***
Стены Каслтауна зияли трещинами, словно сами пытались разорвать воспоминания о том, что здесь произошло. Каменные плиты были усеяны осколками, обгоревшими ветками, клочьями чёрной пыли. Редкие листья поднимал холодный ветер и уносил прочь Здесь всё случилось совсем недавно. Десятки стражников, отправленных удерживать узника в заброшенном замке, исчезли за какие-то часы. В некоторых местах по-прежнему темнели пятна, похожие на нефть: густые, маслянистые. Одинокая фигура брела по разрушенным улицам, мантию её шевелил порывистый воздух. Она двигалась осторожно, будто боялась столкнуться с кем-то враждебным. — Я… не хочу оставаться здесь один… Голос был тихим, почти детским, и совсем не подходил тому, кто ступал по земле, испачканной последствиями его "творения". Но он не звал никого в ловушку, он звал потому что не знал, к кому ещё обратиться. Порыв ветра поднял угольную пыль, и силуэт почти растворился в ней. Ветер усиливал очаги огня в случайных местах, возникшие во время изнуряющей битвы. — Здесь есть… хоть кто-нибудь?.. Не дождавшись ответа, он ускорил шаг и почти побежал, едва не спотыкаясь. На обломках валялся неподвижный Рудинн-Рейнджер. Блестящее подобие шлема перекосился, руки безжизненно лежали на камнях, а рядом, в землю, был воткнут его красный кинжал. — Эй… ты… в порядке?.. Слова сорвались с губ автоматически — привычка, оставшаяся от другого, давно потерянного "я". Он опустился на колени. Ладони сомкнулись. Вспыхнуло мягкое зелёное свечение, охватывающее обоих… И мгновенно потускнело. Ничего. Ещё одна попытка. И ещё. С каждым разом тишина вокруг становилась тяжелее. Молитва не находила того, кто обязан был слышать, либо же находила, но более не имела смысла лечить того, кого ранил так сильно. Силуэт дрогнул, опустил голову. На мгновение его мантия показалась слишком большой, словно скрывала внутри не монстра, а испуганного ребёнка. — Простите... Я должен был быть на вашем месте... С каждой секундой фигура дрожала всë сильнее, опускаясь ниже, хватаясь за края шляпы, чтобы перекрыть свой взор на происходящее вокруг. И никто не придëт в скором времени... Он останется ждать, когда придëт спаситель, но пока...***
— Не придёт никто… — пробубнил он в свой шарф, почти не замечая, что слова вырвались вслух. — О чём задумался? — спросил Крис тихо, наблюдая, как принц идёт, опустив голову, и словно не слышит шагов под собой. Ральзей вздрогнул, но вместо ответа просто сжал зубы. — Не твоё ебучее дело, светляк, — рыкнул он, резко прибавляя шаг, словно убегал от своих мыслей. — Твоё дело помалкивать. Крис наигранно нахмурился уже привыкая к характеру Ральзея. — Лучше смотри по сторонам, — Продолжил принц уже более ровным тоном, хотя голос всё равно дрожал. — Нам нужна одна палатка с торговцем. Он продаёт... Барахло. Вот и ищи молча. Понял? — Как скажешь, принц, — Спокойно ответил Крис, но взгляд его оставался слишком цепким, чтобы Ральзей чувствовал себя уверенно. — "Принц"? — Ральзей бросил недовольный взгляд через плечо. — Если и произносишь мой титул, то делай это с уважением, а не с язвительной ноткой. Тропа вывела их к чуть более открытому месту, где мрак поля отступал ровно настолько, чтобы впереди можно было различить что-то вроде стоянки. Разодранная, будто пережёванная ткань палатки из различных лоскутов висела на перекошенных кольях. Она была похожа на умирающее животное, которое ещё цепляется за жизнь, но уже не помнит зачем. — Вот, — Ральзей вскинул подбородок, стараясь выглядеть уверенно, но плечи его всё ещё подрагивали. — Почти пришли. Торговец должен быть внутри. Крис ничего не ответил, а просто проверял, не дрогнет ли голос принца ещё раз. И эта