Вега и Альтаир

Наруто успевал ровно ничего. Он бежал, чудом не спотыкаясь о криво уложенную плитку, почти расталкивая удивлённо оборочивающихся прохожих. В список дел, видимо, нужно было добавить пункт «дышать», иначе и это он успевать перестанет. А если он не будет дышать, он точно опоздает, потому что умрёт. А если он умрёт, то точно опоздает, и Сакура придумает какой-нибудь совершенно жуткий ритуал по оживлению человека, чтобы он не в аду прохлаждался, а вечно варился в котле её разочарования и гнева. А потом Сакуру посадят, потому что ритуал точно будет незаконным, и Какаши тогда точно помашет им ручкой и свалит в закат со своими стрёмными книжками. Его репутация пойдёт ко дну, ему не будут давать миссий и он умрёт в нищете, со слезами на глазах продав свою коллекцию сомнительного чтива за кусок хлеба, потому что больше за неё никто не даст даже из жалости. Саске ни во что из этого не ввяжется и единственный останется целым и невредимым. Но все обязательно решат, что он проклят, и выгонят его из Конохи. За неимением лучших вариантов, он присоединится к какой-нибудь кучке таких же сомнительных придурков, как он сам, ввяжется во что-то совершенно идиотское и помрёт под кустом. В общем, судьба всей команды номер семь зависела от того, придёт ли Наруто вовремя, так что он бежал, сломя голову, к внушительному зданию резиденции Хокаге и пытался не накручивать себя. Получалось, очевидно, не очень. Перепрыгивая через ступеньки, Наруто уже почти решил, что может заявиться на ближайшие соревнования по скачкам с препятствиями; причём желательно в качестве лошади. Блондин перемахнул через последний пролёт в два прыжка и ввалился в заветную дверь. — Я не опоздал? — выдавил он из последних сил и закашлялся, пытаясь перевести дух. Три пары глаз уставились на него. Подождите-ка. Три пары?.. Первым, естественно, он заметил Саске. У Наруто вообще на Саске имелся встроенный радар. Он замечал его сразу и, стоило тому появиться в поле зрения, начинал барахлить, как сломанное радио, и выдавать ещё большую чушь, чем обычно, так ещё и с помехами. Настроение Учихи он тоже улавливал, как одну из радиоволн: потребовалась ровно секунда, чтобы понять, что Саске был раздражён процентов на сорок, серьёзен примерно на двадцать-тридцать и снова раздражён на все оставшиеся, но уже просто от скуки. В общем, настроение у него было самым что ни на есть благодушным, так что Наруто был доволен. Анализ Саске произошёл мгновенно, так что дальше Наруто перевёл взгляд на Какаши. Тот, естественно, стоял со своей дурацкой книжкой и, как и Учиха, выглядел скучающим, но хотя бы не раздражённым. Впрочем, у Какаши практически на все случаи жизни было заготовлено ровно одно выражение лица, поэтому тут угадать было сложно. Он кинул взгляд на распахнутую дверь, лениво взмахнул рукой в качестве приветствия и вернулся в захватывающий мир своего второсортного романчика. Цунаде, как Хокаге, а значит в кабинете Хокаге самая незначительная персона, удостоилась его внимания последней. Она сидела за своим заваленным бумажками столом и устало смотрела на дверь. Видимо, оценивала, сколько той оставалось жить её тяжелую дверную жизнь. Тяжело вздохнув, она ответила Наруто: — Ещё ждём Сакуру, так что нет. Но если ещё раз так зайдёшь, я тебя на дверной проём натяну. Наруто сглотнул. Он уже начал обоснованно пугаться, как вдруг до него дошло. — В каком это смысле ждём Сакуру? Она что, опаздывает? — громко возмутился он, — то есть я тут бегу, пытаюсь спасти нас всех от неминуемой смерти, а её ещё нет? — Сбавь децибелы, уши закладывает, — протянул Саске. Его раздражение, кажется, поднялось процентов на пять, — Сакура, в отличие от тебя, в первый раз задерживается. — И наверняка по уважительной причине, — добавил Какаши, не поднимая взгляд от страницы. Наруто почти задохнулся во второй раз за несколько минут, но теперь уже от возмущения. Он открыл рот, чтобы разразиться какой-нибудь гневной тирадой, как тут дверь снова хлопнула. — Я не опоздала? Наруто всё понял. Они все застряли в дне сурка, в котором все будут вечно опаздывать и