the ninth

      киса выжидающе смотрит на гену, хмуро всматривающегося в его телефон. он сидит на скамейке для жима лёжа в подвальном тренажёрном зале, который они собирали из чего под руку попадётся (или, скорее, из того, что криво лежит на улице) всей командой для силовых тренировок и который в итоге стал народным достоянием. ваня чувствует, как зуев напрягается, отдавая ему обратно телефон. — что? — не выдержав его пристального взгляда, спрашивает киса. — мне не нравится выражение твоего лица, — говорит зуев, продолжая всматриваться в кису. — и то, что ты это от меня прятал два дня. ну конечно он это от него прятал два дня! у них же финал был вчера, (который они, конечно же, гордо проебали, но у кисы и не было рассчёта на победу изначально) им вообще не до загадочной переписки в инстаграме было. гена опять включил умного старшего брата, но в этот раз у вани не получается противиться его поучениям, и он только смотрит в бумажку на стене с надписью “блины не есть!!! (без сгущёнки)”, пытаясь скрыть нарастающую отчего-то улыбку. — а что не так? — кис, — устало произносит гендос, двигаясь в сторону и хлопая по месту рядом с собой; ваня послушно туда садится, — тебе, вот, ну, заняться нечем? — есть, чем, — закатывает глаза киса и отворачивается, — я тебе просто дал почитать переписку и полистать его акк. всё. — и лыбился ты только своим приколам про дрочку в этой же переписке? — гена вздыхает, когда ваня ему не отвечает, — я ж тебя насквозь вижу. кислов играет со шнурками на своих спортивных штанах, поджимая губы и не желая поворачиваться на зуева. сейчас он опять скажет что-то такое, с чем кисе бы по-хорошему нужно согласиться, но киса больше всего на свете ненавидит, когда гена прав насчёт его личной жизни. ну и множество других вещей он тоже ненавидит. — тебе скучно опять, что ли? — вкрадчиво спрашивает гена, опираясь локтями о свои же колени и наклоняясь ниже, чтобы попытаться заглянуть в ванино лицо, — ну я не верю, что у тебя типаж на долбоёбов, хоть убей. — на блонд у меня типаж, — бурчит киса. — я заметил. они ж у тебя все на одно лицо. — да бля, ген… — не заводись. я ж тебе как лучше хочу. ваня бормочет себе под нос что-то неразборчивое, и гена только качает головой, собираясь с силами. — кис. я ж не против твоих интрижек, только потом тебя кто откачивать будет, когда он тебя бросит? — да чё бросит-то сразу, — вскакивает киса, моментально вспыхивая, — ты всегда так говоришь, как будто со мной невозможно отношений построить! — ты сам знаешь, что я не это тебе пытаюсь донести, — тоже поднимается со своего места гена, — тебе правда хенкин нравится, или тебе делать нехуй? ваня хватает воздух ртом, не находясь с ответом, но очевидно возмущаясь, и гена многозначительно кивает, мол, вот видишь. — и ту тварь белобрысую ты уже отпустил, да? — продолжает давить зуев, тут же смягчаясь. — я просто не хочу, чтобы ты раз за разом на одно и то же наступал, ну. — а что, если мне этот поможет того забыть? — да нельзя одно другим перекрывать, ты не понимаешь, что ли? киса шумно выдыхает через нос, садится на ту же скамейку и закуривает. смотрит на носки своих ботинок и ничего не отвечает, даже когда гена садится рядом и кладёт руку ему на спину. — может, мне любви хочется, — в конце концов выдаёт ваня, — а ещё он красивый. зуев проглатывает едкий комментарий о том, что он мог бы поспорить с этим утверждением, и только широко поглаживает его спину. — давай обождём с этим, а? — просит гена. — ну, с месяцок, хотя бы. посмотрим, как он себя поведёт, и как ты себя будешь вести. а то, может, там ничего за той красотой и нет. — а если есть? — давай