НЕправильная

      Сознание вернулось к Луне с резким, почти физическим толчком. Давящая глубина подсознания сменилась стерильной тишиной серой комнаты. Перед ней, на кровати, сидела Твайлайт, потирая виски. В её глазах плескалась та самая, знакомая теперь Луне, наивная пустота «Звёздочки».       – Ай... что... что случилось? – спросила она, моргая.       – Ты в порядке? – голос Луны прозвучал чуть хрипло от напряжения.       – Да... только я ничего не помню... мы... мы уже поиграли?       – О, да. Нам было весело. – Луна заставила себя улыбнуться, натягивая маску спокойствия. – Ты не помнишь?       – Нет... я... я не помню веселья. – лицо Звёздочки исказилось от зарождающейся паники. Она схватилась за голову. – Как... как это...?       – Всё в порядке... – Луна сделала шаг вперёд, опускаясь на одно копыто перед кроватью. – Я... я, видимо, забыла тебя предупредить и сказать, что такое может быть. Но поверь мне ― тебе было очень весело... особенно твоей маме.       Манипуляция продолжала сработать безотказно. Страх быть «плохой» и упустить одобрение Селестии пересилил смятение.       – Ну... ну хорошо. Раз так, то хорошо. – Звёздочка выдохнула, её тело расслабилось.       Луна позволила себе аналогичный выдох. Первая часть была пройдена. Но время истекало.       – Знаешь, я тут кое-что ещё вспомнила... – начала она, делая вид, что её осенило. – Ты же не была снаружи?       – Нет, но мама обещала меня туда вывести. – с лёгкой обидой в голосе ответила Звёздочка.       – Вот. Я как раз и за этим пришла. Мы пойдём погуляем... и я тебя познакомлю с хорошими пони.       – Правда? – глаза Звёздочка расширились до предела, в них вспыхнул восторг. – Другие хорошие пони?       – Конечно, правда. Только мы должны вести себя тихо... Вокруг много и плохих пони, что могут напасть на нас... Но ты не волнуйся, я тебя буду защищать, чтобы мы встретились с мамой.       – ТЫ ОТВЕДЁШЬ МЕНЯ ТУДА, ГДЕ РАБОТАЕТ МАМА?! – Звёздочка чуть не подпрыгнула на месте от счастья.       – Конечно. Честное слово.       – УРА!.. – её крик эхом разнёсся по стерильной комнате. – Так... что мне брать с собой? Игрушки...       – Не нужно. – быстро остановила её Луна. – Там много игрушек.       – Хорошо... а мне... – Звёздочка замолчала, её взгляд ускользнул за спину Луны, и её лицо озарилось сияющей, бездумной радостью. – О, мама пришла!       Луну будто обдали ледяной водой. Каждый мускул в её теле напрягся. Она медленно, очень медленно, повернула голову.       В пустотах комнаты, где не было совершенно ничего, появилась она. Безупречная, величественная, с лёгкой, тёплой улыбкой, в которой читалась бездна абсолютной власти. Её радужная грива колыхалась в невидимом течении магии.       – Луна? – бархатный, сладкий голос Селестии прозвучал как приговор. – Что ты делаешь здесь, с моей маленькой Звёздочкой?       – Мама! – та, словно щенок, сорвалась с кровати и помчалась к Селестии, жадно прильнув к её ноге в ожидании привычного «поощрения». – Нам было так весело! Правда, я не помню ничего...       – Не помнишь? – Голос Селестии оставался бархатным, но была нотка беспокойства.       – Да, извини меня... я... я хотела сделать тебе сюрприз... и Луна сказала, что если я произнесу слова и доверюсь ей, то тебе будет приятно.       – Оу... – Селестия медленно перевела взгляд на Луну. Её улыбка не дрогнула, но в глазах застыла ледяная гроза. – Правда, Луна? Так ты заботилась о моей дочке?       Луна почувствовала, как по её спине пробежал ледяной пот. Она заставила себя улыбнуться в ответ, надев маску покорной сестры.       – Эм... да, конечно. Ты столько о ней рассказывала...       – Но, Луна... – Селестия сделала лёгкий, почти невесомый шаг вперёд. – Я тебе... ничего не говорила про Звёздочку... Откуда ты узнала, где она находится?       – Разве? Ты ведь мне только вчера об этом...       – Луна-Луна... нехорошо врать сестре... Ведь ты это знаешь...       В её голосе не было гнева. Была лишь разочарованная констатация факта, от которой кровь стыла в жилах.       – Мама? – дрожащий голосок Звёздочки прозвучал совсем тихо. Она сжалась, чувствуя нарастающее напряжение.       – Да, моя зайка? – Селестия не отводила взгляда от Луны.       – Что... что происходит?       – Ничего страшного... Просто... эх... – Селестия с грустью покачала головой. – Просто это не та Луна, что хорошая пони.       Слова сработали как выключатель. Испуг в глазах Звёздочки сменился животным ужасом и немедленным отторжением. Она отпрянула от вида Луны, как от огня, и спряталась за хвост Селестии. Всё её тело тельце окатила дрожь.       – ТЫ... ТЫ ПЛОХАЯ ПОНИ?!       – Нет, Звёздочка, я... – попыталась было сказать Луна, но та лишь сильнее вжалась в ногу своей «мамы».       – Ай-яй-яй, Луна. – с притворной печалью протянула Селестия, гладя Звёздочку по гриве. – Как нехорошо-то пугать тех, кто слабее тебя.       И вот тут Луна не выдержала. Маска спокойствия сорвалась, обнажив всю накопленную ярость, боль и отвращение.       – А тебе, значит, можно всё и даже больше? Например ломание невинных душ?       Селестия на мгновение прищурилась, а затем рассмеялась. Лёгкий, серебристый смех, который когда-то согревал Луну, а теперь звучал как издевательство.       – Не совсем... – она с наслаждением растянула слово. – Если ты про Твайлайт... то она мне была как равная. Так что не вижу смысла сравнивать меня с монстром... если ты захотела это сделать...       – Даже так это не даёт тебе права распоряжаться её жизнью как тебе угодно! – голос Луны гремел, эхом отражаясь от голых стен, наполняя комнату неприкрытой яростью.       – А разве я её ломала? – Селестия с лёгкой, почти театральной грустью обняла дрожащую Звёздочку, которая прижималась к ней, как к единственному укрытию. – Посмотри... Она прячется за мной. Она хочет быть со мной. Она счастлива со мной.       – Счастлива? Ты это называешь счастьем? Селестия. Это не счастье. Это обман, замаскированный под счастье! Принудить пони бояться других и любить только себя и каких-то «хороших» пони... это насилие...       – Луна... – Селестия покачала головой. – Ты думаешь, я делаю это только для себя? Это... отчасти так, я знаю... Но... но я это делаю и ради неё тоже...       – Селестия... Это... не... свобода...       – Ты судишь по тому, что происходит сейчас, но не думаешь, что будет дальше – продолжила Селестия, её взгляд стал отстранённым. – Звёздочка должна будет стать взрослой. Она заново начнёт учиться, развиваться и станет той, кем она должна быть ― хорошей и правильной пони.       – Нет... – Луна сжалась, её крылья нервно дёрнулись. – Ты не просто выращиваешь очередного раба... ты... ты полностью её переписываешь... всю её жизнь... маскируя под свободу... это и есть жизнь раба.       – Ох, Луна, ну пожалуйста, хватит называть её рабом...       – А как это называется, как не рабство?       – Это забота.       – ДА? – Луна зашла с другой стороны, её взгляд пристально впился в сестру. – То есть то, что ты буквально за неё выбрала хороших и плохих, это свобода?       – Хм, ну знаешь ли. Маленькие жеребята тоже не знают, что хорошо, а что плохо. Их этому учат. И не важно, правильно их этому учат, или их обманывают... Они в будущем уже сами решают ― принять факт и жить с ним... или избавиться от него.       – Я всё ещё не верю в то, что ты несешь... – прошептала Луна, чувствуя, как её тошнит от этой извращённой философии. – Это настоящая ахинея... Какие дети? Она была взрослой пони!       – И она могла выбрать остаться собой... – тихо, с лёгким намёком сказала Селестия, и её взгляд внезапно стал пронзительным. – У неё всё ещё есть выбор... Ведь... ведь именно это ты собралась ей дать? Ещё один шанс на борьбу...       Луна замолчала. Воздух вырвался из её лёгких. Селестия знала. Возможно, не все детали, но суть — угадала.       – Да...       – И она согласилась?       Пауза затянулась. Луна видела, как Твайлайт смотрит на неё полными страха глазами «Звёздочки». Но за этим страхом, в самых глубинах, она видела и другую Твайлайт — ту, что сказала «играть так играть».       – ...Да.       Селестия опустила голову... и внезапно её тело начало дёргаться, сотрясаться в странном, неконтролируемом спазме.       – Мама? – испуганно прошептала Звёздочка, прижимаясь к ней. – Тебе... тебе хорошо?       