Запах гордости

Эллиот попытался открыть глаза. Веки были невероятно тяжёлыми. Мир плыл перед глазами, размытый, нечёткий. Голова раскалывалась. Во рту было сухо, язык прилип к нёбу. Он попытался пошевелиться и почувствовал, как что-то врезается в запястья и лодыжки. Верёвки. Его руки были связаны за спиной. Ноги тоже. Он лежал на боку на заднем сиденье машины, его щека прижималась к холодной кожаной обивке. Паника ударила волной, но тело было слишком слабым, чтобы бороться. Что бы ни ввёл ему Уикхем, оно всё ещё действовало, делая мышцы ватными, мысли медленными. Эллиот заставил себя дышать. Медленно. Глубоко. Пытаясь прогнать туман из головы. «Где я? Куда они меня везут?» Он прислушался. Машина ехала. Двигатель работал ровно, монотонно. За окном проносились размытые огни уличных фонарей и фары других машин. Спереди разговаривали двое мужчин. - Нам ещё долго ехать? - спросил один. Голос был грубым, незнакомым. - Минут сорок, - ответил водитель. Тоже незнакомый. - Может, меньше, если пробок не будет. Эллиот осторожно приоткрыл глаза, стараясь не выдать себя. Сквозь узкую щель между веками он видел спинки передних сидений. Силуэты двух мужчин. Оба крупные, широкоплечие. Громилы из второй машины. Второй мужчина повернулся, бросая взгляд назад. Эллиот быстро прикрыл глаза, заставив себя дышать ровно, словно всё ещё без сознания. - Спит пока, - сказал мужчина, поворачиваясь обратно. - Когда начнёт действовать сыворотка? Уикхем говорил? - Через полчаса, - ответил водитель. - Скоро должна уже начать. - Что она делает точно? - Усиливает феромоны. Искусственно вызывает что-то похожее на течку. Делает омегу податливым. - В голосе водителя прозвучала усмешка. - Начальник хочет, чтобы субъект был спокойным, когда мы доедем. Чтобы не было проблем. - Умно. Эллиот почувствовал, как озноб пробегает по спине. «Сыворотка. Они ввели мне что-то. Что-то, что изменит моё тело, мои инстинкты». Ужас сдавил горло. Он хотел закричать, вырваться, но тело не слушалось. Руки и ноги были связаны. Мышцы всё ещё были слабыми от снотворного. Всё, что он мог, - это лежать и слушать. И ждать. Минуты тянулись мучительно медленно. Эллиот чувствовал, как его пульс бешено стучит в висках. Как пот выступает на лбу, несмотря на прохладу в машине. А потом он почувствовал это. Тепло. Сначала слабое, почти незаметное. Где-то глубоко в животе, тихое, которое начало распространяться. Потом сильнее. Горячее. Точно кто-то влил расплавленную лаву в его вены. Эллиот сдавленно вздохнул. Его тело начало пылать изнутри. Кожа стала слишком чувствительной. Каждое прикосновение ткани было почти болезненным. И запах. Его собственный аромат взорвался в замкнутом пространстве машины. Горький шоколад стал сладким, почти приторным. Дым превратился в ладан, густой, опьяняющий. Запах омеги в течке. - Началось, - сказал один из мужчин спереди. - Чувствуешь? - Да. Чёрт. Сильный. Эллиот издал тихий стон. Зной становился нестерпимым. Его тело требовало чего-то. Прикосновений. Близости. Альфы. «Нет. Нет, нет, нет. Это не я. Это химия. Это не настоящее». Но тело не слушало разум. Инстинкты брали верх древние, требующие. Машина продолжала ехать. Эллиоту казалось, что они едут вечность. Каждая секунда была пыткой. Лихорадка накатывала волнами, отступая и возвращаясь, но никогда не исчезая полностью. Он слышал, как мужчины спереди переговаривались, но слова расплывались, теряли смысл. Всё, что он мог чувствовать, - это огонь в венах и отчаянную потребность в облегчении, которого не было. А потом машина резко затормозила. Эллиот почувствовал, как его тело дёрнуло вперёд, верёвки больно врезались в запястья. - Что за?! - выругался водитель. Визг тормозов. Грохот металла. Машина остановилась