Глупая авантюра

Идея была глупой — и именно поэтому Джонни так любил такие глупости. «Ну что ж, посмотрим, на что я способен», — бормотал он сам себе, держа руку над странной японской печатью. Он хотел вызвать демона желаний. Чисто по приколу. Типа японский дух, о котором он почти ничего не знал. И главное, чтобы не умереть — пока что Джонни считал себя не настолько сумасшедшим, чтобы прыгнуть в пропасть сгоряча. — Бред — Он капнул каплю своей крови на печать. — Окей, кровь пролита, теперь жди чудес, — пробормотал он. Джонни Кейдж стоял в полумраке своей квартиры, ощущая лёгкую дрожь по спине. Он ещё не до конца понимал, что только что сделал, и потому смех срывался с губ беззвучно, нервно. — Наверное, глюки, — подумал он, поглядывая на себя в зеркало. Он видел отражения, искажённые, словно стекло дрожало от невидимой силы. Всё это казалось фантазией, плодом усталости и перенапряжения. Воздух в квартире вдруг стал плотным, как будто дыхание само стало тяжёлым. Джонни моргнул, и мир вокруг расплылся, стекла окон дрожали, хотя никто их не трогал. Красный свет, словно откуда-то из ниоткуда, окрасил стены в оттенки крови и меди, и туман начал медленно струиться по полу, густой, липкий, обволакивающий ноги. В центре круга, где Джонни пролил капли своей крови, пространство словно погрузилось в зыбкую пустоту. Там, где раньше была простая квартира, теперь зияла черная бездна с мерцающими отражениями — каждый светящийся угол казался ловушкой, а каждое движение воздуха — предвестием чего-то ужасного. И из этой пустоты медленно появился он. Сначала — только тёмный силуэт, вытянутый, как тень на закате, почти нечеловеческий в своей грации. Туман обвился вокруг его ног, затем поднялся выше, словно подчёркивая каждую линию его тела. Красная подсветка делала его почти нереальным: свет играл на золотой вышивке кимоно, подчеркивая каждую деталь, каждую складку, каждую черту лица, словно кто-то подсвечивал живую скульптуру. Его осанка была неподвижна, но излучала силу, которую Джонни ощущал в спине, ногах, даже в зубах. В этот момент время будто замедлилось, и Джонни понял, что дышать — роскошь. Лицо Кенши проявилось медленно, как будто мир сам выбирал, что показывать. Глаза — ледяные, почти прозрачные, с холодной язвительностью, смотрели прямо в Джонни. Волосы, ровные и черные, слегка колыхались в воздухе, который не должен был дышать. Руки были длинными, пальцы — гибкими и острыми, словно клинки. Даже стоя неподвижно, он создавал ощущение живой угрозы, которая могла атаковать мгновенно и без предупреждения. —Нет… нет, вы что, не буду. — выдохнул он. Туман струился вокруг него, поднимаясь и падая с каждой его паузой, а отражения красного света на зеркалах и стеклах квартиры придавали фигуре почти сверхъестественный ореол. Казалось, что каждый его вдох меняет пространство вокруг, что каждая мысль превращается в тень, которая движется вслед за Джонни. Когда Кенши наконец заговорил, его голос был низким, хрипловатым, ледяным, но каждое слово разрезало воздух, как меч: — Дурак. Договор скреплён кровью. Выборов у тебя нет. Джонни вздрогнул. Он стоял перед не просто старым духом, а живой легендой, которая могла из ничего создать кошмар. И самое страшное — он уже понял: от этого существа нет никакого спасения. Кенши только хладнокровно щёлкнул пальцами, и всё вокруг вспыхнуло. Квартира растворилась, словно растворился в воздухе сам смысл реальности. В следующее мгновение он стоял среди зеркал. Бесконечные коридоры стекла, красная подсветка отблесками ложилась на каждую грань, туман клубился вокруг ног, пробираясь между пальцами, словно живой. — У тебя тридцать секунд. — Чего? — Спрятаться. Или найти выход. Потом я начну охоту. — Ладно… теперь уже не смешно, — пробормотал он, делая шаг назад, чтобы не упереться лицом в собственное отражение. — Где выход? На запястье Джонни материализовался таймер. Отсчёт пошёл. 