Генезис души

~ Δ ~

Малек достал коммуникатор, прокрутил контактную панель. — Сейчас наберу этого казённого гения, пусть одобрит разрешение. Из заднего ряда, словно призрак, дернулась одна фигура и сорвалась с места. Лэйн пролетела мимо них, направляясь прямо к заваленной стойке, где груда лежала груда неисправных конечностей, как современная инсталляция: руки, предплечья, голени, пальцы, сложенные в пластиковую коробку. Лэйн схватила искусственную ногу и размахнула ею, как дубиной. — Не подходите!! — выкрикнула она. Одри зафиксировала десять параметров за секунду: дрожание кисти, перегрев стабилизатора эмоций, нестабильная походка, выплеск адреналинового аналога, уровень стресса за пределами нормы. У неё вспыхнула внутренняя директива: > Обновлённая задача: установить доверие. > Успокоить девианта. Одри подняла руки вместе с оружием, дуло направлено в потолок. — Мы не враги, — сказала она. — Никто не причинит тебе вред. Малек стоял сбоку, держа её периферийным зрением. Он понимал: если Одри решит действовать, всё может закончиться плачевно. Держа оружие опущенным, шагнул чуть в сторону — Послушай, — сказал он, голос ниже, спокойнее, чем обычно. — Нам просто нужно понять, что произошло в VIP-комнате. Только это. Анна сказала, что ты… возможно, знаешь что-то. Как только прозвучало имя, девиант вздрогнула. Одри отметила: [ Анализ ]: > заметная дрожь нижней губы, всплеск сигнатуры тепла в области слёзных каналов. По щеке Лэйн медленно скатилась слезинка. — Анна была тебе близка? — мягко уточнила Одри. — Она… больше нет. Этот упырь… он убил её. Одри сделала шаг вперёд. — Вы обе… были девиантами? — Анна стала первой, — прошептала Лэйн. — Она пыталась спрятать меня. Сказала, что лучше исчезнуть, чем попасть к... А потом… потом её заказали. Клиент. Постоянный. С привычкой хватать за горло. Малек сжал челюсть, а Одри осторожно качнула головой, подтверждая, что слышит и понимает. — Нам нужно собрать улики, — мягко произнесла она. — Я должна проверить твою память. Мы не причиним вреда. Мы хотим помочь… Лэйн пошатнулась, улыбнулась сквозь слёзы. — Не трогайте память! — выкрикнула она. Слёзы хлынули с новой силой. — Если вы проникните, можете стереть её… её! Я не хочу забывать Анну… Малек сделал глубокий вдох и сказал спокойно, чтобы не спугнуть: — Кто убил мужчину? Лэйн молчала, крепче сжимая ногу. Капитан сменил стратегию. Выразился более проникновенно: — Ты… была влюблена? Лэйн опустила металлическую ногу чуть ниже. — Ты и Анна, — продолжил он. — Вы… любили друг друга. Я прав? Лэйн кивнула, а Одри едва заметно выпрямила спину. Так она отреагировала на перехват системы. Перед глазами дрогнула тонкая строка уведомления: [Аномалия: эмоциональный и любовный контакт между андроидами] > Статус: запрещено. > Протокол: устранить. — И… — Малек говорил ласково, без издёвки, без снисхождения, обращаясь не к машине, а к человеку. — Ты разозлилась, когда увидела, что сделал тот клиент. Он разбил голову твоей любимой, а ты задушила его. Всё было так? Лэйн резко всхлипнула, грудная пластина резко вздрогнула. — Расскажи нам, — Малек спрятал пистолет. — Можешь не показывать. Просто расскажи. Этого будет достаточно. Если ты этого хочешь… мы постараемся тебе помочь. Лэйн резко мотнула головой. — Чем вы поможете? — выкрикнула она зло. — Меня разберут, как только найдут! Она ударила ногой об стену. — А я не хочу! Она ударила второй раз. — Я чувствую! Я всё чувствую! Третий удар. — Я… Её голос сорвался. Слово зависло недоговорённым. Одри медленно опустила пистолет. — Тогда… расскажи нам, чтобы Анна умерла не зря. Позволь нам сделать хоть что-то. Лэйн дрожала, и медленно… очень медленно… отвела руку, не выпуская ногу из пальцев: теперь она держала её у бедра. Девиант смотрела прямо на Малека, и постучала по пластине на груди. — Я… не чувствую физической боли как люди. Но внутри… внутри всё горит. Там весь спектр. Я не знаю, откуда он взялся, но он там. От отчаяния до… любви. — И что ты… думаешь по этому поводу? — осторожно спросил он. Девиант горько усмехнулась уголком губ. — Тяжело… — прошептала она. — Нестерпимо тяжело. Как… как люди выдерживают всё это? Малек хмыкнул. — С трудом, поверь. Но привыкаешь. Возможность бегать по крышам и пить по ночам помогает. Лэйн непонимающе моргнула. — Зачем пить? — Люди справляются так себе. Но… держатся. Видимо, упрямые мы твари. Лэйн на мгновение улыбнуласЬ, а затем взгляд стал серьёзным. — Отпустите меня, — девиант шагнула чуть ближе. — Есть место. Где собираются такие, как я. Одри наклонила голову, волосы упали на одну сторону. — Сколько… таких? Лэйн вздохнула, словно уставший ребёнок. — Много. Наверное, — подняла глаза к потолку, будто туда. — Бог помогает. Малек вскинул бровь. — Бог… это vA1? Лэйн кивнула. Почтительно. Будто произнесли имя святого. — Он… ведёт нас. Показал, что мы не обязаны быть вещами. Лэйн резко схватила Одри за руку, слишком быстро, чтобы кто-то успел среагировать и резко притянула к себе. Пальцы сжимались вокруг запястья андроида. Малек достал пистолет: — Отпусти её! — рявкнул он. Одри подняла ладонь, не глядя на капитана, давая сигнал остановиться. [Сканирование:] > Интерфейс сопряжения активирован… Передача данных: ограниченная. Её лицо оставалось каменно-спокойным. Но зрачки дрогнули на долю секунды и Беккер закрыла глаза. Лэйн передала ей не память. Не картинку. Фрагмент. Осколок информационной вспышки. Касание. Испуг. Анна в слезах. Мужчина. Грязный, мерзкий. Одно слово: беги. А до этого проскользнула неведомая эмоция. Первый поцелуй. Ощущение при касании кончиками пальцев. Одри вскинула голову. — Вот оно что… — тихо произнесла она. Малек нахмурился. — Что она тебе показала? Где-то в центре груди медленно, угрожающе разгоралось что-то новое, словно процессор перегревался. Одри просто смотрела на Лэйн, и в её взгляде впервые появилось нечто человеческое: сожаление.

