Пепел и Кровь

С вершины скалы на Белль смотрели три пары красных глаз. Одна высоко, почти на самом гребне, где острые зубцы камней рвали предрассветное небо. Две другие — чуть ниже, по бокам, словно верные стражи, застывшие в полумраке. Самая высокая фигура медленно подняла руку и за её спиной возникли две маленькие круглые тени. Они сорвались с места стремительно, с пронзительным свистом рассекая холодный воздух, и понеслись прямо на ведьму. Сердце пропустило удар. Белль едва успела вскинуть руки, выплёскивая остатки маны в защитный барьер. Щит вспыхнул перед ней мерцающим пологом, и в ту же секунду две тени с глухим стуком врезались в него. От удара по куполу пробежала рябь, но он выстоял. Тени отскочили назад, закружились в воздухе, и тогда Белль разглядела в них кроликов. Но не обычные зверьки, а фамильяры с длинными, неестественно вытянутыми ушами и огромными алыми глазами, в которых горел не животный, а пугающе осмысленный огонь. Они захихикали и принялись кружить вокруг ведьмы, то приближаясь, то отскакивая, словно дразнили загнанную добычу, наслаждаясь её беспомощностью. А в это время их хозяйка начала спускаться. Она словно по воздуху, плавно обходя один выступ за другим. Каждый шаг был исполнен такой лёгкости, что казалось, она и вовсе не касается земли, а мягко стелется над ней. Когда женщина приблизилась, Белль смогла разглядеть её: высокая, с перламутровыми волосами, собранными в низкий, небрежный хвост. Пряди выбивались из причёски, обрамляя бледное, почти фарфоровое лицо. На ней было платье горничной, но сшитое из такой плотной, тёмной ткани, что та, казалось, впитывала в себя окружающий мрак. Она даже не взглянула на Белль — так, скользнула равнодушным взглядом, как на предмет интерьера, и сразу перевела его на Ликаона, всё ещё лежащего без сознания на холодных камнях. — Какое зверство... — голос раздался откуда-то сбоку, и Белль вздрогнула. Позади неё, словно из воздуха, материализовалась ещё одна девушка. Примерно ровесница ведьмы, с короткими чёрными волосами, которые падали на лицо ровными, аккуратно уложенными с одной стороны блестящей заколкой. Слишком богато для обычной прислуги. Она нагнулась, подхватила косу, валявшуюся неподалёку, и с лёгкостью, несоразмерной её хрупкому сложению, перекинула оружие через плечо. Потом поправила волосы, коротко зевнула, словно происходящее вокруг неё было делом самым обыденным, и только потом перевела взгляд на Белль. — Ах! Господин Ликаон! — раздался третий, более звонкий и испуганный голос. Последняя из троицы спешила вниз по скале, едва не спотыкаясь, но каким-то чудом удерживая равновесие. На вид ей было совсем немного лет — девочка-подросток с двумя хвостиками, перетянутыми чёрными лентами, и круглым от испуга лицом. Форма горничной сидела на ней так же непривычно, как на двух её спутницах, но если старшие носили свои наряды с холодной элегантностью, то эта выглядела в них скорее потерянным ребёнком, чем прислугой. Белль невольно задумалась: кому же служат эти необычные, пугающие своей уверенностью девушки? Мысль мелькнула и тут же погасла, вытесненная страхом. — Девочка, это ты сделала? — голос высокой горничной зазвучал тихо, но в этой тишине было больше угрозы, чем в любом крике. Воздух вокруг неё заискрил маленькими разрядами молний. Она точно была готова убить. Белль чувствовала это каждой клеткой. — А если я скажу, что не я... вы мне поверите? — спросила ведьма, с трудом сглотнув пересохшим горлом. Она потратила почти всю ману на исцеление Ликаона. То, что осталось, едва теплилось где-то в груди слабым угасающим огоньком. Щит ещё держался, но Белль знала: одного сильного удара хватит, чтобы он рассыпался. А бежать... куда бежать? Скала, обрыв, три хищницы, два боевых банбу, которые по-прежнему кружат вокруг, и ни единого шанса. Ситуация была хуже некуда. — Рина, я не чувствую её маны, — неожиданно отозвалась брюнетка. Она по-прежнему сверлила Белль взглядом, но в её голосе скользнуло что-то похожее на задумчивость. — Мне кажется, у неё бы не хватило сил на это. По её лицу трудно было понять: враг она или союзник? Глаза смотрели тяжело, не мигая, но в них не было той убийственной решимости, что пылала в высокой