Он - Дракон.

Тот, кого так любил Шепс и кого так ненавидела Якубович, сидел в салоне своего эксклюзивного, сделанного на заказ «AURUS»'а, закрыв глаза и вытянув ноги. В первом часу ночи все нормальные люди сладко спят в своих кроватках, а не мотаются по светским вечеринкам, «торгуя» лицом. Лицом, на котором тонна ненавистного грима, так ловко скрывающего усталость. Вот бы сейчас шахтеры и спасатели, врачи и учителя взъелись на слово «усталость», ведь по их мнению артисты это бездельники, которые поют под фонограмму и бесятся с жира. С чего бы им уставать? Киркоров хмыкнул в унисон надоедливым мыслям и попытался поудобнее пристроить гудящие ноги в неудобных остроносых туфлях и ноющую поясницу. Действительно, отчего он может утомиться? Он же шут, клоун, веселящий публику, не годный ни на что больше, как паясничать. Филипп выдохнул, все ещё возясь в кресле с массажным эффектом. Он хотел домой и одновременно понимал, что ему там нечего делать. Что эмоции бьют через край и им обязательно нужен выход. - Филипп, а что вы думаете об интервью… «Этой старой дуры? Да нихуя я не думаю! Пусть в жопу катится со своими высказываниями, тварь!!!» - Она мой близкий человек, как я могу на нее обижаться? « Действительно, как? Близкий человек… Что я несу… Позёр. Прошло все давно, забылось. Тогда почему я так остро реагирую? Подумаешь, тявкает старуха, рейтинг свой замшелый повышает. Взять ластик, стереть и забыть. Ну ничего, для нее в аду уже кипит отдельный котёл. За все мои страдания. Мама её моя просила, пиздит и не краснеет! Да эта женитьба только ускорила ее уход, она никак не могла принять эту шалаву, на которой клейма ставить негде. Уж как она меня отговаривала, а мне как в уши нассали! Я же так её любил, как никогда и никого больше. Отдавал все, что у меня было, и душу, и сердце, и деньги. Всё к ее ногам. А она смеялась, издевалась, унижала, оскорбляла и все это на глазах у ее дружков-алкашей. Изменяла мне, а я не верил, хотя мне пытались открыть глаза. Я после развода жить не хотел, на других смотреть не мог. Да что там, у меня после этой суки перестало на баб вставать. А у нее, оказывается, был пиар! На, получи бумеранг, Филька! Пидарас ты или как скажет Гузеева – ПИ-ДА-РА-СИНА! Вот и живи с этим… И живу» Киркоров откинулся на мягкий подголовник и прижал пальцы к вискам. Сегодняшний нескончаемый день, перешедший в ночь, отнял очень много моральных сил. Нужна разрядка. - Привет, ты где? – Филипп включил на телефоне громкую связь и засунул в рот барбариску, аккуратно положив фантик в карман пальто. Целый пакет советских карамелек где-то достал управляющий Армен, и Киркоров везде таскал их с собой, стараясь бросить курить. Удавалось правда плохо, без привычной уже дозы никотина любое слово или действие со стороны воспринималось с агрессией, которую Филипп глушил в себе, натягивая маску равнодушия. - Привет, уже дома, спать собрались, - зевнув, ответил Ситник. - Я скоро приеду, - то ли спросил то ли поставил перед фактом Киркоров, разгрызая конфетку. Долго ее сосать у него не хватало терпения. - Ну ладно, только я с Дианой, - показалось, что директор артиста совсем не обрадовался столь позднему визиту. - Ничего страшного, - еле скрывая раздражение, суховато бросил Филипп и завершил звонок. Голова заболела ещё сильнее. Обручем сжало лоб и затылок, лишая способности думать ясно. - На Филипповский, - отдав приказ водителю, Киркоров закрыл глаза, чтобы свет мелькающих фонарей не резал и без того воспаленные нервы. В памяти всплыла сегодняшняя встреча с Шепсом. Его энергетика ещё в прошлые разы зацепила артиста и хотя он совсем не в его вкусе, но все же можно закрутить с ним романчик. Тем более, что к Ситнику больше нет никаких чувств, кроме, быть может, лёгкой ревности. «Максим… Вот же судьба-злодейка. Прямо как у Алки. Но она вроде счастлива с ним, а у меня не сложилось. Глупо все это. Глупо и смешно верить в то, чего нет. А я как мальчишка, влюбился в последний раз… На что я рассчитывал? На жили они долго и счастливо и умерли в один день? Пф-ф… Хорошо, что мы расстались. Правильно. И вообще, надо заканчивать с ним. С глаз долой, из сердца