врываться в кабинет Хокаге. Дверь в итоге падёт смертью храбрых, и бабуля Цунаде не выдержит и… Пока в голове Наруто воображаемая Хокаге натягивала чей-то освежёванный труп на дверной проём, злобно хохоча, реальная Цунаде вздохнула ещё раз и покачала головой. Решив, видимо, не повторяться, она молча кивнула своей ученице, вытянула папку с документами из бумажных завалов и протянула её Какаши. — Всё нормально, главное, что все наконец-то в сборе, — начала она. — У вас миссия по сопровождению. Заказчик — важная персона, так что вести себя прилично, — тут она задержала взгляд на Наруто. Тот немедленно оскорбился. Вот как значит, сначала ему припоминают каких-то несчастных пару (десятков) опозданий, потом затыкают, угрожают расправой, а теперь ещё и в чём-то обвиняют! Решив разобраться с ними со всеми позже, он перевёл внимание обратно на разговор. — … в общем, задание несложное, ничего не должно случиться, так что рассчитываю на вас, — бабуля Цунаде, видимо, уже заканчивала с объяснением, — Можете задержаться на пару дней, погуляете, сувениров прикупите. Свободны. Хокаге махнула им рукой на прощание и уткнулась обратно в свою заветную макулатуру. Какаши двинулся к выходу, и они втроём потянулись за ним. Уже на улице он остановился и, обернувшись, начал: — Ну что, мои любимые ученики, — реакция последовала незамедлительно. Саске и Сакура одновременно закатили глаза, и Наруто передёрнуло от этой синхронности. Если эти двое начнут мыслить одинаково, он точно сбежит в какой-нибудь бродячий цирк. Скорее всего, разницы он не заметит, так что вариант был неплох. Какаши, тем временем, притворно оскорбился, но продолжил: — Кто расскажет мне наш план действий? — он задумчиво оглядел троицу и остановил взгляд на Наруто. Тот моргнул и уставился на него в ответ. Тут до него дошло: он всё прослушал. Опять. В его оправдание, бабуля Цунаде интересно рассказывать не умела, это он ещё в детстве выяснил, когда как-то упросил её прочитать ему сказку на ночь. Хотя, Какаши такое объяснение вряд ли оценит. — Ну, — начал он, — мы сопроводим очень важного господина кого-то там куда-то там, получим деньги и отметим это всё в Ичираку? — под конец его ответ всё-таки превратился в вопрос, и он растянул губы в улыбке, надеясь, что прокатит. — Наруто, ты что, снова всё прослушал? — Ну, главное, что суть ты уловил… — Придурок, как ты вообще до двадцати дожил-то? Все трое ответили ему одновременно. Наруто решил проигнорировать Какаши, кинул Сакуре (совершенно неискренний) извиняющийся взгляд и повернулся к Саске. — Сам ты придурок, я просто предпочитаю не забивать себе голову ненужной ерундой, — начал он, ухватившись за возможность поспорить с Учихой, — а то, мало ли, вдруг буду много думать, и придётся ходить вечно с такой же жуткой рожей, как у тебя! — тут он, конечно, покривил душой. Лицо Саске вообще рожей назвать было нельзя, тем более жуткой. Но тому об этом знать было необязательно. Брюнет скучающе парировал: — Ух ты, какие длинные слова знаешь, пред-по-чи-та-ю, — передразнил он, — Смотри, чтобы у тебя остатки мозга из ушей не вытекли, — Саске абсолютно невыносимо растягивал слова со своим вечно спокойным выражением лица, и только в глазах загорелся огонёк предвкушения очередной перепалки с Наруто. Тот уже открыл рот, чтобы ответить что-нибудь невероятно умное, как вдруг его перебили. — Ну всё, хватит, — произнёс Какаши, — Нам надо успеть на самолёт, а вы тут можете до утра препираться. Учиха, за которым осталось последнее слово, насмешливо посмотрел на Наруто. Блондин вдруг понял, что они каким-то образом оказались очень близко друг к другу и покраснел. От злости, конечно. Он на мгновение растерялся и сделал первое, что пришло в голову: легонько щёлкнул Саске по лбу. Фыркнув ему в лицо для большего эффекта, Наруто отвернулся и, заложив руки за голову, направился к Сакуре. У Какаши спрашивать бесполезно, а девушка, возможно, сжалится и всё-таки расскажет ему, куда они там кого сопровождают. Сделав пару шагов, Наруто обернулся на Саске. Тот с каким-то странным выражением лица застыл, потирая лоб.

