My moon/Моя луна

Глай, лежавший обнаженным на кровати, слегка прикусил губу, глядя на своего возлюбленного, который тоже лежал обнаженным. Глай лежал на боку лицом к Панли, который лежал на животе, повернув к нему голову. Прошлой ночью Панли только вернулся из Гонконга, проведя неделю, помогая родителям управлять отелем. Обычно Глай ездил в Гонконг вместе с ним почти каждую неделю. Однако на этот раз Глай попросил остаться дома, так как начал чувствовать усталость от частых поездок. Панли все понял и позволил ему остаться. Жизнь после окончания учебы для них двоих была простой. Панли привез Глая жить в купленный им частный дом, так как выразил желание, чтобы у них было свое личное пространство. Панли продолжал управлять своим брендом одежды «Once in a Blue Moon», который за последний год заметно вырос. Однако Панли приходилось делить свое время, помогая родителям в Гонконге: одну неделю он управлял отелем там, а следующую неделю проводил в Таиланде. Пока Панли находился в Таиланде, Пи Фа заменял его в Гонконге. Этот график поездок туда-сюда длился уже несколько месяцев. Что касается Глая, то он мог лишь посылать свою любовь и поддержку любимому. Однако он решил, что в следующий раз поедет в Гонконг вместе с Панли, потому что ему было жаль своего щенка, которому приходилось терпеть разлуку и скучать по нему почти каждый день. А еще… Глай не хотел, чтобы его «обрабатывали» так интенсивно каждый раз, когда Панли возвращался. Прошлой ночью Глай думал, что Панли сначала отдохнет, так как тот приехал домой поздно ночью. Однако большой щенок, который всю неделю терпел тоску, отказался отдыхать. Он выразил свою любовь и тоску с такой силой, что у Глая потом болело все тело. Но Глай должен был признать… Даже четырех раундов прошлой ночью оказалось недостаточно, чтобы утолить их тоску друг по другу. Тонкие пальцы начали выводить узоры от бедер Панли, вдоль позвоночника, вверх к его широким плечам. Глай мягко улыбнулся, прежде чем провести кончиками пальцев по линии подбородка возлюбленного. — Ты рано проснулся… — хриплым голосом произнес Панли, все еще не открывая глаз. — Я собирался встать и приготовить завтрак для Панли, — сказал Глай, наклоняясь к возлюбленному и легко целуя его в губы, прежде чем отстраниться. — …Но полежав здесь и посмотрев на Панли какое-то время, я больше не захотел вставать. Панли продолжал лежать с закрытыми глазами, на его губах заиграла легкая улыбка. Он поднял одну руку, чтобы взять Глая за руку. — Тогда… как насчет того, чтобы просто остаться в постели на весь день? Глай тихо усмехнулся, прежде чем ответить: — Мы не можем этого сделать… если Панли не поест. — … — То откуда тогда у тебя возьмутся силы, чтобы дарить мне любовь сегодня вечером? Панли медленно открыл глаза, часто моргая, словно настраивая зрение. — Я уже запасся силами. — … — …Я мог бы подарить тебе любовь прямо сейчас, если хочешь. Глай улыбнулся и легонько потерся своим носом о нос Панли. — Ты всегда такой умелый, мой щенок. — Я лучший в том, чтобы любить тебя. Сладкое признание его большого щенка заставило Глая широко улыбнуться. Он наклонился, чтобы еще раз чмокнуть Панли в губы, прежде чем сесть и встать с кровати. — Я пойду в душ первым. — … — Щенок хочет присоединиться ко мне? — Хочу. — Тогда вставай. — Глай протянул руку своему большому щенку, лежавшему на кровати. Панли взял его за руку и послушно последовал за ним в ванную. Они провели в душе довольно много времени, так как Панли то и дело просил поцелуев. Глай ничуть не удивился такому ласковому поведению своего щенка: обычно они были вместе почти 24 часа в сутки, поэтому недельная разлука заставила их сильно скучать друг по другу. Закончив принимать душ, Глай и Панли оделись в комнате. Когда они были одни, они часто носили минимум одежды. Поначалу Глай не привык к этому, но так как его парень часто его раздевал, он привык носить меньше вещей. Сегодня на Глае была только белая рубашка и нижнее белье, а на Панли лишь серые спортивные штаны. Глай, застегивавший рубашку, поднял голову, когда почувствовал, как большая рука коснулась его спины. — Кхун Глай… я выйду, чтобы ответить на звонок от Пи Пэ, — сказал Панли, поднимая телефон, на экране которого высветилось имя «Пи Пэ». — Хорошо… Панли наклонился и поцеловал Глая в макушку, прежде чем быстро выйти