Fateful Derby

Бекки легла поудобнее, прямо по центру, чтобы спинка дивана была подальше и оставался простор для движений. Тянуть руки и спину десятка Юнайтед могла и сама, а вот ноги, точнее именно травмированную не следовало перенапрягать. В этом ей помогала Фрин. Руки соперницы были крепкие, но в то же время очень мягкие, и не доставляли дискомфорта, когда прикасаются к коже. Растяжка мышц в тазобедренном суставе, внутренней и задней поверхности бедра, вот тут Сароча больше всего прикладывала своих усилий, освобождая от напряжения голень Бекки, придерживая и контролируя ее, но заставляя напрягать приводящие в движения мышцы выше. Когда Фрин начала помогать тянуть заднюю поверхность бедра, она по обыкновению закинула ногу Бекки на свое плечо, аккуратно надавливая всем телом вниз, ладонями упираясь по бокам от корпуса соперницы, склоняясь все ближе к другой. Но сейчас это было не так, как всегда. Кислород почему-то пропадал вокруг. Глаза в глаза были направлены взоры. Десятка Юнайтед слегка покраснела и неосознанно облизала свои губы. Фрин чуть потеряла контроль от такого вида перед собой, сделав резкое движение, больше чем следовало, и Бекки не сдержалась в своем возгласе. Но он не был похож на болезненный, а скорее наоборот, на чувственный, такой, который издают совсем при другом процессе. Бекки не понимала, что так туманит ее разум. Это остаточный эффект алкоголя в ее крови? Может быть, это завораживающий вид восьмерки Сити в легком ночном комплекте ее белья. Ведь когда девушки занимались в зале, они были в спортивной форме, с туго собранными в хвост волосами, да и жесткая поверхность тонкого коврика для тренировок под лопатками не давала разыграться фантазии и что еще больше пугало Бекки сейчас - желанию. Почему Фрин так хороша? Но, наверное, эти обиды просто издержки прошлого. Она ведь так красива, атлетична, прекрасна собой. - Кгхм. – Лицо Фрин залило краской. – Постарайся не издавать таких звуков, пожалуйста. - А то что? – Глаза Бекки уже были полуприкрыты, а в голосе прозвучала нотка игривости. - А то я не смогу понять, что мы делаем... Бекки... – Имя было сказано словно очередной вызов. - Я не знаю... Но это сильнее меня. Десятка Юнайтед ладонью столкнула свою ногу с плеча Фрин, заставляя ее потерять опору на одну руку. Неожиданная близость скатившейся вниз соперницы и Бекки без толики сомнения притягивает к своим губам другую, завлекая в первый поцелуй. Нежный, вопросительный, словно разведка боем. За ним последовал второй. Уже уверенный от Фрин, требовательный, стирающий последние сомнения. В тот день границы между девушками окончательно рухнули. Каждое движение было наполнено заботой и возрастающим желанием. Их губы двигались, сливаясь во влажном поцелуе, который ощущался как один, томный и жаждущий. Руки блуждали по телу, прося большего, стук сердца в груди каждой нарастал от накаляющегося напряжения. - Ты уверена? Твоя нога... – Фрин уже судорожно вбирала воздух в легкие, но терпеть ей было чертовски трудно. Но восьмерка Сити поймет, если Бекки оттолкнет ее. Ведь это может пагубно сказаться на заживлении ее травмы. - Я профессиональная футболистка, Сароча. – Бекки ухмыльнулась. – Я умею адаптироваться. Их одежда начала исчезать слой за слоем очень быстро, открывая атлетически сложенные тела, привыкшие к ежедневным нагрузкам. Фрин благоговейно провела пальцами по прессу Ребекки, когда стянула майку, по крепким мышцам ее бедер, когда шортики уже были никому не нужны, по-прежнему осторожно обращаясь с ногой в ортезе. - Ты прекрасна. – Фрин пошептала, опускаясь для нового поцелуя. Их губы встретились в жажде ощутить друг друга еще ближе, языки сплетались в собственном матче, где не будет проигравших. Фрин осторожно опустилась сверху, поддерживая вес на руках, чтобы не потревожить травмированную ногу. - Я хочу чувствовать тебя. – Выдохнула Бекки, притягивая Фрин ближе снова, не боясь ничего. Восьмерка Сити начала исследовать тело соперницы с тем же вниманием к деталям, с каким анализировала ее игру. Она целовала каждый сантиметр кожи, задерживаясь на особенно чувствительных местах, заставляя Армстронг выгибаться и стонать. Белье было лишним в этом противостоянии, освобождая тело полностью. Фрин обвела языком пики грудей, наслаждаясь тем, как дыхание десятки Юнайтед становится все более прерывистым. Короткими ногтями по коже, считая ребра, но доставляя уже не боль, а только удовольствие. - Больше... – Требовательный голос Бекки гулкими ударами стучал в груди Фрин, пока язык соперницы открывал все новые места для исследований, а пальцы десятки Юнайтед зарывались в черные шелковистые волосы. Фрин спускалась