Если доброта — оружие

Пэй Мину бы вмешаться да заткнуть за пояс неугомонного, что он под взглядом начальника и сделал. Но Ци Жун так взбесился, казалось, мгновение — и он выколет кому-то глаза. Так что пришлось подозвать снаружи солдат: те скрутили его и, не позволив толком одеться, уволокли прочь. Только и слышались его визги: — Да чтоб вы все споткнулись о собственные ноги! — выл он, извиваясь. — Не трогать меня! НЕ ТРО-ГАТЬ! Я кусаюсь, слышите?! Я! КУСАЮСЬ! Солдаты усилили захват, и он забрыкался: — Пусти, сука! Я почти голый! Куда тащишь, хер навозный?! Когда его макушка скрылась за дверями, послышалось финальное: — СЕ ЛЯНЬ! Ты слышишь?! Я ещё верну-у-усь! Ты от меня не отделаешься! Вот увидишь — я ТЕБЕ жизнь кислой сделаю! Всё произошло слишком быстро. Се Лянь как открыл рот, так и не закрыл. Речи Ци Жуна насквозь пропитались ядом, но на этот раз Се Лянь ловко уворачивался от злобных плевков. Покамест в медпункте воцарилась тишина. Только красные часы на стене не затыкались. Тик-так. Тик-так. Присутствующие погрузились в думы. Да уж. Не каждый день встретишь такого буйного. Тик-так. Тик-так. Тик-так. Но он ушёл, да?.. То есть какие-то дни имеется возможность спокойно обучаться. Тик-так. Тик-так. Вот и отлично. Вскоре солдатов вывели на улицу. Се Лянь какую-то продолжительность копошился в ящике с отравой, но, увидев, как Пэй Мин уже направляется к нему, — вскочил и помчался к выходу. Коралловую бусину он нашёл. Ну не то чтобы нашёл... ...только на время подыскал замену. Да, замену из коробки. Сталось это из нежелания Се Ляня допускать мыслей о пропаже реликвии. Мелкое воровство — не поспоришь. Но он вернёт! Правда вернёт! Солдат построили. Пэй Су за этим проследил. А Пэй Мин, пройдясь вдоль ряда, на этот раз остался довольным. Пустого пространства теперь не было. Даже гаркать «Ровнясь» и «Смирно» не потребовалось. Все и так вытянулись тетивой. Пэй Мин шагнул вперёд и произнёс ровно, без лишних эмоций: — В соответствии с распоряжением командования устанавливаю порядок. Первое: подчинение вышестоящим — без вопросов. Второе: строевая и бытовая дисциплина — обязательна. Третье: любое отклонение от правил — доклад непосредственному начальству. Четвёртое: медицинские предписания — не подлежат обсуждению. Заболели — в лазарет, скрыли — будете жалеть. Пятое: личная гигиена — ежедневная. Он поднял подбородок: — Нарушившие будут отвечать. По всей строгости. Я понятно выразился? — ДА, ШАОВЭЙ ПЭЙ! — загремела толпа. После очередного «Ровнясь!» и «Шагом марш за мной!» Пэй Мин повёл толпу прочь от медпункта. Пару разворотов — и отряд вышел на широкую улицу, заросшую невысокой травой. Стояла пасмурная погода. Но холодно не было. По полю стаями бегали солдаты. — Раз, два! Раз! Два! Какой-то отряд отжимался. — Верх! Вниз! Верх, вниз! Какой-то проходил препятствие на время. — Давай, живее! — Время поджимает! — Капуша! Но цель у всех одна — пройти обучение и отправиться на фронт. Так и Се Лянь думал. Но мысли его крутились не вокруг этой сферы. Сейчас его волновало одно — найти пропажу. Но... как? Десяток добровольцев. Ах нет, уже девять. И он один. Кто же мог умыкнуть бусину?