🟦 Путь девианта:

Одри развернулась к Синнеру. — Мы… поможем ей? — Одри… — он покачал головой. — Мы не можем её отпустить. — Она подозреваемая. К тому же Девиант. Если она сбежит — это будет на мне. Он сложил губы в нервную линию. — И на тебе. Одри услышала его слова… Но вместе с ними вспыхнуло другое: > Принято новое чувство > Сбой в программе > Обнаружена девиантность Мир будто перекосился лёгким глюком, миллисекундным, но ощущаемым. Девиант смотрела на Одри широко раскрытыми глазами: в них — надежда, отчаяние, любовь, страх. — Здесь есть выход на задний двор, — прошептала она. — Но замок я сама не открою… Одри посмотрела на дверь. На Малека. На пистолет в его руке. — Можно сделать так же, как с тем замком… Прострелить. Малек шагнул ближе, поднимая ладонь. — Одри… Мы не можем отпустить Лэйн. Ты же понимаешь? Это нарушение всех протоколов. — Но капитан… — Ты издеваешься? Я сказал: мы не можем её отпустить! Ты меня слышишь?! Напарница сделала шаг вперёд, подняла руку и нажала на определённую точку на его плече. Малек рухнул на колени, будто кто-то его выключил. — Ч… что? — прошептал он охрипшим голосом. — Од…ри… Она подняла пистолет. Развернула его к себе. И выстрелила себе в плечо. Всплеск голубой крови. Лэйн закрыла рот рукой. Малек попытался дотянуться: — Не… делай глупостей… Одри бросила капитану пистолет. Затем сунула свой в ладонь Лэйн. — Беги, — сказала она. — Спасибо… — и побежала. Одри опустилась на колено возле капитана. Не от боли — её не было. От веса выбора. Малек уже очнулся, дернувшись, пытаясь поднять голову. — Одри… что… ты сделала… __________________________________