вон. Переключиться на этого экстрасенса что ли…» Киркоров покрутил обручальное кольцо и даже потянул, намереваясь снять, но автомобиль затормозил возле знакомого дома. Его дома, в котором Филипп купил своему любовнику квартиру, чтобы не палиться, когда хотелось провести с ним время. А теперь Ситник живёт в ней со своей девушкой, чем дико бесит Киркорова. Вот и сейчас, пока артист поднимался в лифте на нужный этаж, его и без того нерадостное настроение катастрофически портилось, делая взгляд темным и тяжелым, а пухлые губы сжатыми в узкую линию. Ну ничего, сейчас он выебет своего так называемого директора и успокоится. Или их обоих. Как пойдёт. Филипп был зависим от секса. Он помогал ему не сойти с ума, запутавшись в проблемах, освобождая мозг от мыслей, пусть и ненадолго делая жизнь ярче. И ему было все равно, что чувствуют его партнеры, любят ли его или терпят, главное – выплеснуть свои эмоции, разрядиться, перезагрузиться или обнулиться. Принцип "моя свобода заканчивается там, где начинается свобода другого человека" не переступая через моральные нормы, в его случае не срабатывал. Киркоров, очень стеснительный и даже робкий в жизни, был весьма раскрепощенным в интимном плане, часто реализуя свои извращенные фантазии. Секс полностью зависел от его настроения, он был или нежным, или жестким, он мог быть и пассивом и активом, и с мужчиной и с женщиной, любил и втроем и оргии, для артиста абсолютно не было никаких преград и табу. Глядя на Киркорова, никто бы не мог подумать, что его альтер-эго диаметрально-противоположное сложившемуся образу инфантильного недотепы. В сексе он был абсолютным гедонистом, брутальным альфа-самцом, и оставался им даже тогда, когда по своему желанию пробовал роль пассива. Несмотря на далеко не юный возраст, Филипп быстро возбуждался и легко выдерживал двухчасовой сексуальный «марафон», и партнеры дурели от запаха его собственных феромонов и делали все, чтобы Киркоров остался удовлетворённым. Вынужденное долгое воздержание из-за болезни плохо действовало на Киркорова и ещё больше расшатывало психику, сигнализируя о его немощности и несостоятельности. И надо отдать должное Ситнику, парень не оставлял своего любовника и босса наедине с бедой, самоотверженно приходя на помощь по первому зову, даже несмотря на то, что официально они расстались. Макс любил Киркорова, но никогда этого не показывал, стараясь наоборот выдерживать вежливый нейтралитет. Почему в Киркорова все влюблялись не с первого, так со второго раза Ситник не знал, но сам попав под магию этого харизматичного мужчины, прочувствовал в полной мере, какого это – быть во власти Дракона. Поэтому когда Киркоров предупредил о том, что приедет, теплое чувство радости тиснуло сердце и низ живота налился приятной тяжестью от предвкушения острого, фееричного оргазма, как это было всегда, когда они с боссом… Взгляд Ситника упал на девушку, валявшуюся на разобранной кровати. «А ее куда девать? Отправить к подружке? Или…» Мысль о МЖМ пришла сама собой, но вдруг она не захочет? И вдруг Киркоров не оценит данный «презент»? - Моя, щас Фил заскочит, хочет выпить, расслабиться. Ты как на счёт тройничка? Диана, уже давненько работающая эскортницей, пожала плечами. - Ну ок, он вроде норм, хоть и старый. - Он не старый, - Ситника неприятно зацепили слова о возрасте партнера. – Давай тогда в душ и накрой стол. Вискарь, нарезку, шоколад, орешки. Много не надо, просто закусить. Девушка молча отправилась исполнять приказ Макса. Она вообще спокойно реагировала на подобный тон и отношение к себе, как к шлюхе. Главное – что он выполняет все ее хотелки, вывозит за границу, покупает дорогие шмотки и регулярно пополняет баланс на карте. Диана была из той категории безпринципных девушек, которые лягут под любого, лишь бы никогда не жить в нищете и не ездить каждый день на работу в переполненном автобусе. Ситник положил презервативы, хотя знал, что Филипп предпочитает без них, и лубрикант. Пока Диана готовила закуски, быстро сполоснулся, тщательно промыв задний проход. Неизвестно в каком настроении пожалует босс и чего он захочет. На всякий случай нужно быть готовым. Сегодня Макс не