Часть 9
10 ноября 2025 г., 21:58
Прошло пять лет.
Для смертных — целая эпоха. Для двух великих бедствий — лишь мгновение, растянутое в привычное, почти уютное течение.
Хэ Сюань давно перестал считать дни. Его месть приближалась к финалу, и каждый новый рассвет он встречал с тем же холодным спокойствием, с каким другие встречают весну. Он ел — много, жадно, почти с удовольствием, которого не позволял себе раньше. Еда возвращала силу, делала его плоть прочной, как камень. А потом — снова работа.
В облике Мин И он спокойно разбирал небесные молитвы, перекладывая кипы свитков с таким видом, будто это игра, где от точности движения зависит судьба мира. Слуги почтительно кланялись, чиновники шептались за спиной, но никто и не подозревал, что повелитель земли — вовсе не тот, за кого себя выдаёт.
Днём — встречи. Повелитель ветра, повелительница ветра — с кем уж придётся. Разговоры о потоках, о дождях, о землетрясениях и горах, но мысли Хэ Сюаня часто блуждали где-то вдалеке, у старого города, где жил один очень упрямый человек с глазам цвета алого стекла но немного почерневшим от огня.
Каждый вечер он писал отчёт. Строчки для Хуа Чэна были сухими, но между словами всегда проскальзывало что-то человеческое:
> «Небеса снова обсуждают твоё последнее чудо.
Пэй Мин спорил с Лин Вэнь.
Я устал. Приду завтра — чай не забудь».
И он действительно приходил. Иногда просто садился на террасе напротив, молча пил чай. Иногда ворчал, шутил, спорил до ночи. А иногда… просто сидел рядом.
В тот вечер всё было особенно спокойно. В саду слышно было, как ветер играет с бамбуком. Хуа Чэн сидел, читая что-то из старых свитков, а Хэ Сюань, утомлённый за день, всё ближе наклонялся к нему, пока не устроился прямо на его коленях.
— Ты даже не заметил, — пробурчал он, уже зевая. — Я же сказал, что устал.
Хуа Чэн не ответил — лишь слегка улыбнулся и, как бы между делом, провёл ладонью по его волосам. Осторожно, без привычной дерзости.
Хэ Сюань обычно ненавидел прикосновения. Никому не позволял. Ни одному из богов, ни даже тем, кто называл себя его союзниками. Но сейчас… почему-то не отстранился.
Он закрыл глаза, слушая, как ветер качает ставни, и тихо пробормотал:
— Если кто-нибудь войдёт, я тебя прибью.
— Пусть попробуют, — ответил Хуа Чэн, всё так же мягко гладя его по голове.
Они молчали. Всё вокруг — город, демоны, слухи, даже небесные советы — будто исчезли. Остался только этот миг: бледные пальцы, алые нити, чёрнае волосы, и можно было бы сказать что сердца их бились в унисон, но они не бились ну и не могут их сердца вряд-ли по настоящему когда нибудь будет биться .
