iando

Марк проснулся, еле как открыв глаза, но зато с первого и, в общем-то, единственного будильника. Если бы он этого не сделал, то получил бы от матери, которая провожает его в школу. Отец по устоявшемуся обычаю в это время уже выходил, ведь его офис находился в другой части города. Встав под звуки уезжающей со двора его же частного дома машины отца, Минхëн заправил кровать и тут же принялся за зарядку на коврике, лежавшем у кровати. Он делал это каждое утро, поэтому трудности эта физическая активность не вызывала. Наоборот, Ли чувствовал, как по его телу расплывается уверенность в сегодняшнем дне и что ему всё по плечу. Минхён любил эту зарядку, потому что она заряжала его тело на все девяносто процентов. Остальные десять дополнял душ. После зарядки Минхëн медленно, в течение десяти минут выпил стакан воды, только после которого вышел из комнаты, направляясь в душевую. Мылся парень по утрам заодно, чтобы уже чистые волосы высушить и уложить так, как надо. Никто не поймёт, если на голове у старосты и надежды всей школы в целом будет гнездо, или, не дай бог, она будет грязная. Марк искренне не понимал, как можно пропускать данный этап утром. Тот же Хэчан вечно заявляется в школу, словно специально демонстрируя, что, встав, он вовсе не позаботился о своём внешнем виде. Завиток волос на одной стороне уже был привычным, ведь тот явно мыл голову на ночь и засыпал, приминая свои мокрые волосы к подушке, получая новую, не похожую на предыдущие причёску. Этот Ли Донхёк просто ходячий протест всем существующим правилам и законам. Чем несказанно выводил старосту класса, которому приходилось наблюдать за данной картиной изо дня в день и получать за то, что якобы Минхëн не может уследить за этим оболтусом. Стоя перед зеркалом в одном белье, Марк даже не смотрел на своё тело. Какая разница, какое оно. Есть и есть. Ещё одна вещь, которую не понимал Ли: почему людей судят по каким-то критериям тела и фигуры. Человек — это, в первую очередь, его душа. Если тебе мил лик, то смысл тянуться к человеку и не принимать его настоящее «я», пытаясь исковеркать, изменить его. Родители Марка делали так же, отдавая парня на спортивные секции. Сегодня тренировка по баскетболу. Марк не верит своим мыслям, но… Он правда не хочет на неё. Ему лень. Ему искренне лениво идти куда-то по указке родителей, пусть это и был его любимый вид спорта. Высушив волосы, Марк старательно и аккуратно прошёлся плойкой по локонам, которые были особенно непослушными и вились. Минхён не любил беспорядок, а кудряшки его как раз и наводили. Марк, несомненно, начал презирать влажный воздух, который частенько был по утрам после ночного ливня. Вся его утренняя рутина с плойкой теряла смысл и прямо таяла на глазах. При сильной влажности волосы парня вились, плевав на стандарты красоты, под которые подгонял их хозяин. И вот, почистив зубы и натянув однотипную и привычную другим школьную форму, Марк, стоя перед зеркалом в прихожей, разглаживал невидимые складки пиджака, пока его мама готовила ему рюкзак к выходу. Нет, она не собирала тетради и учебники за Марка. Это он делал сам перед тем, как лечь спать. Она доложила к уже лежащим принадлежностям бенто, которое готовила для Марка каждое утро. Поблагодарив маму и выстояв под её оценивающим взглядом, направленным на выявление изъянов, получивший одобрение Марк вышел из дома, вдыхая прохладный с ночи утренний воздух, и, уцепившись руками за лямки рюкзака, чтобы их хоть куда-то деть, направился в свою школу, которая находилась в паре кварталов. Путь был преодолён за пятнадцать минут быстрого шага. Минхëну перед уроками нужно было забежать к завучу по воспитательной работе и попросить выдать обещанное задание. Только об этой просьбе Ли забыл, отчего утром от понимания своей ошибки по спине прошиб холодный пот. Марку не нравилось, что он становится временами рассеянным. Из-за его новой привычки рассуждать над всем, что он видит и о чëм вспоминает, он теряет слишком много драгоценного времени. Хëн не хотел становится придурковатым мечтателем, как