решать проблемы по мере их поступления. плюс, ты хотел летом пробоваться в молодёжку. куда тебе этот хенкин? — ну до лета ещё дожить надо, — ваня кладёт голову на генино плечо, — плюс, он тоже хоккеист. может, мы вообще в одной лиге будем. или команде. — а может нет? кислов снова открывает борин профиль в инсте, всматриваясь в его фотографии. аж пятнадцать постов — надо думать! сиди себе и рассматривай хоть целый вечер. много фотографий с матчей в полной экипировке и на льду, сделанных профессиональными фотографами, и много полуголых, сделанных в разных южных странах, в основном его сестрой с таким же закрытым аккаунтом. киса точно не скринил себе эти фотки. — он тебе полтора сообщения написал, а ты себе уже любовь какую-то напридумывал. ты не забывай, что он тебя терпеть не может, вообще-то. — так он мне фотку лайкнул случайно, а потом сторис посмотрел. — и? может, он посмеяться над тобой хотел? — а если нет? — киса отрывает голову от чужого плеча, чтобы посмотреть гене в глаза. — если бы да кабы, да во рту росли грибы, — гена его полностью отпускает, поднимая с пола гантели. — не забивай себе сейчас этим голову, ради бога. давай сейчас двигаться, как двигались… — на кондициях? — не сдерживается ваня. но зуев даже глазом не ведет, кивая. — именно. так вот, двигаться, как двигались, а потом если этот утырок где-нибудь всплывёт, то отталкиваться от этого. сейчас тебе вообще не с чего влюбляться. вы, блять, подрались в последнюю встречу! — бьёт, значит, любит, — мечтательно, но всё-таки полушутя говорит киса и тоже поднимает пару гантелей, — и вообще, может, у него язык любви — это физический контакт? — физический контакт у меня с ним будет, если он тоже тебе какой-нибудь хуйни наплетёт и кинет, — с гантелей в руке гена выглядит более устрашающе, но ваня по-доброму хихикает, — я предупредил. — может, меня поэтому все и кидают, — повторяя за ним, в шутку говорит киса. — потому что ты всех моих ухажёров пиздишь. на самом деле, это, конечно, не правда. гена пиздил не всех его ухажёров, а только тех, кто особенно отличился. и ваня не знает наверняка, потому что зуев уже полгода молчит как партизан, когда он спрашивает его об этом, но догадывается, что и последнюю его пассию он всё-таки отпиздил за желание кинуть кису. артём (ваню дёргает только от этого имени, поэтому его они никогда не произносят; он либо “этот/тот”, либо “белобрысая тварь”, что немного непонятно, поскольку у вани все белобрысые и все твари, но особенно зуеву почему-то не нравится именно этот кадр) потусовался с ним всего три месяца, а потом сказал, что у него пропали чувства, и вообще он запутался, а киса (глубоко этим оскорблённый, между прочим) вот только-только ему тогда отсосал. то есть, обязательно надо было дождаться, чтобы он закончил, и потом бросать. таймлайн драки — или нападения, это тоже пока непонятно, — ваня так и не смог высчитать, потому что артём пропал сразу после этого, а осмотреть его на предмет синяков он тогда не додумался. пропал, в смысле, что куда-то переехал вместе со своей семьёй, и ваня даже думал, что он именно поэтому его кинул — из приступа заботы, в смысле, чтобы они не маялись отношениями на расстоянии, но гена быстро ему объяснил, что искать себе пару на всю жизнь на дайвинчике изначально было хуёвой идеей, и артём просто уебан, не разобравшийся в себе. это не значит, что киса тут же его отпустил, и совершенно его не вспоминает, одиноко гуляя по тёмным улицам. — а нахуй они? — лаконично фыркает зуев на ванины попытки прикрыть шуткой настоящие сомнения в природе действий своего лучшего друга. — тоже верно, — хмыкает киса.