сопровождал Киркорова, сославшись на свои дела, и потому когда Филипп зашёл в квартиру и занял своей мощной энергетикой все пространство, почувствовал его плохое настроение и тяжёлый взгляд из-под очков. Киркоров с явным облегчением снял неудобные туфли, пальто и пиджак, которые уже надоели ему за вечер. Он бы разделся до трусов, но при девушке было неудобно сидеть в неглиже. Пока неудобно. Диана в домашнем топике и ультракоротких шортиках наоборот без всякого стеснения пристроилась в кресле напротив Филиппа, с явным интересом рассматривая потенциального любовника. Она видела его и раньше с Максом, но мельком или на видео, а вот так в жизни и так близко ещё ни разу. Киркоров оказался большим, холеным, ухоженным мужчиной, немного уставшим, совсем не старым и не больным, от него хорошо пахло дорогими духами, яблочным пирогом, корицей и почему-то карамельками. Он не внушал чувство опасности, наоборот, с ним было уютно и спокойно, и хотелось все время смотреть на его тёплые глаза и расходившиеся от них лучики, когда он улыбался. Улыбаться Филипп начал после двух стаканов виски со льдом, разбавленного Кока-колой. Приятная атмосфера ночи, неторопливые разговоры, и рука Макса, как бы случайно поглаживающая бедро, расслабили артиста и он стал похотливо посматривать на Диану, по привычке закусывая нижнюю губу. Так и не удалось бабе Алле отбить у него охоту к женскому телу как бы он не врал сам себе. Киркоров снял очки, положил на низкий столик рядом с тарелками и расстегнул несколько пуговиц на рубашке. От алкоголя и витающего в воздухе секса ему становилось жарко, лоб взмок, а локоны начали завиваться в колечки. Ситник придвинулся вплотную к Филиппу, кладя руку на его пах и легонько сжимая ещё находящийся в покое член. Его губы коснулись шеи артиста и Киркоров откинул голову на спинку дивана, но почти сразу же резковато схватил Макса за затылок и приблизил к своему лицу. Нежное, легкое касание к губам партнёра очень быстро переросло во властный, немного жесткий поцелуй. Филипп, словно истосковавшийся зверь, поглощал каждый выдох, перекрывая кислород, наслаждаясь близостью некогда любимого человека. Или ещё любимого. Его дыхание, горячее и шумное, обжигало кожу. Чуть прикусив нижнюю губу с тихим рыком, он углубил поцелуй. В рот, скользя, вторгся его язык, словно обживаясь, прошелся по зубам, приласкал нёбо и пустился в дикий пляс. Поцелуй окончательно потерял все оттенки нежности, став грубым, властным и возбуждающим. Макс быстро расправился с пуговицами на киркоровской рубашке и ласкал грудь, поглаживая и сжимая соски, заставляя Филиппа глухо постанывать в глубину его рта. Диана, наблюдавшая за прелюдией, неожиданно почувствовала острое желание. Запах мужского парфюма, их тестостерона и алкоголя ударил в голову. Она без приглашения решила вступить в игру и присела на пол между ногами мужчин. Ситника она знала на вкус и потому ей хотелось попробовать с «королём». Пальцы несмело коснулись брюк Филиппа и замерли в районе коленок, но его молчаливое согласие придало ей уверенности. Её руки пробежались по длинным ногам, скользнули по выпиравшему бугру и схватились за ремень. Пара движений, и вслед за пуговицей и вжиком молнии она увидела полоску чёрных трусов под татуировкой KING OF POP. Сердце заколотилось. «Только бы не сморщенный старческий огрызок!» Решившись, девушка стянула ткань брюк вниз вместе с трусами. Член артиста буквально выпрыгнул наружу. Он был большим, напряжённым, с рельефными венами. Меньше, чем у Ситника на пару сантиметров, но более идеальной формы. Он возвышался твёрдым монстром, покачиваясь, и у Дианы буквально отвисла челюсть от восторга. Она не могла оторвать глаз и Киркоров ухмыльнулся, прервав поцелуй. - Нравится? – девушка кивнула, сглотнув образовавшуюся слюну. - Попробуй, — просто сказал Филипп и приставил головку к пухлым губам. Как будто предложил конфетку. Диана облизала ее, почувствовав терпкий солоноватый вкус, а затем послушно открыла рот. Киркоров положил тяжелую руку на голову, забрав мешающиеся волосы и двинулся бёдрами вперёд. Его длинный ствол скользнул в горло. Девушка закашлялась, слёзы брызнули из глаз, но