30… 29… 28… — Слушай, — пробормотал он, отступая, — это, конечно, очень реалистично, но, может, поговорим, а? Я не фанат хорроров! Кенши не ответил. Щелчок отозвался эхом по лабиринту, погрузившись в дымку, подсвеченную красным светом. — Беги, — произнёс он тихо. — Посмотрим, сколько ты стоишь. Из-за зеркальной стены медленно вышел Кенши. В кимоно, с холодной улыбкой, его фигура казалась одновременно знакомой и чуждой, почти нереальной. Каждое движение — идеальное. Каждое слово — угроза. — Это не реально, я просто глюки вижу… Кенши сделал шаг вперёд, наклонился, сжав горло Джонни одной рукой. Он был так близко, что дыхание ощущалось на лице. — Тридцать секунд на бегство. Час на охоту. Если проиграешь… — он наклонился к Джонни, сжимая горло ледяной хваткой, — душа твоя станет моей. Джонни всхлипнул, но попытался сохранить браваду: — Ты серьёзно? Ты… огромный! Это нечестно! Кенши лишь посмеялся, тихо, ехидно, и щёлкнул пальцами. Лабиринт задымился, красная подсветка усилилась, и сам дух стал чуть меньшим, но всё равно угрожающим. — Посмотрим, кто кого. Игра началась. Джонни сорвался с места. Отражения мелькали, искажая пространство. Он врезался в стекло, выругался, повернул, снова ударился. Всё вокруг сияло огненным туманом. Дыхание сбивалось, а сердце гремело, будто хочет вырваться. — Черт возьми… — шептал он себе, натыкаясь на стеклянные панели, падая, ударяясь головой. — Ладно, Джонни, держись. Это просто лабиринт… вроде квеста на выживание. Он увидел в отражении движение — тень, силуэт Кенши. Таймер мигнул — ноль. Рёв. Стекло задрожало. — Да твою ж… — Джонни отпрыгнул, едва не поскользнувшись, и, в панике ударив по одному из зеркал, вдруг провалился. Под ним открылась дыра. Он почувствовал дыхание за спиной. Тёплое, опасное. Голос Кенши разнёсся эхом: — Интересная зверушка… как же ты меня достал… — Пошёл к чёрту! — закричал Джонни. — Ты вообще слышал о честной игре?! Кенши лишь улыбнулся, его взгляд ледяной. И Джонни понял, что отступать некуда. Очутившись в тускло освещённом коридоре, где красный свет почти не проникал. Сердце билось так, что казалось, оно вот-вот выскочит из груди. — Отлично… это вроде безопасно, — сказал он себе. — Пока что… Но тишина была обманчива. Из-за поворота послышались шаги, размеренные, уверенные. Джонни побежал дальше, спотыкаясь, падая на стеклянные панели, ударяясь о стены. Он видел отражения Кенши, которые появлялись и исчезали, будто дух телепортировался в тени. Он обернулся — и увидел лицо Кенши, искажённое злостью, с красными глазами, пронзающими его насквозь: — Ещё никто не выбирался живым, — прошипел дух. Джонни рванул дальше. Отражения множились, размывались, ломались, склеивались. Поворачивает — там снова он. Бьёт по стеклу — оттуда его лицо отвечает ударом в ответ. Он плюётся сам собой. Хочет остановиться. Не может. «Я вообще-то креативный, а не спортивный!» — думает он между вдохами, вслух ругая мир и свои кроссовки. Дым. Лёгкая гарь. Подсветка — холодный белый, затем кислотный розовый. Свет режет, как стеклянный нож. Зеркала бегут, словно живые. Они шевелятся, наклоняются, чтобы заглянуть в глаза. Шаги позади. Шаги, которые не торопятся. Он крадётся — отражения бегут быстрее. Он прыгает — отражения прыгают раньше. Сердце как молот. Дрожь