все ниже, прокладывая дорожку поцелуев по плоскому животу к внутренней поверхности бедер. Девушка аккуратно раздвинула ноги Бекки, следя за тем, чтобы не причинить дискомфорт травмированной голени. Последняя преграда была отброшена в сторону. И первое прикосновение языка к самому центру удовольствия Ребекки заставило ее громко застонать. Фрин действовала методично и целенаправленно, словно разыгрывая идеально спланированную схему атаки. Она чередовала мягкие круговые движения с более интенсивным давлением, считывая реакции как профессиональный плеймейкер читает игру. Бекки двигала бедрами в такт движениям языка, одной рукой крепко сжимая простынь, а другой направляя Фрин. Тот непроизвольный стон, который сорвался с уст во время упражнения, сейчас вырывался глубоким голосом уже постоянно. Взгляд потемневших глаз опустился вниз. Что может быть горячее, когда девушка, которая считалась твоей соперницей долгими годами, сейчас испивает тебя всю до остатка? Наверное, лучшего момента Бекки не видела за столько лет никогда. Язык Фрин то становился нежным и податливым, обволакивая мягкими скольжениями, то был тверд и напорист, ускоряясь и рисуя по разгоряченной плоти. А Фрин, оказывается, умеет делать финты не только ногами. Когда Фрин добавила пальцы, сначала один, но не затягивая долго, добавляя второй, Бекки почувствовала, что держаться больше она уже не сможет. Фрин нашла идеальный ритм, синхронизируя движения языка и пальцев, чувствуя, как внутренние мышцы десятки Юнайтед начинают подрагивать внутри. - Да... Да... Да... – Это единственно связное слово которое могла сейчас выговорить Бекки между сладостными стонами. И волна наслаждения накрыла ее с головой. Тело девушки задрожало, омываемое волнами удовольствия. Фрин продолжала нежные движения, уже боле спокойные, помогая Бекки прочувствовать каждую секунду неги, пока та не опустилась обратно на подушки, тяжело дыша. - Иди сюда. – Но отдыхать долго не пришлось, Ребекка потянула восьмерку Сити наверх для поцелуя, чувствуя на ее губах свой собственный вкус. – Твоя очередь. – Девушка шептала, еще восстанавливая дыхание. Неожиданно Бекки перевернула Фрин на спину с новым неистовством начиная целовать шею. - Но твоя нога... – Фрин хотела было возразить. - Заткнись и принимай пас, Сароча. – Бекки хитро ухмыльнулась, начиная уже свою игру. Белье улетело в неизвестном направлении гораздо быстрее в этот раз. Бекки была уже распалена всем происходящим между ними. Она действовала более импровизационно, чем Фрин - быстрые переходы от нежных прикосновений к интенсивным, неожиданные паузы и смены ритма. Фрин задыхалась от удовольствия, ее обычно сдержанный характер полностью растворился в волнах наслаждения. В футболе если ты укусишь соперника, то точно получишь красную карточку, а здесь Бекки получала блаженный стон Фрин, который усиливался, когда девушка проводила языком по раскрасневшейся от зубов нежной коже на шее. Хотелось провести губами по каждому сантиметру атлетичного тела, прежде чем оказаться внизу. Пальцами играя по пикам грудей, припадая в поцелуях, чередуя ласки, чтобы ничего здесь точно не оставить обделенным вниманием. Но Бекки хотела посмотреть на нее в первом прикосновении. Пальцы скользнули ниже по торсу, и еще, туда, где сейчас было горячее всего. Касаясь именно там, находя точку удовольствия, дыхание Фрин оборвалось, а ресницы дрогнули, прикрывая бесстыдные глаза, затянутые пеленой желания. - Бекки... – Имя было словно мольбой, сорванной с губ Фрин, и лишь легкий поцелуй коснулся их. Всего пары движений пальцев внизу и Бекки уже не могла терпеть этого ощущения. Жажды получить ее всю, без остатка. Остервенело, даже не заботясь о своей травмированной голени, десятка Юнайтед опустилась вниз, срывая последний кусочек ткани с тела, припадая губами. Языком чувствуя весь жар, все желание Фрин, и это раскаляло еще сильнее. Выводила узоры, словно играет уже на другой позиции. И явно Бекки сейчас не атакующая полузащитница, а настоящая центральная нападающая, которая должна забивать голы. А это Бекки умела отменно. Фрин закинула ноги на плечи соперницы, чтобы стараться ощущать ее как можно ближе, вплетая пальцы в волосы и слегка потягивая их, чтобы указать Бекки - ближе, пожалуйста, ближе. Ногти другой руки скрежетали по спинке дивана. И что же, черт, это такое? Бекки могла быть еще немного пьяна после вчерашнего, но Фрин. И как же ей было плевать на это сейчас. Ее эмоции вырвались наружу, и пусть эта беспринципная Армстронг делает с ней что хочет. Когда Бекки вошла сразу двумя, Фрин изогнулась, и этот стон зазвучал на панорамных стеклах, что открывали обзор на