Наше "до"

      – Что будешь делать дальше?       – Оу, хах. Даже не знаю... – пальцы легли на край рюмки с киршвассером. От него исходил легкий вишневый запах, пленивший и завывающий сделать ещё один маленький глоток. На дне плавала черешня с хвостиком. – Ты упомянул ранее, что телевидение в Аду пока не так развито. Я задумался: почему бы не воспользоваться этой возможностью и не заполнить пустующую нишу самостоятельно? Найду пару инженеров, ученых, запущу телевидение в Аду. Узнаю о здешних интересах и бум! Взорву медиа-пространство!       Радио-демон, сидящий справа от Вокса за барной стойкой, лишь хмыкнул на грандиозный план. Обычно выразительное и яркое лицо знакомого выражало задумчивость. Он не был пьян, просто словно за разговором о ТВ.       – Чтож, тогда нам придётся соперничать, приятель, – он поднял стакан с сазераком, в характерном жесте. Они чокнулись напитками. – Но я не собираюсь давать тебе фору просто потому что мы общаемся.       Оба усмехнулись, а после сделали по глотку каждый из своей рюмки. На фоне звучал джаз. Всё внимание в заведении было приковано к музыкантам, неспешно исполняющим свою музыку. Аластор обожал джаз вне зависимости от стиля и всегда предпочитал посещать места с живым джазовым исполнением. (Такое словосочетание вообще пременимо в Аду?)       Иногда, когда начинал играть какой-то определенный стиль этого жанра, знакомый оставлял Винса в одиночестве, предварительно сняв пиджак и извинившись, уносился танцевать с дамами в нелепых платьях. Хотя по мнению самого Аластора, те просто были свободными и уверенными в себе.       И в этот раз на фоне заиграли особенно заразительные ноты. Уши оленя сильно дрогнули, чего еще не происходило, а уголки губ заметно поднялись, показывая широкую улыбку на его лице. Казалось, что и волосы, аккуратно убранные и зализанные гелем, непослушно вырвались из укладки. Проходя взглядом по загоревшемуся товарищу, Винс заметил пару выпавших прядей, бросившимся ему глаза, они оказались кудрявыми.       Одна лишь музыка с использованием духовых инструментов заставила Аластора оживиться и вспыхнуть жарким огнём. Подумав об этом, механическое сердце пропустило удар, но не успел Винс осознать произошедшее, как собутыльник вскочил со своего места, в торопях снимая свой идеально выглаженный чёрный пиджак. На нем остался жилет в той же расцветке с немного помявшейся рубашкой и красным галстугом с замысловатым узором. Демон, забыв обо всём, направился в центр зала, где собрались такие же горящие грешники.       Заведение наполнилось яркими искрами, ещё большим количеством алкоголя и хохотом с плясками. Вокс не разделял подобного рвения, да и фанатом джаза он никогда не был. Но вот Аластор кружился с дамами в бусах и легких платьях эпохи сухого закона под живую музыку. В такие моменты знакомый казался божеством, пляшущим со смертыми ради забавы. Все они словно присмыкались пред радио-демоном, прислуживали ему. Возможно это было и так, ведь этот человек оказался самым страшным грешником и сильнейшим Оверлордом в Аду. Хотя Аластор этого и не скрывал, для Вокса данный факт стал первым большим открытием в нём.       «Резня Аластора», причина по которой все перед ним поджимали уши и хвосты, а после сбегали. Появившись впервые в Аду, он быстро продемонстрировал свою невероятную силу, сумев свергнуть многих древних и могущественных оверлордов, столетиями властвовавших над грешниками. Хотя как сверг, скорее жестого расправился со своими жертвами. Всё это транслировалось по радио всю ту ночь, по всему Кругу Гордыни. С того момента прошло всего два года, потому рана до сих пор кровоточит, а демоны боятся.       