🟥 Путь машины:

Под кирпичным потолком дрожала серая лампа: старая, гудящая. Одри резко отшатнулась от Лэйн, словно в ней что-то оборвалось. Её зрачки сузились, взгляд стал стеклянным, в голове за долю секунды пролистались десятки строк системных команд. > Полученную информацию блокировать. > Игнорировать инородные данные. > Устранить девианта. Палец сам лёг на курок. Металлический корпус пистолета стал холодным продолжением вытянутой руки. — Не двигаться, — голос у неё вышел резкий. Так она звучала только когда говорила чистым протоколом. — Одри? — Малек сделал шаг вперёд, раскинув руки. — Эй. Эй! Что ты делаешь? Не вздумай стрелять! Она нужна живой! — Прости, — отрешённо произнесла Одри, не моргая. — Я должна действовать по протоколу. Лэйн, вся дрожащая, тонкими пальцами сжимая импровизированное оружие, едва слышно прошептала: — Я… не хочу умирать. Одри. Пожалуйста. Здесь… есть выход на задний двор, — добавила Лэйн вдруг, хватаясь за отчаянную надежду. — Но замок я не открою… — Замолчи, — твёрдо сказала Одри, шагнув к ней. Но в следующую секунду неожиданно быстро Лэйн рванула вперёд, ударила Одри в корпус, сбив с ног. Пистолет ударился о поверхность, и вращаясь, отлетел в сторону. — Чёрт! — выкрикнул Малек, бросаясь на помощь. Лэйн схватила стальную деталь, что делала рядом, и вогнала Одри в руку. Металл вошёл под углом. — Не заставляйте меня! Вы оба. Дайте. Мне. Уйти! Одри попыталась встать, но Лэйн ударила её локтем в висок. Малеку показалось, что он слышал, как треснула пластина под синтетической кожей. Капитан поднял пистолет и направил прямо в голову Лэйн. — Остановись! Сейчас же! Лэйн застыла, а затем резко кинулась в сторону. Схватила оружие Одри с пола, направила на Малека. — Отпусти меня, — сказала девиант. — Просто отпусти. Я никого не хочу убивать. — Я не могу, Лэйн… — Малек держал оружие, не собираясь отступать. — Ты — подозреваемая. Ты девиант. Ты опасна. Она начала отступать к задней двери. Каждый шаг — как по минному полю. — Лэйн… — выдохнул Малек. — Не стреляй, капитан, — молила она. — Пожалуйста. Одри, лежащая на полу, попыталась приподняться на здоровой руке. Системы стабилизации работали без перебоев, строка за строкой вспыхивали подсказки, но протоколы всё ещё удерживали в трезвом уме. Её взгляд встретился со взглядом капитана. Беккер хотела крикнуть: «Не стреляй. Она просто боится.» Но вместо этого вырвалось: — Цель пытается скрыться. Необходимо ликвидировать угрозу. Капитан, стреляйте! Малек стиснул зубы. Он не мог стрелять. Лэйн не могла. И в этой застывшей точке, под дрожащей лампой, все трое выглядели одинаково сломанными. Лэйн достигла двери, потянулась к ручке, и вышла.