***

      когда знакомые силуэты в голубом задумчиво толпятся в проходе их арены, ваня не может поверить не то в своё счастье, не в присутствие в своей жизни ангела-хранителя, потому что тот его в последнее время не балует. киса останавливает тренировку, чтобы поздороваться с константином анатольевичем, и соколы за его спиной, как и моторы за кисиной, ожидаемо, не разделяют их радости встречи. старший хенкин поздравляет их со вторым местом и говорит, что ждёт их на весенних соревнованиях, а ваня только и говорит, что они уже почти уходят, и скоро освободят им лёд. потом что-то про то, как долго ещё их каток будут чинить, и что их уже достало мотаться на другой конец города, “но тренироваться-то надо, как-никак, а то и без того никакой дисциплины”, и обе команды стоят за ними как орава детей, которые ждут, когда их родители наговорятся друг с другом. рауль в какой-то момент машет на них и уходит в раздевалку, чтобы не стоять и не ждать у моря погоды. за ним повторяет добрая половина команды, в том числе, и боря; смотреть на кислова кажется невыносимым, зная, как бездарно он проебался в попытках просталкерить его инстаграм. как будто он про него теперь знает то, что он сам про себя не знает. зато в сталкерстве телеграмм-канала он не проебался — и на том спасибо. боря ещё с неделю назад пролистал всю предоставленную себе информацию, (а её там оказалось внушительное количество, так как копилась она аж два года, и кислов обожает “щит-постинг” — хенкин это слово там же и подцепил) выяснив, что: 1) моторы (позорно) проебали финал, 2) ваня умеет играть на гитаре (или, по крайней мере, хорошо притворяется на ней играть), 3) ненавидит свою работу и всё, что с ней связано, и 4) он обожает выёбываться. в этом они с ним похожи, и от этого немного не по себе. хенкин просмотрел все его кружочки, особенно заостряя внимание на нередко мелькающих брендовых шмотках (чтобы отметить, какая это паль, и скинуть егору на посмеяться), и даже прочитал все восхищённые комментарии от неизвестных ему алин, полин, кристин и ещё чёрт знает кого. с чувством юмора у него тоже не очень. это боря понял по неоднократно запощенным картинкам с разными, но одинаково странными подписями, типа фотографии нарезанного дольками яблока, где внизу написано “я ем только летающие яблоки”; или той, на которой какой-то мужик стоит возле поломанного вдоль и поперёк асфальта, а сверху подпись: “вы ахуеете”. справедливости ради, боря действительно охуел, потому что прикола не понял, но ваня с этого, по его словам, “словил знатную хахайку”. про таких людей обычно говорят, что они страх иностранца, учащего русский язык; пока что страшно только боре. зато сто тридцать подписчиков канала “фанаты кисы и другие” (название заслуживает отдельного внимания, но хенкин в какой-то момент устал закатывать глаза и расписывать егору что и почему в сущности вани кислова не заслуживает быть выставленным напоказ) его нескончаемую радость и праведный гнев, кажется, вполне себе разделяют. и он там даже писал о том, как его “заебали птички х*****а”, которые “суются на их лёд”. нетрудно догадаться, что это про них. а борю, вот, заебало, что его моторы в целом суются в хоккей, и чё теперь? кислов че-то вместе со своей командой не бежит прочь, даже наоборот, вот и думайте головой. поэтому поверить в то, что папа видит в нём какую-то перспективу (про это даже думать неприятно) боре верится с трудом. у него, конечно, тренерский острый взгляд, его опытному мнению стоит доверять и всё такое, но у них, вроде бы, достаточно бездарей в команде. последней каплей становится то, что кислов завершает тренировку, отпускает команду, и пока соколы самостоятельно разминаются на льду, он — вдруг — встаёт за бортиком рядом с папой. а у бори и так плохие нервы. — ты чё, — он подъезжает к старшему хенкину, кивая на ваню и не стесняясь его присутствия, будто он их не поймёт, — серьёзно его в команду взять собрался? у отца в момент меняется взгляд на стеклянный, недобрый такой; будто он в шоке, что с ним посмели заговорить, и за такую провинность обязательно должно быть наказание. — бо-ря, — только и говорит он, но интонация подсказывает, что он хотел сказать что-то типа “мы с тобой потом об этом поговорим”. а боря не хочет потом, он хочет сейчас. — константин… анатольевич. вы чё, серьёзно его в команду взять собрались? кислов щурится, не то ото льда, не то от бориного ослепительного оскала, но свои пять копеек не вставляет. будто смекает, что разговор не совсем о нём. младший хенкин хмуро окидывает его взглядом и назад не откатывается, только добавляет: — тебя с твоей игрой тут только и ждут, нам как раз не хватает хоккеистов четвёртого разряда. — отправляйся к остальным, я вам всё сейчас объясню, — давит старший хенкин, и младший поджимает губы, окидывая ваню презрительным взглядом, но кивает и уезжает к остальным. константин анатольевич “всем всё” объясняет ему