Fateful Derby

После завтрака Бекки решилась принять ванную, полежать в теплой воде могло стать хорошей панацеей ее состоянию. Вкусная еда уже отчасти помогла справиться с похмельем. Фрин набрала воду комфортной температуры, но в дальнейшем десятка Юнайтед выгнала соперницу из ванной комнаты, Бекки и без нее хорошо справится с этими процедурами. Голова еще трещала, но вода снимала похмельную усталость с тела. Это ощущение было новым. Бекки принимала ванную недолго, высушила волосы феном, оделась в чистую одежду и наконец-то стала чувствовать себя человеком сегодня. Возможно еще не гомо сапиенс, но было уже очень близко. И как только Лукнам иной раз хочется страдать от такого наутро, такое паршивое состояние. Опираясь на костыли, девушка снова подошла к дивану и плюхнулась на него, заваливаясь всем телом. Делать что-то все еще не хотелось, организму все равно нужен был отдых. Фрин в это время внимательно разглядывала ногу своей соперницы. Бекки не надела ортез сразу, чтобы не заморачиваться в ванной, и сейчас принесла его с собой. - Что? Не похоже на перелом? Или думаешь, что симулирую, как и все болельщики горожан? – Армстронг с вызовом кинула пару фраз, заметив изучающий взгляд. - Вообще-то наоборот. – Фрин нахмурилась. – Столько синяков. – Девушка подсела ближе. Голень Бекки уже не была опухшей, как несколько недель сразу после травмы, на коже были желтые пятна от уже практически сошедших синяков, но они были большими и расплывчатыми, словно растеклись там. - Ушиб мягких тканей. Это побочный диагноз от того, что ты сделала. – Бекки поняла, на что уставилась восьмерка Сити. – Изначально моя нога выглядела как сине-черное подгнившее толстое бревно. Опухоль давал не только перелом, но и эти синяки. Может быть, под твоими шипами тебе казалось, что ты слегка наступила мне на голень, но на самом деле положение конечности было немного сбоку, так что удар твоей бутсы только отчасти пришелся на щиток. А ты знаешь, что такое синяк? Это гематома, которая пропитывает окружающие ткани возникающая при повреждении сосудов и не имеющая собственной оболочки. Соответственно чем больше повреждение, тем больше синяк. – Десятка Юнайтед поучительно размахивала рукой в воздухе. – Поэтому они все расплылись в только им угодном направлении. - Давай я помогу надеть ортез. – Фрин казалась сейчас очень мягкой. Бекки не возражала, а молчание вроде как знак согласия. Сароча бережно и нежно поддерживала голень соперницы, пока подкладывала ортез вниз. Но в то же время руки Фрин выражали уверенность, в действиях не было излишней кропотливости. Девушка фиксировала ортез на ноге соперницы, но что-то словно было другим сейчас. Возможно, повлияло то, что Фрин впервые после столького времени увидела, что на самом деле творится с ногой человека, которого она сломала. Причем и в прямом и в переносном смысле. Физически, морально. Бекки была сломлена в каждом из этих аспектов, в чем воочию убедилась вчера Сароча. Десятка Юнайтед наблюдала за последовательными и четкими действиями Фрин. Но все равно казалось, что можно было избежать такого долгого и ненужного контакта с кожей Бекки. Словно Фрин это делает намеренно. Невесомые поглаживания, лишние касания ладонями. Может быть, это один из способов извинений? А Фрин изобретательна в них, как уже могла убедиться Бекки. Но негодования или раздражения не было. Наоборот эти руки были так ласковы и заботливы, что хотелось бы… - Как ты справляешься с дисквалификацией? – Вопрос от Ребекки был неожиданным, но скорее всего, чтобы отогнать от себя непотребные мысли, проскользнувшие в голове. - Не очень. Клуб оштрафовал меня. Лишил возможности даже тренироваться на базе. Половина болельщиков требует моей головы. Другая половина думает, что я должна была сломать тебе обе ноги. – Фрин старалась говорить непринужденно, но в плечах появилось напряжение, на которое до этого десятка Юнайтед не обращала внимания. - Звучит знакомо. Только у меня половина болельщиков жалеет меня, а другая половина думает, что я переигрываю и давно должна быть на поле. – Бекки не хотела улыбаться, но уголки губ сами дрогнули. – А зачем пришла вчера? Точнее даже приехала? Ты ведь была в Лестере, и даже если уж вернулась в Манчестер под вечер, логично было бы подумать, что нужно направляться отдыхать после изнурительного дня тренировок, а не ехать к своей заклятой сопернице? - А ты бы предпочла, чтобы я не мозолила тебе глаза? – Фрин заинтересованно наклонилась корпусом к другой девушке. - Я бы предпочла получить честный ответ, а не увиливание от вопроса. – Бекки повторила действие за Фрин. - Хотела убедиться, как ты себя чувствуешь. Мне казалось, что… – Восьмерка Сити неловко потупила взгляд в сторону. – Что я здесь