Слишком много страсти

До утренней репетиции оставалось всего полчаса, но Торпе не спешил туда, нет, он спешил к дому того «музыкального критика», что посмел назвать его игру бездарной, игру, которую оценил даже Данчо-сама, а значит оскорбил и последнего тоже, а этого первый уж никак простить не мог, пусть изначально он и задумывался воздержаться от мести. Прибежав к роскошному двухэтажному дому, парень начал заглядывать в окна, дабы убедиться, что внутри никого нет. Его не заботило, пострадает ли имущество, однако он не мог позволить себе, чтобы пострадали невиновные люди. Никого дома не оказалось, так что парень приступил к реализации своего плана. Под деревьями, что стояли неподалёку, он собрал хворост, сложил его возле задней стены дома шалашиком, а затем достал зажигалку и поджёг эту конструкцию. Дуя на костёр и тыкая в него палкой, он старался заставить огонь перекинуться на доски и вскоре его попытка удалась. Убедившись, что не оставил никаких следов, юноша побежал прочь что есть мочи, только сейчас тревога охватила его, хотя он уже совершил неизбежное. Этот человек оскорбил его, стоило ли так мстить ему? Нет, он поклялся себе, что больше не будет нюней, что он больше не будет терпеть издевательства, как это было в детстве, нет, он будет наказывать этих подонков. Но что будет, если его всё-таки поймают и поймут, что это он стоит за всеми многочисленными преступлениями? Посадят в тюрьму, выгонять из города, начнут обращаться ещё хуже? Как это всё воспримет Данчо? Будет ли смотреть на него, как на психа, который в приступе гнева способен обокрасть, испортить чужое имущество, или покалечить, коим он и является? Не надо думать об этом, сейчас главное не опоздать не репетицию, до концерта осталось не так много времени, так что надо тренироваться, как можно усерднее. Наконец в далеке замаячило здание театра. Юноша зашёл в помещение через чёрный ход и прошёл в свою комнату, где стояло пианино. Там уже ждал его руководитель. -Доброе утро, Данчо-сама. -Доброе утро, Торпе. Что случилось? -Спокойно спросил фиолетоволосый. -В смысле «что случилось»? -Забеспокоился блондин. По нему видно, что он занимался чем-то неправильным? -Ты весь красный и запыхавшийся. -Только и всего? Слава богу. -Просто… -Нужно придумать оправдание, как он и делал кучу раз раньше. -Я увидел по дороге миленькую кошечку и остановился её погладить, но не заметил, что опаздываю и мне пришлось бежать. -Да? -В его жёлтых глазах блеснула искорка озорства, а губы расплылись в ехидной улыбке, будто он что-то знал и просто дразнил светловолосого, но он не мог знать, верно? -Если она настолько милая, то я тоже хотел бы её навестить~ Где ты её встретил? -Где встретил? -Он что проверяет его? Пианист занервничал ещё больше. -Я пошутил~ -Оппонент принял свой обычный, безразличный и немного строгий вид. -Знаешь почему я сказал тебе прийти раньше? -Нет. -Я хотел встретиться с тем идиотом, что нелестно высказался о тебе вчера. -Не стоит, в конце концов, то были лишь слова. -Паренёк засмущался. Его начальник выглядел холодным и чёрствым, но в глубине души был заботливым и понимающим, иначе зачем бы он стал тратить время на него и его проблемы? -А я считаю, что стоит. Не медли и идём скорее. -Да! Они вместе вышли на улицу и пошли в сторону ближайшей площади. Возле фонтана их ждал мужчина чуть постарше их, с коричневыми волосами и глазами, одетый в недешёвый фрак и штаны. -Здравствуйте. -Сказал он, слегка наплевательски и нетерпеливо. -Для чего вы меня позвали? Не у всех есть время бездельничать, так что я бы хотел разобраться как можно скорее. -Я позвал вас, чтобы поговорить о вашем непристойном поведении вчера. -У управляющего на лице отобразились презрение и отвращение. -Непристойном? Вы преувеличиваете, я всего-то высказал правду. -Нет. Начнём с того, что вас, человека, который в музыкальной сфере не разбирается, не спрашивали. Моих артистов могу оценивать только я, и если вы оскорбляете