лужайку, звонко отражаясь от поверхности. Восторг срывался с губ звуками, усиливаясь с каждым движением Бекки. Она была очень умелой не только на футбольном поле. Язык играл с точкой наслаждения, словно ноги с мячом, обводя комбинациями соперницу. Пальцы внутри нашли хороший ритм, словно темп атаки, которая только усиливалась. Бекки подняла взгляд к лицу Фрин. Это подрагивающее тело, такое желанное, и правда та Сароча, которую десятка Юнайтед на дух не переносила уже много лет. Но как сладостно сейчас она извивается в руках Армстронг. Пересохшие губы, которые девушка еле обводит языком, потому что не может найти времени между стонами, этот напряженный пресс, где лежит рука Бекки, прядь волос, что прилипла ко лбу от испарины густого и горячего воздуха вокруг, прикрытые глаза от блаженства, атлетичные бедра, что обвивают плечи. Фрин металась от получаемых ощущений. У нее так давно не было или это просто Бекки так хороша? Но в голове восьмерки Сити таилась только вторая мысль. Эта девушка и правда прекрасна, она ведь не просто так сказала это вслух. Бекки почувствовала, как тело Фрин напрягается под ее прикосновениями. Она ускорила движения языка, интенсивнее работая пальцами внутри, по той самой точке, которая заставила Фрин буквально закричать от удовольствия. Новый поцелуй окутал их губы. Теперь Фрин ощущала свой вкус в этом драгоценном моменте, который словно замкнул этот порочный круг. Когда последние волны эйфории утихли, они лежали, переплетаясь в объятиях, осторожно обходя травмированную ногу Ребекки. Их дыхание постепенно выравнивалось, а кожа остывала от испарины. - Кто бы мог подумать, – тихо произнесла Бекки, обводя пальцем плечо Фрин, – что мой злейший враг на поле станет... - Кем? – Фрин приподнялась на локте, всматриваясь в глаза соперницы. - Я еще не решила. – В голосе Бекки звучало озорство. – Но то, что между нами гораздо сильнее вражды. - Знаешь, – Фрин легко поцеловала другую девушку в щеку, – в футболе всегда говорят, что центральный полузащитник и атакующий полузащитник должны понимать друг друга с полуслова, чувствовать движения партнера, как свои. - Только мы играем в разных командах. – Бекки по-доброму усмехнулась. - На поле да. – Сароча закивала. – Но здесь и сейчас мы в одной команде и мне кажется, у нас отличная сыгранность. Бекки легко и звонко рассмеялась, притягивая Фрин для очередного поцелуя. - Второй тайм? – Лисья ухмылка Бекки выдавала игривость. - У нас впереди целый сезон, капитан. – Фрин ответила, загораясь новым пламенем во взгляде, опускаясь ближе.

Начало следующего футбольного сезона.

Трибуны стадиона "Олд Траффорд" взорвались приветственным ревом, когда диктор объявил о возвращении в стартовый состав Манчестер Юнайтед Ребекки Армстронг. Она вышла на поле, чувствуя привычную нервную дрожь и предвкушение игры. Так долго боролась, как же сильно нагнетали безрадостные будни, пропустила Чемпионат Европы, даже напилась один раз с горя. Но удивительным образом силы ей дала та, кто однажды сломала ее. Наверное, чтобы создать что-то новое нужно сначала все разрушить. И эта девушка сейчас стоит неподалеку, в небесно-голубой форме соперников, с которыми предстояло сыграть этот матч. На противоположной стороне поля, в стартовом составе Манчестер Сити, Фрин Сароча тоже готовилась к своему первому матчу после дисквалификации. Их взгляды встретились через центральный круг, и обе улыбнулись, незаметно для всех, кроме них самих. - Матч открытия сезона в этом году поистине грандиозный. Титаны мирового футбола должны задать прекрасный старт для остальных команд. На самом деле, на своем веку я даже не припомню такого, чтобы принципиальные соперники, да еще и какие, Манчестер Юнайтед и Манчестер Сити открывали сезон. – Телевизионные комментаторы разрывались от громогласных слов этого противостояния. Когда свисток арбитра возвестил о начале матча, они вновь стали соперницами, снова бескомпромиссными и целеустремленными. Но теперь в их противостоянии появился новый оттенок - глубокое уважение и понимание, выходящее за рамки спорта. - Готова проиграть, Армстронг? – Шепнула Фрин, пробегая мимо в одном из моментов. - Только не сегодня, Сароча! – Бекки лишь улыбнулась в ответ. На поле они были десяткой Юнайтед и восьмеркой Сити, давними соперницами в самом напряженном футбольном противостоянии. Но после финального свистка, в уединении дома, который теперь делили на двоих, они были просто Бекки и Фрин. Две девушки, нашедшие друг в друге гораздо больше, чем достойного противника. И ни одна из них не променяла бы это на самый престижный трофей мирового футбола, и в этом им помогло судьбоносное дерби.