачал головой. — Но признаюсь честно, отъезд — не единственная причина моего ухода. Я уже давно задумывался над этим. — Но как же так? Ты столько лет в команде, да я еще в начальную школу ходил, когда ты пришел в КД! — В том то и дело. Я выгорел, ребята. Танцы больше не доставляют мне прежнего удовольствия. Я чувствую как устал и чувствую, что не выдерживаю, не соответствую собственной планке. Я не хочу подвести вас. — Ты никогда не подводил, — заверил Хисын, похлопывая друга по плечу. — Это правда, хён, — Чонвон проворно вскочил со своего места. — Отбрось сомнения! Мы любим тебя и поддержим все твои желания. Хочешь, будем танцевать только BTS и EXO? Мы тебе и партию уступим — ту, которую ты сам захочешь! Сону активно закивал, соглашаясь. Джеюн переводил взгляд с одного парня на другого и видел на лицах одно — решительность. — Спасибо, Вона, — скромно улыбнулся он. — Но я прошу лишь поддержать мое решение. Оно окончательное. Я буду болеть за вас, за нашу команду, но больше не могу оставаться ее частью. — Ты всегда будешь ее частью, — важно заявил Хисын. — И моим лучшим другом. Спасибо, что поддерживал меня все эти годы, что ни разу не усомнился. «Hype Boys» — и твоя заслуга. Без тебя ничего этого не было бы. — Спасибо, — Шим заключил Хисына в объятья, едва сдерживая подступающие слезы. Он обещал себе не плакать, но, может, сегодня сделать исключение? Ребята огромной капустой навалились на них, образуя переплетение рук. Все благодарили и хвалили Джеюна, заверяя, что ждут его обратно, как только работа учителя ему надоест. Обещали, что добьются высот и невероятных результатов. — Ты будешь нами гордиться! — пообещал Джей. — Жаль, что Ники нет. Он бы смог переубедить тебя. — заявил Сону. Шим лишь хмыкнул, пряча опасения по поводу реакции Нишимура. Оставалось лишь надеяться, что тот отреагирует нормально. Вернувшись домой, Шим решил написать ему сообщение и сообщить об уходе. Ники заслуживал услышать это лично, но увы, Джеюн не думал, что все сложится именно так. Поэтому приходилось довольствоваться перепиской. Он настрочил целую простыню с объяснениями. Не забыл упомянуть, что будет поддерживать Рики и «Hype Boys», что будет следить за успехами, и если Нишимура захочет продолжить общение, останется на связи. Шим отправил сообщение с тяжелым сердцем. Надеялся, что Рики не обидится, но понимал, что такой исход вполне вероятен. Чутье его не подвело. В душе поселилось беспокойство и предвкушение скорой ссоры, но ее не случилось. Сообщение было прочитано через каких-то пару минут, но ответа не последовало. Ни единой буквы. Вместо этого зайдя немного позже, Джейк обнаружил, что аватарки Рики пропала, а время его последнего захода в сеть сменилась на «был давно». Чтобы убедиться в своих догадках Шим попытался зайти в канал Нишимура, но в подписках его не обнаружил. А значит, Джеюна благополучно удалили оттуда и кинули прямиком в ЧС. Признаться, такого развития событий он все же не ожидал, надеясь на конструктивный диалог. Неужели такое поведение — реакция на сообщение об уходи? Или Ники каким-то образом узнал о поцелуе с Сонхуном? У Джеюна не было ни сил, ни желания выяснять. После разговора с парнями он ощущал себя морально выжатым. Ему было тяжело уходить, хоть он и испытал некое облегчение. Но все-таки он занимался КД почти десять лет, семь из которых провел в составе «Hype Boys». Эти годы нельзя было просто вычеркнуть из памяти. Нежелание Ники вести диалог тяжелым, неприятным осадком ощущалось на душе, но Джейк объективно понимал, что не сможет ничего изменить. Ему лишь оставалось молча собирать вещи, то и дело мусоля свои мысли о Нишимура в голове, как бесконечную умственную жвачку. Через пару дней он решил облегчить свою участь, поделившись с Хисыном: — Представляешь, Рики больше не хочет со мной общаться. Кинул меня в ЧС. — Он остынет. Дай ему пообижаться. Сам понимаешь — юношеский максимализм. Сам был таким же. Но Джеюн не был в этом так уверен. Ему хотелось бы ухать из Сеула с чистым сердцем и спокойной душой, но Рики не позволил. И от этого Шима грызла с первого взгляда незаметная, но перманентная тревога. Когда он был занят чем-то важным, она отступала, но стоило ему оторваться от дел, напоминала о себе, выползая на первый план и охватывая душу своими скользкими, неприятными щупальцами. Мужчина лишь надеялся, что со временем это пройдет. В общем-то так и случилось: голову заполнили волнения более насущные — о переезде и работе в незнакомом коллективе. Его распределили в школу округа Босонг. Население того составляло не более сорока тысяч человек, а до ближайшего