Золотая истина: «Немецкую проблему решай по-испански»

Мегуру Бачира действительно волновался за друга.  И типа, если Исаги глупо полагал, что никто не видел насколько сильно на нем отразилось расставание, то он был самым крупным идиотом на свете.  Это заметили все.  А особенно сам Бачира. (Не даром же он носил почетный титул «лучшего друга» Исаги Йоичи) Под предлогом, то «занести футболку, которую ты у меня оставил. Помнишь?», то «Ой, я затеял генеральную уборку, а у нас на этаже, кажется, нет пылесоса» он приходил в немецкий сектор в последние дни Лиги Неоэгоистов, чтобы убедиться, не подох ли его лучший друг к чертям собачим.  Слава богу — нет. Каждый раз приходилось выдыхать, видя, что Исаги еще пока мог двигаться и вообще шевелиться.  Йоичи не особо делился: признался, что увидел Кайзера с другим, но попросил ничего не делать. Никак не реагировать и уж точно не собирать команду из блюлоковцев для «битья немецкой рожи».  И Бачира согласился. Сказал, да. Но пометочку в листе ожидания оставил.  *** Как будто специально в тот же момент судьба предоставила к его ногам новую, крайне полезную информацию.  Иногда Мегуру казалось, что все здание «Блю Лока» было огромной головкой сыра, в которой постоянно прогрызались все новые и новые тоннели, при этом почему-то не предусматривая дверей.  Жизнь нараспашку. Подслушивай не хочу.  Голос у Лавиньо и так был звонкий, словно карканье чайки (Не-со-че-тае-мо-сть). Многие отмечали эту схожесть.  Но еще громче он становился в моменты…  — Ты опять не пришел на тренировку?! Я же сказал, расстались они! Хватит уже убиваться, займись чем-нибудь полезным.  А вот это уже было интересно.  Бачира замер возле проема двери, прислушиваясь к ругани. Лавиньо крутился на кресле с колесиками, вертелся из стороны в сторону и размахивал руками, будто собеседник на том конце трубки мог это увидеть. — Что, раз тренера рядом нет, ты решил, что резко взрослым стал?! Запомни, Банни, у меня в Барселоне повсюду глаза и уши. Так что марш на пробежку!  Банни? Это который ньюген? Который бывший Итоши Саэ? И который один из лучших нападающих мира?!  Вся ситуация становилась лишь интереснее и интереснее. Чересчур полезная информация, чтобы так просто ее упустить.  В конце концов сейчас в «Блю Локе» был лишь один человек недавно, расставшийся с…  Безумная догадка зародилась в голове в тот же момент, когда Лавиньо выключил телефон, и не оборачиваясь, кинул:  — Бачира, выходи. Я знаю, что ты подслушиваешь.  *** Ладно, сквозь гору обсуждений и рассказов о том, как сильно задолбали их обоих одни из самых близких людей, Мегуру и капитан «ФК Барчи» пришли к логичному умозаключению.  (Бачира всегда знал, что Лавиньо являлся подлинным гением, понимающим его с полуслова)  Исаги Йоичи был необходим новый парень. А Банни Иглесиасу был необходим Исаги Йоичи.  Два плюс два равно четыре. Эти двоя стоили друг друга, необходимо было лишь немного подтолкнуть их к правильному решению.  *** Вернемся же к Банни.  Не то чтобы он вообще на что-то рассчитывал, едя в такси с Лавиньо. Капитан сразу напрыгнул на него с руганью и ужасно длинной речью о том, что вообще «как он посмел не слушаться, и пинать хуи все это время вместо футбольного мячика»?!  «С каких пор ты начал думать членом, а не головой? В отношениях с Саэ ты вел себя по другому»  Ответ крутился на языке.  Может быть потому что мне никогда и не нравился Итоши Саэ?  Банни пропускал все мимо ушей, стараясь как можно сдержанней улыбаться.  — А вообще у меня для тебя хорошие новости. — Да ну? — Ага-ага! Тебе ведь нравится этот… Японский мальчик, игравший за бастардов в этом сезоне.. «О нет…» — тут же эхо раздалось в голове. — «Зачем опять поднимать эту тему?!»  — Ну вообщем, я, где надо — подкрутил, с кем нужно — побеседовал… — говорил капитан, распаковывая мятную конфету. — И короче… — сладость тут же оказалось у мужчины во рту. — Все тебе устроил.  Банни прыснул, но промолчал. В такие моменты стоило притворяться неподвижной статуей, дай бог спасет от наплыва кринжа со стороны старшего поколения. Неужели это был новый способ заставить его начать снова играть? Не дождете-… — Скоро поедем в тренировочный лагерь в Токио перед чемпионатом. Если Бачира все гладко сделает, то выдадим план действий, что да как.. — Лавиньо оглянулся на него, взгляд сменился с мягкого на суровый. Голос стал тверже. — А пока обещай нормальные результаты показывать.  Банни только закатил глаза. Кто такой этот «Бачира» спрашивать он точно не собирался. Помнил, вроде бы у одного из участников этого тупого «Блю Лока» было похожее имя, но когда он смотрел матчи, то был не сильно в нем заинтересован. Глаза все равно перетягивал номер одиннадцать. Других знать было вовсе необязательно.  Жалко, нельзя же было начать смеяться в чужое лицо так сразу.  Лавиньо как всегда смотрел на все через призму розовых очков. Будто любовь — это что-то простое, что можно легко подчинить и посадить в клетку. Словно Исаги был какой-то заводной куклой, которую можно было настроить на определенный лад.  «Все устроили» — это чувства, а не какая-то часовая машина. Тут не на шестеренках все работает.  (Только бы Лавиньо сделал какую-то херовую рекламу для японца, мол посмотри «какой у меня ученик. Сильный, классный, крутой». А ведь капитан вполне мог бы. Но в таком случае и переживать было не о чем, ведь Банни точно бы умер со стыда)  *** В Японии первыми, кого он встретил, были вовсе не милые девушки-портье, а будущие соперники «ФК Барчи». Банни краем глаза заметил беседующих возле стойки администрации четверых парней. Патлатый с задорной улыбкой на губах весело рассказывал о чем-то остальным. Второй с косой и острыми зубами закатывал глаза. Еще один — самый высокий из них чуть смеялся, вероятно с шуток первого.  Знакомые лица. «Блю Лок» преследовал его повсюду.  А посередине всех…  Исаги Йоичи собственной персоной.  Такой красивый. Как и всегда. Будто с обложки рекламного журнала спортивных вещей.  Зеркальные крутящиеся двери вдруг из-за чего-то заели. Лавиньо, пытаясь затащить весь багаж за один раз, застопорил механизм. Мат, а после жалкие попытки капитана вытащить вещи из проема. — Ну что ты встал, как вкопанный..? — начал было Лавиньо, занося чемоданы внутрь. — Давай шеве… А…  Видимо он тоже заметил, куда именно смотрел Банни.  Иглесиас тут же отвернулся, сурово переводя тему, не давая капитану и слова вставить:  — Давай сюда, я могу понести сумки.  *** А потом жизнь начала действительно смеяться над ним.  Лавиньо ушел на переговоры с Эго-саном, оставив Банни (наконец-то) в тишине.  Но не успев даже не секунду насладиться ей, в комнату ворвался тот самый парень с первого этажа. По совместительству — Мегуру Бачира, по совместительству — «самый-лучший-мега-крутой-важнейший-друг Исаги Йоичи на свете».  И тогда-то и родился план «дурацкой» операции по захвату Исаги Йоичи. 

— Ты ебешь его взглядом с тех пор, как вошел внутрь лагеря. Это жутковато, но Исаги тоже моментами крипоту выдает, так что все окей! 