он уже начал ритмично двигаться, не дав времени отдышаться, то вынимая его почти полностью, то снова погружая глубоко внутрь. Киркоров, прикрыв глаза, буквально трахал в горло и Диана, задыхаясь, усердно сосала, смотря на него снизу вверх. В это время Максим встал с дивана и опустился на ковер позади своей пассии. Стянул вниз бретельки топика, освобождая крепкие, молодые груди, бесцеремонно сжимая их большими ладонями, захватывая соски и заставляя стонать прямо вокруг члена. Ее рука судорожно полезла в шортики и начала тереть клитор, стремительно намокая. Филипп, наблюдая мини-спектакль у своих ног, задышал чаще, но вдруг прервал минет и поднялся, встав во весь рост. - Оба сосите. Макс тут же обхватил босса за ягодицы и привычным движением направил мокрый ствол себе в рот. Видно, что он проделывал это не единожды. Диана пристроилась снизу, посасывая тяжелые киркоровские яйца и теребя себя за соски. Филипп неспешно двигался, явно пытаясь оттянуть момент оргазма, но Ситник настолько умело и плотно прижимал его член языком, что дыхание артиста стало прерывистым, а хватка пальцев в волосах партнёров сильнее. Макс поменялся с девушкой, и вот уже ее Киркоров трахает в горло и рвано стонет, почти рыкая. - Я скоро кончу, — выдохнув, предупредил он, и сделал несколько сильных, глубоких фрикций. Диана почувствовала, как его член пульсирует в горле, а затем тёплая, густая сперма заполнила весь рот. Филипп не вынимал его, пока девушка покорно сглотнув один, второй, третий раз, не опустошила член полностью, облизав все до капли. Киркоров тяжело дыша отошёл, и его место тут же занял Макс. Он разделся догола и потирал в предвкушении свой член — он был чуть больше, значительно толще, слегка загнутый кверху, увенчанный грибообразной головкой. И конечно же, уже давно готовым к бою. Ситник без прелюдий схватил свою девушку за волосы и вставил в рот ствол. Его вкус был другим, со смесью кожи, пота и предсеменной жидкости. Диана, возбужденная до предела, сама начала активно работать головой, пока он с рычанием трахал в горло. В этот момент Филипп, уже приведя себя в порядок и тоже избавившись от одежды, сел на диван. Спокойно налил себе виски, немного, буквально на палец, разбавил газировкой, и, потягивая напиток, стал смотреть, как его бывший любовник трахает свою девушку. Его член снова начал твердеть, но порно онлайн длилось недолго. Макс с силой вогнал ствол в глотку и кончил, заливая растянутое до предела горло новой порцией спермы, оглашая комнату громким криком. Диана сидела на полу, опершись на локти, вся в сперме, с растрёпанными волосами и распухшими губами. Дышала с трудом, а внутри всё трепетало от пережитого возбуждения. Ее тело было влажным и горячим, а между ног пульсировало настойчивое, нетерпеливое желание. Ситник и Филипп переглянулись. В их глазах читалось легкое удовлетворение, но ни капли усталости. Они смотрели на развратное, испачканное тело с голодом, который лишь разгорался. - Выпей, - Филипп галантно протянул девушке стакан со спиртным. - И вытрись, мы еще не закончили, - Макс бросил пачку влажных салфеток так небрежно, как будто она была не его девушкой, а проституткой. Двое обнаженных мужчин отдыхали, развалившись на диване и потягивая алкоголь, их смуглые тела, покрытые растительностью и татуировками, блестели в неярком свете ночника. Воздух в комнате был густым и тяжёлым, пахло сексом, потом и дорогим виски. Диана избавилась от мокрых шортиков и свернулась в кресле, мучительно ожидая, когда мужчины восстановятся и наконец трахнут ее как следует. - Теперь пора и другим дырочкам поработать, — развязно произнес Макс, подрачивая свой толстый член, всё ещё влажный от слюны и его же спермы. – Давай на диван и голову на подлокотник. Девушка сделала, что было велено, одновременно радуясь и содрогаясь от предвкушения качественной ебли. Хотя, надо признать, она думала, что будет лишь наблюдателем, зная об ориентации Киркорова. А оказалось, что он вполне нормальный мужик, очень даже милый и симпатичный. Мужчины коротко переговорили между собой, и Ситник снова подошёл к голове Дианы, приставляя член к раскрасневшимся и уже изрядно