так резко, что Эллиот покатился, ударившись головой о дверь. - Какого чёрта?! - один из мужчин выскочил из машины. Эллиот слышал крики снаружи. Звуки борьбы. Глухие удары. Чей-то стон боли. Потом тишина. Задняя дверь машины распахнулась. Холодный ночной воздух ворвался внутрь, и Эллиот вздохнул, жадно втягивая его в лёгкие. И почувствовал запах. Виски, влажная земля и тёмный мёд. Дарси. - Эллиот. Голос был хриплым, скованным, но таким знакомым, что Эллиот почувствовал, как грудь сдавило. Сильные руки подняли его, осторожно, словно он был сделан из стекла. Острый нож разрезал верёвки на запястьях и лодыжках. Эллиот открыл глаза и увидел лицо Дарси, склонённое над ним. Серые глаза были полны ярости и страха. Челюсть сжата. На скуле была ссадина, губа разбита. Но он был здесь. Он нашёл его. - Ты в порядке? - Дарси быстро осмотрел его, проверяя на раны. - Тебе больно? Что они сделали? Эллиот попытался ответить, но из горла вырвался только тихий звук. Потому что аромат Дарси окутал его полностью, пробиваясь сквозь остатки снотворного в его системе. Виски стал обжигающим. Влажная земля превратилась в нечто плодородное, живое. Мёд стал тёмным, почти дымным. Запах альфы, который чувствует омегу в течке. И реагирует на него. Эллиот увидел, как расширились зрачки Дарси. Как его ноздри раздулись, втягивая запах. Как дрогнуло его тело, мышцы окаменели. - Боже, - выдохнул Дарси, и голос был полон боли. - Что они тебе дали? - Сыворотку, - с трудом выговорил Эллиот. - Феромоны... усиливает... Дарси выругался сквозь зубы. Его руки впились в плечи Эллиота, а потом резко отпустили, словно прикосновение обжигало. - Мне нужно отвезти тебя в безопасное место. Но я... боже, Эллиот, твой запах... - Дарси, - Эллиот потянулся к нему, и даже сквозь туман он видел, как борется альфа. Как каждая мышца его тела была натянута как струна. - Пожалуйста. Не прикасайся ко мне, - голос Дарси был почти умоляющим. - Если ты прикоснёшься... я не уверен, что смогу контролировать себя. Но Эллиот не слушал. Инстинкты требовали альфу. Этого альфу. Он схватил Дарси за руку, и мир взорвался. Аромат Дарси стал почти удушающим. Виски превратился в чистый спирт, обжигающий. Влажная земля стала настолько плодородной, что казалось, от неё исходит сама жизнь. Дарси ахнул, его глаза потемнели почти до чёрного. - Эллиот, отпусти. Прямо сейчас. - Не могу, - прошептал Эллиот. - Дарси, мне так плохо... так жарко... - Я знаю. - Дарси закрыл глаза, челюсть превратилась в камень. - Хорошо. Я отвезу тебя к себе. Но ты должен постараться держаться. Не прикасаться ко мне больше, чем необходимо. Понимаешь? Эллиот кивнул, хотя каждая клетка его тела кричала в протесте. Дарси осторожно поднял его на руки. Эллиот прижался к его груди, вдыхая аромат, который был одновременно спасением и мукой. - Почти дома, - прошептал Дарси, неся его к своей машине. - Держись, Эллиот. Просто держись. Он усадил Эллиота на пассажирское сиденье, пристегнул ремень. Его пальцы слегка тряслись, когда он застёгивал пряжку. Потом захлопнул дверь, обежал машину, сел за руль. Мотор взревел, и они сорвались с места. Эллиот смотрел на Дарси сквозь пелену пламени. На его жёсткое лицо, на руки, вцепившиеся в руль так, что костяшки побелели. - Как ты узнал? - прохрипел он. - Сообщение, - коротко ответил Дарси, не сводя глаз с дороги. - Анонимное. На мой телефон. «Эллиота Беннета похитили. Они едут в Лондон. У вас есть час». Я не знал, это правда или ловушка. Но не мог рисковать. - Кто... - Не знаю. - Дарси бросил на него быстрый взгляд, и в его глазах была боль. - Но я найду. И они ответят. Все, кто к этому причастен. Эллиот хотел ответить, но новая волна накрыла его. Он застонал, зарываясь лицом в