нужнее. Целый день меня одолевало такое ощущение. И в итоге я решила вернуться, а не оставаться с командой. Две профессиональных футболистки, понимающих давление и ожидания лучше, чем кто-либо другой взглянули в глаза друг друга по-новому. Молчание, пропитанное искорками, повисло между ними. - Я… ээм… тебе нужно позаниматься. – Фрин смущенно отвела взгляд, впервые за все время, чуть краснея, но полностью закончив свою работу с ортезом. - Ну неееет. – Бекки, уже развалившаяся на диване, начала отворачиваться как ребенок. - Давай-давай. – Фрин схватилась за ее здоровое колено, разворачивая обратно. Восьмерка Сити не собиралась уговаривать соперницу, ну что такое, она ведь не ребенок и сама все прекрасно должна понимать. Это проблемы Бекки, что она вчера повела себя глупо и не сдержалась с потреблением алкоголя. Поэтому Фрин сейчас воевала на диване с травмированной Армстронг, пытаясь вытащить ее в тренировочный зал. Силы девушек были равны, по комплекции они одного веса, но Сароча вынуждена была быть аккуратной, поэтому в этой схватке она проиграла. - Ой, что ты за упрямая девчонка!? – Фрин начала причитать, оставив попытки утащить другую девушку на тренировку. - А может, поговорим о чем-нибудь? – Бекки стала на удивление беззаботна, в отличие от Фрин, которая раздувала ноздри, сидя на краю дивана. Сароча лишь развела руки в стороны, поднимая плечи. - Через две недели четвертьфиналы Кубка Лиги. – Десятка Юнайтед уставилась в потолок, закидывая ладони под голову. – Если ты не забыла жеребьевку, то один из матчей наш, и кто-то обязательно выйдет оттуда победителем, а кто-то будет проигравшим. На вылет. – И Бекки сделала характерный жест, изображая выстрел из пистолета. – Шансы на треббл рассыпятся как карточный домик. - Ты веришь в треббл красных дьяволов? – Фрин усмехнулась, подтягивая ноги к себе и садясь по-турецки. – Ливерпуль опережает нас в Премьер-лиге на семь очков, а вас-то и подавно на девять. - Девять очков всего-то три победы, думаешь, до конца сезона Ливерпуль не оступится ни разу? – Выражение лица Армстронг было самоуверенным. - Значит ты из тех бешенных футболисток, которые будут до остервенения биться в глухую стену? – Восьмерка Сити усмехнулась. – Переключи рычажок реализма в активный режим у себя в голове. - Все же правильно Юнайтед избавился от тебя еще в академии. – Тон Бекки сменился на пренебрежительный. – Ты никогда не отдавалась полностью клубу, где играла. - Да что ты говоришь? – Губы Фрин сложились в ехидстве. – Можешь позвонить на базу Лестера, спросить, как та, кто не отдает всецело свои силы в игре, смогла привести команду к чемпионскому титулу Премьер-лиги. Но надо все же держать свои глаза открытыми. Ливерпуль чрезвычайно хорош, это единственная команда без поражений на данный момент, а дело близится к середине сезона. - Boxing day все покажет. – Бекки с вызовом скрестила руки на груди. - Ты такая смешная. – Фрин почему-то начал веселить такой ребяческий запал соперницы. Восьмерка Сити вспомнила этот бушующий вихрь в академии под именем Ребекка Армстронг. Она осталась такой же, просто немного повзрослела, а в остальном, как и раньше и слова нельзя было сказать против Юнайтед, как Бекки начинала закипать. Их дни давно превратились в недели, недели - в месяцы. Из вынужденной сиделки Фрин превратилась в постоянную спутницу Ребекки. И десятка Юнайтед сейчас вглядывалась в это красивое лицо с тонкой, чуть заискивающей улыбкой. - Мне всегда было интересно, как ты предугадываешь мои движения на поле. – Бекки решила поменять русло разговора, совсем не обижаясь на эту девушку напротив. - Я изучала тебя. – Фрин ответила просто. – Часами смотрела твои матчи, анализировала каждое движение, каждый финт. - Зачем такие усилия? Я настолько опасна? – Бекки прозвучала удивленно, слегка склоняя голову набок. - Ты лучшая атакующая полузащитница в лиге. Самая непредсказуемая. Такая самоотверженная на поле, и действуешь в моменте, импровизируешь без долгих раздумий на комбинации. Это, – Фрин помедлила с ответом, видимо прокручивая сначала в голове, чтобы не сболтнуть лишнего, – восхищает. Теперь десятка Юнайтед выглядела смущенной. Получить такую высокую оценку от заклятой соперницы дорогого стоило. - Ну, так ты все еще не хочешь спуститься в тренировочный зал? – Фрин быстро поменяла тему. - Нет. – Бекки поморщилась. – Может, я разомнусь прямо здесь? - На диване!? – Сароча немного опешила. – Он же мягкий… - Это только растяжка мышц, Фрин. Массаж же делают на мягкой поверхности, почему нельзя провести растяжку? – Десятка Юнайтед говорила серьезно. Фрин ничего не оставалось делать, только как послушаться другую девушку. Хотя бы так она согласилась сегодня начать тренировочный процесс.