тишина раздражала куда сильнее. — Чего застыл? — прошипел Ральзей. — Я сказал идти за мной сюда. Он ускорился ещё сильнее, раскрывая проход в палатку. Слева стоял широкий, низкий стеллаж из светлого дерева. Когда-то он наверняка сиял аккуратностью, но теперь баночки и фляжки были разбросаны, многие пустые, некоторые опрокинуты. Стеклянные колбы, мензурки, пузырьки — всё вперемешку. Среди них: выцветшая игрушка-кролик, будто сторожившая уголок, но одна её лапка была сломана, болталась на нитке, на столе рядом пара тарелок, миска, сухие кусочки трав, будто торговец когда-то варил себе что-то тёплое. Всё давно остыло и превратилось в серые, хрупкие комочки. Справа висел щит с изображением меча: грубая, но знакомая эмблема. Под ним стоял аккуратно собранный ящик с коробочками: какие-то амулеты, странные монетки, обрывки ткани, кусочки металла. Торговец опирался одной лапой об прилавок, поглядывая на посетителей. Его фиолетовая шерсть, похожая на ткань от плюшевой игрушки, была местами испачкана и порвана, видимо, года дают о себе знать. — Ах, юные путешественники, — Торговец широко улыбнулся, насколько ему позволяли силы. — Зовут Сим. Но вы произносите "Шом" Его глаз-пуговка остановился на Ральзее и Шом тут же нахмурился, но не враждебно. — Каким образом ты выбрался? — Поинтересовался он, убирая лапу с прилавка. — Отсутствием замка на двери, вот как, — Принц ответил довольно мягко, то ли из уважения к более старшему, либо из желания наладить контакт ради скидки. — Нам бы тут приобрести что-нибудь интересное... — Вижу, что ты привëл с собой друга. — Хриплый смех Шома раздался по палатке. — Надеюсь, что он будет более аккуратный с острыми вещами. У меня как раз есть кое-что интересное. Плюшевый кот принялся искать это самое "кое-что" среди старого хлама, что собирался годами, в стороны летели железки, склянки, бутылочки с различными зельями. И через минуту на прилавок упал увесистый меч на который был приделан необычный механизм. — Стоит лишь нанести один идеальный удар и лезвие загорится ярким пламенем для последующего удара, — Шом стал полировать лезвие тряпочкой, пока объяснял принцип работы. — Чтобы оно снова загорелось, нужно опять нанести идеальный удар. — Я не уверен, что смогу им управиться, — Крис почесал затылок, пытаясь отказаться. — Да и денег у меня нет. — Не ломайся, человек, — Ральзей бросил на прилавок горсть монет. — Я копил это столько, сколько себя помню. — И что ты про себя ещë помнишь? — Сквозь улыбку поинтересовался Шом. — Много чего, — Кратко ответил принц. Ральзей схватил рукоять меча двумя лапками и попытался стащить его, но как только меч оказался на краю прилавка, его лезвие ударилось об пол и загорелось. Это оружие было слишком тяжëлым для него, но не для Криса, который смог схватить меч одной рукой и стряхнуть огонь с лезвия. — Не волнуйся, юный принц, — Смех Шома раздался громче прошлого. — Не всем под силу удержать такую мощь. Но у меня для тебя есть это в качестве подарка. И тут же на голову Ральзея упал белый бантик, который обвязался вокруг шляпы. — Ты узнаешь как он работает, когда придëт время, — Морда Шома стала тут же серьëзной. — Ты, юный принц, стал совсем другим тогда... Позволь заинтересоваться твоей нынешней целью. — Тогда ты попытаешься разрушить мои планы, если всë узнаешь, — Ральзей стал идти к выходу, но тут же остановился. — Думаешь, что старик сможет разрушить планы того, кто в одиночку расправился с кучей стражников, а потом годами отлавливал и других путешественников? Ты принижаешь себя, малыш. — Так бы и сказал старик, который точно всë испортит. Пошли, Крис. Ральзей крепко схватил человека за руку, уводя прочь из палатки.