в коленях. Потом — коридор за коридором. Каждый коридор — как точка над «i» в слове «безысходность». Джонни врезается в стену зеркал. Бьётся лбом. Кость хрустит. Кровь по стеклу рисует гротескный след. Отражение не повторяет. Оно наблюдает. Отражение — судья. Он ползёт. Встаёт. Бежит. Ноги — ватные. Голова — как в тумане. Руки липнут от пота. — Эй! — вопит он, — ты чё, такой огромный! Это нечестно! Тень, без шага, появляется прямо перед ним. Кенши. Без эфектов. Обычный. Тёмное кимоно. Лицо — как крем для обуви: гладкое, холодное, без эмпатии. Он не бежит. Он следует. Он появляется. Из ниоткуда. Как ошибка в коде. Кенши смотрит на него так, как смотрят на жука. Голос ровный. Тот же самый, что и в зеркалах. — Жизнь нечестна. Он щёлкает пальцами. Дым взрывается. Подсветка из белой превращается в красную. Шум становится плотнее — как будто звук теперь можно резать ножом. Кенши слегка уменьшается. Становится «человеческим» ростом, почти дружелюбно-грозным. — Теперь «честно»? Беги, шут. Он рванул вперёд. Стекло дрожало, отражения искажались, пол скользкий. Он натыкался на тупики, врезался в стены, соскальзывал, но бежал дальше. Паника росла. Сердце колотилось. — Я не фанат смертельных игр, Кенши, просто говорю, — кричал Джонни, но звук отражался и множился в зеркальных коридорах. А потом он услышал смех. Хищный, тихий, отрезвляющий. Кенши был рядом. Джонни попытался развернуться, но скользкий пол предательски выскользнул из-под ног — он ударился спиной о стекло. Сердце почти выскочило из груди. — Ты думал, сможешь убежать? — шептал Кенши, нависая над ним, дыхание горячее, глаза красные, отражённые в стекле. — Всё кончено. Джонни хватается за пол, инстинктивно нажимает что-то — и вдруг плитка под ними исчезает! Они падают сквозь темноту. Джонни кричит, слепой ужас обжигает лёгкие, сердце стучит бешено. Мир меняется. Они оказываются в тускло освещённом торговом центре: длинные пустые коридоры, витрины с манекенами, которые смотрят на него без лиц, отражения его бегущей фигуры в стеклах множатся, будто следят за каждым шагом. — Отлично… — бормочет Джонни, тяжело дыша. — Просто понедельник. Он идёт по коридору, осматриваясь. Пол усеян осколками стекла и отражениями, мерцает тусклый свет ламп, музыка вдалеке дрожит и звучит искажённо. Он натыкается на оружейный магазин. Металл и запах пыли бьют в нос. Пистолет, патроны, немного уверенности. — Ну хоть что-то… — Джонни перезаряжает оружие, руки дрожат. — Беги, Джонни, беги. Шаги за спиной. Смертельные, размеренные. — Смертный… — шипит Кенши. Джонни рвётся сквозь витрины, ломает манекены, опрокидывает стеллажи, скользит, падает, поднимается. Таймер отсчитывает каждую секунду, его глаза бегают по пустым коридорам ТЦ, он ищет скрытые проходы. На втором этаже он выскакивает на эскалатор, бежит вверх. Внутри магазина прячется, отдышку делает между рядами зеркал. Тихий смех Кенши где-то сзади, эхом отражается от стеклянных стен. И вот, на третьем уровне, когда Джонни думает, что обошёл опасность, Кенши снова появляется — молчаливо, угрожающе, как тень, нависая над ним. — Вот и всё, смертный, — произнёс он тихо. — Игра кончена. Сердце Джонни колотилось. Он видит огромную фигуру, пылающие глаза, и внезапно — инстинктивно нажимает ещё одну плитку под ногой, остатки зеркала трескаются, и пол исчезает под ними. Они падают сквозь темноту. Джонни кричит, сердце в горле, а Кенши над ним ещё на секунду замер в воздухе. Затем обстановка меняется — он оказывается в тускло освещённом торговом центре, с пустыми витринами, длинными коридорами и странными