И тут Луна почувствовала запах. Тот самый, сладковато-едкий, отвратительный запах, который она ненавидела всей душой — запах извращённого возбуждения, смешанный с магией.       Селестия подняла голову, тяжело и прерывисто дыша. Её глаза были закатившимися, на щеках играл болезненный румянец.       – Ах... ах... Даже полностью сломленной... она хочет бороться... победить меня... – её голос был хриплым, полным нездорового восторга. – Ах... ах... Как же... как же это возбу... АХ...       И по её бёдрам, а затем стекая по задним копытам, полилась вязкая, прозрачная жидкость, с каплями падая на идеально белый пол, оставляя мерзкие, блестящие следы.       Звёздочка смотрела, не понимая, почему мама выглядит такой... счастливой, когда её обзывают и хотят остановить.       На лице Луны застыла гримаса абсолютного ужаса и глубочайшего отвращения. Это было хуже, чем любая жестокость. Это было... осквернение.       – А ты... Луна... – Селестия перевела на неё блаженно-мутный взгляд, её грудь тяжело вздымалась. – Ты тоже... Я... ты всё еще заставляешь восхищаться собой... Такая маленькая... робкая пони... хочет наказать и остановить свою плохую... грязную...       – НЕ СМЕЙ ЭТОГО ГОВОРИТЬ! – рёв Луны был полон такой первобытной ярости, что невидимые стены, казалось, содрогнулись.       Селестия замолчала, лишь тяжело переводя дух, наслаждаясь последствиями своего оргазма. Постепенно её дыхание выравнивалось, а взгляд снова становился ясным, холодным и всевидящим.       – Селестия. – голос Луны дрожал, но был твёрд. – Я не хочу с тобой драться. Но и отступать я больше не намерена. Я освобожу Твайлайт. Я остановлю тебя и твой развратный режим. Я верну нормальную, настоящую Эквестрию...       – Луна... – Селестия выпрямилась во весь свой исполинский рост, сбрасывая с себя остатки экстаза, как змея старую кожу. Её голос снова приобрёл бархатную, менторскую мягкость. – Перед тем, как я задам тебе вопрос... оглянись вокруг. Ну... не именно на пустотные стены... а метафорически. На всю Эквестрию. И посмотри ― все счастливы. Все любят и меня, и друг друга. Везде дружба. Нет войн, нет раздора. Магия, веселье. Нет того мира, где каждый хотел чего-то своего, желая быть замеченным, устраивая потасовки и творя только то, что ему вздумается... – Она сделала паузу, давая своим словам проникнуть в самое сердце. – Так теперь ответь мне... Ты хочешь превратить прекрасную, умиротворённую Эквестрию в мир, где нужно бороться со своими внутренними проблемами? Где нужно совершать ошибки и думать, что ты сделал что-то не так... не так, как все? Что плохого в том, что все беззаботно счастливы?.. Разве... жестокий старый мир лучше этого?       Вопрос повис в воздухе, отравленный ложью, замешанной на правде. Это был выбор между красивой, вечной ложью и уродливой, трудной правдой.       И Луна, глядя в глаза сестры, ответила без тени сомнения. Её голос был тихим, но он нёс в себе силу тысячелетнего заточения и вновь обретённой воли.       – Да... Ведь именно в этом и заключается смысл жизни. В борьбе. В ошибках. В праве быть не таким, как все. В праве быть собой, даже если это уродливо, больно и неправильно. Твой «рай» ― это тюрьма для души. А я предпочитаю ад свободы.       – Ах... ах... Какие... ах... прекрасные слова, дорогая сестра... – выдохнула Селестия, и в её глазах снова вспыхнул тот же болезненный восторг. – Но... но именно из-за них я должна тебя остановить...       Её рог вспыхнул ослепительным, почти жёлтом сиянием. Не было никакого предупреждения, только сокрушительный луч чистой, концентрированной солнечной энергии, устремившийся прямо в Луну.       Та едва успела отпрыгнуть в сторону. Горячий ветер обжёг ей бок. Её собственный рог загорелся в ответ, и тёмно-синий луч, холодный и собранный, вырвался навстречу.       – А говорила, что не будешь сражаться со мной – с лёгкой насмешкой бросила Селестия.       – Я не намерена больше отступать!       Два потока магии ― золотой и синий ― столкнулись в центре комнаты с оглушительным рёвом. Воздух затрещал, пространство исказилось. Но, как и предсказывала Селестия, её мощь была подавляющей. Золотой луч неумолимо теснил синий, приближаясь к Луне.       – Луна, ты же знаешь, я сильнее тебя! – голос Селестии был спокоен, почти скучающ. – Ты находишься на моей территории! У тебя нет плана! Нет того, кто тебе бы помог! Ты не сможешь освободить Твайлайт от её новой реальности!       Напряжение достигло пика. И тогда, в точке соприкосновения рогов, раздался оглушительный взрыв. Волна энергии отшвырнула Луну через всю комнату. Она с грохотом ударилась о невидимую стену и рухнула на пол, чувствуя, как из неё вышибает весь воздух, а в висках пляшут звёзды.       Селестия медленно, неспешно пошла к её сломленному телу, оставив Звёздочку дрожать в стороне.       – Старая Твайлайт погибла. Это большая потеря... – констатировала она, глядя сверху вниз на Луну. – Она была сильной... но недостаточно... Она не справилась со своими эмоциями...       – Пытка любого сведёт в могилу. – с хрипом выдохнула Луна, пытаясь подняться.       – Да неужели? – Селестия наклонила голову. – А что насчёт тебя? Тысяча лет на Луне, в полном одиночестве... И посмотри на себя ― словно и ничего не было.       – Я смогла перебороть себя! – с трудом поднялась на копыта Луна, её ноги подкашивались. – Принять то сумасшествие, что творилось со мной в первые триста лет... Приняв свою сущность...       – Но Твайлайт и приняла свою новую сущность...       – НЕТ! – крик Луны был полон отчаяния и ясности. – Ты её заменила! Она ничего не принимала!       И в этот миг, глядя на торжествующее лицо сестры, нависшее над ней, на дрожащую в углу «Звёздочку» и чувствуя тяжёлую, фиолетовую искру настоящей Твайлайт у себя в груди, до Луны дошло. Страшное, отчаянное, единственно возможное понимание.       Она не сможет вытащить Твайлайт отсюда силой. Не сможет победить Селестию в лобовой атаке. План «освободить и сражаться» мёртв.       Но был другой путь. Последний. Тот, что она отвергала как слишком рискованный. Тот, что требовал не силы, а... отпускания.       «...Мне всё ещё хочется въебать той суке за то, что она со мной сделала...»«...Если выбирать — умру я через неделю здесь... или умру в своём теле через 10 минут, когда буду надирать зад Селестии... я выберу второе...»«...Я выберу второе...»       Луна глянула на сестру. Не с ненавистью. С решимостью.       Она не сможет спасти Твайлайт здесь. Но она может дать ей шанс спасти себя там. Дать ей шанс на жизнь. Ценой всего.       – Ну... Луна... – голос Селестии был сладок, как яд, её тень накрыла обессиленную сестру. – Ты готова продолжить бой... Продолжишь радовать меня? Или всё же огорчишь свою сестру?       Это был рисковый план. Шанс на миллионы. Миллиарды. «Собрать флэш-рояль у дилера, что мухлёжно тасует карты в день, когда на небе парад планет». Это было невозможно. Абсурдно. Безумно. Но это был единственный шанс. Единственный способ дать Твайлайт пожить той самой свободной, «беззаботной» жизнью, о которой она мечтала. Дать ей тот самый выбор, который у неё отняли — жить или умереть.       Мысль пронеслась в сознании Луны со скоростью света, и решение стало таким же ясным и неотвратимым. Она не могла победить Селестию в честном бою. Поэтому остаётся только украсть главный приз.       – Прости, сестра... – прошептала Луна, и её голос был полон не извинений, а ледяной решимости. – Вынуждена тебя порадовать.       Её рог вспыхнул. Но это был не луч атаки. Это была ослепительная, белая вспышка чистого света, направленная прямо в глаза Селестии. Та инстинктивно отшатнулась, на мгновение ослеплённая.       Этой доли секунды хватило.       Луна не стала телепортироваться к выходу или пытаться атаковать. Вместо этого она мгновенно материализовалась прямо за спиной дрожащей Звёздочки. Она не схватила её грубо — её копыта обняли аликорна в стремительном, безжалостном движении.       – Мама?..       Их взгляды встретились на долю секунды — шокированный, полный предательства взгляд «Звёздочки» и полный неизбывной скорби и решимости взгляд Луны.       Затем пространство сомкнулось вокруг них в очередной ослепительной вспышке телепортации. Комната опустела, если не считать золотистых пятен на полу и Селестии.       Принцесса, протерев глаза, уставилась на пустое место, где только что стояла её «дочка». На её лице не было ни ярости, ни шока. Лишь медленно расползающаяся, леденящая душу улыбка. Охота, настоящая охота, только что началась. А её сестрёнка, похоже, наконец-то научилась играть по-настоящему.       