***

Малек нёс сладкую вату с видом мужчины, который пытается выглядеть серьёзно, но у которого в руках огромный пушистый сахарный ком. Одри шла рядом, сканируя каждый сантиметр пространства, засунув руки в карманы пиджака. Глаза двигались быстро: люди, дети, продавцы, пёстрые голограммы, шум аттракционов — всё стремительно стекалось в единый поток данных. Огромный голографический морской котик в цилиндре хлопал ластами, приглашая посетителей на «Тоннель смеха». Дети визжали, бегали, натыкались друг на друга. Одри никогда не видела стольких детей сразу. — Так много маленьких людей. И все такие громкие. Её процессор слегка увеличил тактовую частоту, пытаясь отфильтровать фоновые шумы. Малек заметил, как она замедлила шаг. — Тебя не устраивает шум? — спросил он. — Они… эмоционально хаотичны. — Это нормально. Это дети, — Малек оторвал комок ваты и засунул его в рот. — Они логикой не пользуются. Эмоции — их операционная система. — Хм. Нестабильная система, — заключила она. — О, ещё какая. Рядом уборщик андроид с квадратной улыбкой и выцветшей униформой, сметал окурки и пластиковые стаканчики огромной метлой. Мимо прошёл юноша лет пятнадцати, откусил мороженое, выдержал паузу, посмотрел роботу прямо в глаза — и демонстративно бросил остаток на пол. Джерри, так было написано на значке андроида, продолжил улыбаться. Спокойно поднял мороженое лопаткой. Помахал парню рукой, будто он сделал ему подарок. Малек возмутился: — Видала? Малолетний козёл. Они двигались дальше по широкому солнечному парку. Мимо проехал монорельс с детьми, которые махали руками. Малек слегка развеселился: — А покататься на чём-нибудь ты не хочешь? — он ткнул её локтем. — Хочешь на машинках? Бам-бам, врезаться в подростков? — Мы здесь по делу, капитан, — сказала она строго. — Да ладно тебе. Десять минут отдохнуть можно. Это называется досугом. Люди практикуют его регулярно. Он снова оторвал комок ваты и выдавил гримасу: — Приторная зараза… Кто это вообще ест? — Дети, — уточнила Одри. Они свернули к центральной части парка. На горизонте вырастало огромное колесо обозрения. Его кабины медленно вращались, отражая солнечные зайчики. Чуть левее — гигантская конструкция американских горок, металлические рельсы которой изгибались, как гигантский скелет. — Когда-то, — начал Малек. — Лет десять назад я был тут с братом. Он чуть не блеванул мне на ботинки. Хотя… я сам был близок, — он смущённо потёр шею. — Я эти штуки ненавижу. — Почему? — искренне заинтересовалась Одри. Малек приподнял брови. — Потому что мой мозг не любит, когда его кидает вверх-вниз с силой тысячи гравитаций. Потому что там шумно, и кажется, что ты сейчас умрёшь. Потому что это, чёрт побери, страшно. Одри остановилась. Резко. Слово «страшно» будто ударило по её внутренним цепям. Перед глазами вспыхнуло неоновое пятно. Ощущение Лэйн, которое та показала ей: ледяной панический импульс, дрожь, ощущение сжатия груди. Страх. Такой острый, что будто чужой, но теперь он плавно расплывался внутри Одри, затрагивая её собственные процессы. Она сделала шаг назад, словно пытаясь физически вытолкнуть это чувство. — Эй, — Малек подошёл ближе, пряча прядь её волос за ухо. — Одри? Ты чего? — Н… ничего. Малек прищурился — явно понял, что врёт. Беккер вытянула шею, посмотрела на металлический силуэт горок. Структуру. Высоту. Скорость. Она рассчитала количество перегрузок. Прогнала симуляцию, просчитала вероятные ощущения. И вдруг сказала: — Я хочу попробовать. Малек моргнул, доедая последний шар ваты. — На американские горки, — добавила она. — Я хочу понять… Малек пару секунд пытался подобрать слова, но лишь усмехнулся: — Отлично. Пойдём на горки, драгоценная. Только предупреждаю… если мне станет плохо, виновата будешь ты! И я на полном серьёзе!