***

Самолёты Наруто просто обожал. Прилипнув к окну, он смотрел на исчезающие точки домов и ровные квадраты полей. Земля полностью скрылась за мутно-белым облаком, и блондин тихонько вздохнул. Когда он в первый раз летел на самолёте и они вот так же погрузились в густой туман, он испугался. Тогда рядом с ним сидел Саске, который, увидев его широко распахнутые глаза, посмеялся над ним. Посмеялся, но руку протянул, и двенадцатилетний Наруто крепко сжал её и не отпускал до конца полёта. Тогда Наруто впервые подумал, что, может быть, не такой уж Саске и засранец… — Подержать тебя за руку? — раздалось над ухом. Он вздрогнул и обернулся, с размаху влетая взглядом в учиховские чернющие глаза. Иногда Наруто казалось, что Саске на самом деле инопланетянин, и у него даже был где-то записан список доказательств. Одним из них как раз было то, что тот, казалось, умел читать мысли. — Ой, отвали, — беззлобно бросил Наруто. Настроение было отличное, настолько, что даже ссориться с придурком ему не хотелось, — Смотри, как красиво! Саске бросил мимолётный взгляд на вид, открывавшийся из окна, и продолжил сверлить глазами широко улыбавшегося блондина. — Ага, красиво, — наконец, совершенно незаинтересованно произнёс он и уткнулся обратно в свой телефон, — Смотри, стекло своим лицом не выдави. Наруто скорчил ему рожицу. Как самый занудный зануда на свете, Саске играл в грёбанное судоку. Блондин ещё и высунул язык в его сторону на всякий случай, но тот уже был в своём мире цифр в квадратиках. С безмятежным видом Наруто отвернулся обратно к окну. Всё складывалось лучше некуда. Как выяснилось, когда Сакура всё-таки рассказала ему подробности, миссия у них была легче лёгкого: пять дней охранять какого-то сноба из правительства, пока он не улетит обратно в Коноху. Бабуля Цунаде разрешила задержаться на пару дней, так что они могли даже прогуляться по городу, что удавалось нечасто — хоть работа шиноби и предполагала постоянные поездки, обычно времени на достопримечательности не оставалось совсем. В общем, работа была непыльная, отдых обеспечен, а за окном неторопливо проплывали пушистые облака. — Эй, идиот, просыпайся, — Наруто встрепенулся, почувствовав, как его больно ткнули в бок. Он распахнул глаза и, зевнув, недовольно уставился на соседа. — А можно как-то понежнее? Саске в ответ вздёрнул бровь. Блондин скопировал движение, но испортил свой абсолютно точно грозный вид зевком. Протирая глаза, он спросил: — Мы уже на месте? — Да, правда ты так забавно дрых, что я уже думал оставить тебя тут, — услышал он в ответ. — Саске Учиха считает что-то забавным? Кажется, самолёт приземлился в другой вселенной, — отозвался Наруто, широко раскрыв глаза и приоткрыв рот в притворном удивлении. — Твоё тупое выражение лица сейчас очень соответствует уровню твоего интеллекта, — снова растягивая слова, проговорил Саске. Такой тон он использовал исключительно для того, чтобы побесить Наруто, и он уже действовал на блондина, как красная тряпка на быка. — Это профессиональное мнение или ваша субъективная оценка, мистер магистрант? — чёрные глаза недовольно сверкнули. Брюнет почему-то терпеть не мог, когда упоминали его учёбу в университете. Это всегда веселило Наруто, который искренне не мог понять, что в этом такого. Тем более, что немногие шиноби вообще получали нормальное образование. Наруто, например, всех удивил, когда отучился на зоолога. Что поделать — его детской страстью были лягушки, а там дальше само как-то получилось. — Это… —Это просто сущий кошмар, вот что это! — Сакура, весь полёт читавшая какую-то книгу, стояла в проходе со своим рюкзаком, — Вы двое — просто катастрофа, заткнитесь уже и шевелитесь, наконец, — она развернулась и двинулась к выходу, всем видом выражая своё отношение к их перепалке и к ним в целом. Наруто пожал плечами и решил на всякий случай послушаться: Сакура так-то была просто супер, но рука у неё была тяжёлая. В аэропорту их встретили двое серьёзных