Хэчан. Как раз его образ возник перед парнем, как только он о нëм подумал, как напоминание: «вот таким, Минхëн, тебе быть нельзя! Вот от этого ты обязан бежать со всех ног!» — Привет всем любителям разгуливать по ночам в майках! Озорно начал было Хёк, но его тут же осёк уже привычный фырк со стороны старшего. Минхёк смотрел на него остро из-под не менее остро надломленных к переносице бровей. По лицу старшего явно было видно, что слова Хэчана не отразились в правильную эмоцию. Минхён, посильнее сжав в руках лямки рюкзака, прошёл мимо парня, слегка задев плечо того своим, словно Хэчана тут и не было. Словно они и не пересекались. Было ли Марку стыдно? Нет. Почему? Потому что Донхёк заслужил. Почему он вообще имеет право о таком трепаться при людях? Марк застыл на месте. Зная этого парня, он с лёгкостью сейчас побежит и всем расскажет, как прилежный ученик Ли Минхëн по ночам гуляет. Пойдёт эта новость по всей школе с такой огромной скоростью, ведь пообсуждать кого-то, кто лучше них, всегда в почёте у этих грязных и мерзких подростков. Хэчан – один из них, и поэтому Минхëну было не стыдно за свой поступок, но поистине страшно, ведь это могло дойти и до его родителей. Забежав к завучу, Марк выслушал, как же Донхёк у него в печёнках сидит и что сегодня Марк должен будет проследить, чтобы парень не учудил чего-то, ведь в школу заедет администрация проверить, всё ли в порядке в школе. Ли понимал, что наверняка не справится. °°° Зайдя в нужный класс, парень, конечно, прикрывая рот рукой, невольно зевнул из-за того, что спал меньше обычного. Слишком мало сна для человека, который живёт с поминутным планом без поблажек. Подняв взгляд, он встретился с теми большими карамельными, как и сам парень, глазами. Тут же челюсть свело до ужаса от воспоминаний о сладко приторном запахе той конфеты, что ел этой ночью Хэчан. Марка передёрнуло от того, что он помнил настолько детально моменты с этим парнем-катастрофой. Откинув дурацкие мысли, Марк сел рядом с Джено на свою любимую парту, невольно зло зыркнув на того, на что тот пытался свести всё в шутку, подняв две руки, мол, сдаётся. — Почему ты вчера сел с Джэмином? — Ох… По лицу парня было понятно, что он сильно сконфузился, и от этого на душе самого Марка почему-то кошки заскребли. Он невольно поставил парня в неловкое положение, словно мать на пороге с четвёркой в электронном дневнике. Это было решение Джено, и он имел право сесть с кем пожелает. Хоть с самим Донхëком. — Я всё понимаю. Не беспокойся. Просто больше так, прошу, не делай… Я больше с тем парнем по имени Ли Донхёк никогда в жизни не сяду. — Всегда поражаюсь тому, как ты без матов говоришь о нём… Невольно прыснул Джено возвращая свой прежний вид счастливого щенка вновь светясь изнутри что было видно по глазам и улыбке. — Просто я воспитанный. Не выдумывай ничего более… Марк уткнулся в учебник, чтобы подтянуть тему, которая западала вчера, и его сосед по парте мгновенно отстал, даря драгоценные минуты подготовки, ведь знал, как для Минхёна это важно. Джено сам по себе был понимающим, поэтому, не мешая соседу, взял в руки телефон, начиная играть в незамысловатую игру, сгорбившись в три погибели так, что лоб лежал на парте, и было ощущение, что он не залипает в своём гаджете, а просто спит. Так меньше будет дёрганий от одноклассников, которые не сделали домашнюю работу и теперь лихорадочно ищут у кого списать, узнав, что её будут точно собирать на проверку. Марк сбоку хмыкнул, ведь это было очень умно и изобретательно. Минхён бы выдал своему другу премию за прекрасное открытие способа избежать надоедливых одноклассников. Сам же, читая текст учебника, Ли радовался где-то в глубине, что спокойно может сфокусировать всё внимание на материале, и ночная вылазка ни разу не помешала этому. Парень боялся, что после неё мозг не разгрузится, а, наоборот, только сильнее загрязнится ненужной информацией. Такого не произошло, и Минхëн ликовал, впитывая знания из книги. За спиной кто-то встал, и Хён это почувствовал, но упорно продолжал бегать по