Полетаем?

      Виктор вышел из кабины и направился в кухонный отсек. Полёт проходил спокойно, и сейчас наступило время отдыха: как обычно, размять ноги, поболтать со стюардессами, выпить кофе или чай. Неожиданно взгляд мужчины привлёк вид за иллюминатором: зачинался рассвет. В воздухе эти невозможно яркие краски смотрелись по-особенному восхитительно. Есть что-то сказочное в утренней заре, то, что заставляет мечтать. Вот и Виктор окунулся в тёплые воспоминания о днях, проведённых рядом с Леной. Она должна была сегодня выйти на работу после болезни, но авиакомпания не успела произвести замену стюардесс, и в этот рейс с ними опять полетела Таня, а Кулёмина отправилась с другой командой в Токио. Лена так и не позвонила Виктору. Всю информацию о девушке Степнов узнавал через Катю, с которой та была в дружеских отношениях. Молчание напрягало, но в то же время пришло смирение. Пилот стал просто воспринимать ситуацию такой, какая она есть. И дышать стало легче. Он просто представил, что у них вынужденный отпуск, который когда-нибудь закончится. Каждому нужно время для осмысления ситуации. Они не готовы были теперь кидаться в омут с головой, как будто их чувства перешли на новую ступень, пусть и через такие испытания, которые изменили обоих. Но при этом всё равно оставалось какое-то непередаваемое ощущение горести. Виктору просто порой хотелось махнуть рукой и послать всё к чёрту…        — Виктор? Задумался о чём-то? — раздался за спиной голос стюардессы Тани.       Он почувствовал, как рука девушки сначала легла на его плечо, а потом спустилась ниже. Пальцы медленно прогулялись по торсу и остановились в районе талии.        Степнов повернулся и ответил вопросом на вопрос:        — Ты что-то хочешь?       Томный взгляд. Девушка облизала губы и с придыханием ответила:        — А разве не понятно, чего я хочу?        — Понятно. Давно уже.        — Ну, так что же останавливает такого мужчину и заставляет каждый раз отказываться от того, чтобы просто расслабиться?        Таня соблазняла его с самого первого дня появления в их команде. Она была яркая, сексуальная — такая, мимо которых раньше Виктор не проходил. Девушка давила на него всей своей неуёмной энергией, будто чувствуя, что ещё совсем чуть-чуть, и пилот сдастся.       Она коснулась рукой его щеки… Где-то в мыслях мужчины мелькнуло, что когда-то давно такое уже было.       «Чёрт! Секс, и никаких обязательств. Её слова».       Сорвался в пропасть…        — Ты такой горячий!        — Ты даже не представляешь, какой я на самом деле сейчас холодный, — звук застёгивающейся ширинки. Всё закончилось. Отпустило ли?       Виктор вернулся в кабину пилотов.       — Ты изменился как-то, — посмотрел на него Рассказов. В глазах будто мелькнула догадка.        «Изменился? Странное слово».        Да, изменился… Впервые он осознал, что изменил! Это была не ОНА. Не её тело, не её запах, не её движения. Не Лена!       — Готовимся к посадке, — объявил Шинский. ***       Обычно после рейса команда почти сразу же разъезжалась по домам. Но сегодня этому не суждено было случиться. Первый же сотрудник аэропорта, встретивший их на земле, поведал о том, что самолёт из Токио не может совершить посадку, потому что заклинило шасси. Услышав лишь название города, Степнов почувствовал, как весь его организм клеточка за клеточкой будто бы начал разбиваться на маленькие кусочки. Доли секунды, за которые Виктор успел принять информацию мозгом, и в это же мгновение он душой ощутил себя в «царстве» мёртвых. Отключилось всё, лишь сердце ещё продолжало отбивать ритм, билось ради НЕЁ, и где-то издалека слышался рёв раненого зверя, выкрикивающего имя «Лена». Но это внутри, а снаружи невозмутимость мужчины. И ожидание неизвестности…       Самолёт был посажен с третьей попытки. Заклинившее шасси в конечном итоге поддалось, повернув удачу в сторону людей.        Виктор стоял у выхода, через который проходили все экипажи. Он ждал Лену, не зная пока, чем обернётся эта встреча. Сейчас ещё слишком сильны были эмоции от переживаний последнего часа. Казалось, не было того безумия, которое случилось ранее в туалете самолёта с сексапильной Танечкой. Он на время сделал вид, что забыл об этом. Ещё не зная, простила ли его Лена за прошлое, Степнов уже возненавидел себя за сегодняшний день. Тогда в самолёте он удовлетворил свой инстинкт самца, убеждая, что Кулёмина сама дала ему карт-бланш, отпустив и не реагируя на него. Но почему-то именно сейчас он чувствовал себя как никогда мерзко. Виктор подумал о том, что лучше было, если бы Лена его так и не простила.       