Полностью понять и осознать, что несла эта уменьшенная вдвое версия Лавиньо, Иглесиас правда (вот прям честно) не мог.  Кивал и пытался вникать в происходящее, а не пытаться выгнать нового знакомого за дверь.  Ведь дело касалось Исаги. А при упоминании объекта воздыхания у Банни Иглесиаса немного (совсем капельку) отключались мозги.  Да и вообще… Слабо верилось в то, что этот план по началу отношений срабо… *** — Стань моим парнем. — сказал Исаги Йоичи уже через два дня после начала их общения с Бачирой.  Такой знакомый. Дрожащий от морозного ветра, с ужасно суровым взглядом.  Мегуру гарантировал Банни, что Исаги предложит ему встречаться уже через несколько часов, цитируя: «как только созреет», и к (ахереть какому) изумлению Иглесиаса… …Так и произошло.  (Жаль, что отношения Йоичи нужны были лишь фиктивные)  Но в этом и состоял весь их гениальный план. Почему-то Лавиньо был глубоко уверен, (да и Бачира в том числе), что отношения главное начать. А уж как там пойдет, зависело бы от самого испанца.  «Лови момент, приятель» — говорил Мегуру.  Поэтому на предложение, стать парнем Исаги «на время», Банни согласился практически (не практически) сразу.  И плевать, что Йоичи думал, что Банни было хоть какой-то дело до Итоши Саэ. Плевать на то, что он полагал, что цель «побесить» своего бывшего хоть как то интересовала Иглесиаса. Плевать, что только на два месяца.  Плевать. Давайте ручку, он подпишет.  Ну а дальше все и так известно  — Пакт о правилах поведения. После заключения Банни почти предложил Йоичи остаться у него в номере на ночь и никуда не уходить. (Блять-блять-блять!) Забавно, что формально Банни уже нарушил практически все пункты их гребанного «договора».  Неразглашение — провалено. Лавиньо и Бачира были в курсе.  Нейтральность чувств — провалено. Банни был по уши…  И только момент с «На людях вести себя исключительно как парочка», хоть как-то, но Банни мог выполнить. И Иглесиас собирался серьезно взяться за решение задачи «уверить всех в своей любви к Исаги Йоичи» Ведь это было единственное, на что он был способен в принципе. *** Самым волнительным стало целовать Исаги впервые.  Иглесиас хотел быть хорошим парнем, а следовательно нужно было что-то делать с несчастной трясучкой в ногах при виде Йоичи. А также необходимо — начать ухаживая.  (По крайней мере так советовал делать Лавиньо, но как будто с этим вопросом Банни и сам мог вполне разобраться)  Он решил начать с простого кофе. (Вернее чая. Благо Бачира любезно предупредил его о предпочтениях лучшего друга) Так ведь делают парочки иногда? Он видел по телеку во многих сериалах и фильмах. С Саэ он подобного не творил: никогда не ходил в кафейню с целью порадовать своего партнера вкусным напитком.  Все бывает в первый раз.  У входа на стадион Банни услышал, как Кайзер разговаривал с японцем, как наклонился ближе, как старался разозлить его.  Наверное, верх над Банни взяла именно ревность. Или что-то очень близкое к ней: это чувство схватило поручни управления, находящиеся где-то глубоко в мозгу, и он решил начать действовать.  Поцелуй у всех на виду. Под камерами и на глазах у бывшего Исаги.  Ну они ведь теперь встречаются, так почему нет?  После этого инцидента на телефон пришло сообщение от Бачиры, состоящие из нескольких пальцев вверх и слов:

От SuperMonster2002: Зачет, чел! Исаги весь красный, сейчас пытается выпить кулер залпом. Думаю, ему понравилось. Неплохое начало. 