***

      Ослепительная вспышка света разорвала пространство в одном из бесчисленных коридоров Кристального Замка. Из неё, едва не падая, вырвалась Луна, её синие крылья были расправлены для баланса. За её спиной, в сфере сияющей магии, билась и выла Звёздочка.       – Где... где мы? Где мама?!       Луна не отвечала. Её взгляд метнулся по кристальным стенам.       – Подвал. – бормотала она себе под нос, лихорадочно озираясь. – Подвал, где же подвал...       – ПУСТИ! ПУСТИ МЕНЯ! – Звёздочка яростно дёргалась, её копыта и крылья беспомощно били по внутренней поверхности магической сферы. – МАМА! МАМА!       – Прекрати, иначе сделаю тебе неприятно! – рявкнула Луна, заворачивая за угол.       – НЕТ! МНЕ УЖЕ НЕПРИЯТНО! МАМА!       Резко повернув в очередной коридор, Луна с размаху врезалась в другую пони. Удар был несильным, но обе отшатнулись. Луна подняла взгляд и замерла.       Перед ней стояла Твайлайт. Та самая, умная, собранная, с аккуратной гривой и любопытным, немного нервным взглядом. Версия, что создана для отвода глаз.       – Оу... Принцесса Луна? – та проморгалась, потирая ушибленное плечо. – Что... что вы здесь...       – ПУСТИ! ПУСТИ! ПУСТИ! ПУСТИ! – вопли пони из магической сферы оглушали коридор.       Твайлайт из реальности с удивлением уставилась на свою собственную, обезумевшую копию.       – Луна, это что... я?       – Твайлайт! Не задавай вопросов! Где подвал?!       – Он... он прямо по коридору и лестница вниз... – машинально ответила Твайлайт, указывая копытом. – А зачем вам...       Она не успела договорить. Быстрое, точное движение копыта Луны пришлось ей в висок. Глаза Твайлайт закатились, и она безжизненно рухнула на каменный пол.       – Ты всё равно не настоящая. – с ледяным спокойствием констатировала Луна, переступая через её тело и пускаясь галопом в указанном направлении. Настоящая Твайлайт была с ней. Всё остальное — лишь бледные тени, созданные её сестрой.       – ВЕРНИ! ВЕРНИ МЕНЯ ДОМОЙ! – заливалась слезами Звёздочка в сфере. – ТЫ, ПЛОХАЯ, ПЛОХАЯ ПОНИ!       – А ну, хватит реветь! – огрызнулась Луна, слетая вниз по крутой лестнице. – А то я разозлюсь не на шутку!       – ТЫ И ТАК ЗЛАЯ!       – Проклятье! – вырвалось у Луны, её копыто с силой ударило по пыльному полу. – Где же ты спрятала портал? Почему я не додумалась спросить у тебя там!       В магической сфере Звёздочка уже не кричала, а рыдала, захлёбываясь слезами, словно загнанный, обезумевший жеребёнок. Её всхлипы эхом отдавались в каменных стенах подвала.       Луна тяжело вздохнула, чувствуя, как её собственная решимость начинает давать трещины под грузом этого детского, искреннего ужаса. Но отступать было некуда.       – Ладно. – прошептала она, больше для себя. – Лучше прекратить эти мучения.       Её рог снова вспыхнул. На этот раз из него вытянулась не грубая сфера, а тонкая, почти невесомая белая нить. На её кончике пульсировала та самая, драгоценная фиолетовая искра ― квинтэссенция настоящей Твайлайт, которую она вынесла из глубин её разума. Нить медленно поплыла по направлению к заточённой «Звёздочке».       Та, увидев приближающееся сияние, забилась в истерике.       – НЕТ! НЕТ! НЕ НАДО! НЕТ! – она отчаянно мотала головой, прижимаясь к невидимой стене.       – Это не больно.       – ТЫ МЕНЯ ОБМАНЫВАЕШЬ! ЭТО БОЛЬНО! НЕТ! А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!       И в тот миг, когда кончик магии с фиолетовой искрой почти коснулся лба Звёздочки, произошло неожиданное. Её собственный рог вспыхнул ослепительным, яростно-фиолетовым светом. Волна дикой, неконтролируемой магии, рождённой отчаянием и страхом, вырвалась наружу и с громким хлопком разорвала магический пузырь Луны.       – Только не это... – прошептала Луна, заслоняясь крылом от внезапного всплеска энергии.       Когда свет рассеялся, сфера была пуста. Звёздочка исчезла.       – Она что, телепортировалась?! – в панике огляделась Луна. Коридор подвала был пуст.       – Мама? Мама, где ты? – донёсся испуганный, приглушённый голосок... откуда-то из-за каменной стены.       