Через минуту она появилась. Едва мелькнули светлые пряди волос, как Степнову до безумия захотелось вдохнуть их ромашковый запах, словно глоток воздуха, заставляющий возрождаться. Её искрящийся взгляд, такой невозможно пронзительный. Её руки: он чувствует, как они обнимают его. Лена снова рядом. Объятия, неровное дыхание одно на двоих и глубокий поцелуй, как будто оба нырнули в водопад.        «Милый… Какой же он милый… Родной… Как же я скучала».       «Леночка… Люблю её… Только её… Забыть сегодня… Никто не узнает… Не было».       Виктор привёз Лену к себе. Это напомнило им похожий вечер. Тогда тоже была стрессовая ситуация. Девушка скинула в прихожей плащ и туфли и прошла в комнату, как к себе домой. На самом деле именно такие чувства Лена и испытывала: она вернулась к НЕМУ.       Вспомнила вдруг, что Серёжка после её болезни рассказывал, как Виктор был всё время рядом в ту ночь, когда она бредила, как лечил и ухаживал. А она тогда ещё по инерции упиралась, боясь окунуться снова в чувства к Степнову. Но вот стоило ей сегодня увидеть его, как все принципы сразу ушли на второй план. И дело было не в пережитом стрессе. Просто Лена чувствовала, что без него она больше не может даже вздохнуть и медленно умирает. Уже не тело, а душа требовала наркотика — Виктора Степнова.       Девушка подошла к нему совсем близко и коснулась пальцами его губ.       — Я скучала. Прости меня.        Виктор мысленно поморщился от душевной боли, понимая, что Лене не за что извиняться.       — Лен, тебе не нужно просить прощения. Я повёл себя, как дурак. Всё разрушил сам. Ты ангел. Мой ангел. А я…        — Не говори больше ничего, — Лена обняла мужчину и прижалась щекой к его груди, чувствуя, как в унисон бьются их сердца.        Понимала, что до безумия не хочет разрывать эту связь, да и не сможет теперь.       — Я в ванну хочу, — посмотрела на Виктора и по-ребячески улыбнулась ему.        — Девочка моя, — выдохнул он прямо ей в губы и легонько поцеловал их.        Мужчина подхватил девушку на руки и отнёс в ванную. Посадил на стиральную машинку и открыл кран, включив тёплую воду. Раскопал где-то в шкафу бутылёк с яркой наклейкой и вылил часть содержимого в прозрачную гладь, манящую своей расслабляющей влагой. Сразу же пузырьки пены начали танцевать собственный танец, пряча воду и притягивая мужчину и женщину к себе.       Виктор повернулся к Лене и замер в восхищении: она уже сняла весь верх, открывая навстречу взгляду мужчины совершенное тело. Он подошёл к ней и, подхватив за талию, поставил девушку на пол, наблюдая, как та продолжает расставаться с одеждой. Вот полетела вниз юбка, а затем медленно-медленно каждый из чулок. Лена завораживала Виктора, затягивая в свой омут навсегда. Она посмотрела на мужчину и слегка улыбнулась, оценив его реакцию. Виктор не мог отвести взгляда и забыл обо всём, лишь прерывисто дышал, чувствуя, что сходит с ума, не веря, что Лена снова рядом.        Она медленно опустилась в ванну и выключила воду. Резко опомнившийся Виктор, быстро снял с себя одежду и сел позади Лены, крепко обняв её. Коснулся каждого холмика груди, всплывающей над пеной, и провёл пальцами по затвердевшим соскам. Еле сдерживая напряжение, закусил нижнюю губу. Возбуждение достигло предела. Мужское естество жило своей жизнью и требовало освобождения. Виктор попытался отвлечься: он протянул руку за мочалкой и намылил её, выдавив каплю рядом стоящего геля для душа. Нежно начал водить мочалкой по спине девушки, а она в ответ подняла выше волосы, освобождая шею, и чуть-чуть склонилась вперёд. Виктор не удержался и коснулся губами той самой впадинки, с которой всегда начинался их безумный секс. Протяжный стон Лены, и терпение покинуло девушку первой. Она повернулась в воде и тут же, крепко обняв мужчину, сама насадила себя на член.        — Не могу больше! — протяжный крик ему в ухо.        Они двигались быстро, забыв обо всём, лишь краем сознания чувствуя блуждающие по телам руки друг друга, и то, как плоть соединялась с плотью, освобождая бесконечное желание, скопившееся за долгие дни разлуки.        Вода расплёскивалась по полу, но Виктор с Леной не замечали этого. В это мгновение они стали одним целым. Любили, как безумные. Не думали ни о чём. Просто летали в своих собственных облаках, ловя одну за другой воздушные волны оргазма.        — Лена-а-а! — прорычал Виктор, кончая и сильнее сжимая бёдра девушки. — Я люблю тебя!       В ответ она лишь только простонала. Затуманенное безудержным сексом сознание ещё не вернулось к ней. Лена летала…