отблесками света на полу. Джонни хватает дыхание и поднимается на ноги, осознавая: лабиринт не просто зеркало — он открыл новый уровень игры. Приземление в торговом центре почти выбивает из колеи. Джонни тяжело дышит, глаза бегают, пытаясь ориентироваться: длинные пустые коридоры, витрины с манекенами без лиц, тусклый свет, отражения в стеклах множатся и дезориентируют. Он рванул вперёд. Пол был покрыт мелким стеклом, об осколки он несколько раз споткнулся, но продолжал бежать. Его мысли были беспорядочны: «Где выход?! Чёрт, это реально не смешно!» Сзади послышался тихий, ровный звук шагов. Кенши. Идёт бесшумно, но чувствуется каждая его мысль, каждая угроза в движении. Джонни, почти отчаявшись, бросается между рядами пустых магазинов, обходит опрокинутые стеллажи, спотыкается о витрины. выдохнул Джонни, прижимаясь к стеклянной витрине. Красный свет отражается от его потного лица, искажая отражения. Кенши усмехается, его фигура в дымке кажется ещё более угрожающей. Джонни рванул дальше, перескакивая через разбросанные манекены, поднимается по эскалатору, скользит по полированным плиткам, спотыкается, падает и снова встаёт. Он слышит, как шаги Кенши становятся ближе, сердце почти выскакивает. — Ещё один поворот! — думает Джонни, видя перед собой стеклянный коридор, отражения множатся, дезориентируют. Он прыгает на ближайшую плиту — и снова слышит тихий смех Кенши, который уже рядом. Джонни заскакивает в магазин с оружием, хватает пистолет и патроны — Ну давай, Джонни… — шепчет себе но Кенши почти мгновенно появляется в дверном проёме, наклоняется к нему, пытаясь перехватить — Смертный — нас насмешливая улыбка гармонирует с чёрными бездушными глазами. Нечисть тянет к человеку свои острые когти, желая притянуть добычу себе. Кейдж едва успевает выскользнуть через тайный ход за стеклом, снова падает, катясь по коридору. — Не время умирать — кряхтит брюнет, поспешно вставая. Забежать на второй этаж ТЦ было плохой идеей. Тварь умеет телепортироваться, о чём Джонни совершенно забыл. Кенши очутился прямо сзади него, благо не спереди, иначе Кейдж не успел бы затормозить и попался прямо в лапы зверя. — Не устал бегать? — ласковый тон казался пугающим, а вид сзади Джонни не решился смотреть. Вместо этого тот ловкими движениями опрокидывает стеллажи, чтобы замедлить демона. Пробегает через пустые кафе, прячется за декоративными колоннами. Шум шагов над его головой, стук и эхо — сердце колотится, легкие горят, а голова кричит протесты, не желая работать как надо. Он забегает в магазин электроники, прячется за витриной, слышит шаги Кенши. — Смертный — приторный зов заставляет сердце колотиться, словно отчаянная птица в клетке. Сил бежать почти не оставалось, ноги ватные, надежды нет. Джонни медленно спустился по стене, глядя на таймер. 57:45 В голове что-то щёлкнуло: "Час на охоту." Дышать стало легче, груз паники и безысходности тот час покинули голову, позволяя мыслить здраво. — Должен найти выход… — повторяет Джонни. Сзади послышались шаги. Гулкие, равномерные. — Смертный, — прозвучало эхом. Он побежал. Мимо витрин, через коридоры. Стеклянный потолок отражал пробегающего человека, будто сверху за ним следила армия двойников. На втором этаже — эскалатор. Он рванул наверх, по скользким ступеням. Таймер — 57:49. Ещё немного. Ещё чуть-чуть. Витрина взорвалась, осколки посыпались на него. Кенши вышел из дыма, держа катану в руке. Джонни резко разворачивается назад, ища любой проход. Лестница вниз. Съезжает по бериллу и вбегает на первый этаж. Он видит лифт в конце коридор, рвётся к нему, нажимает