их, то оскорбляете и меня, профессионала с высшим образованием. Если бы вы и правда хотели высказать свою критику, сказали бы мне, а не поджидали моего пианиста за кулисами, чтобы высмеять и оскорбить его. -Мужчина пытался выглядеть невозмутимым, но страх легко читался в его лице и действиях. -Так что больше не смей подходить ко мне, или моему пианисту, мерзавец. -Данчо-сама… Всё в порядке… -На самом деле блондину было приятно, что руководитель так за него заступается. Может лучше было доверить желтоглазому разобраться, а не мстить? Он более умный и спокойный, не склонен к импульсивным решениям и в этой ситуации повёл себя именно так, как следует. -Пойдём, Торпе. -Фиолетоволосый закончил отчитывать шатена, тот стоял весь зажатый и приниженный, однако когда парни начали уходить, кареглазый снова осмелел. -Чёрт! Этот Данчо только и умеет, что права качать и заявлять о себе, а посмел отругать меня, как малявку! Твоё высшее образование –не больше, чем пустой треп, иначе почему ты держишь у себя этого бездаря Торпе?! -Мужчина сказал это тихо, но златоглазый услышал его своим музыкальным слухом. Опять, опять он оскорбил Данчо, да как он посмел?! Юноша немного отстал от сопровождающего, обернулся к мужчине и сказал, чтобы только последний услышал: -Сегодня утром я сжёг свой дом. Никто не поверит, если ты скажешь, что это был я. -Что бл*ть?! -Перепуганный гражданин побежал в сторону своего дома. Хитроглазый обернулся на его крик. -Торпе, что произошло? -Н-не знаю… -Оппонент сощурил глаза. -Если ты так говоришь… Вряд ли начальник поверил его словам, однако до конца дня тот ничего не говорил и вёл себя, как ни в чём не бывало. Остальные музыканты обсуждали слухи об утреннем пожаре, высказывали разные предположения и догадки, но никто из них и близко не был прав. Как и сказал светловолосый, никто бы на него и не подумал, ведь паренёк с детства был слабаком и тряпкой, много кто издевался над ним и обижал, но никто из них не знал, что он изменился почти на 180 градусов. Он больше не был добрым и всепрощающим ко всем без разбору, только к Данчо он был таковым. Последний был первым, кому не было на него плевать, кто заботился о нём и любил, и в итоге пианист полюбил его тоже, но гораздо, гораздо сильнее, до одержимости. Наступил вечер, рабочий день закончился, все разошлись по домам, все, кроме златоглазого, тот решил ещё немного потренироваться, чтобы точно завтра на концерте идеально сыграть мелодию. Он спустился в оркестровую яму, чтобы взять ноты, но там он увидел тёмно-серый плащ, и сердцебиение юноши ускорилось. Сомнений быть не могло, это был плащ Данчо. Блондин аккуратно взял его и поднёс к носу, от ткани пахло одеколоном и кофе. Похоже, что тренировку придётся отложить, ибо фиолетоволосый редко что-то забывал, и надо было воспользоваться возможностью чтобы… Нет, он не может так сделать! Хитроглазый наверняка придёт в ярость, если узнает! Но если это так и останется в секрете… Похоть всё-таки взяла верх над ним, и пианист направился в свою комнату. Тем временем руководитель завершил деловую встречу с совладельцем театра и направлялся домой, когда почувствовал, что дуновение ветра ощущается слишком холодным. Он хотел укутаться в плащ, но осознал, что его нет. Вздохнув, парень развернулся и пошёл к театру, всё-таки лучше не оставлять элемент одежды там. Зайдя, он осмотрел оркестровую яму, но там плаща не нашёл, тогда он направился к комнатам музыкантов, подумав, что оставил пропажу в одной из них, но услышал то, чего совсем не ожидал. Стоны. Гнев охватил его. Кто смеет заниматься непотребствами в комнате его сотрудников?! Он шёл, прислушиваясь, пытаясь понять, откуда доносится звук, и дойдя до комнаты пианиста понял, что это оттуда. Этот извращенец смеет вытворять грязные вещи в комнате Торпе?! Он точно перешёл черту, ему не жить! Управляющий приоткрыл дверь и увидел то, к чему вот уж совсем не был готов. Сам владелец комнаты лежал на спине на полу со