ладони. Его тело горело. Кожа была слишком чувствительной. Каждый вдох приносил аромат Дарси, и это разжигало пламя ещё сильнее. - Эллиот? - голос Дарси был жёстким от сдерживаемого напряжения. - Что с тобой? - Я слышал... как они говорили, - Эллиот с трудом выговорил слова. - Уикхем ввёл мне сыворотку. Чтобы усилить феромоны. Она... боже, Дарси... Машина резко свернула, шины взвизгнули. Дарси выругался сквозь зубы. - Мы почти приехали, - его голос был натянутым до предела. - Я отвезу тебя к себе. Там безопасно. Там я смогу... Он не договорил. Эллиот повернулся к нему и увидел напряжённый профиль, сжатую челюсть, руки, окаменевшие на руле, вздувшуюся вену на шее. Когда Дарси на мгновение бросил взгляд в его сторону, зрачки были огромными, почти чёрными. - Дарси, - прошептал он. - Это слишком сильно... - Я знаю, - голос Дарси был хриплым, сломанным. - Я чувствую. Твой аромат... боже, Эллиот... Он снова выругался, увеличивая скорость. - Но я не позволю себе. Понимаешь? Что бы ни случилось, я не воспользуюсь этим. Это не ты. Это сыворотка. Это не настоящее. Эллиот закрыл глаза, борясь с желанием, которое разрывало его изнутри. Часть его знала, что Дарси прав. Что это не настоящее. Что это химия, манипуляция, искусственно вызванная течка. Но другая часть, инстинктивная, не заботилась о логике. Он хотел альфу. Хотел этого альфу. - Мы приехали, - голос Дарси вернул его к реальности. Эллиот открыл глаза и увидел, что они остановились у высокого здания. Современный дом в центре Лондона, весь из стекла и стали. - Это мой дом, - объяснил Дарси, выключая двигатель. - Никто не войдёт без моего разрешения. Ты будешь в безопасности. Дворецкий вышел к машине, но Дарси остановил его жестом. - Мистер Дарси... - Не сейчас, Бенсон, - голос Дарси не терпел возражений. - Мне нужно, чтобы никто не входил в пентхаус до утра. Никто. Понятно? Дворецкий посмотрел на Эллиота, его глаза расширились, когда он почувствовал запах. Но он только кивнул. - Как скажете, сэр. Дарси вышел из машины, обошёл, открыл дверь Эллиота. Наклонился, чтобы помочь ему. И когда их руки соприкоснулись, мир взорвался. Эллиот не помнил, как они добрались до лифта. Не помнил, как поднялись на верхний этаж. Не помнил, как Дарси открыл дверь пентхауса. Он помнил только огонь. Невыносимый, всепоглощающий. И аромат Дарси, который окутывал его, проникал в каждую клетку, звал, требовал. Дарси внёс его внутрь, закрыл дверь ногой, прислонился к ней спиной, хватая ртом воздух. Пентхаус был огромным. Панорамные окна выходили на ночной Лондон. Минималистичная мебель, дорогая, стильная. Но Эллиот почти ничего не видел сквозь пелену. - Спальня там, - голос Дарси был хриплым. - Я отнесу тебя, и... - Дарси, - Эллиот обхватил его за шею. - Пожалуйста... - Нет, - Дарси зажмурился, его руки стиснули талию Эллиота. - Эллиот, нет. Ты не в себе. Это сыворотка. Ты не хочешь этого на самом деле. - Хочу, - Эллиот уткнулся лицом в его шею, вдыхая аромат прямо от источника. - Боже, как я хочу... Он почувствовал, как дрогнуло тело Дарси. Как его запах изменился, стал дымным, опьяняющим. Запах альфы, теряющего контроль. - Эллиот, - голос Дарси был полон страдания. - Пожалуйста, не делай этого. Я едва держусь. Если ты продолжишь... Эллиот поднял голову, встречаясь с его взглядом. Серые глаза потемнели, в них полыхало желание, смешанное с отчаянием. - Тогда не держись, - прошептал он. - Дарси, пожалуйста. Мне нужен ты... Дарси выдохнул, закрывая глаза. - Ты убьёшь меня, - прошептал он. - Ты действительно убьёшь меня. Но он двинулся. Не к спальне. К большому дивану в гостиной, у панорамных окон, где огни Лондона мерцали внизу. Он опустил Эллиота на мягкие подушки. Эллиот потянул его вниз, и Дарси не