строчкам взглядом, пусть часто и сбиваясь и и читая одну и ту же строчку по нескольку раз совершенно бессмысленно. Нос уловил непонятно сладкий запах, но уже не карамели. Всё равно данный факт сильно насторожил парня, поэтому, даже не задумываясь, Марк фыркнул: — Донхёк, сгинь. Мешаешь. Тот, кажется, слегка поперхнулся на ровном месте, а после старший прямо почувствовал, как тот расплывается в фирменной ребяческой улыбке. Это было очевидно. По спине пробежали мурашки негодования. — Ты затылком видишь? — Просто ты… Минхён осёкся, ведь сказать парню, что он отличил его присутствие лишь по еле уловимому запаху, на который в принципе никто не обращает внимания, — значит закопать себя заживо. Лучший выход был в отступлении, поэтому Минхён просто начал игнорировать парня, смахнув особенность того запаха на острый нюх, а Донхёка оставляя в игноре. Прозвенел спасающий звонок, и Марк не мог не выдохнуть, устало прикрывая глаза. На время урока он полностью отсечён от того парня. Сегодня будет сложный день, учитывая, что на любой урок может наведаться администрация, и зная, что может начудить парень с последней парты. Учительница постучала по столу ладонью, призывая внимание учеников к себе. Получив его, она тепло, но всё же слегка нервно улыбнулась, сложив ладони вместе. Марку это уже не понравилось, отчего он поджал губы, чуть хмурясь. — Попрошу Марка сесть на заднюю парту с Донхëком, а Джэмина пересесть к Джено. Джэмин, поменяйся местами с Марком. Тут же задняя парта в виде Донхёка и Джэмина взорвалась недовольством. Они явно не хотели разрывать свой братский союз на урок и поэтому начали протестовать всеми силами. — А почему это я должен идти на вторую парту?! Я и Донхёк хотим тут сидеть. Возникал На, а его сосед подхватывал, пока смирённый Марк, уже собрав свои вещи, подходил к их парте, с особым интересом разглядывая обычные конверсы. Минхёка уже коробило от осознания, что этот день только начался, а он уже в ужасном положении. За что ему это? Что он сделал плохого в прошлой жизни, что вот так платит по счетам? — Попрошу тебя, Джэмин, уступить мне это место на сегодняшний день. Джэмин было уже взорвался, как по классу разлился приятный и громкий голос зама старосты. — Джэмин, ты же знаешь, что, если что, я помогу со всем. Не волнуйся, я ведь не кусаюсь. Минхён удивлённо смотрел на то, как протестующий сильнее всех парень тут же собрался, скинув всё с парты прямиком в рюкзак, направляясь ко второй парте на нагретый Марком стул. Так как место, нужное Марку, освободилось, тот повесил свой рюкзак на крючок сбоку, а принадлежности из рук положил на парту, начиная те разбирать только после того, как он уселся. Учебник, открытый на нужном параграфе, отмеченном закладкой на магнитах, стоит на подставке, которая служит по назначению, а не чтобы прятать телефон за ней. Пенал с самой нужной канцелярией и второй с карандашами и текстовыделителями всевозможных цветов. Тетрадь, открытая на предыдущем конспекте, который был написан словно каллиграфистом. Аккуратные буквы, которые создавали слова. Всё нужное выделено. Заголовок голубым. Даты жёлтым. Определения зелёным. Особо важная информация розовым. Так Марку было легче ориентироваться в своих конспектах, сразу понимая, что где. Подняв взгляд на соседа, Минхëн увидел, что у того тоже есть подставка и тетрадка на ней. Только она ему нужна была для телефона, который скрывала от глаз учителя та самая тетрадь. Из канцелярии у Хёка была ручка, которую не первый день её обладатель грызёт. Марк скривился из-за последнего факта, пока не заметил, что та же тетрадь была вовсе не по истории, по которой у них сейчас идёт урок. Та была предметная, и на ней большими буквами было написано «биология». Ладно, если бы он просто достал рандомную тетрадь. Марка смутил факт того, что сегодня не было биологии по расписанию, и ему не поступали сообщения по поводу изменения в расписании. — Зачем тебе биология сегодня? Не удержался от вопроса Марк, на что на него зыркнули, недовольно дуя губы — Тебе зачем? Просто нравится и