спущенными штанами, левой рукой он прижимал к носу его плащ, а правой удовлетворял себя. Только сейчас фиолетоволосый услышал, что подчинённый стонет его имя. -Данчо-сама… А… Ах…! Данчо-сама-а…! От увиденного начальник дико возбудился сам. Подумать только, так блондин чувствует то же самое, что и он? Он не мог отвести взгляд и отойти, а бугор в штанах требовал, чтобы с ним что-нибудь сделали. Не удержавшись, руководитель снял перчатку, расстегнул ширинку и начал ублажать себя, жёстко и быстро двигаясь, тяжело дыша, и продолжая подсматривать за музыкантом. Последний в свою очередь перевернулся на бок, накрыл плащом нижнюю часть лица, а левую руку завёл за спину и вниз, судя по всему стимулируя себя анально, его стоны становились громче. -А-ах…! Данчо-сама…! Я-я к-кончаю…! Возбуждение фиолетоволосого достигло предела, он начал двигать рукой ещё быстрее и через секунду кончил в неё. Отдышавшись, он вытерся платком, застегнул штаны, в последний раз посмотрел на запыхавшегося сотрудника, в бессилии лежащего на полу, и вышел через чёрный ход. На его лице всё ещё был румянец, дыхание всё ещё было сбито, но он выглядел спокойным и довольным. Плащ он так и не забрал, домой вернулся позже, но парень не жалел об этом, так как хорошо провёл вечер и узнал, что его пианист может ответить ему взаимностью.

На следующий день руководитель, как ни в чём не бывало забрал свой плащ, снова появившийся в оркестровой яме, ничего по этому поводу не сказав светловолосому. Последний вёл себя обыденно, не подозревая, что объект его любви знает все его секреты. Сегодня был день концерта, все суетились и волновались, инструменты перетаскивали на сцену, музыканты репетировали свои части, рабочие помогали с организационными вопросами. Четверо сотрудников несли пианино и случайно ударили его передней правой ножкой о стену и она отвалилась. Заметил это только тот сотрудник, со стороны которого произошла поломка, он по-быстрому подкатил опору к себе ногой и поднял с пола, и когда музыкальный инструмент ставили, парень подставил её на место. Скоро подошли златоглазый и желтоглазый, чтобы всё проверить, и тут случилось страшное. Видимо первый задел сломанную опору, пианино не выдержало и упало прямо ему на ногу. Парень сразу же закричал и заплакал, фиолетоволосый подлетел к нему и начал осматривать его травму, приказав позвать врача. Ступня пианиста распухла и на ней образовался огромный синяк. Прибежали люди из медпункта и подхватив раненного под руки увели его, начальник пошёл за ними. Ступню пострадавшего обработали, а затем сообщили плохую новость: -Ему нельзя наступать, или ещё как-то задействовать больную стопу. -Хитроглазый очень огорчился, ведь это значило что… -Торпе, ты ведь не сможешь сыграть свою часть? -Нет, я не смогу нажимать на педали… -Слёзы всё ещё стекали по его лицу, юноша пытался не шмыгать и не плакать, его обуревали одновременно и гнев и разочарование. Чтобы изменить тональности звука у пианино есть три педали снизу, на которые нужно нажимать, дабы правильно сыграть свою мелодию, а теперь он не может… Данчо чувствовал то же самое. Концерт не пришлось бы отменять, так как у него была готова замена, но ему было досадно от того, что сам блондин не сможет выступить. Управляющий видел, как музыкант старался, как не жалея себя репетировал, а из-за одной досадной случайности его труды пошли прахом. А случайность ли это была? Фиолетоволосый решил расспросить других сотрудников о том, что произошло. Большинство людей сами ничего не знали, но некоторые ответили что видели будто бы у рояля во время переноски отвалилась ножка и один из перетаскивавших приставил её на место. Так всё же в данной ситуации виноват один конкретный человек? Он обязан с ним разобраться и наказать. Хитроглазый спросил заведующего о личности тех, кто перетаскивали пианино и пошёл их искать. Спустя немного времени он определился с наиболее вероятным виновником и решил допросить его, найден был этот