сопротивлялся. Он опустился рядом, и их тела соприкоснулись. Эллиот чувствовал каждый дюйм касания. Жар кожи Дарси сквозь ткань рубашки. Твёрдость его мышц. Бешеное биение его сердца. - Поцелуй меня, - прошептал он. - Пожалуйста. Дарси смотрел на него долго, борясь с собой. Потом сдался. Он наклонился, и их губы встретились. Головокружение. Свободное падение. Поцелуй был отчаянным, голодным, почти яростным. Дарси целовал его так, будто тонул, а Эллиот был воздухом. Его руки скользили по спине Эллиота, удерживали, притягивали ближе, он боялся, что тот исчезнет. Эллиот отвечал с такой же страстью. Его пальцы вплелись в тёмные волосы Дарси, тело изгибалось, требуя больше, больше, больше. Их ароматы сплелись в воздухе, создавая нечто почти осязаемое. Горький шоколад (ставший сладким от сыворотки) смешался с виски. Старые книги с влажной землёй. Ладан с мёдом. Это была опьяняющая смесь, которая лишала последних остатков разума. Дарси целовал его шею, губы скользили по чувствительной коже, находя место, где бился пульс. Эллиот задохнулся, его тело выгнулось. - Дарси, - выдохнул он. - Да... боже, да... Руки Дарси скользили ниже, по бокам, по бёдрам. Его дыхание было горячим на коже Эллиота, рваным, неконтролируемым. Эллиот почувствовал зной, нарастающий внутри. Руки сами потянулись к рубашке Дарси, пальцы нащупали пуговицы, начали расстёгивать. Одна. Две. Три. Ткань раздвинулась, обнажая кожу. Эллиот прижался губами к обнажённой груди Дарси, вдыхая его аромат. - Эллиот, - голос Дарси был хриплым, почти срывающимся. - Стоп... нам нельзя... Но Эллиот не слушал. Его пальцы расстегнули ещё одну пуговицу. Потом ещё. Дарси схватил его за запястья. - Эллиот, нет. И вдруг всё остановилось. Дарси замер. Его руки держали запястья Эллиота крепко, но осторожно, не причиняя боли. Просто останавливая. Его дыхание было рваным, лицо было искажено болью. - Нет, - повторил он, и голос срывался. - Я не могу. Я не могу этого сделать. Он отпустил Эллиота, отстранился, и холод, который заполнил пространство между ними, был почти физически болезненным. Эллиот смотрел на него, не понимая. Его тело кричало от потери контакта, инстинкты требовали вернуть альфу. - Что? - прошептал он. - Почему? Дарси, пожалуйста... - Потому что это неправильно, - Дарси сел, отодвигаясь дальше. Его рубашка была расстёгнута, волосы растрёпаны, губы, опухшие от поцелуев. Он выглядел так, словно сам на грани срыва. - Эллиот, это не ты. Это сыворотка. Они накачали тебя химией, которая заставляет твоё тело реагировать так. Это не настоящее желание. - Настоящее! - Эллиот дотянулся до него, но Дарси уклонился. - Дарси, я хочу... - Ты думаешь, что хочешь, - Дарси закрыл глаза, скулы превратились в камень. - Но завтра, когда эта дрянь выветрится из твоего организма, ты поймёшь, что это было не так. Ты вспомнишь, как я воспользовался тобой, когда ты был уязвим, когда не мог сопротивляться. И ты возненавидишь меня ещё сильнее. - Нет... - Да! - Дарси открыл глаза, и в них было такое отчаяние, что Эллиот замолчал. - Ты и так уже ненавидишь меня. За Джеймса. За моё высокомерие. За всё, что я наделал. И если я продолжу сейчас... если я возьму тебя, когда ты не в состоянии дать настоящее согласие... ты будешь ненавидеть меня ещё больше. Его голос сорвался. - И я не переживу этого. Понимаешь? Твоя ненависть уже разрывает меня на части. Но если я сделаю это... если я стану тем, кто воспользовался тобой в таком состоянии... я не смогу жить с собой. Эллиот смотрел на него сквозь пелену. Видел, как вздувается вена на шее от усилия. Видел пот на лбу, тёмные зрачки, стиснутые кулаки. Дарси боролся с собой. С каждым инстинктом, который кричал, требуя заявить права на омегу, который был