из спальни. Когда Глай закончил одеваться, он направился на кухню. Он открыл холодильник, достал ингредиенты для завтрака и положил их на мраморную столешницу. Его взгляд упал на Панли, который только что вернулся в комнату и тяжело опустился на большой диван, тихо вздохнув. Глай слегка нахмурился, бросил свои приготовления и подошел к возлюбленному. Встав перед своим щенком, Глай протянул руки и обхватил лицо Панли ладонями. Когда большие руки Панли легли на бедра Глая, Глай уселся верхом на его сильные колени и с беспокойством спросил: — Возникли проблемы в магазине, щенок? Панли слабо улыбнулся и покачал головой. — Ничего страшного… Пи Пэ просто меня раздражает. — … — Он постоянно несет какую-то чушь. Глай с облегчением вздохнул, услышав ответ. — Я рад, что нет никаких проблем… потому что я не хочу, чтобы щенок снова переутомлялся. — Никто не сравнится с тобой, Кхун Глай. Глай мягко улыбнулся, наклоняясь, чтобы оставить сладкий поцелуй на губах возлюбленного, прежде чем отстраниться. — Я думаю… нам стоит оставить десерт на вечер. Панли прикусил губу, глядя на Глая, но ничего не сказал. — … Глай встал и пошел обратно на кухню, оставив Панли смотреть ему вслед со смешанными чувствами. Несмотря на страстное воссоединение прошлой ночью, тоска, желание и потребность Панли, накопившиеся за неделю разлуки, подталкивали его к желанию снова «съесть своего мужа». Сделав глубокий вдох, Панли попытался сдержать себя. Но в конце концов его решимость рухнула. Встав, он зашагал к Глаю, который готовил завтрак за мраморной столешницей. — Чего хочет щенок? — спросил Глай, с любопытством склонив голову, когда Панли встал позади него. Не говоря ни слова, Панли обнял Глая со спины. Глай повернул голову, чтобы взглянуть на него, все еще озадаченный, когда Панли уткнулся носом в его шею. — Кхун Глай… — Да, Щенок… — Может ли Щенок съесть Кхун Глая? Глайджай широко раскрыл глаза, прежде чем спросить: — Прямо сейчас? Панли слегка кивнул. — Щенок пытался сдерживаться… но больше не может. — … — Потому что Щенок очень хочет «съесть своего мужа». Малыш в его объятиях повернулся к нему лицом и нежно обхватил его лицо обеими руками. Глайджай мягко улыбнулся, прежде чем сказать: — Глай понимает Щенка… мы ведь были в разлуке целую неделю, да? — … — …И Глай думает, что это очень хорошо, что Панли говорит Глаю об этом так прямо. — … — Если Глай может дать, Глай всегда готов отдать это Панли. — Спасибо… и прости, что я все еще не насытился. — Щенку не нужно извиняться… — сказал Глайджай, слегка приподнимаясь на цыпочках, чтобы казаться выше, прежде чем быстро поцеловать его. — …Глай прекрасно понимает Щенка. — … — Щенок… — Да… — Щенок наденет презерватив первым? Панли на мгновение задумался, прежде чем сказать: — В этот раз… мы можем обойтись без него? Глайджай прикусил губу, подавляя улыбку. — Хорошо. Получив разрешение от своего возлюбленного, Панли обхватил обеими руками тонкую талию Глайджая и наклонился, чтобы поцеловать его мягкие красные губы. Они сразу же начали страстно целоваться, словно целую вечность жаждали любящих прикосновений друг друга. Их языки сплетались какое-то время, прежде чем они прервали поцелуй… Панли на мгновение встретился взглядом с Глайджаем, прежде чем помочь ему раздеться, направляя теперь уже обнаженную фигуру так, чтобы тот повернулся спиной. Увидев, как Глайджай наклонился вперед, опираясь обеими руками на мраморную столешницу, Панли снял штаны и одной рукой обхватил свой затвердевший член, поглаживая его, пока тот не стал полностью твердым. Панли прикусил губу, когда по нижней части его тела разлилась тупая боль. Его большая рука покинула источник возбуждения и направила твердую головку к мягким бедрам Глайджая. Поскольку до этого они уже много раз были близки, в дополнительной подготовке не было необходимости. Панли раздвинул мягкую плоть обеими руками и медленно вошел в податливый канал. Он стиснул зубы и вошел до конца одним движением, вызвав крик у Глайджая… — Ах! Аххх… ооо… Хотя они были вместе бесчисленное количество раз, Панли никогда не пренебрегал защитой, заботясь о комфорте своего возлюбленного. Но на этот раз он смог в полной мере ощутить теплую тесноту и понял, как это прекрасно. Панли издал низкий рык, когда узкий канал плотно сжался вокруг него в знак приветствия… — Ммхх… Его