Жемчужина южного моря

Суета после покушения вскоре сошла на нет. Арманд хотел продолжить, но Гром настоял переместиться в командирскую палату. На грубом деревянном столе вскоре появилась подробная карта перевала, уставленная фигурками, изображавшими их войска и силы Феокристова царства. Арманд, снявший плащ, стоял во главе стола, его пальцы водили по холщовой карте. — Итак, — его голос был низким и собранным, — По данным разведчиков враг засел здесь, и готов встретить нас на выходе из ущелья, нас разделяет узкое горло. Сильная позиция для них и слабая для нас. Атаковать в лоб — значит умыться кровью, численное превосходство бессмысленно в данных условиях. Ваши варианты, господа? Первым начал барон Гром, тыча в карту толстым пальцем. — Я предлагаю удар с фланга. Здесь, — он ткнул в восточный склон, — скалы пологие. Можно скрытно перебросить лучников и арбалетчиков, заставить их держать оборону, пока основные силы не ударят с другой стороны. — Слишком медленно, Гром, — парировал Генри, главный военачальник. — Пока мы будем перебрасывать людей, они успеют подтянуть резервы или сами перейдут в контратаку. Мой вариант — ночной рейд малыми группами. Диверсии на их склады, отравление колодцев. Выкурим их подальше от горла как крыс из норы. Они дрогнут и уйдут назад, тогда у нас будет фора для преодоления горла, на открытой местности мы разобьем их войска. Посыпались другие предложения. И все они имели одну цель избежать столкновения с врагом в горле ущелья. Выкурить. Обогнуть. Зайти сзади. Вести бой на открытой местности. Арманд слушал, кивая. Его взгляд скользил по карте, анализируя, взвешивая. Он видел логику в каждом плане, но видел и их слабые места: потери, время, непредсказуемость. Затем его ледяной взгляд упал на Тимоти. Юноша стоял чуть поодаль, внимательно слушая, его изумрудные глаза перебегали с фигурок на карту, с карты на лица говорящих. — Царевич, — голос Арманда разрезал спор, заставив всех замолчать и обернуться. — Вы внимательно выслушали советы. А как бы поступили вы, Ваше Величество? Тимоти немного смутился под тяжестью взглядов бывалых воинов. Он видел в их глазах скепсис и легкое пренебрежение. Но затем он выпрямился, и его тонкие пальцы легли на край стола. — Если позволите, Ваше Величество, — он сделал шаг вперед. — План барона Грома… он надежен, но, как верно заметил господин Генри, отнимет много времени и сил. Мы утомим своих солдат долгим переходом. Ночные рейды…это рискованно. В темноте свои же могут перестрелять своих. И если нас обнаружат, потери могут быть ужасны. Он говорил все увереннее, его голос звенел, анализируя и отсекая неэффективное. — Я считаю, что лучший вариант — это комбинация. Использовать фланговый удар, но не как основную силу, а как отвлекающий маневр. Создать у врага впечатление, что мы пытаемся их обойти. А в это время основная группа… — он нашел на карте узкую тропу, — скрытно поднимется здесь и ударит с тыла, когда их внимание будет приковано к флангу. В палатке воцарилась тишина. План был неглуп, даже смел. Генри кивнул отметив эту мысль как неплохую. Но Арманд не улыбнулся. Вместо этого он медленно подошел к столу и наклонился над картой, его тень накрыла фигурки. — Интересный ход, — произнес он. — Прямой и логичный. Вы мыслите как тактик. Но карту, Тимоти, нужно читать не как поле для маневра отрядами. На нее нужно смотреть сверху. Как на шахматную доску. Он выпрямился, и его глаза загорелись холодным стальным огнем. — Ваша цель — не просто выиграть сражение. Ваша цель — сохранить свои ресурсы и нанести максимальный урон врагу. И для этого ход должен быть не просто правильным. Он должен быть фатальным. Таким, который ломает всю партию одним ударом. Иногда для этого не нужно двигать крупные фигуры навстречу вражеским. Иногда нужно проанализировать положение фигур противника и поставить под правильный угол обычную пешку, чтобы создать комбинацию оголяющую ферзя противника. Его палец, не касаясь фигурок их войск, медленно пополз по карте и лег на самую вершину ущелья, прямо над головами условных вражеских сил. — Посмотрите сюда. Скальные породы, вы знаете, что здесь превалирует? - Песчанник, ваше величество, - в один голос с Громом и Генри произнес Тимоти. Все трое неловко переглянулись. Вопрос был адресован лишь одному, впрочем это было не столь важно. - Верно. Это порода крайне неустойчивая особенно после дождей. Все что нам нужно это заманить их вглубь горла, для этого нужен ложный небольшой отряд пехотинцев. Разведчики увидят маленький отряд и войско ринется уничтожать его, когда голова их войска вот-вот выглянет из ущелья, а хвост втянется в горло. Представьте… не атаку. Представьте, что в этот самый момент… Он сделал паузу, и в его взгляде читалась безжалостная гениальность стратега. — …гора сама обрушится им на головы. Таким образом мы уничтожим часть войска и заблокируем ущелье, перекрыв путь к нашему восточному форту. Тимоти замер. Его взгляд метнулся с карты на суровое лицо Арманда, потом обратно. Он видел это: не перестрелку, не пехотную схватку, а нечто гораздо более масштабное и ужасающее. И в его изумрудных глазах вспыхнуло прозрение. — Нам не нужна битва, — тихо, почти про себя, сказал он. — Нам нужен… большой взрыв? Уголок губ Арманда дрогнул в подобии улыбки. Он кивнул, коротко и четко. — Совершенно верно. Один, но сокрушительный. Мы заложим заряды в заранее просчитанных точках. И когда их войско окажется в горле, мы не атакуем. Мы просто… повернем гору против них. Оставшихся добьем пехотой и лучниками. Он посмотрел на Тимоти. — Это и есть ход короля, ваше высочество. Не тратить фигуры понапрасну. А одним движением изменить саму геометрию игры. Тимоти смотрел на карту, и теперь он видел не просто линии и условные знаки. Он видел игру. И он понимал, что Арманд только что показал ему разницу между тем, чтобы хорошо играть в шахматы, и тем, чтобы быть Мастером, который видит мат на десять ходов вперед.