всё. — Понял… Сконфуженно почесав затылок, Минхëн поправил свои волосы и, сложив руки на парте, начал слушать учителя, полностью погружаясь в урок, который на удивление даже преподавателя проходил спокойно. Хэчан только раз пытался возникнуть наперерез словам, но Хён вовремя сжимал бедро того под партой, призывая к молчанию, а после в перерывах на самостоятельные задания, старший спокойно и более доступно объяснял всё непонятное соседу по парте. — Спасибо всем за урок! Он прошёл просто замечательно. Я передам вашему классному руководителю, чтобы вам изменили рассадку на данную и передали план Минхëну или Джено. Марк невольно уткнулся лицом в свои руки, понимая на что невольно подписал себя тем, что слишком хорошо выполнял свою работу. Но он не умел по-другому. Либо идеально, либо полный провал, а этого ни в коем случае нельзя допустить. Теперь на его шее удобно разместится парень по имени Ли Донхёк — отныне его сосед по парте. °°° Ночь была тёплой, но при этом воздух был по-прежнему свежий. Он наполнял грудную клетку Минхёна, заставляя вдыхать чуть ли не до отказа. Было так хорошо, что парень ненадолго остановился в одном переулке, блаженно прикрыв глаза. Всё же эти вылазки очень много значили для него. Это не просто ночная прогулка, это подзарядка уставшему от монотонной жизни Марку. Вечный идеальный день сурка. Одни и те же действия, и только поручения, касаемые школы, меняются. Ужасно, что теперь на его шее ещё и тот шалопай сидит и, свесив ножки, болтает ими, думая как же ему повезло, пока Марк чуть ли не плачет изнутри. Понимание, что ты в ответе на уроках не только за свои знания и свою дисциплину, а ещё и за поступки чужого человека, бесили Марка. Сидеть с Джено сказка, и поэтому Минхëн невольно завидовал Джемину, ведь даже к нему его друг сможет найти подход и очень легко. Даже если вот вспомнить момент, произошедший сегодня днём. Парень ни в какую не хотел пересаживаться. Джено что-то пролепетал, и вот всё! Готово! Джемин уже на местечке Марка без особого недовольства, словно выступление ранее просто шутка и глупое шоу напоказ. — Привет. Марк вздрогнул. Он понял, что это доносится с площадки, к которой он уже почти подошёл. Этот голос. Опять он… Марк раздражённо выдохнул, не зная почему, но всё же направляясь на свою любимую площадку, несмотря на вредителя, находящегося на ней. — Почему не здороваешься в ответ? Спросил Хэчан, раскачиваясь на карусели и отталкиваясь крайней ногой, а руками вовсе не держась, раскинув их в стороны, как на каком-нибудь огромном аттракционе со страховкой и гарантией, что никто не вылетит во время веселья. Марк вновь молча сел на качель, чуть покачиваясь, медитативно перенося вес с пятки на носок и обратно. Он безучастно смотрел на Хэчана и думал, как же это дико. Парень просто так подвергает себя опасности, да ещё и так искренне радуется этому, хоть и карамельное лицо потихоньку то ли бледнеет, то ли зеленеет от того, как закружилась голова у этого ребёнка. — Почему ты… Почему не общаешься со м-мной? Говорил парень сбивчиво и с остановками из-за того, что слишком сильно раскрутил себя до замирания сердца, и Минхён это прекрасно понимал. Простая физиология тела. — И о… Опять молчишь! Минхён не слушал парня, пытаясь сфокусироваться на свежем воздухе и леденящем чувстве от железных цепей качели, которые впивались в ладони. У него почти получилось, как послышался звук удара тела об землю и сдавленный то ли хнык, то ли вскрик. Марк открыл глаза и тут же увидел Хэчана, валящегося на земле и держащегося за коленки, которые кровоточили. Из ранок от мелких песчинок сочилась кровь, пока в них забивалась грязь, ибо этот ребёнок, как полюбил его называть уже Минхëн, лапал руками, стараясь либо приглушить боль, либо остановить кровь. Минхён не без беспокойства вскрикнул, подбегая к парню и убирая руки того от ран. — Не трогай! Заразы и так много! Нужно в аптеку… Нужно продезинфицировать, пока не стало хуже… Хотя бы водой. У тебя есть что-то из этого? Донхёк тихо посмеивался. Марк смахнул это на его