Глава 46
17 апреля 2026 г., 13:13
Настоящее время
Вечер. Кухня. Я сидел над тарелкой с варёными пельменями и бессознательно запихивал их в рот, не чувствуя ни вкуса, ни запаха. Просто топливо. Прошло уже три недели. Три недели с того вечера на пустыре. И — ничего. Ну, почти ничего. Да, я читал в интернете, что восстановление после тяжёлых психологических травм — процесс небыстрый. Но от этого знания на душе не становилось легче. С тех пор, как я подарил ей тот уродливый браслет, она так к нему и не прикоснулась. Он так и лежал на своём месте, немой укор моей наивности. Может, он ей и правду не нравится? Или... или я просто ничего не понимаю. Не понимаю... Зачем я вообще всё это продолжаю? Она мне не родная. Не жена. Даже не человек. Но... но при этом она самый близкий друг. Чёрт возьми, она — самый близкое живое существо из всех, кого я вообще знал за свою жизнь. Я... я просто не могу её бросить. Я обещал. Эх... Но ведь это не может длиться вечно, правда? Скоро иссякнет мой отпуск, а там и деньги начнут истощаться, нависая дамокловым мечом. Как я оставлю её? Одну, в этой звенящей тишине? Вдруг случится непоправимое? Вдруг она... Нет, даже мысль эту гнать от себя, словно чумную. И в этой гнетущей симфонии — гул холодильника-баса, метроном часов и тишина, густая, как кисель — я продолжал жевать безвкусные пельмени. И тут... Показалось? Словно шорох доносится из гостиной... Показалось. Свихнулся уже в четырёх стенах, начал звуки миражные ловить... Но нет. Снова. Неотчётливый, но явственный — шарканье, волочение. Не от соседей. Из зала. Я окаменел, превратился в слух. Каждый нерв натянут струной. Всё существо впилось в тёмный прямоугольник двери. И вот... Медленно, словно призрак, возникла она в проёме. Ослабленная, немытая, исхудавшая, со спутанной гривой. Фиолетовая пони, которая, подняв голову, открыла мне своё залитое слезами лицо. − Т... Твайлайт? − выдохнул я, не веря своим глазам. − П... П... П... − она пыталась выдавить из себя что-то, судорожно глотая воздух. Я сидел не двигаясь, давая ей время. − П... П... Прости... И она рухнула на пол, как подкошенная, её тело сотрясали новые, ещё более горькие рыдания. − Прости... прости меня... прости... Я... я плохая пони... неправильная пони... прости... прости... Я не знал, что ответить. Все слова казались пустыми и ненужными. Но я должен был что-то сделать. И решился я на отчаянный шаг. Медленно, почти не дыша, я подобрался к ней, замеряя в сантиметрах дистанцию, отделявшую меня от её сжавшегося в комок тела. − Прости... прости меня... − Всё уже позади, Твайлайт. − сказал я тихо, но твёрдо, стараясь, чтобы голос не дрогнул, хотя самому хотелось разрыдаться от этого внезапного чуда. Она взглянула на меня — взгляд полный такого страха и раскаяния, что сердце перевернулось. Потом её взгляд упал на мою руку. Незначительное, едва уловимое движение копыта в мою сторону — целое сражение между страхом и доверием. − Я здесь. Всё кончилось. − повторил я, не отводя взгляда. И она, словно преодолевая невидимую стену, коснулась моей ладони кончиком копыта. Холодного, дрожащего. В ответ я осторожно, подушечкой большого пальца, провёл по его шершавому краю. Этот жест, крошечный и простой, стал для неё разрешением. Она снова разразилась рыданиями, но теперь уже уткнулась мордой в пол, её плечи судорожно вздрагивали. Ободрённый, я двинулся дальше — медленно поднёс другую руку к её спутанной гриве, давая ей каждую секунду на отпор. − Прости... прости... − бормотала она, уже почти беззвучно, заклиная своих внутренних демонов. Пальцы коснулись колтунов. Она дёрнулась, инстинктивно, но не отпрянула. Позволила моей руке лечь на её голову, позволила начать медленные, успокаивающие поглаживания. − Всё нормально... Всё уже хорошо... − шептал я. Слова рождались из огромного, почти болезненного облегчения, заполнявшего грудь. Я был счастлив. Бесконечно, безмерно счастлив просто иметь возможность снова говорить с ней. Снова понимать, что все было не напрасно.