натруженным губам. Она послушно открыла их, и он снова начал не спеша входить в рот, но теперь уже глубже, увереннее, заставляя ощущать невероятную наполненность. Девушка притянула молодого человека ближе, сама двигая головой навстречу его толчкам. В это время Филипп раздвинул ноги Дианы, устроившись между ними. Его руки грубо схватили за бёдра, приподняв таз. Проигнорировав презервативы, Киркоров смочил слюной головку и сделал небольшой нажим в сочившуюся смазкой щель. Его ствол медленно, но неумолимо начал входить вовнутрь. Он был большим, и Диана чувствовала каждую прожилку, каждый сантиметр этого протяжного движения. Он заполнил ее целиком и на мгновение замер, прислушиваясь к собственным ощущениям. Киркоров поднял голову и встретился глазами с Максом. Возможно, им было неловко, сейчас друг от друга их отделяло лишь женское тело, но пока мысли были заняты только собственным возбуждением. - Боже… какой он у тебя огромный, — вырвалось у девушки, когда Филипп наконец вошел полностью, и она выпустила член Макса изо рта. - Можно просто… Фил, - с сарказмом хмыкнул Киркоров, давая ей привыкнуть, а затем начиная двигаться. Сначала медленно, вынимая почти полностью и снова погружаясь. Каждый толчок заставлял Диану вздрагивать и стонать. Макс в это время ускорил темп, и его член снова начал биться о ее горло. Ее разрывали на части двое мужчин, трахая с двух сторон одновременно. Она была в центре настоящего урагана страсти. Одной рукой девушка ласкала свои груди, крутя и дёргая соски, а другой сжимала согнутую в колене ногу, пытаясь хоть как-то удержаться в этом безумии. Филипп, подустав от одной позы, сменил угол, и его толчки стали попадать прямо в точку G. Ощущения стали невыносимо-приятные, даже слегка болезненные. Начало нарастать знакомое, огненное напряжение. - Я сейчас… я кончаю! — закричала Диана, но ее крик превратился в приглушённый стон, так как Макс в этот момент снова вошёл в горло, сноровисто двигая задом. Оргазм потряс ее тело судорожными спазмами, сжав Киркорова изнутри так сильно, что он не выдержал и с громким стоном начал кончать глубоко внутрь и его горячая сперма заполняла киску пульсирующими потоками. Макс, почувствовав эти конвульсии, вытащил член изо рта и, проведя им по лицу девушки, облил грудь и шею густым семенем. Двое мужчин, тяжело дыша, смотрели на нее — развратную, залитую их спермой, дрожащую от пережитого оргазма. Им всем нужна была передышка. Диана лежала без сил, не в состоянии даже пошевелиться, и Филипп с Максом рухнули рядом на диван. Пока Киркоров вытирался салфетками, Ситник налил виски и даже не успел добавить лимонад, как артист перехватил стакан и жадно выпил содержимое. Филиппу дико хотелось курить, но фониатр настойчиво рекомендовал воздержаться и не травмировать связки никотином, поэтому он закинул в рот горсть орехов и стал жевать, чтобы хоть как-то подавить навязчивое желание. Максим тоже не стал дымить из солидарности, он сидел вплотную к боссу, прикасаясь к его горячему, мокрому телу и вдыхал сильный запах его феромонов, от которого всегда сносило крышу. На лице Филиппа читалась усталость, но не было той расслабленной безмятежности, которая появлялась у него после их секса. Да и Ситнику тоже чего-то не хватало, хотя кончили они уже по два раза. Из прихожей раздался звонок телефона. Филипп встал и вышел ответить. Пока он отсутствовал, Макс нежно, почти ласково гладил бёдра своей девушки, словно вспомнив о ее существовании, заставляя содрогаться от каждого прикосновения. Ее тело гудело от пережитого, а внизу живота всё ещё сладостно пульсировало. Киркоров вернулся, посмотрел на Макса и Диану, как будто делая выбор, и в его взгляде отчетливо был виден все тот же ненасытный голод. - Все согласны на анальчик? - в его руке появился небольшой тюбик с прозрачным гелем. Они с Максом переглянулись, и между ними пробежало какое-то безмолвное соглашение. Филипп подошел к девушке, прикусывая губу и черти в его темных глазах уже начали свой дикий танец. У Дианы ёкнуло сердце, смесь страха и запретного возбуждения снова пронзила всё тело. - Нет… Фил, подожди… Туда не надо, — тихо выдохнула она, пытаясь