человек отдыхающим в коридоре. -Могу я поговорить с вами? -Сказал желтоглазый грозным и повелительным тоном. -Хорошо. -Оппонент выглядел спокойным, но если приглядеться, то можно было заметить, что он напряжён. -Это ведь вы отломали ножку у пианино и не сообщив мне, или заведующему, поставили её на место? -Ну да… -Почему вы так сделали? Вы ведь понимаете, что это нарушает нормы безопасности? -Я подумал, что это неважно и фортепиано простоит до конца концерта. Даже если бы я сказал о поломке, то меня бы просто наказали и точно также поставили бы ножку на место. -Сотрудник стал посмелее. -Нет, если бы вы кого-нибудь предупредили, то можно было бы найти более надёжную опору и предостеречь Торпе. -Данчо бушевал тихой яростью. Из-за глупости этого человека, объект его симпатии пострадал, он заставит его пожалеть! Нет, стоит держать себя в руках, просто надо заставить его извиниться и получить выговор. -Однако теперь вам остаётся только попросить прощения перед потерпевшим, а потом я сообщу обо всём начальству. -Начальству?! Я не виноват в случившемся, этот Торпе сам был неосторожным, только он виноват в том, что получил травму! Как я и сказал, если бы я сообщил о поломке, то результат не изменился бы! -Этот человек, он думает только о том, как бы его не наказали, его не беспокоит, что кто-то другой пострадал… Как же хотелось его… Но надо сдержаться. -Нет, это будет более чем справедливо, и я уже объяснил почему. Идите в медпункт и извинитесь перед Торпе, вам же будет лучше. -Фиолетоволосый старался сказать это наиболее грозным и угрожающим тоном, чтобы у оппонента отпало любое нежелание просить прощения, последний съёжился и боязливо отвёл взгляд. -У меня ещё остались дела, так что я пойду. Он ушёл, не кидая на сотрудника ни одного взгляда. Дойдя до концертного зала, начальник ещё раз проверил готовность оркестра. Заменяющий пианиста уже был здесь, все инструменты расставлены, музыканты готовы, можно было начинать. Фиолетоволосый должен был быть занят во время всего выступления. Блондин же продолжал лежать в медпункте, находясь в унынии и грусти всё то время, пока шёл концерт, хотя он даже не заметил, как пролетело несколько часов. Неожиданно для него в его палату кто-то вошёл, но он уже знал, кто это. Кому он ещё нужен, кроме Данчо? -Привет, Торпе. -Хитроглазый выглядел непринуждённым. -К тебе кто-нибудь заходил? -Нет. -Нет? -Руководитель воспылал яростью, чем напугал златоглазого, однако когда первый увидел выражение лица второго, то смягчился. -Торпе. -Ласково, но твёрдо продолжил он. -Придёшь ко мне домой после рабочего дня? -Светловолосый обомлел. -Д-д-домой к Дан-нч-чо-сам-ма…? -Тот моментально забыл обо всём на свете. -Да. -Как ни в чём не бывало ответил пригласивший. -Правда у меня будут дела и я не смогу тебя встретить, так что оставлю дверь открытой, можешь смело входить. Он находится на улице ******** -Вы у-уверены, что мне можно? -Уверен. Можешь прийти даже раньше, чем закончится смена. -Хорошо… -Хитроглазый попрощался и ушёл, а музыкант остался лежать в медпункте, правда теперь время для него текло невероятно медленно. Едва дождавшись часа до конца рабочего дня, он взял у врача костыли и пошёл к дому своего ненаглядного. На названной раннее улице его встретил двухэтажный деревянный дом белого цвета. Сердечко светловолосого затрепетало, как только он отворил незапертую дверь и вошёл внутрь. В коридоре находилась лестница на второй этаж, слева кухня, а впереди гостиная. Гость не смог удержаться, чтобы не обследовать каждый ящик, обыскать каждый уголок вышеприведённых комнат и заглянуть в каждую щель. Во время своего исследования он узнал много нового о владельце дома, например заметки карандашом на полях и смятые уголки книг указывали, что управляющий часто задумывается во время чтения, а следы гари на посуде говорили о том, что последний не умеет готовить, что было даже мило. Но где же сам домохозяин? Уж вечер близится, а его всё