горничной. Впрочем, помощи от неё ждать тоже не приходилось. Атмосфера вокруг сгустилась настолько, что, казалось, её можно было резать ножом. — Корин, забирай пока господина Ликаона. Анастелла проводит. Мы с Эллен прибудем позже, как выполним задание. — С-слушаюсь! — голос девочки с хвостиками прозвучал едва слышно, но действовала она быстро. Подбежав к неподвижному телу волка-тирена, она с удивительной лёгкостью подхватила его на спину. Ликаон был огромен, выше её на две головы, шире в плечах, тяжелее, наверное, втрое, но Корин даже не пошатнулась. Её шаги были быстрыми, уверенными, словно за плечами у неё был не взрослый мужчина, а мешок с пухом. Рядом с ними полетел один из фамильяров, и вскоре они скрылись за поворотом тропы, растворившись среди хвойных деревьев. Белль сглотнула. Поразительная сила для такой хрупкой девчонки. — А теперь ты, — Рина, высокая горничная, дождалась, пока Корин исчезнет из виду, и медленно повернулась обратно к ведьме. Она сделала шаг вперёд, и искры на её пальцах вспыхнули ярче, рассыпаясь вокруг мелкими, шипящими змейками. Ещё шаг, и Белль ощутила, как воздух перед ней наливается тяжестью, давит на щит, заставляя его вибрировать. — Кому ты служишь? И тут в голове Белль что-то щёлкнуло. Её убили не сразу вовсе не потому, что хотели допросить или забрать к себе силой, а потому что увидели её одежду! Одежду высочайшего качества. Точное такого же, какое носят эти горничные. Возможно, у аристократов есть свои наёмники, прикрывающиеся ролью прислуги. И, судя по осторожному взгляду Рины, в Белль признали такого же слугу. Ведьма могла лишь обрадоваться тому, что разбирается в тканях, поскольку они с братом вели текстильный магазин в городе. Но... кого теперь она должна назвать? Ликаон, судя по первой реакции, явно не друг Хуго. Не будет ли ошибкой назвать имя маркиза?.. — ...Вивиан... Банши, — вложив побольше уверенности в свой голос, ответила Фаэтон. Рина на мгновение замерла и обменялась взглядом с брюнеткой, словно обдумывая происходящее. Отозвав своего фамильяра, высокая горничная отошла на несколько метров назад и перестала излучать враждебную ауру. Похоже, Вивиан действительно важная шишка среди аристократии, раз они отступили, только услышав её имя. — Так ты... Так Вы приглашённая почётная гостья из другого королевства? — поинтересовалась брюнетка. — Именно так. «Ого, уже на «Вы» обращаются?! Насколько же велико влияние Вивиан??? Надо спросить у Ясона при первой же возможности! — подумала ведьма. — Погодите-ка... Тогда какое положение занимает Хуго в Эриду, если его сестра столь сильна? Он точно простой маркиз?» Размышлять об этом она долго не смогла: вокруг потоки маны опять пришли в движение, а значит пространство снова поменяется. Горничные тоже заметно напряглись и вооружились. Небо над их головой потемнело ещё сильнее, словно до этого серые тучи не укрывали солнце. В разных местах образовались нестабильные разломы. Из одного из них вышли два фамильяра. Первым оказался банбу Ликаона, а вслед за ним гнался Робин, всячески пытаясь поймать первого. Похоже, они играли в догонялки. — Мажордом? — удивилась Рина и подхватила кролика, бросившегося к ней. Робин застыл, глядя одним единственным глазом на высокую фигуру. Как бы ему не хотелось поймать Мажордома, он всё же не может позволить себе лезть на «вражескую даму». — Робин! — подозвала его Белль, пытаясь хоть как-то разрядить ситуацию. Может, он поможет ей избежать этой неудобной встречи. — Э-на-не! (почётная гостья нашлась!) Подняв кролика на руки, ведьма подумала о том, почему он не говорит на человеческом языке. Не заболел ли за время разлуки? — Хорошо, теперь я верю, что Вы действительно прислуживаете леди Банши. Прошу меня простить за непочтительное отношение, — кланяясь, извинилась Рина. — Всё в порядке. В Проклятом Лесу трудно понять кто друг, а кто враг. Мы все в одной лодке, — с улыбкой ответила Белль, напоминая, что скверна порой может принимать облик людей и даже их магические способности. Подобная осторожность действительно имеет смысл. — Но что случилось с господином Ликаоном? — спросила Эллен. — Мы попались под руку Мясника, — виновато понурив голову, ответила Фаэтон. Перед глазами невольно