готов, податлив, его. И он побеждал. Ради Эллиота. Слёзы жгли глаза. Эллиот не знал, от лихорадки ли, от отчаяния, или от чего-то другого. - Тогда останься, - прошептал он, протягивая руку. - Просто останься рядом. Не уходи. Пожалуйста. Дарси смотрел на эту руку и на дрожащие пальцы. Потом его взгляд скользнул выше: бледное лицо, мокрое от пота, опухшие губы после их поцелуев, глаза, полные слёз. - Эллиот... - Не делай ничего, - голос Эллиота срывался. - Просто полежи со мной. Мне так страшно, Дарси. Мне так плохо. И ты... твой запах... он единственное, что помогает. Пожалуйста. Не оставляй меня одного. Что-то сломалось в лице Дарси. Он издал звук, похожий на стон боли, и сдался. - Хорошо, - прошептал он. - Хорошо. Я останусь. Но только это. Обещай мне, что не будешь пытаться больше. - Обещаю, - Эллиот кивнул, хотя каждая клетка его тела кричала в протесте. Дарси вернулся на диван, осторожно, словно он боялся, что любое резкое движение сломает его хрупкий контроль. Он лёг на спину, и Эллиот немедленно устроился рядом, положив голову на его грудь. Звук биения сердца Дарси был громким, бешеным. Эллиот закрыл глаза, вдыхая его аромат. Это было одновременно облегчением и пыткой. Облегчение приносила близость альфы, которая успокаивала хоть немного пламя в его теле. Пытка, потому что инстинкты требовали большего, чем просто объятия. Дарси крепче прижал его к себе. Его рука легла на волосы Эллиота, пальцы осторожно перебирали пряди. - Я здесь, - прошептал он. - Я никуда не уйду. Обещаю. Эллиот положил ладонь на обнажённую грудь Дарси (рубашка всё ещё была расстёгнута), чувствуя, как бешено колотится сердце. - Спасибо, - выдохнул он. - За то, что спас меня. За то, что остановился. За то, что остался. - Не благодари меня, - голос Дарси был натянутым. - Я еле держусь. Ты не представляешь, как сложно лежать вот так, чувствовать тебя, вдыхать твой аромат и не сделать то, о чём кричит каждый инстинкт. Они лежали так в тишине, слушая дождь, начавшийся за окном. Слушая дыхание друг друга. Борясь с инстинктами, которые разрывали их изнутри. Это была пытка для обоих. Часы тянулись бесконечно. Эллиот засыпал и просыпался волнами. Каждый раз пламя было немного слабее, но всё ещё мучительным. Каждый раз Дарси был рядом, держал его, шептал успокаивающие слова. - Я здесь. - Ты в безопасности. - Я не оставлю тебя. - Всё будет хорошо. Иногда Эллиот чувствовал, как руки Дарси слегка трясутся. Слышал, как он сдерживает тихий звук, когда Эллиот неосознанно прижимался ближе. Но Дарси не сдавался. Он держал Эллиота. Гладил его волосы. Целовал в макушку, невинно, нежно. Шептал слова, которые Эллиот едва слышал сквозь туман. И медленно, очень медленно, действие сыворотки начало ослабевать. Эллиот почувствовал, как тело становится менее горячим. Как мысли проясняются. Как инстинкты затихают, отступая на задний план. Он открыл глаза и увидел, что за окном рассветает. Небо окрасилось в оттенки розового и золотого. Дарси всё ещё держал его. Его глаза были закрыты, дыхание ровное. Но Эллиот чувствовал скованность в его теле, видел тени усталости под глазами. «Он не спал. Всю ночь. Просто держал меня». В груди что-то ёкнуло. На этот раз причина была другой, более глубокой. Усталость навалилась внезапно, как волна. Веки стали тяжёлыми. Лихорадка отступала, оставляя после себя только истощение. Эллиот закрыл глаза, прижимаясь ближе к теплу Дарси. «Он рядом», было последней мыслью перед тем, как сон поглотил его. «Дарси рядом. Я в безопасности». Рука Дарси продолжала гладить его волосы, даже когда дыхание Эллиота выровнялось и стало глубоким. Рассвет окрасил небо в розовое и золотое. И они остались так, держась друг за друга, пока город просыпался за окном.