мужчин в пиджаках. Наруто окинул их беглым взглядом — на рукавах красовались повязки Конохи, значит, шиноби. Повязки в сочетании с костюмами смотрелись откровенно плохо, но атрибутом были обязательным: шиноби без повязки приравнивался в глазах закона к бешеной собаке без поводка. Так что беднягам пришлось поступиться своим чувством стиля. Хотя, судя по их виду, стиль был вообще последним, что их интересовало. Прямо за милыми котятами и позитивными эмоциями. — Следуйте за нами, — приказал один из них, и они развернулись, не дожидаясь ответа. Саске двинулся первым вместе с Какаши, и Наруто на ходу повернулся к Сакуре. — Сакурааа, — протянул он, перехватывая поудобнее лямку рюкзака, — Ты уже смотрела, куда тут можно сходить? Девушка оживилась. — У них тут очень интересный музей медицины! — воодушевлённо начала она, — ещё есть пара чудесных храмов, на главную улицу можно заглянуть за сувенирами, а в конце этой недели как раз будет фестиваль Танабата! Нужно обязательно сходить, посмотрим, чем от нашего отличается, загадаем желания… Слушать Сакуру было, как бальзам на душу. Когда она не злилась, на фоне колючего Саске и абсолютно флегматичного учителя казалась самым нормальным человеком на планете. В детстве они совершенно не ладили, но, когда они все вернулись со своих стажировок, оказалось, что девушка переросла свою детскую влюблённость в Саске, и с ней стало неожиданно приятно разговаривать. Наруто и сам не заметил, как они крепко сдружились, хотя вся эта ситуация напоминала дешёвую мелодраму, потому что как раз в то время пост влюблённого в Учиху прочно занял он. Тот день отпечатался в сознании Наруто навсегда, и ему для этого даже не потребовался хвалёный учиховский шаринган. Он вернулся в Коноху на пару дней позже Саске, потому что Джирайя, у которого он и проходил стажировку, был ещё хуже него и опаздывал абсолютно везде и всегда. Так что, когда они подошли к резиденции Хокаге, их уже поджидали. Какаши за три года не изменился вообще, но, кажется, правда был рад его видеть. Маска сдвинулась, и вокруг не скрытого повязкой глаза появились морщинки — единственный признак улыбки. А вот Сакура изменилась: вытянулась, похорошела, а в глазах у неё теперь было какое-то спокойствие, которого раньше Наруто не замечал. Девушка удивительно дружелюбно с ним поздоровалась и искренне улыбнулась, что Наруто тогда удивило. А потом он посмотрел на Саске. И пропал. За время путешествия с Джирайей Наруто не раз читал книжки, которые писал старикан. Тогда он смеялся над приторными штампованными фразочками в духе «сердце забилось чаще» или «любовь с первого взгляда» и над тем, что все почему-то постоянно краснели. Теперь, когда Наруто встретился взглядом с Саске, смеяться ему расхотелось. Совершенно. Потому что, казалось, что он впервые его увидел, так что «с первого взгляда» с натяжкой, но подходило. И сердце действительно забилось чаще. Ему казалось, что оно сейчас выскочит у него из горла. А самое ужасное: он чувствовал, как жар приливает к его щекам. Всё это было совершенно несправедливо. Нечестно. Саске не мог уйти к Орочимару обычным подростком, а потом вернуться и выглядеть так. Наруто, который только недавно понял, что девочки и мальчики нравятся ему одинаково, был совершенно не готов к Учихе Саске, похожем на грёбанную кинозвезду. Он больше не был тощим, как в далёкие тринадцать, его причёска не была похожа на утиный хвост, чем Наруто раньше его постоянно дразнил, у него пропали детские щёчки. Его волосы отросли и были небрежно завязаны в хвост. Даже под одеждой были видны красивые очертания мышц. На правильным лице правильным было абсолютно всё: бледная фарфоровая кожа, аккуратный нос, красивый изгиб губ, чёткие скулы. И глаза. Глаза Саске, по логике, не могли удивить Наруто. Если всё остальное стало как будто версией Саске 2.0, глаза у человека не менялись, ведь так? Но когда он в них посмотрел, дыхание отчего-то перехватило. По-другому это