кнопку. Дыхание сбившееся, ноги дрожат. Кенши почти настигает, но двери закрываются. Джонни падает на пол, тяжело дышит, оценивая ситуацию. Лифт двигается вниз, в подземную парковку. — главное дотерпеть — Кейджу оставались секунды на передышку. Двери лифта открылись. И правда парковка, мужчина подумал бы, что попал обратно к себе, но места, все до единого, были пусты. Остаётся лишь бежать. Зверя нигде не было и Кейдж расслабился, проходя парковочные места. Только сейчас до него дошло, что это ТЦ, где тот раньше уже бывал. Было это давно да и он почти не помнил юность. Рык. Пол пустой парковки отдавал гулом под шагами Джонни, сердце билось где-то в горле. Он едва заметил, как металлическая дверь за его спиной со скрежетом захлопнулась, отрезая путь обратно. Он сделал шаг назад — и понял, что упёрся в стену. Тишина. А потом — шаги. Нет, не шаги. Это был уверенный, тяжёлый, почти ленивый подход хищника. — Ты так стараешься… — голос Кенши разнёсся эхом, словно отовсюду. — Забавно. Джонни разворачивается — и перед ним Кенши. Взгляд тёмный, злой. Волосы растрепаны после погони, на кимоно прореха, но он всё равно выглядит как демон из старой легенды, которому уже надоело играть. — На колени, самурай, — выдыхает он. — Сюжет поменялся. — Думаешь, я не вижу, как дрожит твоя рука? — Кенши склоняет голову, хищная улыбка — прям тонкий порез. — Я прекращу, если сдашься. — Не дождёшься. Он рванул в сторону, но Кенши оказался быстрее. Его ладонь ударила в стену рядом с головой Джонни, перекрыв путь. — Хватит, — процедил дух, — ты вымотал меня. Он схватил Джонни за горло и впечатал его в бетон так, что у Кейджа выбило воздух. Тёплое дыхание Кенши коснулось его щеки — слишком близко, почти интимно, если бы не чистая ярость. — Я же говорил, — прошипел он, — никто не уходит. Джонни задыхался, пальцами пытался разжать железную хватку. — Эй… — прохрипел он, — ты… слишком серьёзно ко всему относишься! Он поднял руку — и ударил Кенши в лицо. Резко, отчаянно, без техники. Дух на секунду качнулся, хватка ослабла — и Джонни вывернулся, сбивая его с ног. Они покатились по полу, бетон царапал кожу, Кенши рыкнул, развернулся сверху и ударил коленом Кейджа, прижимая его. — Думаешь, я отпущу тебя после всего этого? — Думаю… — Джонни потянулся к карману, — что у меня… ещё есть шанс! Пистолет. Он приставил его к виску Кенши. Тот замер. Улыбка исчезла. — Ты не убьёшь демона этим, — спокойно сказал он. — Ты вообще ничего этим не добьёшься. — А вот приостановлю — вполне! Щелчок. Пусто. Кенши смотрит на оружие, медленно, как будто не веря. — Ты серьёзно?.. В этот миг Джонни со всей силы ударил его по лицу, перехватил оружие и вставил патрон. Кенши бросился на него одновременно — движение, как у тигра. Выстрел разнёсся по парковке эхом. Кенши качнулся. Не упал — но замедлился. — Ты… — выдохнул он, — смешной. Слишком смешной, чтобы быть живым. Он снова оказался сверху, ярость кипела, глаза вспыхивали красным светом. Его пальцы снова вцепились в горло Джонни. — Ты правда веришь, что победил? Джонни, почти без воздуха, ухмыльнулся — широко, нагло, до слёз в глазах. И поднял таймер. На нём: 01:00:00 — ВРЕМЯ ИСТЕКЛО. Кенши замер. Дыхание стало глубоким, тяжёлым. И вдруг он тихо рассмеялся. — Ты… сумел. Он наклонился ближе — так близко, что Джонни почувствовал его клыки на своей коже. — Тогда… вот твоя награда. И впился зубами ему в шею. Резкая, горячая боль прошла по телу, кровь потекла по коже, а Кенши медленно, почти удовлетворённо слизывал её. — Мы ещё увидимся, Джонни Кейдж. Он растворился, исчез, оставив воздух дрожать от