придурковатость. — Дома есть… Марк тут же поднял парня на руки под ноги и лопатки, ибо понимал, что с разбитыми коленками тот легко без боли не пойдёт. Адрес Хён знал прекрасно, ибо не раз его просили проведать болеющего Хёка и проверить, все ли задания тот выполняет, чтобы не остаться на второй год. Парень жил без родителей, поэтому Минхëн, не думая, понёс его туда. — Как это произошло? Немного более строго, чем хотел, спросил Марк, смотря на повреждения младшего, пока тот всё ещё кривился от боли. — Хотел на ходу круто спрыгнуть, не останавливая карусель… — Дурак. — Но зато ты разговариваешь со мной. У Минхёна почему-то защемило сердце, но он тут же отогнал это, фыркая и замолкая вовсе, вплоть до двери в подъезд парня. — Откроешь? Хёк кивнув, достал из заднего кармана ключи и открыл домофон. Марк, даже не думая, перенёс вес парня полностью на одну руку, ухватив того под ягодицы и заставляя невольно ухватиться ногами за талию и руками за шею с писком. — Ты сильный… — Договоришься. Фыркнул вновь Марк, поднимаясь на нужный этаж и успешно отобрав у парня ключи от квартиры. — Это был комплимент! Что в этом плохого?! Хэчан возмущённо бурчал это в шею Марка, пока тот чувствовал, как приятное тепло растекается по телу. Это пугало, но и привлекало старшего, заставляя немного затаить дыхание. — В том, что он от тебя. Донхёк оскорблённо замолк под звуки открывающихся замков. И вот они в квартире пострадавшего. Марк бережно посадил Хэчана на диван в гостиной и пошёл закрывать дверь. Справившись, он вернулся, но парня на месте не было. Настоящий ребенок… Старший вновь неконтролируемо фыркнул. В очередной раз. — Не фырчи в моей квартире пожалуйста. Хотя бы тут. Марк тут же обеспокоенно, как бы не хотелось этого, пошёл на голос парня. Тот оказался на кухне. Сидя на полу, он искал среди таблеток обеззараживающее средство, и в итоге нашёл к тому моменту, как Минхëн к нему подошёл. — Нашёл! Марк без слов забрал бутылёк из рук Хэчана и, заметив краем глаза ватные диски, взял и их, после присаживаясь рядом с парнем на холодный пол, слегка ёжась. Открыв бутылёк, он начал капать на ранки аккуратно и медленно, подставляя ватный диск чуть ниже, чтобы стекающий обеззараживатель впитывался в него, а не стекал по ноге. Донхёк, как и подразумевал Марк, начал дёргаться и шипеть на него, но старший покойно зафиксировал ноги парня своими бёдрами, сжимая те ими. — Марк, больно!.. Хныкал Хэчан, в который раз подтверждая теорию о том, что он всё ещё ребёнок, на что Минхëн лишь ухмыльнулся. — Нечего было выделываться. Терпи. Хэчан, не зная куда себя деть, ухватился за бёдра парня, сжимая их до побелевших фаланг, но Марк никак не реагировал. — Можешь. Главное, не кричи. После разрешения, младший вечно цеплялся и сжимал ноги Марка вплоть до того момента, пока он не закончил обрабатывать ранки. Те были чистыми и почти не кровили. — Должны скоро зажить, если будешь беречь себя. Не советую до появления корочки касаться ими ткани, а то присохнет и будет намного больнее. — Проверял? — Читал. Отрезал Марк, после убирая задержавшиеся руки Хэчана со своих ног и вставая. Отряхнувшись от невидимой пыли, Хён подал руку младшему, чтобы помочь встать и тому, что успешно получилось. — Спасибо… Марку показалось или в полутьме карамельная кожа парня слегка зарделась и еле слышный шёпот Донхёка выдавал его? Стало неловко. Марк опустил взгляд в пол и почесал затылок. — Сколько времени? Хэчан, опомнившись, тут же посмотрел на настенные часы, ответив: — Почти четыре утра. Марк, охнув, тут же подорвался с места весь напрягаясь. Два часа на сон — это ужасно мало. Ему не хватит. Он не протянет целый день на этих жалких двух часах сна. Паника нарастала, ибо замки на поддавались и руки не слушались. — Родаки ругают что ли? Спросил Ли, подойдя к нервозному парню и, отпихнув, спокойно открыл замки, выпуская того. — Можно и так сказать. Никому не говори, что ночью я гуляю. Ни-ко-му. Последнее парень произнёс по слогам, на что Хэчан кивнул, говоря, мол, что обещает, после помахав тому рукой, прощаясь.