нет. Пианист сел на диван в гостиной и стал ждать. За окном слонялись сумерки, не давая разглядеть, что же происходит снаружи. Что у фиолетоволосого за дела такие, раз он так задерживается? Торпе начал беспокоиться, не случилось ли чего с ним. Вдруг он пострадал и не может позвать на помощь? Вдруг ему встретились плохие люди? Его беспокойство почти достигло пика, но благо в этот момент юноша услышал, как хлопнула дверь. На костылях он поспешил в прихожую, там он увидел своего руководителя, тот выглядел запыхавшимся и нервным, его плащ был чем-то испачкан. -Данчо-сама, что с вами? -Ах, Торпе… -Пришедший скомкал свой плащ и спрятал в шкаф, что было нетипично, ведь он всегда был аккуратным. -Извини, что заставил ждать. Я скоро пойду, а ты пока можешь взять конфеты, они на кухне в шкафу над раковиной. -Я знаю. -Тут же блондин закрыл рот рукой, уронив костыль. Он проболтался, что рылся в его вещах! Заведующий поднял бровь, но потом ехидно улыбнулся. -Мне стоило ожидать, что так и будет. -Музыкант был испуган и озадачен. Желтоглазый знал? Знал о его ненормальных наклонностях? Но он ни разу не подавал виду, возможно он знал о других его гнусных делах, о мести врагам, но не о любви к нему! Начальник не выглядел сердитым, или злым, он будто насмехался над беднягой, злобно шутил над ним. -Не трясись, иди в гостиную, я сейчас подойду и всё объясню. Златоглазый молча прошёл в комнату и сел на диван. Через несколько минут к нему присоединился руководитель. Они сидели почти вплотную друг к другу и не говорили, вошедший не торопился начинать диалог, играя не нервах оппонента. Последний не выдержал и начал сам. -Данчо-сама, ч-что вам известно? -Спросил он дрожащим голосом. -Мне известно почему ты вчера сначала опоздал, а потом задержался, а также о других подобных случаях~ -Пианист побледнел и замер в шоке. -К-как вы у-узнали…? -Очень просто. Всегда когда ты опаздывал, у людей, которые тебя обидели, происходило что-то плохое. То деньги пропадут, то картина окажется залита краской, то сеть полная рыбы порвётся, а вот недавно чей-то дом сгорел. Знаешь, мне показалось, что по окончании нашей встречи с погорельцем я своим музыкальным слухом слышал, что ты признался в содеянном и даже подразнил бедолагу сказав, что никто не подумает на настоящего виновника~ А вот насчёт твоих неоднозначных чувств я узнал только вчера. Было холодно, так что я заметил исчезновение своего плаща и вернулся за ним, но вот что я обнаружил вместо него… -П-п-п-простит-те… -По щекам светловолосого текли слёзы, он сжался и весь дрожал. -Не думал, что ты такой плохой~ Однако я ещё хуже… -А…? -Я тоже люблю тебя, я тоже представлял, как делаю с тобой и ради тебя нехорошие вещи и стыдил себя за это. Каково же было моё удивление, когда я узнал, что ты чувствуешь то же самое. -С этими словами он резко приблизился к музыканту и впился в его губы своими, мозг Торпе будто отключился, а парень просто застыл. Вскоре фиолетоволосый просунул в рот последнего язык и начал водить им. Светловолосый подумал, что находится в каком-то бредовом сне, бредовом, но прекрасном. Данчо признался ему в любви и поцеловал? Он не мог заставить себя шевельнуться и до конца поцелуя сидел как бревно. Когда хитроглазый отстранился, то посмеялся с его реакции, что заставило юношу прийти в себя. -П-почему вы вдруг решили с-сказать об этом…? -Потому что сегодня я решил перейти черту из любви к тебе. -Его голос стал серьёзным. -Что это значит? -Скорее всего завтра узнаешь. Ну а пока я бы хотел заняться кое-чем другим~ -К нему снова вернулось насмешливое выражение лица и ухмылка. -Чем? -Я ведь твой руководитель, а руководитель должен наказывать своих подопечных за ошибки, а ты совершил много ошибок~ -Наказать? -Златоглазый было снова испугался, но понял, что собеседник не обидит его. -Хорошо, накажите меня, как считаете нужным. -Тогда раздевайся~ -П-полностью р-р-раздеться?! -Да~ -Пианист аккуратно, стараясь сильно не задействовать