остаточной магии. А Джонни рухнул на пол, хватая воздух, сжимая шею, не веря, что выжил. Но он выжил. Победил. Прошёл год. Ровно год с той ночи, когда Джонни Кейдж умудрился обежать демона. Он успел забыть вкус паники, стеклянные стены, затхлый запах пустого ТЦ. Но шрам от укуса на шее — тонкая, красная дуга — напоминал, что всё было настоящим. Слава пришла как по контракту: новые проекты, шоу, рекламные контракты, толпы фанатов. Он жил в постоянной суматохе, но иногда, в самых тихих ночах, ему казалось, что он снова слышит в темноте шаги… Сегодня он просто отдыхал дома. Чай, мягкий свет лампы, сценарий на коленях. Менеджер позвонил пару часов назад: — Джонни, сценарист хочет встретиться лично. Ждёт у тебя дома. Очень настойчивый парень. — Ладно-ладно, пусть приходит, — зевнул Джонни. — Вдруг предложит что-то стоящее. Звонок в дверь раздался неожиданно тихо, будто звонили кончиками пальцев. Джонни лениво подошёл и открыл. И застыл. На пороге стоял Кенши. В человеческом костюме. В идеальном тёмном пиджаке, белой рубашке, волосы аккуратно собраны, на лице лёгкая спокойная улыбка. Но глаза… глаза были те же. Красноватые в глубине, хищные, наблюдающие. — Привет, Джонни, — сказал он тоном, словно они виделись вчера. — Надеюсь, у вас есть свободное время, мистер Кейдж. Джонни захлопнул рот, потому что он автоматически открылся. — Нет… стой… ты… ты? — Он ткнул пальцем прямо в грудь Кенши. — Ты не имеешь права быть таким… обычным! — Это форма вежливости, — мягко улыбнулся демон. — Ты же стал знаменитым. Я должен соответствовать уровню встречи. Джонни отступил на шаг, сердце сорвалось куда-то к пяткам. — Какого чёрта ты здесь делаешь? Контракт ведь… всё. Конец. Я победил. Я свободен. — Ты стал популярным, — спокойно напомнил Кенши. — Значит, контракт выполнен. Он сделал шаг вперёд. Джонни почувствовал запах — лёгкий, пряный, прохладный — и у него мурашки пробежали по позвоночнику. — Тогда что тебе нужно? — выдохнул он. Кенши наклонил голову, как будто изучал его. — Посмотреть, как ты живёшь. — Чего? — Проверить, изменился ли ты. — Серьёзно? Год назад ты меня чуть не придушил, а теперь — душевный визит? Кенши слегка улыбнулся. Опасно. Насмешливо. — Джонни… — он произнёс его имя так низко, что у Кейджa пробежал холод по коже. — Убить тебя было бы слишком просто. А вот наблюдать за тем, что ты сделаешь дальше… куда интереснее. Джонни сглотнул. — Это… это угрозой звучало. — Это факт. Он шагнул ближе, почти вплотную. Пальцем слегка коснулся того самого шрама от укуса. Тепло его кожи обожгло. — Ты носишь мою метку. Я не мог не прийти. Джонни едва не вскрикнул — не от боли, а от того, как резко вернулись все воспоминания о той паркинговой борьбе, о зеркалах, о клыках у шеи. — Ты издеваешься? — прошептал он. — Чего ты хочешь от меня теперь? Кенши опустил руку, глаза блеснули странной мягкостью, которую Джонни не ожидал. — Новую игру, — тихо сказал демон. — Но правила… мы обсудим позже. Он развернулся, и воздух вокруг него дрогнул, будто от тепла. — Подожди! — выкрикнул Джонни. — Ты же не собираешься просто уйти? После всего— Кенши слегка обернулся через плечо: — Если бы я хотел тебя забрать… ты бы уже не разговаривал. Улыбка. Тонкая. Опасная. Почти нежная. — До скорой встречи, Джонни Кейдж. И он растворился прямо у порога, оставив лёгкий запах холодного дыма и ощущение, что в комнате исчез кислород. Джонни остался стоять один, дрожа от злости, страха и какого-то странного… интереса. — Чёрт… — прошептал он. — Вот только этого мне в жизни и не хватало. Но он понимал: Кенши вернулся. И это точно — не конец.