острый взгляд скользнул вниз, на их соединенные тела, и он замер, позволяя телу Глайджая привыкнуть. Его большие руки сжали мягкие бедра для опоры. — Кхун Глай… — Да… — Скажи, когда будешь готов. — Ах… хорошо… Панли одной рукой массировал мягкие бедра, помогая Глайджаю расслабиться. Несмотря на то, что они уже были близки в такой позе раньше, он все еще заботился о чувствах своего возлюбленного. — … — Панли… Глай готов. — Хорошо… Услышав это, Панли крепко сжал мягкие бедра и начал двигаться медленно, вытягиваясь почти полностью, прежде чем скользнуть обратно. Он повторял это движение, пока Глайджай не начал издавать сладкие стоны… — Аххх… ооо… Видя удовольствие своего возлюбленного, Панли постепенно увеличивал темп. Он почти полностью выходил, прежде чем толкнуться обратно еще сильнее, чем раньше. — Ахх… ооо… — Ммхх… Ускорившийся ритм заставил Панли стиснуть зубы, на его висках вздулись вены. Он толкался и оттягивался снова и снова, а иногда использовал обе руки, чтобы притянуть бедра Глайджая ближе навстречу своим движениям. Взгляд Панли упал на его грудь, которая быстро вздымалась и опускалась, а затем переключился на дрожащее тело возлюбленного, реагирующее на каждый глубокий толчок. Глайджай издал дрожащий крик, когда Панли надавил глубже в интимный канал. — Ахх… ооо… Панли. — Ммхх… Нахлынувшая страсть заставила Панли ускорить темп, сохраняя ту же силу. Звук ударяющейся кожи разносился по всему дому, выдавая интенсивность их связи. Панли ненадолго замедлился, наклоняясь, чтобы поцеловать гладкую спину Глайджая. — Па… Панли… ооо… — Да, Глайджай… Ответил Панли, не сбиваясь с ритма. Их разговор растворился в жарком моменте, пока Панли не почувствовал, что что-то пробуждается… — Глайджай… ммхх… — Аххх! Ооо… — Я близко… — Да… Ммм… В этот момент Панли снова крепче сжал мягкие бедра Глайджая, прежде чем начать двигать своими бедрами быстрее, чем раньше. Вскоре Глайджай довел его до пика: его тело напряглось, изливая семя… — Ахх!.. Ахх… И Панли помог Глайджаю тоже достичь пика… — Ах! Ах! Аххх… Панли обхватил своего миниатюрного возлюбленного обеими руками. Оба тяжело дышали. Он поцеловал белую шею, прежде чем спустить поцелуи к ключице, наслаждаясь его запахом. — Щенок любит тебя, Кхун Глай… Глайджай, тяжело дыша, заговорил: — Щенок должен отнести Кхун Глая в душ. Панли тихо усмехнулся, прежде чем ослабить объятия и медленно выйти из узкого тела возлюбленного. Большое количество мутной жидкости вытекло из пульсирующего канала. Его острый взгляд наблюдал за тем, как его семя пролилось между дрожащих ног возлюбленного. Панли не мог поверить, что непреодолимая тоска заставила его быть таким грубым с Глайджаем. Он почувствовал вину и быстро отнес своего маленького возлюбленного в ванную, чтобы помочь ему помыться. Глайджай, должно быть, очень устал, так как уснул, пока они вместе нежились в ванне. Панли нежно вымыл тело возлюбленного, прежде чем вынести его из ванной. Панли осторожно уложил маленькое тело на мягкую кровать, его большая рука натянула на возлюбленного толстое одеяло. Он сел рядом с Глайджаем и протянул руку, чтобы погладить его волосы шоколадного цвета. — Глайджай… прости. — Щенок… — произнес Глайджай с все еще закрытыми глазами. — Да… — Ранее… Щенок был потрясающим. Любящий щенок, который всем сердцем обожал своего хозяина, широко улыбнулся. Панли признавал, что чувствовал вину за грубость с Глайджаем, но его слова помогли немного облегчить это чувство. — Я больше так не буду. Глайджай медленно открыл глаза, прежде чем сказать: — Щенок, не волнуйся. — … — Секс… это нормально, когда есть и нежные, и грубые моменты. — … — И ты не был слишком груб только что. — … — …Причина, по которой я уснул, в том, что я вымотался еще с прошлой ночи. — … — Если бы мы не занимались этим со вчерашнего вечера, а был бы только этот один раз… то не о чем было бы беспокоиться. Панли рассмеялся, услышав слова Глайджая. Он наклонился, чтобы с любовью поцеловать мягкие губы возлюбленного, затем отстранился и тихо произнес… — Глайджай… я так сильно тебя люблю. — … — Я люблю тебя больше жизни. — Глай тоже любит тебя, Панли… — … — …Больше, чем две наши жизни вместе взятые. Панли широко улыбнулся и снова поцеловал губы возлюбленного, подумав про себя… Моя жизнь Твоя жизнь Наша жизнь Равняется… спутник жизни.