в спину: — сегодня мы с вами тренируемся как обычно, но с аудиторией, которая жаждет набраться такого же, как у вас, олухов, опыта. так что лишнего внимания ни на ком не заостряем, и без глупостей. давайте: кудинов младший на ворота… он распределяет своих игроков по катку, сажая большинство на скамейки, и киса не может сдержать полуулыбки, когда смотрит на это. да, то, как именно константин анатольевич завернул его желание посмотреть на их игру “для опыта” и поговорить с ним ване не понравилось, но за годы работы в общепите он давным давно усвоил, что по большей части всем похуй, что ему там не нравится. — в молодёжку собираешься? — будто между делом спрашивает старший хенкин, когда соколы носятся по льду. — реще двигаемся, ну ёб..! — ну да, — застенчиво поводит плечом киса, — в следующем году, вот, буду пробоваться. — это хорошо. клуб уже выбрал себе? кудинов, бл..! ну чё ты как парализованный, реще давай! ваня чуть морщится, потому что константин анатольевич кричит ему чуть ли не в ухо, но отвечает на поставленный вопрос. — я… думаю пока. — что? — отвлёкшись на бездарную подачу (с этим даже киса соглашается) шестьдесят девятого десятому, оборачивается хенкин. — говорю, думаю пока. не выбрал ещё. — ага, — кивает он сам себе. — а ко мне-то в клуб не хочешь? — а я… — у кисы пересыхает в горле от немого восторга, самого факта такой возможности, — а я и не думал как-то… но хотелось бы, конечно. это самое вежливое, что он смог высечь из “нихуя себе, конечно!”, хенкину стоило бы оценить его манеры. киса подумывал попробоваться в “локо”, но играть за хк “грифоны” (у хенкина по всей карьере прослеживается странная одержимость разными птицами) — это нихуя себе престиж; вся страна двадцать лет назад сначала следила за успехами юного дарования константина хенкина, а как его успехи кончились, то за тем, как он открывал свой хоккейный клуб и начинал тренировать совсем маленькие дарования хоккея тоже следили все, кому не лень, потому что мало того, что это дорого, так ещё и хуй пробьёшься, грубо говоря. абы кого хенкин туда не брал и не берёт до сих пор, включая всех ассистентов и тренеров, у которых тоже должно быть семь пядей во лбу, так что лишь идея о том, что он думает, что киса бы вывез просмотр уже многого стоит. — ну ты подумай, — не отрываясь от мечущихся туда-сюда по тесному катку хоккеистов, произносит хенкин, — но летом буду тебя ждать. — спасибо, — не нашедшись с ответом, благодарит киса. потом решает ещё поскромничать: — приятно, что вы думаете, что я могу пройти просмотр. — ну если подачи до идеала отточишь, то, конечно, пройдёшь, — улыбается константин, поворачиваясь к нему лицом. — а так у тебя все качества для молодёжки-то есть. главное-то что? упорство, вот что, а его у тебя не занимать. упорство и труд всё перетрут. тут, наверное, не поспоришь; киса, в любом случае, не пробует, уже представляя себя в тёмно-синей форме хенкинского хоккейного клуба. уже и предстоящая дорога до дома на автобусе не кажется такой ужасной, когда в тебя верит аж сам константин хенкин. только бы не налажать нигде… но ваня так и так будет тренироваться как не в себя. всё-таки есть к чему стремиться. да и когда (если) он выбьется в люди, история будет ужасно красивая: обычный провинциал старается-старается, переступает через все осуждения, (потому что в него, по канонам, никто не верит, кроме единственного на всю округу нормального тренера) оказывается избранным и вообще становится ебейшим в любимом спорте. звучит просто охуенно. у кисы уже почти даже речь готова на какое-нибудь торжественное выступление, где он будет благодарить маму, гендоса и старшего хенкина. набор настоящего джентельмена. из сладких фантазий его вырывает голос константина анатольевича, активно показывающего “особо одарённым”, как держать клюшку, чтобы “она не падала, блять, из рук”. он смотрит на загнанную толпу соколов с другой стороны бортика и особенно всматривается в подавленного, но по-прежнему несколько взвинченного, будто малейшее неправильно сказанное слово — и он вспыхнет белым пламенем, младшего хенкина. такая язва, а всё равно красивый, даже когда волосы липнут ко лбу и грудь ходит ходуном под слоями термобелья-защиты-джерси. он вроде сосредоточен на отцовских движениях, а вроде бы смотрит мимо или вообще сквозь. кисе неизвестно, каково это. будь у него нормальный тренер или отец-тренер (или хотя бы просто отец), он бы точняк каждое сказанное им слово впитывал. и, может, вообще прям там же повторял бы за ним, чтобы отточить все свои движения до идеала. оно же лучше запоминается, если физически выдрочено; жалко, младший хенкин ничего в этой жизни не понимает, позор всего своего рода. скорее всего, потом ваня пожалеет, а гена скажет, что был прав, но он уже спешно-тепло прощается с хенкиным, начавшим второй прокат, благодарит его “за всё” и достаёт из кармана телефон, бездумно набирая боре сообщение в инсте.

