Её пухлые бёдра

Это произошло ещё поздней весной, когда природа начинала просыпаться от мороза и долгого сна. Я ещё не могла даже предположить, что это случится. С какого момента я это поняла? Когда я стала чувствовать себя странно, когда вижу её? Нелли. Девушка-милашка гуманитарного факультета в колледже третьего курса. Девушка, которая так и сияет магией добра и справедливости, готовая помочь всем и вся, отдавая всю себя великодушию. Я следила за её расписанием, за её походкой и позой, то, как она уверенно держится, несмотря на свой рост, что застрял где-то между отметкой выше и ниже. Я знаю, какую еду она любит, на какую у неё вызывает отвратительные реакции, что кажется мне весьма милой. Когда она проходит мимо меня, то шлейфом проходит запах её духов, с нотками цветка и корицы, думаю, это ваниль и другие заманчивые специи. Этот аромат заставляет меня тянуться, как собака, к сочному куску мяса, что шатал каждый нерв в мозгу, каждую точку вибрации в теле, якобы охотничий инстинкт, говорящий забрать этот кусочек себе и никому не отдавать и никому не показывать. Я наблюдала, как она сейчас сидит на этом дурацком стуле, от которого рвутся колготки, её бёдра становились чуть шире, чуть упругие и на вид такие мягкие. Интересно, какие они на самом деле? Так и хочется их коснуться, почувствовать, каков плод сладок на вкус, каким и кажется. Я не обратила внимание на то, как меня уже второй раз спрашивает препод о чём-то. — Мари, вы закончили с тестом? — спросил препод по истории своим монотонным голосом, от которого хотелось спать каждый урок. Я минуту потупила взгляд на этого препода и медленно кивнула. — А-ага, вот работа. Я отдала ему выполненную работу с листком, на котором был этот тест. Перед этим я посмотрела, подписано ли, а то мало ли я забылась от такой красоты, что сидит в одной аудитории со мной. — Вы можете быть свободны, мисс, — старикашка ушёл к своему столу. Насчёт теста я не парилась, легко давалась история, мне она нравилась ещё с детства. Я взглянула туда, где уже пустовало место кошмарницы моих сновидений. Я немного разочаровалась, что так быстро ушла. Хотя с какой стати она будет ждать меня? Мы даже не знакомы с ней, и навряд ли она вообще знает об моём существовании. Тут я как серая мышка, девочка, у которой, несмотря на отстранённость и зажатость, имеет почти по всем предметам отличные оценки. Как бы печально всё это ни звучало с чьей-то стороны, но мне было глубоко насрать на мнение каких-то левых типов. Я собрала свою сумку и ушла из этой аудитории в поисках Нелли. Мои очам она нужна была как воздух, словно только глазами я могла бы её потрогать, обласкать, облап... Порой мысли звучат обманчиво и громко, что голова невольно начинает болеть и сопротивляться этим желаниям. Нелли стояла у своего шкафчика, готовясь к следующей паре. Помня о том, что она не ладит с литературой, то у меня появилась одна идея. Думаю, я точно смогу сделать её своей и не только в своих грязных и сладких мыслях. ---- После пары по литературе я решилась на риск для самой себя. Собрав свою сумку в быстром темпе, стала следить за тем, как Нелли бурчит и жалуется на то, как её бесит эта литература и что она вертела её на чем-чем интересном, чем литература. Проводив её своим присутствием до такого момента, когда Нелли уже прощалась у выхода из колледжа со своими друзьями. Я подошла к ней после того, как её друзья ушли по своим путям. Я старалась держать свой голос, чтобы тот не начал дрожать. Мои руки начинали мелко потряхивать от напряжения, что сковало моё тело, почти не дыша воздухом, а дыша её душой, её запахом. — Эм, привет, ты Нелли? Я Мари. Я слышала, у тебя завалы с литературкой, могу помочь, если хочешь, я живу тут неподалёку, мой голос был скован, но вроде не подвёл, и я выглядела нормальной, а не ебанутой, которая сдерживалась, чтобы не накинуться на овечку. — А? Правда!? Ты можешь мне помочь? — казалось, она светилась от счастья. Это ослепляло меня и спровоцировало на довольные жуткие картины в голове. — Ох, я буду так тебе благодарна. «Чёрт возьми, веди себя нормально», — думала я про себя, необрывно смотря в её карие глаза, что искрились радостью и облегчением. —— Я провела нас к своему дому, что купила на последние деньги, простая однушка, ничем не примечательное жильё, в котором была одна тайна под землёй, под самим домом. Сняв уличную обувь и пройдя в зал, я поставила чайник для горячих напитков. — Чай будешь? — меня пленила уже мысль о том, что Нелли в моём доме, что она будет рядом со мной, и ни с кем больше сегодня, не со своими тупыми друзьями или со своим дерьмовым парнем, а со мной. От этого слюна уже начинала копиться во рту, показывая, что я