приподняться на локтях. — У меня туда ещё… ни разу не было. - Максим, как же так, - с отеческой укоризной, явно издеваясь, протянул Филипп. - Она мне не давала, - как бы извиняясь перед боссом за свой косяк, ответил Ситник, крепче сжимая ее бедро и не давая двигаться. - Мы будем аккуратны, не бойся. Тебе понравится, - Киркоров приземлился на диван, затаскивая девушку на колени, спиной к своей груди. Он выдавил холодную каплю смазки себе на пальцы и начал водить ими между ягодиц, находя то самое узкое, девственное отверстие. Диана вздрогнула и попыталась сжаться, когда его палец начал нежно, но настойчиво давить на него. - Расслабься, деточка, — прошептал он в ухо, и его горячее дыхание заставило содрогнуться. Палец медленно, миллиметр за миллиметром, вошёл внутрь. Было туго и непривычно. Он начал двигать им, осторожно растягивая. Киркоров явно не хотел причинять боль девушке своего партнера. И в этом было его своеобразное благородство. Через минуту он добавил второй палец. Было больно, острое жжение заставляло девушку хмуриться, но она кусала губу и старалась дышать глубже, как он и просил. Постепенно боль начала отступать, сменяясь странным чувством наполненности. Когда он ввёл уже три пальца, и она могла относительно спокойно принимать их движения, он убрал руку. Филипп обильно смазал свой член и приставил горячую головку уже снова эрегированного члена в анальное колечко, скользкое и готовое. - Дыши глубже, — скомандовал Филипп и крепко схватил за бёдра. Девушка охнула от его неожиданно сильных пальцев и напора. Даже со смазкой его большой член с трудом проходил внутрь. Он растягивал изнутри, заполняя целиком. Диана вскрикнула, впиваясь ногтями в его руки, но он не останавливался, пока не вошёл полностью. Она чувствовала каждый сантиметр его члена внутри прямой кишки. Это была смесь боли, невероятной тесноты и пьянящего ощущения полного подчинения. И тогда в игру вступил Макс. Он всё это время стоял перед ними, дроча свой член и наблюдая за процессом с хищной улыбкой. Теперь он подошёл ближе. - А сейчас моя очередь, — сказал он, раздвигая ещё сильнее ноги девушки, которые свешивались по бокам от колен Филиппа. Киркоров начал медленно двигаться в попке, и в этот момент Максим приставил свой огромный член к уже растраханной любовником киске, войдя в нее без всякого труда одним мощным рывком, вырвав из горла девушки хриплый возглас. Поза была не идеальная, но вполне достаточная, чтобы нормально двигаться. Два члена сновали в женском теле одновременно, но в разном ритме. Филипп — медленно и глубоко в заднем проходе, Макс — быстрее и напористее в киске. Ощущение было сногсшибательным. Диана не стонала, она рыдала от переизбытка чувств, ее била дрожь, и она полностью потеряла контроль над ним. Они трахали ее с обеих сторон, как самую последнюю шлюху, наслаждалась каждым мгновением этого унижения и наслаждения. Их движения ускорились, они нашли свой общий ритм. Уже было не до слов, каждый или мычал или стонал, чувствуя, как внутри снова нарастает дикий, запредельный оргазм, закручиваясь в тугую спираль. Члены мужчин разделяла лишь тонкая перегородка, они как будто были вместе, так близко и так далеко друг от друга. Даже находясь в движении и максимально неудобной позе они умудрились поцеловаться, нисколько не стесняясь Дианы. Впрочем, она, находясь в полуобморочном состоянии, этого даже не заметила. Филипп дошёл до предела и наконец выплеснул из себя вместе с криком все, что мучило его в этот день. - Кончаю! — почти рыкнул он сквозь сжатые зубы, содрогаясь от яркого, оглушающего оргазма. Макс в ответ только простонал что-то неразборчивое, а затем и он, будто по команде, достиг заветной цели. Диана почувствовала, как горячие струи Филиппа заполнили прямую кишку, а спустя пару секунд и Макс начал изливаться глубоко в растянутое по полной влагалище. Ее собственный оргазм накрыл следом с такой силой, что буквально потемнело в глазах, и она на секунду потеряла сознание, содрогаясь в бесконечных конвульсиях. Киркоров уехал поздно ночью, выжатый как лимон, опустошенный, но с новыми силами и ярко горящими глазами. Сегодня он будет спать крепко.