больную ногу, встал с дивана и неуверенно начал снимать с себя одежду. Сняв с себя жилет и рубашку, он уже застеснялся, ему было неловко показывать свои тощие рёбра, округлый живот и розовые соски, но желтоглазому этого было мало. Блондин снял штаны с нижним бельём и густо краснея, предстал перед оппонентом полностью обнажённым. -Молодец~ Теперь вставай коленями на диван передо мной~ -Музыкант послушался, но понял, что в такой позе его половой орган будет находиться прямо перед лицом управляющего, и остановился в нерешительности. -Чего ты ждёшь? Ты знаешь, что надо делать. -Тон приказавшего стал строже и суровее. Торпе сделал то, что ему велели, несмотря на то, что был дико смущён. Заведующий слегка докоснулся губами до головки пениса светловолосого, от чего у последнего всё тело покрылось мурашками. Затем первый обхватил его член ртом, начиная двигаться вперёд назад, с каждым разом беря глубже. -Да-Данчо сама, что вы делаете?! -Наказываю тебя. -Не вынимая его пениса изо рта, ответил названный, при этом схватив спросившего за ягодицы. Златоглазый не мог поверить в происходящее, начальник на самом деле делает ему минет, о таком он даже мечтать не смел! Одна лишь мысль об этом доводила его до грани, ещё чуть-чуть и он бы достиг оргазма. -Данчо-сама, вытащите! А то я…! -Не приказывай мне, что делать… -Едва хитроглазый произнёс это, белая жидкость потекла ему в горло. Он с удивлённым видом отстранился и попытался всё проглотить. -И-извините! -Ты так быстро кончил, и минуты не прошло… -Тяжело дыша сказал желтоглазый, всё проглотив. -За это я должен ещё раз наказать тебя. -Как скажете, Данчо-сама. -Неа, теперь ты должен будешь называть меня хозяин~ -Хозяин… -Златоглазому не было стыдно произносить такое, наоборот что-то в этом было. -Правильно~ А теперь становись на четвереньки~ -На четвереньки? Неужели заведующий решил зайти дальше? В волнении и предвкушении музыкант выполнил его приказ, встав на колени и уперевшись руками о бортик дивана. Он услышал сзади звук расстёгивающейся ширинки и почувствовал, как к его заднему проходу что-то приставили. -Дан- Хозяин, а как же подготовка?! Нельзя же так сразу! -Почему нет? -И он вставил в парня свой прибор. Торпе вскрикнул от боли, слёзы выкатились у него из глаз. -Потерпи немного, я не буду сразу двигаться. -Подождав так пару минут, он начал совершать первые толчки. Сначала пианист чувствовал дискомфорт, но позже он сменился удовольствием. Каждый раз он громко стонал, когда половой орган фиолетоволосого достигал простаты, и вот опять парень был на грани. -Хозяин…! Я сейчас кончу…! -Уже? Так не пойдёт. -С этими словами он остановился, снял свой галстук и очень крепко повязал его у основания пениса пассива. -Продолжим~ -Не успел он снова разойтись, как светловолосый кончил, однако физически не смог. Узел на половом органе не давал семени выплеснуться, от чего музыкант испытывал сильнейшие экстаз и удовольствие, к этому добавилось ещё и то, что актив не остановился и продолжил двигаться. -А-а-ах…! Хо-хозяи-и-ин…! Ах…! А…! -Ты не можешь кончить, пока не кончу я, так что терпи. -Бедняга едва пережил эти несколько минут, прежде чем Данчо наконец излился в него, но даже так ему не дали нормально кончить. -Я хочу, чтобы ты сам ещё раз довёл себя до оргазма~ Торпе молча отполз к краю дивана и начал мастурбировать, прямо как тогда в театре, только теперь ощущения были в десять раз приятнее. Ему хотелось закончить как можно скорее, но как на зло, этого сделать не получалось, а управляющий сидел со своей фирменный ехидной ухмылкой кота и просто наблюдал за его страданиями. Наконец блондин смог довести себя до оргазма, и это удовольствие было невыносимым. -А-а-а…! Хоз-зяин, я сдел-лал то, что в-вы велели…! -Умница~ Ты заслужил награду~ -Он развязал галстук, наконец-то давая семени светловолосого выплеснуться наружу. Тот никогда не испытывал чего-то подобного, ощущения были настолько сильными, что он отрубился на месте.

