Хтонь лабораторная

Что что-то изменилось в нем самом, он понял только когда на весь корпус раздалась пожарная тревога. Он как раз ходил за результатами сравнительной экспертизы между русалом и одним из видов дельфинов. Но сработала сигнализация, и стоило ему вместе с коллегами выскочить в коридор, как сердце тревожно заколотилось. Весь их этаж был затянут дымом. — Пожарная тревога! Просьба покинуть помещение. Пожарная тревога… — Уходим! Сяо Чжань кивнул коллегам, шагнул следом за ними, но когда их фигуры скрылись за дверьми на лестничную клетку, развернулся и побежал в сторону лаборатории. Где-то вдалеке потрескивала проводка, дым все больше вонял паленой пластмассой, так что он ускорился и влетел в двери своего отдела, едва не задыхаясь. Ибо встретил его полным ужаса взглядом. Он полулежал на кафельном полу у бассейна, и, кажется, пытался ползти в сторону выхода. — Бо-ди! — не скрывая облегчения, выкрикнул Сяо Чжань. Здесь пока был не так силен запах дыма, все же отсеки лабораторий строились из огнеупорных материалов, да и закрывались достаточно плотно. Он упал на колени рядом с ним, мгновенно замочив брюки, и с облегчением почувствовал крепкую хватку на предплечьях. — Я ненавижу огонь, гэгэ, — пробормотал тот, ощутимо дрожа всем телом. Внутренностью от страха в этом голосе перевернулись, и Сяо Чжань крепче прижал его к себе. — Я думал, ты ушел. — Ну что за ерунду ты говоришь, — прошептал он, зарываясь лицом в светлое облако волос и глубже вдыхая легкий аромат моря. — Разве могу я уйти без тебя. Он правда не мог. Ибо был единственным захваченным русалом, и, судя по его оговоркам, их принцем, да, и его бы не погладили по головке за потерю столь ценного кадра. Но, кроме того… Ибо был его единственным исследуемым, кого он хотел… хотел видеть на своем столе всегда. И кто действительно не просто терпел его опыты, а кто сам интересовался ими. — Спасибо, гэ, — прошептал Ибо. И теперь его голос звучал куда увереннее. Пожар потушили через пару часов, когда вонь от паленой проводки начала проникать даже в их отсек, и Сяо Чжань всерьез начал раздумывать над попыткой выбраться через окно. Конечно, тринадцатый этаж, но он был уверен, что пожарные могли бы подогнать нужную машину. Он бы вполне мог вытащить русала на руках. И наплевать, что Ибо нельзя было показывать. Главное — Ибо бы выжил. А там Сяо Чжань нашел бы способ его спрятать, забрать, укрыть. Но все решилось проще. Пожар потушили, и ему даже разрешили остаться с испытуемым на сегодня — взять анализы существа в стрессе, и даже говорили что-то о награде за самоотверженность. Сяо Чжань не слушал. Его наградой были большие глубокие глаза, встречающие каждый шаг с неподдельным вниманием. Он принес им ужин, как и в последние полторы недели, присел рядом, опустив ноги в теплую воду. Пережитый стресс навалился одномоментно. — Чжань-гэ. — Что? — Ты не оставил меня. Ибо, устроившийся у его ног, смотрел прямо и вопросительно, по-собачьи склонив голову набок. — Я не мог, — слабо улыбнулся Сяо Чжань и, не удержавшись, аккуратно заправил прядку за острое ухо. Ибо неожиданно повернул голову и прижался губами к его запястью, и внутри Сяо Чжаня стало пусто и горячо. — Что ты… — шепнул он, чувствуя, как дрожит его рука в крупных чужих. Ибо промолчал, продолжая оставлять поцелуи. Выше и выше, забирая с каждым воздух. Сяо Чжань едва дышал, закусывая губы, чтобы не сорваться в позорный скулеж от каждого движения по коже. В какой-то момент Ибо вдруг дернул его вниз, заставив его с негромким вскриком сползти практически в бассейн, и навис