приближаюсь к краю неизбежного. Почему она так влияет на моё тело? Эмоции? Поведение? Я очень сильно жажду показать любовь. Мою любовь... — Да, буду чёрный чай с сахаром, если можно, Нелли сидела на скромном и уютном диванчике серого цвета, местами потрёпанного и разорванного из-за плохого использования. После такого, как чайник закипел и я стала наливать чай нам двоим, я подсыпала незаметно в её кружку порошок, что когда-то давно попросила у дяди Скарлета, под предлогом, что мучаюсь от бессоницы. На тот момент я успела убрать руку, из которой сыпала снотворное, ведь если бы прошла секунда, то Нелли бы заметила это. Она не вовремя пришла ко мне со спины, пугая меня, от чего я аж вздрогнула. Надеюсь, этого было не видно. — О, чай уже готов? — спросила она, хлопая своими воздушными глазками. — Ага, налетай, — сказала я спокойно, скрывая свой страх и волнение под маской спокойной неги. — У меня есть сладости, я пока пойду за ними, хорошо? Я ушла, краем глазом наблюдая, как она сделала глоток этого чая, довольно улыбнувшись. Встав за углом стены, чтобы Нелли не видела меня, я ждала, когда она погрузится в сон. Простояв за проёмом дольше десяти минут. Услышав, как всё затихло, я отправилась на кухню. Нелли и вправду уснула на столе, чудом не пролив чай, который не смогла допить полностью. Что ж, с этого я и начинаю показывать всю ласку и любовь к ней. Ухмыльнувшись, я приступила к плану. —— В этом помещении стены были сырыми и гниющими, противными настолько, что дышать тут само по себе наказание. Нелли лежала на чистом матрасе, по середине этого помещения, похожего на подвал. Я наблюдала за ней, пока поглаживала её оголённые бёдра, лаская своими, до ужаса голодных пальцев. Она и вправду была мягкой и слегка пухленькой, что придавало ей особый шарм. Её рот был завязан, чтобы она не могла кричать. Руки завязаны за спиной. Я сжала её голени и протянула к себе, утыкаясь носом в эту гладкую кожу, что даже тут пахло её запахом. Мне это нравилось. До безумия нравилось. Теперь она моя, точно моя... Когда она проснулась, я посмотрела на неё своими глазами, в которых зрачки то расширялись, то становились уже. — О, ты проснулась, — промурлыкала я, когда уже выцеловала её коленку, слегка покусывая. — Я так давно не могла этого сделать, и теперь ты тут, со мной милая. Её пугающий взгляд осматривал помещение, в котором она очутилась. Взяв резко её за щёки, довольно грубо и, возможно, больно, чтобы оставить синяки, но я заставила смотреть её на себя. — Нет, нет, солнышко, смотри на меня, только на меня, пожалуйста, я что, так много прошу? Опустив свою голову между её ног и поцеловав внутреннее бедро, я потёрлась щекой. Рукой я сжимала дно её пухленькое бедро, проверяя, насколько та будет мягкой и противится моему желанию. Позволь мне показать свою любовь! Ой, я даже не знаю, с чего начать! Так много всего, что я бы хотела сделать. Я могла видеть её взгляд, полный ужаса, ненависти и страха с отвращением. Она, конечно, сопротивлялась в моих руках, но я держала её крепко, почти оставляя гематомы. Я хихикнула от этого зрелища. Ты такая милая. Но меня ужасно бесит, что ты хочешь уйти от меня. Давай решим этот вопрос? Глаза полных слёз и оплаканное лицо проводили меня в полный восторг, мне так хотелось дать свою нежность и всю себя. Я взяла нож и провела им тупой стороной по её артерии в ноге. — Тише, тише, мы же не хотим, чтобы нам помещали, не так ли? — надавив на бока её талии, я нависнула над ней, начиная целовать и покусывать её шею. — Ты такая сладкая, малыш, так бы и съела тебя всю, — Промурчала я и укусила до крови её кожу в районе ключицы. Нелли ударила меня своим подбородком в голову, пытаясь сопротивляться моим нападкам. Меня это разозлило. Почему она не хочет быть моей? Почему она не может просто сдаться и отдаться мне!? Я люблю её! Очень сильно люблю! Взяв её за шею, я начала душить её, крича: — Почему, почему ты никак не можешь понять, что я люблю тебя! Я на всё готова ради тебя! Заметь меня уже наконец-то! — Опустившись к её губам, сняв одной рукой повязку и поцеловав их в довольно грубом поцелуе, я оставила маленький укус на её губе. Можно было увидеть, как та пытается вдохнуть воздух. Она открывала рот, как рыба на суше, и хрипела о пощаде и о помощи, но кто мог её услышать? Крысы? Тараканы? Мой оскал был безумен, как и глаза. Видя, как из неё выходит жизнь, я влюблялась в неё всё больше и больше, до тех пор, пока она не сделала последний вдох, смотря на меня. — Ты ж моя малышка, не волнуйся, Мари позаботится о тебе как следует... Снова поцеловав уже прохладные губы в чувственном поцелуе, я забирала всю её в себя, отдавая всю свою любовь ей. Ты будешь моей, Навечно...