Правда уже тем же вечером, Йоичи попросил больше так не делать и даже добавил пункт о «поцелуях» в их совместный договор. Лавиньо еле удалось успокоить своего ученика, ведь сознание Банни решило внушить ему, что он был противен своему собственному объекту воздыхания, что все это ужасный бред, что никогда этот «тупоебский план» не сработал бы, и вообще «я не заслуживаю любви, мне стоит прекратить». Благо взрыв испанской кавалерии удалось предотвратить. И Иглесиас все таки встал обратно на дорогу исправления.  *** Потом инцидент в столовой, где Йоичи с того не с чего буквально напрыгнул на Банни со словами: «Наконец-то я тебя нашел! Ну и спрятался же ты..»  «Любимый» — обращение, произносимое Исаги с такой легкостью, что Банни почти забыл о том, что они все еще притворялись.   Он вспомнил об этом, только когда заметил, что взгляд Михаэля был все еще устремлен прямо на них. Сразу становилось ясно, с чего вдруг Йоичи начал к нему так ластиться.  Блять. Это было больно.  Но была отнюдь и положительная сторона.  С тех пор они начала проводить гораздо-гораздо больше времени вместе. Держаться за руки, обниматься, позировать для камер. Интернет буквально рвало от их взаимодействий, Банни даже начинал думать, что возможно Лавиньо решил ему помочь, ради того чтобы вернуть фанатов, ушедших после его разрыва с Итоши-старшим.  Им даже удалось каким-то образом заставить Исаги переехать к нему в комнату.  (И сколько бы раз Банни не кричал, просил, твердил, умолял: прекратить лезть в его личную жизнь. Капитан и его маленький помощник не останавливались) Но смотря на Йоичи с небольшим чемоданом в руке и словами: «Подумал, будет не такой уж и плохой идеей пожить в одном номере» Иглесиас просто не мог поступить иначе, кроме как впустить своего не-парня внутрь.  Будто их не заставили. Словно он не понимал, что Исаги скорее всего принудили.  Уроды. *** Банни осталось лишь плыть по течению. Хотя он все равно пытался не лезть, давать больше свободы. Не заставлять. Со временем Исаги начал сам проявлять инициативу, порой даже очень жесткую и прямолинейную, но не то чтобы Иглесиас мог жаловаться.  И пускай как только камеры скрывались, Йоичи тут же отходил на шаг, а то и на два: ускользал из рук, словно дорогое шелковое полотно…Банни не сопротивлялся, не держал. Любовался им со стороны и довольствовался мелочами.  А вслух произносил ласковое «Mi Amor», надеясь, что Исаги когда-нибудь да поймет.  Один раз Лавиньо ворвался к ним без стука, и это действие каким-то магическим образом заставило Исаги начать спать с Банни в одной кровати. (До этого Иглесиас, как истинный джентельмен, стелил себе прямо на кресле. И признаться честно, это был худший из возможных видов сна).  Исаги всегда ложился очень рано, а вставал еще раньше. Банни точно не знал, удобно ли это было для продвижения плана по «захвату сердца Исаги Йоичи», но перед сном ему нравилось секундно засматриваться на умиротвореннее лицо в собственной кровати.  «Мило» — Нельзя.  *** Йоичи вообще сам по себе был довольно нервным человеком, и выяснилось это только благодаря совместному жилью. Японец всегда надевал маску спокойного и собранного парня, пытался составлять планы и писать сценарий собственной жизни, будто стараясь над всем держать контроль.  Даже выписал все вопросы и ответы касательно их личной жизни, и заставил Банни их выучить.  Но Иглесиас не жаловался, наоборот — принял подарок судьбы, ведь это был личный повод узнать об Йоичи, как о личности чуть больше.  