над ним, темно сверкая глазами. Сяо Чжань облизнул губы, с интересом глядя на то, как расплывается чернота в чужих глазах. — Гэ, — шепнул Ибо. И Сяо Чжань обвил его шею, рывком роняя на себя. Заниматься сексом в воде никогда не было фетишем Сяо Чжаня. Он вообще относился к этому занятию с изрядной долей скептицизма: ничего лучше удачного эксперимента в его картине мира быть не могло. Но сейчас, когда губы русала путешествовали по всему его телу, он допускал мысль, что мог ошибиться — и эта теория требовала немедленной проверки. Так что он покорно приоткрыл губы, поймал язык языком и притерся к хвосту. Сквозь брюки все ощущения были странными, смазанными, ткань облепила ноги, замедляя движения. Сяо Чжань опустил руку ниже, и Ибо толкнулся горячим членом ему в ладонь. Он тут же оторвался от его губ, отпихивая лицо русала от своего, и завороженно уставился вниз. Член у Ибо был крупный, похожий и не похожий на человеческий одновременно. Сейчас он полностью выпал из половой складки, напряженный, гладкий и скользкий от обилия густой смазки. На ощупь он был похож на резиновый, но живо реагировал — напрягался, пульсировал и словно слегка обвивался вокруг пальцев, пока Сяо Чжань изучал его. — Гэ, пожалуйста, — всхлипнул Ибо. На ресницах его снова собрались слезинки, губы запунцевели, и Сяо Чжань подался вперед, прикусывая их. Ему хотелось изучить больше. Но вот Ибо хитро свел губы, всасывая его язык в свой, и притерся ближе всем собой, почти расплющивая о стенку бассейна. Связные мысли были выбиты из головы этим движением. — Бо-ди, Бо-ди, Бо-ди, — зашептал он, пытаясь прижаться еще ближе к теплому телу — казалось, даже чешуя на чужом хвосте раскалилась, обжигая ладони. Тот что-то мурлыкал в ответ, оглаживая его тело крупными ладонями, и —- Сяо Чжань на мгновение задохнулся — одним движением сдернул брюки с трусами ему до колен. — Ах! Спеленутый, он не сразу сообразил, что оказался повернут спиной, и теперь Ибо врезался в его ягодицы своих хвостом. Сяо Чжань хватанул ртом воздух, чувствуя давление на мышцы ануса. — Ибо… смаз… а! Тонкий кончик члена, проникнув в него, словно выпустил очередную порцию предэкулята внутрь. Сяо Чжань охнул и вцепился в обнимающую его поперек груди руку, откинув голову на плечо русала и невидяще уставившись в потолок. Ибо легко поводил тонким кончиком члена в нем, толкаясь совсем неглубоко, плавно и медленно растягивая по смазке. Одна рука крепко прижимала его к горячей груди, а второй он принялся медленно ласкать чуть опавший от обилия эмоций член Сяо Чжаня. — Я мечтал об этом, Чжань-гэ, — шепнул Ибо ему на ухо, обвивая ноги хвостом и чуть вздергивая его вверх — так, что он теперь практически сидел на нем. Сяо Чжань жалобно застонал, чувствуя, как поступательные движение члена внутри становятся все настойчивее и глубже. Судя по тому, как скользко стало у него между ног, искусственная смазка этому виду млекопитающих была совершенно не нужна. — Ты — такой сосредоточенный, суровый, но стоит найти что-то необычное, твои глаза загораются ярче кораллов. Сяо Чжань хватал ртом воздух, которого катастрофически не хватало. Член Ибо вошел в него уже почти наполовину, и теперь слегка извивался внутри, с каждым движением задевая простату. Думать и анализировать становилось проблематично. В других случаях это бы бесило, но здесь и сейчас почему-то казалось правильным. Для чистоты эксперимента, — мелькнуло в голове и пропало, смытое волной удовольствия. — Это сияние хочется разделять и беречь, гэ, — продолжал шептать Ибо, а у Сяо Чжаня перед зажмуренными