большого города моно было добраться на автобусе меньше, чем за час. Радовало хотя бы то, что климат в провинции был благоприятный, и при большом желании на выходных можно было съездить на побережье — искупаться или полюбоваться океаном. Часть многочисленных вещей пришлось отправить в пункт назначений доставкой, а самое ценное он вынужден был везти самостоятельно на автобусе. Провожать на вокзал пришли пара университетских друзей и Хисын с Чонсоном. Остальные ребята из команды сослались на занятость, лаконично пожелав счастливого пути и хорошо устроиться на новом месте. — Буду скучать, — Хисын обнял его на прощание, пока Чонсон помогал грузить сумки в багажник микроавтобуса. — Не забывай о нас, пиши, понял? Не пропадай. — Я никуда не денусь, — заверил Джеюн, похлопывая Ли по широкой спине. — Помни, что мы всегда ждем тебя в Сеуле, хён, — укоризненно пробормотал Джей, который обычно не демонстрировал эмоции в открытую. Но сейчас стало очевидно — прощаться не хотелось никому. — Да. Приезжай на осенний фест нас поддержать! — загорелся идеей Хисын. — Пообещай мне! — Обещать не стану, но я постараюсь, — замялся Джеюн, который не любил обещания нарушать, а значит должен был десять раз подумать, прежде чем давать их. — А вы уж постарайтесь взять призовое. Ради меня! Хисын купился на этот маленький шантаж, заявив, что они приложат все усилия. Джеюн в этом нисколько не сомневался. Автобус унес его на юг, оставляя в душе лишь тоску и опустошение. Шим вновь пожалел, что не поборолся за свое место в Сеуле. Хотя…может, оно к лучшему? Может, сама судьба велит ему начать сначала, сменить обстановку и род деятельности? Ему ведь нравилось то, чем он собирался заниматься. Профессия учителя сложная, но Джейк — не тот, кто привык отступать пред трудностями. Хоть иногда и хочется, чтобы все давалось легко и без особых усилий. Новое место жительства не радовало разнообразием развлечений. О какой-то студии танцев для взрослых оставалось только мечтать, но в их школе все же существовал танцевальный кружок для детей. Правда, вела занятия преподавательница за пятьдесят старой закалки, которую побаивались не только дети, но и сам Джеюн. Директор без сомнений всучил юному учителю классное руководство, заверяя, что Шим со всем справится и что он может при необходимости обращаться за помощью к старшим коллегам. Те встретили его с вежливой прохладой и без особого желания помочь, хотя была и парочка исключений. К счастью для себя Джейк встретил здесь несколько молодых коллег: Хван Минджун преподавал математику, а Со Доён вела историю и социологию. Они помогли немного потерянному Джеюну влиться в коллектив, за что мужчина был безумно благодарен. С началом учебного года на него свалилась куча работы: знакомство с детьми и их родителями, составление программы и расписания, слежение за дисциплиной и организация не только занятий, но и внеклассных мероприятий. Работа засосала Джейка, заставила погрязнуть с головой, и он совсем не успевал следить за соц сетями, а свои попросту забросил. Из Сеула общался только с парой друзей и не чаще раза в неделю, сухо рассказывал новости и интересовался успехами, а после ссылался на занятость (что было правдой) и вновь возвращался к работе. Казалось, она совсем не оставляла свободного времени и вытягивала из молодого тела все силы, как физические, так и моральные. Дети не столько заряжали энергией, как истощали ее, и домой Шим возвращался выжатым как лимон. Не хватало сил на банальную готовку и уборку — этим он занимался в выходные, не позволяя себе погрязнуть в пыли и многочисленных ношеных рубашках. Хисын с печальной улыбкой наблюдал, как под глазами друга залегают все более темные мешки, как его интерес к танцам и команде угасает, а сообщения становятся реже. Быть может, этого стоило ожидать. Дружба на расстоянии — совсем не то же самое, она не всегда проходит испытание на прочность. Но Ли понимал — он примет Джеюна обратно в любой момент, если тот захочет вернуться. То, как они отдалились, заметил и сам Шим, однако не спешил что-то предпринимать. Мог ли он что-то изменить? Пожалуй, но сил на общение практически не оставалось. Каждый раз он обещал себе, что вскоре все изменится — вот к концу семестра станет легче, и он сможет уделять себе больше времени, а также чаще связываться с друзьями. Только пока конец семестра казался чем-то призрачно далеким, зато серые школьные будни были как никогда близки, и каждый походил на предыдущий. Пока что Шим только втягивался, только пробовал на вкус свою новую реальность, но нравилась ли она ему? Это только предстояло узнать.