Луна подошла к тому месту, откуда доносился звук... и её копыто не встретило сопротивления. Оно прошло сквозь камень, как сквозь дымку.       – Фантомная стена? – она провела копытом по иллюзорной поверхности, не чувствуя ничего, кроме лёгкого покалывания магии. – Мне сегодня и вправду «везёт».       Шагнув внутрь, она оказалась в потайной комнате. В одном углу стоял простой стол, заваленный древними фолиантами, а на нём ― хрустальный шар, мерцавший тусклым светом. Но её взгляд сразу приковало к другому объекту― странному, асимметричному устройству в другом углу, собранному из блестящих металлических прутьев и светящихся кристаллов. Порталу.       И у самой стены, прижавшись в комок, с глазами, полными животного ужаса, сидела Звёздочка.       – НЕТ! НЕ ПОДХОДИ КО МНЕ! – она оскалилась, словно загнанный зверёк.       – Твайлайт, это не будет...       – НЕТ!!!       – Эх... Кого я спрашиваю...       И она действовала. Молниеносно. Без предупреждения. Тот самый щуп с фиолетовой искрой на конце рванулся вперёд и коснулся лба пони.       Не было взрыва, не было крика. Лишь короткая, яркая вспышка. Тело Звёздочки дёрнулось, её глаза на мгновение закатились, и она безвольно рухнула на пол, погружённая в глубокое, магически вызванное беспамятство.       Тишина. Луна стояла над бездыханным телом, слушая лишь тяжёлое биение собственного сердца. Последнее, что она сделала ― сняла, наконец, этот треклятый ошейник с ее шей.       Всё. Часть её безумного плана была выполнена. Самая простая. Теперь начиналось самое сложное.       Быстрым, почти бегущим шагом она подошла к магическому шару и резким движением активировала его. Поверхность замутилась, а затем проявилось изображение. Маленькая, захламлённая комната. И в ней — был человек. Он выглядел раздражённым, его лицо искажала гримаса.       «Твою мать! Ебаное пиво!» – донёсся его голос, искажённый статикой межмирового контакта.       Луна скептически прищурилась.       – И это тот, кто тебя «зацепил» своей обычностью? – она с сомнением наблюдала, как он смотрит на желтую лужу на полу, затем с решительным видом отправляется на кухню и начинает набирать воду в ведро.       Она покачала головой. Сентиментальности сейчас не место.       – Ладно, мне некогда смотреть это.       Отвернувшись от шара, она принялась лихорадочно перебирать стопки книг на столе.       Для того, чтобы заклинание сработало, требовалось время... время, которого у неё не было. Без этого Твайлайт была беспомощна, а Селестия уже наверняка поднялась на поиски.       – Твайлайт. – бросила она взгляд на неподвижное тело у стены. – Молись звёздам, чтобы я нашла способ активировать портал... если ты, конечно, оставила его здесь...       Её слова потонули в бормотании, доносящемся из шара.       «...Спрашивала мама… «как ты будешь без девушки?» А вот как. Живу? Живу. Кайфую? Еще как? Не одиноко мне?..»       Луна старалась не обращать внимания, вчитываясь в выцветшие чернила. И вдруг её взгляд упал на страницу с необычными схемами. Похоже на то, что нужно! «Устное руководство по устройствам пространственного смещения»? Твайлайт не была бы твайлайт, если бы не сделала подобного.       «...Одиноко... Но блин. Девушки сейчас ― это полное нечто. То разукрашенные нефоры и альтушки, то милфы, что... может, на мое горе, где-то очень далеко от меня... Да и если есть, то не такие, как все их описывают...»       Луна лишь фыркнула, с отвращением отмахнувшись от этого потока тоски и цинизма, и продолжила листать.       «...Да ну. Думать надо позитивно... Вот... ну, например, представлю ― откроется вот внезапно портал в мой мир... да вот прямо в квартиру – кого бы я хотел увидеть из него?»       Луна замерла. Копыто, скользивший по строке, остановился.       Ей не послышалось? Он только что сказал... «портал»? Конечно, это было лишь пустое фантазирование, но сама формулировка... это было слишком. Слишком много совпадений за один день.       Она с силой тряхнула головой, словно отгоняя наваждение.       – Чушь. – прошептала она и снова уткнулась в манускрипт. – Так... так... вот! «Подать магический импульс на основной магический кристалл. Он даст первый толчок...»       