Кисло-сладкий соус к мясу.

      Девятнадцать лет назад.       Продавец сидел за своей стойкой. В его магазине игрушек всегда было довольно шумно. Особенно в эту пору, когда школа заканчивалась и начинались летние каникулы. Детишки приходили поглазеть на то, что наверняка многим будет попросту не по карману, а может им все-таки удастся уговорить родителей и те позволят им стать обладателем одной из здешних диковинок. Мужчина был обладателем не самого обычного магазинчика, а довольно известного местечка на всю страну, а не просто на Чергород. Его седина, поступившая на редкой короткой бороде и зачесанными назад волосах была украшением и показанием статусности возраста.       Вдруг у стойки показалась купа каштановых волос, выводя хозяина из размышлений. Мужчина улыбнулся, опуская взгляд ниже. Маленький мальчишка лет восьми обнимал в руках большую винтовку с коробочкой припасов. Эта была не простая игрушка, а довольно дорогостоящая. А по блеску в карих глаза мальчишки, было понятно, что он уже влюбился в нее. Отказывать в такие моменты было так трудно, но необходимо.       - Доброе утро, малыш.       Мальчик отрицательно замотал головой, слегка прикрывая глаза:       - Я не малыш. Я уже взрослый. Вот, - он протянул хозяину предметы в руках, и тот взял их.       - Вижу, что уже взрослый раз решил играть в такие игрушки, - мужчина невольно перевел взгляд на огромный и явно тяжелый рюкзак у того за спиной, - А где твои родители? Или ты настолько взрослый, что будешь оплачивать сам?       В карих глазах на мгновение скользнуло замешательство. Мальчишка окинул магазин взглядом, а потом показав указательный палец, явно прося подождать, набрал полную грудную клетку воздуха:       - Деда!       Это было так громко, что хозяин невольно подскочил на месте. Из-за стеллажей показался знакомый пожилой мужчина, живущий с ним на одной улице. Виталий расплылся, видя своего старого друга вновь и только теперь понимая, что за маленький гость к нему пожаловал.       - Доброе утро, Мих.       Дед довольно, прикрыл один глаз, косясь на внука, а после поравнявшись с ним, погладил того по голове:       - Доброе. Извини за утренний переполох.       - Смотрю юный Альбрахиас наконец-то решил навестить дедушку?       - Да. Он у нас теперь взрослый и может сам ездить на поезде, - Михаил потянулся в карман, доставая черное портмоне, - Закончил первый класс и уже с отличием.       - Будто от него можно было ожидать чего-то другого. Как я понимаю это небольшой подарок за успехи? - Альбрахиас немного смутившись кивнул.       - Жалко, что из-за работы Антон и Настенька сами ко мне не могут приехать.       - Понимаю, - хозяин магазина отсчитал сдачу и протянул юному гостю его игрушки, - Сильно же ты подрос, Альбрахиас, за эти три года.       - Мы знакомы? - обнимая свои подарки в руках, внимательно осматривал мужчину.       - Ты маленьким был. Наверное, и не помнишь такого как я.       - Еще раз спасибо тебе, - Михаил, подтолкнув внука к выходу, попрощался.       Звон колокольчика и вот они уже шли по широкой улице. Альбрахиас довольно мычал себе под нос, а дедушка только сильнее расплывался в улыбке. Он так сильно скучал по ним всем, особенно после смерти супруги. Конечно, его сын никогда не забывал о нем и частенько звонил, но это никак не могло заменить настоящего общения, в котором на старости лет он нуждался.       - Ал, - внук моментально поднял свои глаза на мужчину, - Помнишь, о чем мы договаривались?       - Да! В живые цели не стрелять пока не стану взрослым.       Михаил залился смехом от подобным слов внука. Влияние отца с легкостью читалось во внуке, который явно захочет пойти по стопам родителей и стать военным. Конечно, мужчина понимал, что это довольно престижно и уважаемо, но для внука он хотел бы более мирной и спокойной жизни. Без ночных вызовов. С полноценными выходными и без бесконечной гонки.       ***       Прицелиться. Задержать дыхание. Выстрел. Альбрахиас поднялся на ноги быстрым шагом направляясь к самостоятельно сооруженным мишеням, что он повесил на деревьях в небольшом парке возле дома. Не так далеко от него находилась детская площадка, заполненная детишками самого разного возраста. Оттуда доносился громкий смех и крики.       “Шумные.”       Сняв все мишени, Альбрахиас проверил. Все шло просто замечательно. Мальчишка менял позицию и свое положение, но все равно умудрялся стрелять точно в цель. Невольно ему захотелось продемонстрировать это отцу, чтобы тот позволил ему сходить на стрельбище.       Уже вечерело, а значит дедушка скоро вернется с работы. Рейт свернул свои бумажные мишени и, закинув винтовку на плечо, зашагал в сторону дома. Хоть вчера дед и смог отпроситься с работы, чтобы встретить внука, но он был довольно важной “шишкой” на атомной электростанции и без него работа попросту не могла проходить нормально.       Отец частенько рассказывал об устройстве этого чудо инженерной мысли, что питала не один город. Антон очень много говорил о важности таких людей как дед, хоть сам предпочел стать военным и защищать сами жизни. Для себя Альбрахиас лишь понял, что какую бы работу ты не выбрал, она съест тебя без остатка.       Перепрыгивая через ступени, мальчишка играючи поднимался наверх. В голове он невольно уже подумывал на какую тему в этот раз они будут беседовать сидя в тех уютных креслах-качалках. Открыв дверь, Рейт заскочил внутрь, снимая ботинки и убирая свои вещи на место. Подняв взгляд на круглые белые настенные часы, Альбрахиас понял, что дедушка придет с минуты на минуту. Взяв чайник и опустив свисток, мальчишка набрал воды из-под крана и поставил на плиту. Коробочка со спичками. Легкое движение и вот он уже держит пламя у себя в руке. Выпустить газ и поджечь. Все как учил дед. У мамы и папы дома стояла электрическая печка с индукционными плитами, но эта ему нравилась куда больше. Весь процесс походил на игру.       Забежав в гостиную Альбрахиас пододвинул кресла друг другу, открыл окно, чтобы проветрить помещение. Глаза невольно скользнули в сторону стеллажа с многочисленными книгами за стеклянной дверцей. Рейт внимательно просматривал корешки пытаясь выбрать тему, о которой хотел бы услышать истории от дедушки. Послышался свист. Альбрахиас быстро побежал на кухню, включая печку и снимая чайник с плиты. Довольный он уселся на стул в ожидании дедушки.       Вчерашние рассказы о работе регулирующих стержней, поддержании и контроле деления ядра произвели на Рейта неизгладимое впечатление. Хотелось своими собственными глазами увидеть весь процесс и то, как его отслеживают на месте. Мальчишка невольно болтал ногами вспоминая вчерашний день. В помещении, казалось, стало темнее. Альбрахиас невольно перевел взгляд на часы. Прошло так много времени, а дедушка так и не пришел.       Рейт пошел в гостиную. Душный день почему-то начал его особенно раздражать. Теперь время начало тянуться. Вечерний ветер с силой дернул шторы, загоняя их внутрь. Шелестя и сопротивляясь, они возвращались обратно вновь и вновь. Без дедушки это помещение начинало казаться страшным и зловещим. Альбрахиас не понимал, что происходит, но даже голоса на площадке пропали. Вдалеке слышался топот. Кто-то поднимался по лестничной площадке. Тяжелый. Медленный. Это был точно не дедушка.       Мальчик тяжело вздохнул, невольно сжимая ткань штанов рукой. Должно быть дедушка задерживается, потому что захотел забрести по пути в магазин. Точно. Он явно принесет что-то вкусное к чаю. Точно. Чайник наверняка уже остыл. Альбрахиас обернулся. Послышался звук замка. Кто-то открывал входную дверь, а после зашел в коридор. Рейт выскочил навстречу. В коридоре стоял незнакомый ему мужчина в милицейской форме. Служитель закона с удивлением посмотрел на него:       - Привет. Здесь же… живет Михаил Рейт?       Альбрахиас кивнул, невольно прижимая руку к груди.       - Ты ему кем-то приходишься?       Рейт вновь кивнул. К горлу подошел ком. Его охватила тревога.       - Вы знаете дедушку?       - А твои родители где?       - В Заревграде…       - Понятно, - мужчина неспешно подошел к мальчишке, вставая на колени перед ним, - Тебе придется собрать свои вещи, и я отправлю тебя к родителям.       - А как же дедушка?       Милиционер, прикрыв глаза, отрицательно замотал головой.       ***       Текущее время.       Столичный лазарет был переполнен людьми. Джеральд следовал за Генерал-майором, не задавая лишних вопросов. Ему было на руку, что мужчина все же решил пойти ему навстречу, но кто знает когда это все измениться?       Оглядываясь по сторонам, Обрайен наконец-то и увидел то место, где был спрятан ужас насущных дней. Мимо них медленно прошел мужчина на костылях. Нога до колена отсутствовала и пол лица было перебинтовано. Кто-то и вовсе не мог самостоятельно передвигаться. Все внутри       сжалось от осознания безумия, которое поглотило всех людей.       “Зачем? Зачем это все? Разве нельзя решить вопросы мирно?”       “К сожалению, малыш…”       Если бы здесь был Ариэс, то он точно спас каждого из них. Он бы дал им шанс жить мирно и спокойно, без всей этой боли и ужаса. Джеральду даже казалось, что он ощущает всю ту боль и отчаяние, отпечатавшееся на лицах находящихся здесь людях. Слух Обрайена с легкостью улавливал все стоны полные боли, что сливались в один хор. Конечности дрожали от ужаса.       Когда они подошли к стойке, Джеральд был уже не в силах поднимать взгляда. Сердце разрывалось на куски. Все его существо противилось этому ужасу. Хотелось сбежать и забыть обо всем, но это было попросту невозможно. На глазах невольно выступили слезы.       - Нам нужен ключ к 61506, - прозвучал такой спокойный голос Генерал-майора. Этот мужчина, казалось, совершенно не видел этого ужаса и не испытывал и приблизительно той бури, охватившей юношу.       Девушка протянула ключ-карту мужчине, и он двинулся дальше. Сейчас смотря на его спину Джеральд, испытывал самую настоящую ненависть.       “Бессердечный.”       “Это не так.”       “Ты такой же.”       “Это не так, Джер. Мы видим это каждый день. Для нас это повседневность… Рутина… Мы делаем все, чтобы остановить это…”       “Вы причиняете эту же боль другим. Хороший способ…”       Они подошли к лифту и зашли внутрь. Шестой этаж. Пройдя в конец коридора, Сычев коснулся картой к небольшой пластине у ручки и открыл дверь. В этой части лазарета царила самая настоящая тишина. Джеральд медленно прошел внутрь. Щелчок. Включился свет. Белоснежное помещение, в котором находилась лишь одна койка и рядом стояла капельница.       Обрайен медленно подошел. Он наконец-то увидел внешность Рейта. Волнистые каштановые волосы, прямоугольное лицо, поступившая темная щетина, что все больше походила на бороду, прямой нос, густые брови, симметричные пухловатые губы. Его шея была довольно широкой из-за ключицы. Несмотря на то, что он находился без сознания больше месяца, Обрайену было понятно его недовольное ворчание по поводу формы. Мужчина был хорошо сложен и явно был обладателем хорошей физической подготовки.       - И что ты собираешься делать? - Генерал-майор внимательно следил за юношей, скрестив руки на груди.       - Не могли бы Вы оставить меня?       - Ни в коем случае. Я и так позволил тебе больше, чем должен был, - мужчина медленно продолжил, - Как я понимаю на этом все?       Обрайен отрицательно замотал головой. Подойдя ближе к телу, он сделал вид, что что-то кладет ему в рот, а после опустился на колени, обхватывая ближайшую руку к себе своими двумя. Прикрыв глаза, Джеральд сосредоточился. Все должно было быть как говорил Ариэс. Каждая душа, каждый живой объект обладает своей энергией. Почувствовать. Коснуться. А теперь перенаправить. Что-то с болью надорвалось. Казалось, он слышал какой-то треск. Опустошение заполнило его. Голова закружилась. К горлу подошла рвота. Он опустил свою голову, чтобы не свалиться прямо на глазах у Сычева.       “Альбрахиас…”       Тишина.       “Аль…”       И снова тишина. Открыв глаза, Джеральд чувствовал, как все вокруг плясало. Казалось, он перестал понимать, где небо, а где земля.       “Джеральд, что происходит?”       Голос Крелоунса удивительным образом успокаивал. Хотя бы с ним все в порядке.       - Как я понимаю на этом все.       Сычев подошел к нему. Рука Альбрахиаса двинулась. Он сжал руку Джеральда.