Вокс узнал об этом совершенно случайно: просто идя бок о бок с радио-демоном. Шёпот сзади, пару допросов с его стороны и правда всплыла наружу. Хотя она не изменила их с Аластором отношения, это заставило поменять мнение и восприятие самого Винса. Теперь он перестал быть для него «загадочным незнакомцем» и предстал вполне реальным и могущественным грешником-оверлордом. Демон поднялся в его глазах, как сделал это в первую их встречу. Пугающий, смотрящий тебе в душу, словно знающий все твоих грехи.       Уже сейчас, спустя пару тёплых встреч и пару литров выпитого алкоголя, при воспоминаниях о его демонической форме, что тот показал в первый день их знакомства, сердце у него замирало как при виде бога. В первые же дни оно замирало как у лани при виде грозного хищника. Странно. Ранее с начальством и вышестоящими у него подобного не было. Или же это что-то другое.       Из штурма мыслей его вывело касание. Чужая ладонь легла на его плечо с потрёпанным пиджаком. Надо бы купить что-то получше.       – Прости, Вокс, что так внезапно покинул тебя. Заиграл орлеанский джаз и я не смог остановить себя. – на лице играла уже знакомая ухмылка, но слегка дрожащая от активных танцев. Пока он вновь облачался в свой пиджак, его грудь вздымалась, переводя дыхание в привычный ритм, а по лицу скатывались еле заметные капельки пота. Пара движений и одежда вновь идеально сидела, а её носитель снова стал прежним. Словно не было того горящего молодого человека, чья душа разрывалась при слышемой им игре духовых инструментов. Хотя нет, подождите, его волосы не были убраны назад. Ещё больше кудрявых прядей свалилось ему на лицо, создавая непривычно растрёпанную картину, на которую хотелось смотреть дольше положенного.       – Что-то не так? – вновь вернул Винсента из раздумий приятель.       – Нет, нет. Просто твоя резкая переменчивость меня... Заинтересовала. – он откашлялся в руку, возвращая свой пристальный взгляд к рюмке. Черешня продолжала лениво болтаться на дне бокала. Одним быстрым движением её извлекли из киршвассера, вторым – опустошили и сам бокал. Ягода вновь упала на дно, а по горлу начал разливаться крепкий алкоголь, прожигающий внутренности и приводящий к легкому румянцу. Исключительно пьяному румянцу. Глоток крепкого алкоголя не вводил в беспамятство, скорее раслаблял и сжигал любые мысли.       – Не налегал бы ты на алкоголь, – его взгляд скользнул по приосанившемуся от спиртного товарищу, подмечая его скудность в общей атмосфере. – Киршвассер здесь довольно крепкий. Нил, еще сазерака, пожалуйста. – обратился он теперь к бармену, проводившему всё время, протирая стаканы. Тот отложил своё увлекательное занятие в сторону, принявшись за заказ. Пара быстрых движений и напиток подан Аластору с дружеской улыбкой. Пальцы без перчаток взялись за край стакана и принялись чуть покачать напиток из стороны в сторону. Сияющая жидкость покорно болталась, создавая тихий и мелодичный звук.       – Где твои перчатки? – непринужденно заметил Винс. Он опустился вниз, кладя голову поверх сложенных на столе рук.       Взгляд грешника упал на собственную ладонь. Глаза чуть округлились, а уголки губ опустились. Похоже он только заметил пропажу аксессуара.       – Видимо, одна из милых дам в процессе танца стащила – его голос погрубел и зашипел, а брови нахмурились, пока глаза пробегали по многочисленным шрамам на тыльной стороне ладони. На худой серой руке они смотрелись на удивление не чужеродно. Те скорее дополняли худые и вытянутые пальцы оверлорда своими резкими узорами.       – Выглядит неплохо – ляпнул Вокс, – в плане... Не стоит этого стесняться, Ал. Шрамы украшают мужчину. – опьянённый демон поднял голову со стола, чуть потягиваясь и разминая свои мышцы, при этом напитывая воздух электричеством. Рядом сидящих окутало током: волосы Алатсора чуть электризовались, а из уст его вырвалось недовольное шипение вместе с колким взглядом в сторону Вокса. С левой же стороны оказывается тоже кто-то подсел в какой-то момент, ибо сзади донеслось довольно громкое «ай, блядь».       – Эй, можно как-то поаккуратнее со своим долбаным электричеством? Ты мне всю укладку испортил, мудила. – Прокукарекала деваха, похоже ухватившись за зеркало после сказанного.       Что-то переклинуло в микросхемах Винсента, ибо случись подобное в других обстоятельствах, он бы проигнорировал дерзкое замечание в его адрес, просто напросто закатив глаза. Но то ли алкоголь ударил в голову, то ли тон похожий на тон его суки–бывшей спровоцировал – в общем в адрес фифы вырвался не лицеприятный коментарий, переходящий в сексистскую шутку.       Ну и слово за слово: та начала возникать, мол как смеешь такое о девушке пиздеть, да ещё и грубо за плечо схватила, развернула к себе. Ну и не удержался очередной раз: кинул в ответ коментарий про малую схожесть с женщиной.       Удар! Да такой силы, что Вокс упал с барного стула. Хотя телевизор не был поврежден, что либо говорило о его ярком воображении, либо о прочности экрана. Но об этом позже, ведь перед ним разворачивалась такая драма! Теперь напротив стоял по всей видимости ухажёр девки.       – Слышь, ты че вытворяешь, клоун?! – Он расправил плечи, показывая мнимое превосходство и контроль над ситуацией. – Я те щас твою кабину быстренько снесу за такой базар.       – И как вас только с таким лексиконом пустили сюда – еле пробормотал Вокс под нос, но видимо не так тихо как того требовала ситуация.       – А мои слова тебя не должны трогать сейчас, – размашистыми шагами гопник в старомодном фраке подошёл ближе, хватая за свитер поднявшегося на локти демона, после чего зарядил тому в угол экрана, что на секунду заставило окружающий его мир поплыть и заполниться белым шумом. Но на смену оцепенению пришел адреналин и другой удар, но уже в чужую тараканообоазную морду. Чёрт, он действительно был похож на таракана!       Так вокруг них образовался круг из зевак. Похоже, что даже в более-менее приличных заведениях было не принято иметь какие-то правила на счёт драк, что оазвязывало руки.       Но тут ситуацию в свои руки перехватывает...! Нет, не Аластор. Он оставался на том же месте, слияваясь с окружением и выступая в роли немого зрителя. Кхм. Так вот, ситуацию перехватывает в свои руки таракан во фраке, ухватившись за шею Вокса. Хрипы, стоны (на удивление у таракана сильная хватка), пока тело не пронзает мощный поток энергии, заставляющий противника упасть рядом в судорогах.       По залу проносятся удивленные вздохи и выдохи, а где-то совсем рядом кто-то жалеет о том, что поставил на усатого чудика.       Белый шум. Он вновь застилает всё перед глазами и ушами, пропуская лишь частички информации через себя. Однако в этот раз Вокс не отключается. В голове зажужжали внутренности: скрежет, писк, глухие стуки. Они пробудили ТВ-демона.       Над ним возвышалась стройная фигура в пиджаке, высматривающая на экране что-то острым и внимательным взглядом. Наконец увидев то, что ей нужно, она отошла поодаль Вокса. Тот прохрепел что-то невнятное, поднимаясь с пола. Когда наконец картинка встала, меж двух антенн на голове пронесся электроток.       – Интересно... – с интригой голове произнёс радио-демон. Улыбка на его лице вновь ослепила окружаюших.       – Что за... – мозг пронзило разрядом электричества, от чего Винс содрогнулся, но рядом почти моментально оказались руки покрытые шрамами, удерживающие его, и помогающие встать на ноги. Они не задерживались долго на одном участке тела, предпочитая не слишком долго его касаться. Выполнив свою задачу, они сразу спрятались за Аластором, что с заразительной ухмылкой наблюдал за собутыльником, содрогнувшим зевак и мир вокруг себя.       – Спасибо, – кивнув поблагодарил Винс.