Проснулся златоглазый в кровати, вымытый и в какой-то сорочке, которая была ему велика. Он тут же вспомнил о событиях прошлого вечера и где же он находится. Златоглазый попытался встать, его нога ещё побаливала, но опираться на неё можно было, так что он не стал брать костыли, которые кто-то заботливо оставил у кровати. Он вышел из комнаты и спустился вниз, из кухни доносились звуки готовки и несильный запах гари, там стоял желтоглазый и что-то готовил. Блондин постучал об дверной косяк и вошёл внутрь. -Доброе утро, Данчо-сама. -Приветливо сказал он. -Торпе? Да, доброе утро. -Тот тоже попытался звучать приветливо, но был слишком озадачен готовкой. Музыкант подошёл и взглянул на плиту из-за плеча готовившего, на ней лежал разорванный и слегка подгоревший блин, который последний поспешил убрать в тарелку к остальным таким же. -Данчо-сама, огонь нужно убавить, он слишком сильный. -С этими словами он протянул руку и убавил температуру конфорки. -Торпе, обращайся ко мне без суффикса и неофициально. -Просто п-по и-имени и на т-ты?! -Светловолосый отошёл от плиты в смущении. -Ага, мы ведь теперь встречаемся~ -Д-да, Данчо… -Пианист был рад этому столько же, сколько и смущён. -Я-я могу доготовить блинчики, если тебе сложно. -Поразмышляв немного, оппонент согласился и сел за стол, а спросивший занял его место. Попробовав тесто, пианист добавил туда молока и сахара. Налив на сковородку масла, он приготовил порцию вкуснейших блинчиков и подал их сидящему. -Угощайтесь~ -С радостью~ -Хитроглазый отрезал себе кусок и положил его в рот, выпечка была очень воздушной, нежной и сладкой на вкус, однако он чуть не подавился ею когда увидел, что его возлюбленный собирался есть его подгоревшие помятые блины. -Стой! Зачем ты их ешь?! Выброси! -Но ты ведь сам приготовил для меня эти блинчики… -Жалостно ответили ему. -Нет. Я приказываю тебе, выброси их. -Торпе понуро повиновался. Управляющий не понимал, как он мог с таким восхищением хотеть съесть его несъедобную стряпню и стакой грустью не хотеть есть свою великолепную готовку? Позавтракав, хитроглазый пошёл проверять утреннюю газету. Пробежавшись глазами по заголовкам, он нахмурился. -Так и знал, что напишут… -«Вчера вечером в 20:53 было найдено тело работника склада и грузчика по имени **** *********. У убитого отрезана левая стопа, остальные обстоятельства смерти ещё выясняются…» Стоит ли говорить Торпе? Рано или поздно он всё равно узнает, и если узнает не от него, то это лишь усугубит ситуацию. Руководитель вернулся на кухню и передал возлюбленному газету, последний начал читать её и в один момент принял обеспокоенное выражение лица, чем больше он читал, тем мрачнее становился. -Данчо, твои дела вчера… Это… -Названный молча кивнул. Блондин опустил голову, слёзы потекли по его щекам. -Зачем…? Зачем надо было это делать…? За что ты так с ним…? -Спрашивал он сдавленным голосом. -Потому что он ужасный человек, он эгоист, думавший только о себе. Миру будет лучше без него. -Нет… Так нельзя… Нельзя решать чужую судьбу… -Златоглазый всхлипывал и шмыгал, не пытаясь скрыть этого. Фиолетоволосый сел на колено перед ним о провёл рукой по его мокрой щеке. -Торпе, именно из-за этого человека ты вчера получил травму и не смог играть на концерте. Он не хотел нести ответственность за это и даже не стал извиняться перед тобой. Такие люди не приносят никому добра и пользы, так что не надо его жалеть. -Но… Но… -Тише-тише. -Желтоглазый привстал и прикоснулся своим лбом со лбом плачущего юноши. -Считай, что он был просто помехой на пути, ты ведь раньше не боялся такие помехи устранять? Сейчас ситуация точно такая же. Ничего страшного, если тебе не будет его жалко, никому больше не будет жалко, все о нём забудут, и тебе тоже стоит. Всё равно он нёс только негатив. -Точно ли это правильно…? -Думаешь, я буду тебе врать? -Нет, я верю тебе… -Пианист слабо, но искренне улыбнулся, руководитель улыбнулся в ответ. Они сблизились и соприкоснулись губами, постепенно углубляя поцелуй. Каждому из них было всё равно, если другой будет весь испачкан чужой кровью, ведь они любили друг руга, а любовь –это страшная сила.