глазами почему-то проплывали кадры старых мультфильмов о подводных чудищах, сиренах и наядах — поманит такая и ты ухнешь глубоко в омут. Он всхлипнул при очередном движении внутри и выгнулся, закидывая руки Ибо за шею. — Хочется быть тем, кто это сияние вызывает. Сяо Чжань вскрикнул: Ибо на последних словах подкинул бедра вверх, насаживая его по основание, вцепился острыми зубами ему в плечо и задвигался, с каждым движением практически полностью выскальзывая — и вбиваясь внутрь. Долго Сяо Чжань не продержался. Тело, словно мстя за длительное пренебрежение его потребностями, подвело, абсолютно отключив самоконтроль, и Сяо Чжаня выбросило в оргазм с беспощадной неотвратимостью. Он не контролировал ни дрожь, ни поджавшиеся на ногах пальцы, ни сорвавшийся с губ крик. Ибо, кажется, справился с оргазмом лучше — по крайней мере, он не утопил Сяо Чжаня, только крепче сжал в кольце хвоста, в последний раз глубоко вонзаясь, и глухо рыкнул, заваливаясь с ним на ступеньки. Прошло несколько минут, прежде чем Сяо Чжань нашел в себе силы отстраниться. Член Ибо, выскользнув из него, спрятался в щель, но пока что проснувшийся исследовательский интерес позорно проигрывал чувству голода — позабытый поднос так и стоял чуть в сторонке — и странному, ленному умиротворению. Он подтянулся и с помощью поддерживающих рук устроился на привычной приступке. Ибо мгновенно подплыл ближе, укладывая довольно голову на колени. Сяо Чжань задумчиво поджал задницу, из которой текло. — Думаю, что нам надо найти для тебя большой аквариум, — задумчиво пробормотал он, пропуская влажные шелковистые пряди сквозь пальцы. — Еще немного, и главные захотят больше исследований. А я не намерен делить тебя с кем-то еще. — Правда? — Ты — мой, — мрачно сверкнул Сяо Чжань глазами и, наклонившись над ним, шепнул. — Только я могу делать тебе больно. Только я могу утешать. Только я. Ибо вывернулся из хватки и, сверкнув счастливой улыбкой, прижался губами к губам. На второй заход они не пошли, Сяо Чжаню сперва хотелось посмотреть, как отреагирует его организм на стороннюю жидкость. Ибо с энтузиазмом согласился — когда Сяо Чжань поделился планами проверить подобное после двух, трех и более раз, а также исследовать его сперму, предварительно хорошенько отсосав. Такие “опыты” точно были не нужны главным. А вот Сяо Чжаню — очень даже. Да и без опытов… это было хорошо. — Но на сегодня я все равно хочу еще замерить давление… и реакцию на ток, —- он провел ладонью по обнаженной груди, царапнув нежный сосок и улыбнувшись тому, как вздрогнул Ибо. — Итак, электролиты… а если пустить сразу в воду… сколько там было в последний раз?.. — 233, Чжань-гэ, — шепнул Ибо, ловя его руку своей и оставляя поцелуй на запястье. Сяо Чжань благодарно кивнул, поднимаясь и заворачиваясь в халат. Отошел, отворачиваясь к шкафу с электрическими приборами, и Ибо улыбнулся ему в спину. Меж заострившихся зубов мелькнул длинный алый язык, и волосы на краткий момент наэлектризовано взвились вокруг головы. Он набрал уже достаточно сил, чтобы одномоментно стереть это здание с лица земли и перенести их куда подальше, но силы никогда не бывали лишними, а ток — всегда вкусным. — Я подожду, гэ. … пока все, что тебе нужно, не сойдется окончательно на мне. Пока всем, чего ты будешь желаешь — не останусь лишь я. Пока я не заменю тебе мир и воздух, как это сделал со мной ты. И тогда… тогда я заберу тебя с собой. А пока включай ток посильнее, Чжань-гэ, и я покричу для тебя. Ибо широко улыбнулся, и из его пасти на секунду выглянуло синее пламя молнии.

(никогда не) конец