всплыла картина его отсутствующих ног, от которой кожа покрылась мурашками. — Так он выжил. Рина отвернулась от ведьмы, подозвала акулу-тирена к себе и поклонилась в знак прощания. — В таком случае, на этом мы прощаемся. Необходимо сообщить Священному Совету ТОП о том, что Мясник ещё жив. Всего доброго, почётная гостья леди Банши! Они попрощались и разошлись в разные стороны. Убедившись, что Белль осталась наедине с Робином, она обратилась к нему тихо: — Ты видел Хуго? — Нет. Нас несколько раз переносило в разные зоны Тупикового Леса, но это первый раз, когда нам попались живые люди, — наконец заговорил фамильяр привычной человеческой речью. — Плохи наши дела. Полагаю, это Мясник вызывает колебания скверны. Пока он жив и буйствует, Лес продолжит искажаться. Так мы никогда не найдём друг друга. — И составлять карту тоже не имеет смысла. «Будь у меня побольше маны, я бы справилась. Но силы уже на исходе, а Мясник всё ещё рядом. Разумнее всего было бы оставить его здесь и...» — размышляла Белль, не отрывая взгляда от кролика. Очень хотелось воспользоваться возможностью и убежать из этого Проклятого Леса, но перед глазами снова и снова возникала кровавая картина Ликаона. Если она убежит... по её вине здесь будет ещё одна жертва. — Долг ведьмы — помогать путникам найти дорогу в Проклятом Лесу, — напомнила она сама себе старую клятву. — Робин, опиши места, где ты был. В общих чертах. Фаэтон опустилась на корточки, подхватила первую попавшуюся ветку и принялась рисовать на снегу круги, обозначая все территории, где они бывали. Хоть присутствие одного невероятно сильного эфириала и меняет всю структуру леса, она сохраняет некоторые черты. Как погода, например. Если в одной зоне всегда царит зима, а в другой ночь, то они останутся такими же, как бы не менялось местоположение деревьев и заброшенных зданий. Осталось только понять куда предположительно могут перенести разломы между этими зонами. — В первый раз мы очутились в сарае. За его пределами сплошной лес и пустота. — Угум, — прочертила Белль ещё один круг-зону с сараем выше зоны-башни. — Во второй раз мы оказались где-то в подземелье с лавовым озером. — Значит, этот лес рос вниз, а не вверх, как это бывает обычно. — Затем мы попали в заброшенную башню с часами. — Сделали круг, значит, ага... — она соединила две зоны стрелками. — И только после этого оказались здесь. — Предположительно, у нас три слоя леса, — завершив рисунок, пояснила Белль, тыкая в него палкой. — Первый самый обычный верхний слой, куда наёмники ходят на охоту, добывают ресурсы. Там же находятся заброшенные здания. Здесь, кроме Башенных часов, нет крупных строений. Второй слой — утерянная цивилизация, назовём это так. Здесь, кроме замков и катакомб ничего нет. Из-за того, что здесь обосновался Мясник, он может влиять на оба слоя снизу и сверху. И третий — низший слой, где лавовое озеро. Мы можем поискать Хуго в двух последних слоях. — Эти слои цикличны! — глядя на рисунок, сообразил Робин. — Верно. Вероятно, разломы из низшего слоя ведут прямо в самый верхний. Тогда, следуя этой логике, Хуго сейчас либо где-то на втором слое, либо уже на третьем. В лучшем случае мы встретимся уже на поверхности. А в худшем... найдём труп... Она решила заранее подготовить себя к потерям. Работая проводником для наёмников, ей уже доводилось видеть чужие смерти. Это уже обыденность... Только почему-то хотелось верить, что он жив. И ей не придётся хоронить ещё одну несчастную душу. — Я могу воспользоваться картами для поиска молодого господина, — вытаскивая из кармана пиджака колоду карт, предложил Робин. Белль кивнула ему и вместе с ним шагнула в первый попавшийся разлом. Перед глазами всё поплыло, но уже через секунду они оказались в тёмном помещении. Создав световой шар, ведьма оглянулась по сторонам и поняла, что оказались они на дне какой-то ямы, от которой невыносимо воняло. Вокруг лежало множество костей и лучше бы даже не пытаться узнать кому они принадлежат. — «Пропасть кармы», — пояснил фамильяр, осматриваясь вокруг. — Значит, здесь проводили казни неугодных. Такие методы сейчас всё реже используются. Наверное, этот замок уже очень давно пустует. Не меньше двадцати лет точно. — ...