Из нового: например, у Исаги были дьвольские проблемы с физикой и химией, но вот по истории и литературе он учился на отлично. В прошлом году ему не прислали ни одной валентинки (На вот этом моменте Банни захотелось расхохотаться, ведь этот факт казался просто наглой ложью. Кто-то народе Йоичи не мог не иметь кучи поклонников).  Любимый фильм — «Мой сосед Тоторо», а цвет — синий.  На интервью Банни видел, как сильно переживал Исаги. Иглесиас пытался приободряющее держать его за руку, как бы говоря, что он не один.  Дальше следовали стандартные темы. О том, насколько «Бнис» стал популярен в наши дни, как же фанатам нравятся открытые отношения двух футболистов и так далее…  Очевидно не обошлось и без вопросов про бывших.  На удивлению, за все интервью Банни пришлось соврать ровно ни разу. Он вообще не очень любил врать журналистам, они потом только все против тебя могут выставить и пиши пропало… Кстати, по сети ходили и слухи о признании Банни… Том самом, когда он только расставался с Саэ и объявил о некой влюбленности. Ведущая весело смеялась, но не забыла и про это.  Йоичи смотрел непонимающе. Наверное, он не знал об этом. Наверное, не читал о каком-то там Банни Иглесиасе и его «расставании»… Тем не менее испанец все подтвердил, так чтобы не сильно заострять на этом момент внимание:  — Да, именно. Я помню, о каких «комментариях» вы и фанаты хотели бы меня спросить. Все, что я могу сказать — Йоичи тот самый для меня. Сейчас я действительно уверен, что нашел человека, которого буду любить всегда.  Фанаты вновь остались довольны. Журналисты тоже.  Но самое главное — Исаги согласился сходить с ним в кафе на свидание в тот же вечер.  Ладно, хорошо. Иногда Бачира и капитан давали дельные советы.  *** Йоичи оттаивал. Возможно Банни просто казалось, из-за количества проведенного вместе времени, но возможно…  Иногда по утрам ему мерещилось будто кто-то гладит его по голове, водит пальцами по лицу. Но он никогда не смел открыть глаз. Ну вы понимаете, одна ошибка — ты за бортом.  Бачира активно давал советы по правильности ведения отношений. Рассказывал какая еда больше нравилась Исаги, подсказал в какой парк аттракционов лучше сводить японца. И несмотря на всю свою нелюбовь к экстриму Банни все таки пошел туда: вытерпел полет на карусели под потолком, гоночную трассу и даже бешеные американские (В их случае токийские) горки.  И все лишь потому что, в те моменты создавалось впечатление будто они реально были вместе. Ходили на свидания, смотрели кино, смеялись. Словно это все не было ложь: просто два подростка, гуляющие за ручку.  После похода в дельфинарий, где один из хвостатых «актеров» облил их во время номера водой, Йоичи разрешил Банни посушить свои волосы.  Почти как настоящая пара. Так близко к возлюбленным и так далеко от друзей.  Не-парень, спящий с тобой в одной кровати. Не-парень, держащий тебя за руку, пока вы наблюдаете за играющим с мячом тигром в зоопарке. Не-парень, с которым вы едúте из одной посуды, целуетесь на камеру для миллионов зрителей.  Не-твой-парень.  А Михаэль все так же наблюдал из далека.  *** На благотворительном вечере Исаги выглядел изумительно. Плюс еще тысяча прилагательных, просто Банни так и не смог определиться с более подходящим комплиментом. Изумительно мило из-за немного большеватого пиджака?  Изумительно роскошно из-за блестящих темно-синих волосы и золотых запонок на рубашке?  Изумительно изящно благодаря аккуратным чертам лица прекрасно сочетающимся с черным цветом костюма?   Неважно.  Внутри одного из самых дорогих отелей Токио (Ну вы и так от этом знаете) было симпатично. Банни не особо любил подобные мероприятия из-за постоянной нужды в натягивании улыбки на собственное лицо.  Смол-токи состоящие из одних только:

«Рады приветсовать вас» — «Взаимно» 