было не описать. Черные настолько, что почти нельзя было разглядеть, где заканчивается радужка и начинается зрачок, они были похожи на необъятную бездну. На бесконечный космос. На чёрную дыру, из которых, как знал Наруто, никто ещё не выбирался. И он тоже не выберется. Уголок чужих губ едва заметно дёрнулся вверх. — Ну привет, Наруто, — блондин застыл, услышав ещё и глубокий, тягучий голос… — Надеюсь, ты не сильно валял дурака, и завтра на тренировке проиграешь хотя бы не с таким позором, как раньше. И тут Наруто наконец вспомнил, что Саске — настоящая заноза в заднице. Вздёрнув подбородок, он уверенно посмотрел прямо в чужие насмешливые глаза. — Ещё посмотрим, кто из нас опозорится, ублюдок, — почти забытое чувство соперничества разгоралось в груди, как лесной пожар, — Ты-то, видимо, чудом не стух в своих лабораториях. — Вот завтра и узнаем, придурок, — в голосе Учихи звучало редкое неподдельное веселье. Кивнув Какаши и Сакуре, он сунул руки в карманы и удалился. Наруто проводил его глазами. Обернувшись, он наткнулся на шутливо-обречённый взгляд Сакуры и заинтересованный — от Какаши. Второе было очень плохим знаком и сулило одни проблемы, так что Наруто поспешил переключить внимание учителя. — Ну что, Какаши-сенсей, скучали по нам? — весело спросил он. — Конечно, - отозвался тот, — зачёркивал дни в календаре. —Так и знал! — решив проигнорировать сарказм, Наруто расплылся в улыбке, — Сакура, выпьем кофе? Расскажешь, как прошла стажировка у бабули Цунаде! Примерно так и началась и его настоящая крепкая дружба с Сакурой, и ещё более крепкая влюблённость в Саске. Теперь, спустя пять лет, Наруто и Сакура часто ходили вместе по музеям и выставкам, а иногда просто болтали за чашкой кофе. Иногда Саске милостиво соглашался пойти с ними, но он всегда как-то хмуро смотрел на них, как будто его притащили против воли. Впрочем, на странности Учихи они дружно решили не обращать внимания и всё равно всегда звали его с собой. — Сакура, я знал, что ты гений и у тебя всегда есть план, — Наруто широко улыбнулся девушке, — Эй, Саске, Какаши-сенсей! Пойдёте с нами на фестиваль Танабата? Они оба обернулись, но не проронили ни слова. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Будет очень весело, мы никогда не были на фестивале всей командой, ещё и в другом городе! Скажите, что пойдёте! — протараторил он, широко распахивая глаза и надувая губы. Схватив Учиху за локоть, он продолжил, — Саске, пойдём на фестиваль, пожалуйста-препожалуйста! Саске почему-то смотрел на него странно, как будто его мутило. — Ладно, ладно, только прекрати ныть, — выдавил он и резко отвернулся, вырывая свою руку из крепкой хватки. Улыбка Наруто слегка потухла. Брюнет, очевидно, не хотел его компании даже на долбанном фестивале, который тут же перестал казаться таким привлекательным. Он уже хотел сказать Саске, что тот может и не приходить, как вдруг сбоку, наконец, отозвался Какаши: — Конечно, как я могу такое пропустить? Ещё и провести время в компании своих любимых учеников! — неожиданно жизнерадостно выдал он. Наруто отвлёкся от своих размышлений и скептически посмотрел на него. — Какаши-сенсей, мы ваши единственные ученики. — Тем лучше для вас, — не растерялся тот, — Меньше конкуренции! Сакура с Наруто переглянулись, закатили глаза и двинулись к машине, которая ждала их у выхода из аэропорта. Саске уже стоял, облокотившись на капот и с жутко сложным выражением лица курил сигарету. И снова, без всяких усилий выглядел, как будто его отфотошопили. Наруто уже почти приклеился взглядом к губам, обхватывающим фильтр, но заметил, что Саске как-то очень уж удручённо испепелял глазами землю. Во второй раз за несколько минут блондин уже хотел забрать назад своё приглашение на дурацкий праздник, который он уже почти начинал ненавидеть. Но Учиха поднял на него чёрные глаза, и злости в них уже не было. Наруто несмело улыбнулся ему, и уголок губ брюнета дёрнулся. Может, всё было нормально?