kislover

бля как от тебя еще батя не отказался с такими подачами

***

      отогреваясь в средней части забитого салона автобуса, — киса совсем забыл, что сегодня отпустил всех в человеческое время, когда все остальные едут с работы, — ваня читает угрозы собственной жизнедеятельности от зуева в личке телеграмма, потому что не согласовал такой серьёзный момент с ним. под “серьёзным моментом” он подразумевает, конечно же, гадостное сообщение хенкину. киса успевает пригреться в автобусе до нежелания выходить на своей остановке, чуть не забыть сумку с формой, замёрзнуть на улице и дойти до дома, прежде чем переключается на домашний вайфай и видит два уведомления из инстаграма. он снимает верхнюю одежду, разувается, тащит спортивную сумку в комнату и по пути здоровается с мамой в очках, сидящей на кухне и решающей судоку. она напоминает, что просила его купить по дороге домой фарша и молока, и он одевается обратно, уходя в магазин. там с пять минут выбирает молоко с нормальным фаршем, который так очевидно прикрыт мясными продуктами не первой свежести, платит, тащится домой, лезет мыться, переодевается в домашнюю одежду и только потом открывает сообщения от хенкина. пусть не думает, что киса взрывался от предвкушения последние полчаса. b.henk иди нахуй свои-то видел?

kislover

явно пизже твоих

b.henk это кто тебе такую хуйню сказал?

kislover

папка твой))

и еще

киса лезет в его профиль, находя нужный пост, и скидывает боре его же фотографию с золотой медалью на шее. на ней он в окружении своей команды в именной форме, но без шлема и с висящими сосульками отросших волос, зачёсанных назад.

вот это лучше удалить

ты тут прям еще хуевее чем в жизни получился

b.henk долбоеб киса почему-то улыбается этому сообщению. то есть, когда я тебя “сталкерю”, это пиздец а когда ты меня, то это норм?

kislover

именно так

совет от соника

кто еще тебе правду скажет то

b.henk соник может вместе с тобой идти нахуй

kislover

*((

b.henk нормально я там получился но я понимаю, ты не знаешь, что такое золотая медаль с кем не бывает) киса хочет было признать своё поражение, улыбаясь в экран своего телефона, но генин голос в его наушнике учтиво говорит, что нужно “сохранять остатки разума” и “не показывать свою слабость”, поэтому ваня не придумывает ничего лучше, чем скинуть ему картинку с машиной, где сверху голубым курсивом написано “пиздец”. чтоб понимал, с кем имеет дело. позднее ночью боря всё-таки на всякий случай архивирует тот пост.