Вина без виноватых

Воздух в тронном зале был густым и сладким, как испорченный мед. Ева, развалившись на готическом диване, скучно вертела в руках бокал с напитком, цветом напоминавшим застывшую кровь. — Может, я и была невинной, но не глупой. И уж явно не дурой, — её голос, звонкий и резкий, прорезал тягостную тишину. Она резко поставила бокал. — Так что, объясни мне. Ты вообще кто тут? Царь Ада или так, пустышка? Люцифер, сидевший в тени своего трона, медленно повернул к ней голову. В его малиновых глазах плескалась усталость. — Ева... — он устало поджал губы. — Я никогда не думал, что ты можешь быть такой... стервой. Ева улыбнулась. Улыбка была холодной и безжалостной. —А ты не забыл, из чьего ребра меня слепили? — Она медленно поднялась и подошла к нему. — Не из праха земного, а из кости самого первого упрямого и своенравного мужичищи. Так что мой характер — не подарок судьбы, а наследие. Прямое. Там, на небесах, ты был гордым Серафимом. А что здесь? Сдулся? — Хватит, — тихо предупредил Люцифер. — Да покажи ты всем, что Ад — не забегаловка, где можно просто отдыхать! — крикнула она ему в лицо. — За что будет наказание? За грехи! Или ты, чёртов нытик, любишь жить в своих розовых мечтах? — Я сказал, хватит! — его голос громыхнул, словно удар грома, заставив содрогнуться стены замка. Но Ева не отступила. Она заглянула ему в глаза с вызовом. —Или так и будешь строить из себя жалкого... Он не дал ей договорить. В ярости Люцифер взметнул рукой, и тёмная энергия рывком швырнула Еву на соседний диван. Он навис над ней, и в его сияющих малиновых глазах наконец-то вспыхнул тот самый огонь, который когда-то осмелился бросить вызов Самому Творцу. Но сейчас это был не огонь благородного бунта, а яростное, неуправляемое пламя униженного гордеца. — Никогда, — прошипел он, и его бархатный голос скрипел, как песок под дверью склепа. — Никогда не смей говорить со мной в таком тоне. Ты получила знание, но не получила моего могущества. Не забывай, в чьём доме ты теперь живешь. И кто в нём Хозяин. Он выпрямился, отступая в тень, оставив её лежать в немой ярости. Переломный момент был достигнут. Розовые мечты развеялись, обнажив горькую правду: их союз был адом не только вокруг, но и внутри. Давление, сковывавшее её секунду назад, исчезло. Вместо того чтобы возмутиться или заплакать, Ева медленно приподнялась на локте. На её губах играла странная, довольная улыбка. По ней было совершенно не видно, что её только что швырнули на диван с грубой силой. Напротив, в её глазах плясали искорки возбуждения. — Да... да... Вот такой и должен быть Король Ада, — залепетала она, смотря на него с нескрываемым восхищением. — Так-то лучше, — выдохнула она, поправляя платье. — Покажи всем, кто ты на самом деле. Не того, кто просто бездействует в своем тронном зале, а того, кто способен править и действовать! Люцифер тяжело дышал, сжимая кулаки. Гнев отступал, обнажая неприятную правду: она говорила то, о чем он боялся думать. Он не строил планов. Он просто плыл по течению, наблюдая, как его королевство тонет в хаосе. — Ты же знаешь, что будет, если они наверху узнают о перенаселении, — продолжила Ева, приподнимая бровь с хитрой ухмылкой. — Придут и «наведут порядок». Устроят чистку. Твою чистку. Потому что ты не смог справиться. Она медленно поднялась и снова подошла к нему, ее походка была мягкой, змеиной. — Не жди, пока твой бывший начальник пришлет тебе уведомление о проверке. Будь настоящим королем. Сам реши проблему. Прояви инициативу. — Она остановилась в шаге от него, ее голос стал тише, но каждое слово било точно в цель. — Или ты и вправду просто нытик, который соглашается со всем, что ему посылают, даже с собственным провалом? Люцифер отвернулся, его взгляд упал на огромное витражное окно, за которым клубился багровый адский пейзаж. Бездействие... Соглашательство... Эти слова жгли сильнее, чем адский огонь. — Решить проблему... — тихо, словно думая вслух, проговорил он. В его глазах зажегся холодный, расчетливый огонь. — Ты права. Пора наводить свои порядки. Жесткие. Без сантиментов. Он повернулся к ней, и его лицо было подобно отточенному клинку. — Если Рай хочет видеть в Аде только сборище грешников, так тому и быть. Но это будет моя тюрьма. Моя система. И те, кто не готов играть по новым правилам... — он многозначительно замолчал, и в тишине повисла невысказанная угроза. — Они станут примером для остальных. Ева удовлетворенно кивнула, скрывая довольную улыбку. Она добилась своего. Безвольный нытик исчез, и на его месте появился холодный и решительный правитель.И это было начало того Ада, которым он должен был править. — ...Они станут примером для остальных, — закончил Люцифер, и в тишине повисла невысказанная угроза. Именно этого она и ждала. Вместо ответа Ева шагнула вплотную,её предыдущая ярость растаяла без следа. Она мягко положила ладонь ему на щеку, заставив его встретиться с её взглядом. В её глазах теперь плескалось не презрение, а тёплое, почти гордое одобрение. — Вот так, — прошептала она, и её губы тронула едва уловимая улыбка. — Вот такого Короля я и хотела видеть. Она потянулась к нему и коротко поцеловала его. Это не был поцелуй страсти; это была печать. Награда. Одобрение хищника, увидевшего, что его сородич наконец-то оскалил клыки. — Теперь я вижу в тебе того, кто бросил вызов самому Раю, — сказала она, слегка отстранившись и всё ещё держа руку на его лице. — Не прячь его снова. Она развернулась и пошла прочь.На пороге она обернулась, бросив на него последний оценивающий взгляд. — Не заставляй меня снова тебя... уговаривать. И она вышла, оставив Люцифера одного в тронном зале. Адский свет из окна освещал его лицо, на котором застыла смесь ярости, решимости и странного облегчения. Она выбила его из оцепенения, указала на проблему и тут же "вознаградила" за готовность её решать. Это была опасная игра, но Люцифер понимал — порой самый страшный яд приходит в самой соблазнительной оболочке. И Ева была его идеальной воплощением.