«Прекрасно выглядите» — «Благодарю, вы тоже» 

«Здесь очень вкусная еда» — «Абсолютно согласен» 

Исаги даже не делал вид, что место пришлось ему по вкусу. Он продолжал устало обвиваться вокруг локтя Банни и уничтожать закуски от официантов. Иглесиас и не возражал.  Но потом, Банни заметил, что Исаги уставился куда-то далеко в глубь зала. Испанец тут же повернул голову в поисках того, что так привлекло внимание его партнера.  Куча людей. Ничего особенного.  Неожиданно японец дернул его за руку, привлекая внимание. Банни послушно развернул голову, вопросительно вглядываясь в чужое взволнованное лицо.  «Что случилось? Ты кого-то увидел?» — хотелось спросить, но он не успел.  К ним подошел Итоши Саэ. И все более менее прояснилось.  (К собственному удивлению) Банни был действительно рад видеть его. Саэ выглядел неплохо, по крайней мере лучше чем в последний раз. Будто что то изменилось в чужом лице, испарилась какая-то странная черта, напоминающая «раздраженность-всей-действительностью-двадцать-четыре-на-семь»  После обмена любезностями Саэ попросил Банни отойти поговорить наедине. Быстро пообещав скоро вернуться, испанец последовал за бывшим сокомандником.  *** В глубине зала, в более укромном месте, где их вряд ли смогли бы найти репортеры, Саэ наконец-то остановился.  — Вы хорошо смотритесь вместе. — он улыбнулся. Банни удовлетворенно хмыкнул. — Приятно слышать.  Итоши вновь как-то странно взглянул на него и, засунув руки в карманы, вымолвил:  — Рад, что ты… Наконец-то счастлив. — чужие брови расслабились, придавая лицу умиротворенней вид. — …С тем кого действительно любишь.  Иглесиас только выдохнул, неловко оглядываясь в сторону: — Неуверен, что это взаимно.  Саэ искренне рассмеялся:  — Ври больше. Исаги тебя так ревнует, сейчас смотрел на меня, будто собираясь убить.  «Что?» — повис немой вопрос, но Иглесиас не собирался его озвучивать. С Саэ вопросы подобного характера он обсуждать желанием не горел. Постарался перевести тему:  — Так… зачем было устраивать этот разговор наедине? — Хотел сказать спасибо. — голос японца звучал твердо. — За то, что взял на себя ответственность закончить все. Эти отношения… Тянули меня на дно, боюсь еще немного и… точно ушел бы из футбола.  Саэ устало улыбнулся, снова засунул руки в карманы.  — Да, выглядишь гораздо лучше с нашей последней встречи. — протянул Банни. — Неужели нашел себе кого-… Вдруг через толпу людей в ним пробился еще один человек, громко крича: «Са-а-аэ! Ты где?!»  Блондин с окрашенными розовыми когчиками буквально налетел на японца с крепкими объястьями:  — На-а-ашел!  К удивлению, Итоши старший даже не сопротивлялся быстрым касаниям. Позволил чужому телу навалиться на себя со спины, мирно принимая удар.  — Хе-хе! Думал спрятаться от меня? - громко проговорил Шидо, вроде бы его звали так. — Не получится, я тут развел одного официанта и заставил отдать мне все виды дегустационных настоек. Пойдем, я тебе оставил парочку.  Ответа на вопрос Банни больше не требовалось.  «У каждого свои предпочтения…» — пускай даже если это был странный фрик, с автозагаром и накрашенными глазами.  — А с кем это ты болтаешь? — видимо наконец парень заметил присутствует кого-то третьего в их компании.  Дабы избежать проблем и ненужных объяснений (Хорошей реакции на ответ «Со своим бывшим» от такого сумасшедшего парня ждать не стоило)  Банни принял стратегическое решение убежать обратно к своему все еще не-настоящему возлюбленному.  — Ни с кем. Я уже ухожу. Приятного вечера.  *** Он искал Исаги по всем трем этажам, расспросил почти весь персонал, детально описывая внешность своего партнера. Но все лишь вертели головами, вежливо кланяясь, отвечали: «К сожалению, не видели» Сука. Огромная гостиница с толпой людей в одинаковых костюмах, отличающихся максимум расцветкой, внутри. Задачка из раза ряд отыщи иголку в стоге сена.  Лишь на барной стойке ему наконец дали вразумительный ответ, что «некто подходящий под все описания» ушел к лифту с бутылкой шампанского.  Если бы Йоичи действительно уехал наверх осталось только два варианта: либо он ушел в номер отдыхать, либо был на одном из тридцати восьми этажей.  *** Благо Банни повезло. Дверь в номер оказалась не заперта, а Исаги лежал прямо на их общей кровати… …в одной только рубашке, с бутылкой смазки возле правой руки и лентой контрацептивов в другой.  «Блять-блять-блять» Слишком откровенный вид, чересчур… Для реальности. Снизу все начало буквально гореть, Банни не мог пошевелится.  Происходящее больше напоминало один из его влажных снов, после которого приходилось принимать холодный душ.  Но нет — все было реально.  Поцелуй ощущался по-настоящему пошло и жарко. Бедра — крепкие и  упругие, в них хотелось впиваться пальцами, вгрызаться зубами. И целовать-целовать-целовать.  К сожалению, Исаги пожелал переспать именно утыкаясь лицом в подушку. Вопрос: «Почему… Ты отворачиваешься от моих губ?» — остался открытым.  «Почему не хочешь смотреть? Почему тянешься, так просишь коснуться, но только я начну действовать — тут же убегаешь?» Банни никогда и не любил подобную позу, считая ее не самой удобной для занятия сексом. Если нет нормального доступа к лицу партнера, то… Сложно объяснить. Ему просто не нравилось. Так ведь совсем не удобно целоваться и держать зрительный контакт. Но желание Йоичи — закон, так что Банни и не подумал возражать. Побоялся, что одно маленькое «нет» или «может быть» с вопросительной интонацией разрушило бы всю эту сказку окончательно, и Банни бы просто проснулся в холодном поту посреди своей комнаты в общежитии Испании с осознанием, что все произошедшее было лишь плодом воображения.  *** Отношения были фейковые. Но вот секс ощущался вполне реально.  Каждое прикосновение, каждый стон, и каждая мольба двигаться чуть быстрее звучали достаточно по-настоящему, чтобы Банни в них поверил: отдался искушению, попытался продемонстрировать все чувства накопленные за столь долгое время.  Но как это обычно бывает — карета всегда превращается обратно в тыкву, а лошади в жалких полевых мышей.  На утро Исаги Йоичи уже не оказалось под боком.  Скомканные простыни, испачканное покрывало, одежда, валявшаяся по всему периметру комнаты в хаотичном порядке.  И сообщение на телефоне: 

«Правила были нарушены. Соглашение расторгнуто. Спасибо, что помог, но на этом всё. Удачи.» 

Банни как обычно проебался. В полете над облаками, приземление — самая ужасная часть, ведь падать всегда больнее всего.  Правило о поцелуях было нарушено. Это ладно. Но видимо Исаги понял, что Банни уже давно пересек черту пункта «нейтральности чувств». Может быть испанцу действительно не следовало так увлекаться, так жадно давать и требовать ответной ласки, так открыто демонстрировать…  А потом возле кровати он нашел недопитую бутылку шампанского. Она была осушена ровно на половину, и вдруг до испанской головы дошло: «Йоичи был пьян» — захотелось прострелить себе висок от собственной глупости, наивности и эгоизма.  А ведь Банни на секунду даже поверил, что Исаги сам захотел быть с ним. Забавно.  Иглесиас присел на край кровати, опустив голову вниз. Хотелось… Ничего не хотелось. Наверное, зря… Телефон завибрировал. Следом в мессенджере появилась смска от Мегуру:  От SuperMonster2002 : «Что у вас там блять произошло?!» А вот именно, что… Ни-че-го.