Бросив книгу, она подбежала к порталу. Её взгляд метнулся по конструкции, выискивая центральный фокус. И она нашла его — крупный, не огранённый кристалл, тускло мерцавший в основании устройства. Не раздумывая, она коснулась его рогом и послала короткий, мощный импульс магии.       Кристалл дрогнул и вспыхнул ровным, ярким светом. Механизм загудел, вибрация прошла по всей конструкции. Это был лишь первый шаг, но он работал.       – ЛУ-У-УНА-А! – раздался приглушённый, но оглушительно громкий голос, прокатившийся эхом по всем коридорам и сквозь толщу камня. – Я ЗНАЮ, ТЫ ЗДЕСЬ! Я ТЕБЯ НАЙДУ... И Я ТЕБЕ ОБЕЩАЮ... Я ТЕБЯ НЕ ТРОНУ!       Это был голос Селестии. Не гневный, не яростный. Он был полон сладостного, хищного ожидания. Она была уже в замке. И она была «счастлива».       Луна, не обращая внимания на крик, как одержимая впилась глазами в книгу, её копыта дрожали, перелистывая страницы.       – ...Подайте магический поток на основной вал, чтобы создать достаточную мощность для подпитки магии извне и активирования портала. Рисунок 2.       Взгляд ― секунда на схему. Она рванулась к порталу, к массивному, инкрустированному рунами валу в его основании. Её рог вспыхнул, и сгусток энергии ударил в механизм. Вал с скрежетом и гулом пришёл в движение, набирая обороты. Портал заискрился, в его центре закрутилась мутная, переливающаяся воронка.       – Отлично...       – ЛУНА! Я СЛЫШУ ТЕБЯ! – голос прозвучал уже гораздо ближе.       – Святые звёзды... – прошептала Луна, чувствуя, как ледяная паника сжимает её горло. Она была на пределе. – Так... поставить шар... поставить шар!       Она схватила хрустальный шар со стола и помчалась обратно к порталу. Из него доносился задумчивый голос:       «Хм... мда... мечты... Такими женщинами только восхищаются… жизни не построишь...»       Луна поставила шар на специальное углубление в основании портала, туда, где, как она надеялась, ему было место. И это сработало. Магические щупальца энергии потянулись от механизма к шару, впитывая его межмировую связь как координату. Воронка в центре портала стала чётче, закрутилась быстрее, вырисовывая синее очертание прохода.       – Ну... ну, сколько там... – её взгляд снова метнулся к книге, скользя по строчкам. – 1 минута!?       – ЛУНА! Я УЖЕ ЗДЕСЬ! – голос прогремел прямо за спиной, с другой стороны фантомной стены. Послышался звук шарканья копыт ко камню ― Селестия нашла вход.       И вот она появилась в проходе. Её взгляд, теплый и всевидящий, скользнул по неподвижному телу Твайлайт, затем перешёл на Луну, и, наконец, остановился на мерцающем портале за её спиной.       – Ну надо же... – её губы растянулись в удивлённой, почти одобрительной улыбке. – Я даже не думала, что Твайлайт решилась повторить трюк Сансет Шиммер. Только, похоже, в куда большем масштабе.       Луна, не отводя от сестры взгляда, схватила магией тело Твайлайт и притянула его к себе, прямо к краю портала.       Селестия молниеносно взмахнула крыльями, ринувшись вперёд, но встретила непреодолимую преграду ― плотный, сияющий синим светом магический щит Луны, который закрывал и её, и всё пространство вокруг заряжающегося портала.       «А если... Что греха таить, раз мечтать, так на полную. Так... с кем из пони-девок я бы жил?»       Луна непонимающе взглянула на шар. Откуда он... знал про пони?!       – Так-так... а это у нас кто? – с искренним любопытством протянула Селестия, вглядываясь в изображение. Её интерес к сестре словно улетучился.       «Ну... принцессы не... переживут меня, и наверное, слишком уж они... возвышенные. Но если выбирать, то Луна... Она вайбовая. Селедка, конечно, в пролете ― жопкой не поместится в мой дверной проем, хе-хе»       Луна смущённо поникла от недоумения и странного чувства смущения, но изо всех сил продолжала удерживать щит. Селестия же издала короткий, хищный смешок.       – Вот это да... Есть другой мир, где знают о нас... И, как я погляжу, тебя там больше лелеют. Ведь... хи-хи... как он выразился, «жопкой не помещусь в его дверной проём».       «Так... из основной шестерки... Твайлайт!»       Теперь Луна выглядела совершенно ошарашенной. Это уже не могло быть совпадением.       «Да. Она умная, добрая, крутая, всё порешает, с ней скучно точно не будет.»       – Вот это поворот, правда, сестра? – Селестия с наслаждением наблюдала за замешательством Луны. – Чужак из другого мира, кажется, влюбился в Твайлайт... Но боюсь его огорчить... – её голос внезапно стал низким и опасным. – ...Она моя.       И она ударила. Ослепительный луч солнечного света, сконцентрированный в на конце рога, вонзился в щит. Тот взвыл, и по его поверхности поползла первая, зияющая трещина.       – Луна, ты не выдержишь... – ещё один удар. Трещины расходились, как паутина. – Это конец.       И Луна это понимала. Её силы были на исходе. Максимум два удара ― и щит падёт. А порталу всё ещё нужно время! Отчаяние сдавило ей горло ледяным копытом.       И в момент, когда Селестия заносила рог для атаки, маленькое, безжизненное копыто Твайлайт, лежавшее у ног Луны, дёрнулось. Луна посмотрела на неё. Заклинание почти сработало. В глубинах её разума настоящая Твайлайт боролась за сознание.       − Твайлайт, – думала она про себя, её внутренний монолог был единственным убежищем от нависающего краха. − Я должна извиниться перед тобой. За то, что не была до конца честной. Я знаю способ, как вытащить тебя из твоей тюрьмы без последствия саморазрушения. То, что было создано Селестией ― это ложная любовь. Ложная ты... Но если... если ты выберешься... испытаешь настоящие чувства... вкус жизни... есть шанс, что когда ваши сущности сойдутся... твоя настоящая любовь победит ту, навязанную... но при этом оставит больные шрамы... с которыми придётся бороться долгое время...       Селестия ударила лучом ещё раз. Трещин было так много, что сквозь них уже почти не было видно её торжествующего лица. Щит вот-вот должен был рассыпаться.       − Твайлайт. Это эгоистично. Бросать тебя в другой мир, когда я обещала бросить тебя в бой...Бросать на произвол жизнь Эквестрии... Да... Но я не могу. Я вижу надежду. Ничтожную, никчёмную надежду, что вряд ли сбудется. Случайности не случайны... И если тот человек действительно верит тому, что говорит, а ты... если ты поверишь в него и в то, что сможешь быть там счастлива... я пожертвую Эквестрией. Да. Я спасу одну жизнь, ибо даже у нас вдвоём сейчас не выйдет ничего. Я выбираю не лучшее... Я выбираю меньшее из зол...       Последний луч Селестии, сконцентрированный и безжалостный, ударил в щит. Тот треснул с оглушительным грохотом и рассыпался на тысячи синих осколков, которые испарились, не долетев до пола. Твайлайт, в это время, медленно, неуверенно поднялась на копыта. Её глаза были мутными, в них плескались обрывки двух реальностей ― покорной «Звёздочки» и яростной узницы. Она ещё не осознавала своего положения.       − И если... если даже ничего не получится... даже если ты не испытаешь любви...Если твоя сущность умрет... ты все равно сможешь пожить спокойно... для себя... Так, как ты хочешь...       Как только Твайлайт встала, Луна, не дав ей опомниться, сделала осторожный, но уверенный копытный толчок. Тело Твайлайт, всё ещё слабое и дезориентированное, пошатнулось и сделало неуверенный шаг вперед ― прямо в зияющую, мерцающую воронку портала, который как раз завершил своё формирование.       В тот же миг Луна, собрав все оставшиеся силы, оттолкнулась от пола и ринулась не к порталу, а навстречу Селестии. Её цель была не спастись, а заслонить. Задержать. Не дать сестре дотянуться до своей добычи.       – Я... слишком много надеюсь на чудо... – прошептала она, прежде чем их тела с грохотом столкнулись.       Удар двух аликорн был подобен взрыву. Они врезались в противоположную стену, и помещение содрогнулось. С потолка посыпались камни и пыль. Один из крупных обломков, сорвавшись, с рёвом врезался прямо в хрупкую конструкцию портала. Металл скрипел, кристаллы гаснули с печальным звоном. Световая воронка дрогнула, сузилась и погасла, словно её и не было.       Тишина.       Портала больше не существовало. Теперь Твайлайт была там, одна, предоставленная самой себе и воле того самого ничтожного шанса, о котором она даже не знала.       А в разрушенном подвале, под завалами, остались две сестры. И проигранная битва за душу, которую, возможно, только что выиграла далёкая, тусклая надежда в другом мире.