***

Наруто не ошибся, когда назвал господина Фумо снобом у себя в голове. Их заказчик был мужчиной средних лет, на его голове уже блестела залысина, а под рубашкой отчётливо виднелся впечатляющих размеров живот. Но Наруто было бы абсолютно всё равно, даже если бы у него было три руки или два носа, не будь он таким невыносимым козлом. Как только они вошли, тот начал причитать, что его преследуют, поэтому он запросил лучшую команду из тех, что были свободны, и они должны его защитить. От чего или кого, Наруто так и не понял. По его скромному мнению, у бедняги разыгралась паранойя в сочетании с чрезмерным чувством собственной важности. Кому он сдался? Впрочем, судя по лицам его товарищей, они думали примерно то же самое: скепсис не смог сдержать даже Какаши. Охранять зашуганного марателя бумаги оказалось ровно настолько скучно, насколько и предполагал Наруто. Плюсы и минусы их работы сливались в одно: с одной стороны, напрягаться не приходилось вообще, и это был плюс, а с другой стороны, простота задания навевала скуку даже на Саске, который привык часами сидеть над бумажками в душной лаборатории. Учиха вообще был каким-то дёрганным, причём с каждым днём всё сильнее. От вопросов, впрочем, он неизменно отмахивался, так что Наруто списал это на восходящую луну, ретроградный Меркурий или ещё что-то такое же необъяснимое, что могло бы влиять на поведение Саске. К счастью, последний день отвратительной скуки подошёл к концу, и они разыграли часы ночной охраны на камень-ножницы-бумага. Случилось первое интересное событие за день: Саске проиграл Сакуре, которая чуть не захлебнулась от восторга и забрала себе первую часть ночи. В итоге, Наруто досталась середина — самое дурацкое время, а Саске завершал их ночное дежурство. На этом их захватывающее распределение закончилось, и они устало разбрелись, кто куда: Сакура — к двери номера господина Фумо, Саске — в свою комнату, а Наруто — на поиски любого магазина, где можно было бы купить какой-нибудь химозный ядовито-зелёный энергетик, чтобы не уснуть на пороге номера их заказчика, как приблудная псина. Утро встретило Наруто весёлыми солнечными бликами на окнах, мерзким звоном будильника и невыносимой духотой. Чувствуя себя разбитым после очередной практически бессонной ночи, он собирался на полном автопилоте. Что, похоже, было ошибкой. — У тебя футболка одновременно наизнанку и задом наперёд. Ты ослеп? — любезно поприветствовал его Саске. Наруто посмотрел вниз и выругался — придурок был прав. — Помолчал бы, сам-то куда собрался, на кастинг фильма про зомби? — вопросом на вопрос ответил блондин. На самом деле, Учиха и вправду выглядел кошмарно, будто не проспал ни минуты за всю ночь. Однако показывать своё беспокойство Наруто не планировал. — Значит ты признаёшь, что я мог бы выиграть в каких-нибудь кинопробах? — вдруг выдал Саске, и Наруто, уже собиравшийся пройти мимо него, резко остановился, неверяще глядя на брюнета. Тому, к его чести, понадобилась всего пара секунд, чтобы понять, какую чушь он сморозил, и что его за это ждёт, и быстро пробормотал: — Блять, убей меня. Нет. Сотри себе память, а потом убей меня, — его голос звучал так обречённо, что Наруто не выдержал и расхохотался. — Какой же ты самодовольный засранец, — сквозь смех выдавил он, — Хотя, роль нулевого пациента зомби апокалипсиса тебе подойдёт идеально, — Наруто в красках представил Саске, шатающегося туда-сюда с безумным взглядом, и его охватил очередной приступ смеха. Когда он успокоился и наконец снова посмотрел на брюнета, тот стоял, сложив руки на груди и недовольно поджав губы. Он совершенно не выглядел смущённым, но на его шее расползалось подозрительное красное пятно. Наруто ухмыльнулся, но Саске среагировал первым: — Ты был бы потише. Если наш восхитительный клиент станет ещё менее дружелюбным, я сброшусь нахер с ближайшей крыши, реально превращусь в зомби и поужинаю твоими скудными мозгами. Ухмылка слетела с лица Наруто, и они оба с долей страха покосились на дверь, рядом с которой всё это время стояли. Блондин совершенно забыл про грёбанного «господина» и теперь даже удивился, что тот не выскочил к ним с возмущениями. Из-за двери вообще не раздавалось никаких звуков, что было странно: Фумо вот-вот должен был выйти на завтрак. — Ты его проверял? — Да, в начале своего дежурства, как и договаривались, — припомнил Саске, — потом всё было спокойно, вообще ни звука. Они замолкли, оценивая ситуацию. Скорее всего, всё было в порядке: Фумо вполне мог просто тихо собраться и отдыхать. Абсолютно ничего странного бы в этом не было. С другой стороны, за эти четыре дня они выяснили, что до завтрака их заказчик был ещё более невыносимым, чем в остальное время, и вряд ли упустил бы шанс сделать очередное замечание, особенно Саске, которого он почему-то особенно невзлюбил. На самом деле, шанс того, что что-то действительно случилось, был ничтожно мал. Из них троих Учиха был самым внимательным, поэтому, если он сказал, что ничего подозрительного не заметил, то ничего попросту не могло произойти. В способностях Саске Наруто не сомневался никогда. Но какое-то необъяснимое шестое чувство кричало, что что-то не так. — Вы чего такие загруженные? — послышался звонкий голос Сакуры. Парни вздрогнули и обернулись к ней. Сакура выглядела жутко довольной — скорее всего тем, что это тягомотное задание подходило к концу. Подойдя ближе, она нахмурилась, — Господин Фумо всё ещё не вышел? Наруто бросил взгляд на часы. Каждый день ровно в восемь Фумо вываливался из номера. Секундная стрелка оглушительно щёлкнула в наступившей тишине, а за ней и минутная. Восемь ноль одна. — Может, он проспал? — задумчиво произнесла девушка. — Надо проверить, — принял решение Наруто. Саске почему-то промолчал. Блондин громко постучал в дверь. Тишина. Выругавшись себе под нос, он повернул ручку и ступил в комнату. Под ногой скрипнула половица паркета. В комнате всё было чисто, шторы были плотно задвинуты, а господин Фумо безмятежно лежал под одеялом. Наруто перевёл дыхание и подошёл к нему, протягивая руку, чтобы разбудить. Он мягко дотронулся до плеча мужчины и негромко позвал его: — Господин Фумо? Прошу прощения, вы пропустите завтрак, — неловко проговорил он, вспоминая обещание быть предельно вежливым, данное Цунаде. Мужчина не пошевелился. Наруто нахмурился и потряс его сильнее. Ноль реакции. Тревога расползлась по краям сознания. Он осторожно протянул руку к шее их проблемного клиента и замер, чувствуя, как с каждой секундой паника подступает к горлу. Пульса не было. С совершенно дикими глазами Наруто выскочил за дверь. — Кажется, он мёртв. Пульса нет. Не нашёл. Проверьте, — выдавил он ошарашенным товарищам по команде. Глаза Саске расширились, и он, кажется тоже почти перестал дышать. Сакура бросилась в комнату. Она сосредоточенно пыталась услышать дыхание Фумо или нащупать пульс. Спустя минуту тревожного ожидания, во время которой Наруто почти трясло, а Саске, наоборот, изображал каменную статую, её губы скривились и Наруто понял, что она скажет ещё до того, как прозвучало первое слово. Обернувшись к ним, девушка твёрдо констатировала: — Он мёртв.