Информативно... — не оценила ведьма стараний Робина. — Хм? Я не чувствую разломов поблизости. Да и выбраться никак. Придётся самой открывать. Она сконцентрировалась на том, чтобы собрать всю скверну в округе в одну точку и представила как соединяет эту яму с другим местом поблизости. Разлом открылся не сразу, вероятно, из-за вмешательства Мясника, но всё же удалось. Прыгнув в него с кроликом, на этот раз они оказались на крыше старинного здания. Старинное здание встретило их ледяным ветром. Крыша уходила куда-то ввысь крутыми шпилями, а вокруг, насколько хватало глаз, тянулись бетонные плиты, столь привычные для особняков прошлого поколения. Где-то внизу сквозь туман еле виднелся город, а над головой разверзлось серое выцветшее небо, похожее на старое полотно. Белль сделала шаг вперёд, обернулась и замерла, почувствовав приближение чего-то сзади. Прямо перед её лицом, в сантиметре от правого глаза, сияло лезвие косы. Сверкнув остротой, оно источало такой холод, что ресницы ведьмы вмиг покрылись инеем. Ещё чуть-чуть и она ослепла бы навек. — Так это вы, — раздался знакомый, чуть хриплый голос, и лезвие исчезло так же внезапно, как и появилось. Хуго стоял перед ней, тяжело дыша. Его волосы, обычно аккуратно убранные, сейчас небрежно рассыпались по плечам, слипшиеся от пота и крови. Котта(средневековая одежда, похожая на тунику) была разорвана на груди, открывая неглубокие, ещё сочащиеся влагой царапины, а в серо-красных глазах плясал такой дикий огонь, что Белль невольно попятилась. Вокруг него, устилая крышу до самого края, лежали ядра эфириалов. Десятки, а может, и сотни — разного размера, от мелких, с кулак, до огромных, размером с человеческую голову. Судя по их количеству, здесь пали очень сильные твари. Такие, с кем даже отряд опытных наёмников не всегда справлялся. Видимо, всё это время он в одиночку сражался с ними. — Нашли... — только и смогла выдохнуть Белль, видя, что несмотря на длительный бой, маркиз всё же остался цел. И в этот миг силы покинули её окончательно. Словно кто-то перерезал невидимую нить, державшую её на грани. Усталость, боль, магическое истощение — всё, что она отгоняла, игнорировала, заталкивала в самый дальний угол сознания, обрушилось разом. Перед глазами всё поплыло, крыша под ногами закачалась, теряя устойчивость, а силуэт маркиза размылся. Последнее, что успела заметить Белль — это то, как Робин дёрнулся, пытаясь её поддержать, а Хуго недоумённо взирал на неё. А затем мир накренился окончательно, и Белль, не почувствовав даже удара о камни, провалилась в забытье...

***

POV Белль

Открыв глаза, я обнаружила себя в таверне Железного Жакоба. Рядом сидел Вайз, бурно обсуждая план экспедиции в Проклятый Лес с Хитрыми Зайцами. Суета других посетителей позади казалась белым шумом, но ощущалась очень умиротворяющей. Словно давно позабытая жизнь снова вернулась. Я и подумать не могла, что когда-нибудь эти беззаботные дни исчезнут так, словно их и не бывало. И хотя в поместье маркиза ко мне хорошо относятся, плен остаётся пленом. — Белль, что будешь? — между делом спрашивает брат, чтобы заказать еды. Раньше мы редко выбирались в город, поэтому не упускали возможности полакомиться чем-нибудь вкусным. Особенно сладостями. — Фруктовый пирог! И яблочный сидр! — с радостью озвучила я свои желания. Собственный голос показался мне непривычно бойким. Так было всегда?.. — Нет, тебе ещё рано пить сидр, — поглаживая меня по голове, отказал он. — Так я уже совершеннолетняя! Мне можно! — Тс-с-с! — напрягся Вайз, приложив указательный палец к губам. Я уже и забыла, что для других мне всего шестнадцать лет. — Охо-хо, так вот оно как? — сразу появилась между нами Николь, гадко смеясь. — Решила отказать всем потенциальным женихам? Не волнуйся, Беллочка! Мы, Хитрые Зайцы жизнь положим на то, чтобы защитить тебя от назойливых мужчин. Разумеется, не за бесплатно... — Нет-нет, так не годится. Николь, ты ещё прошлые долги не выплатила. — Босс, мы бы всё равно не смогли круглые сутки защищать ведьму. У нас ведь есть невыполненные длительные заказы, — присоединилась Энби к разговору. — Цыц! Нам необязательно всем вместе защищать её. Можем просто оставить Билли, а сами займёмся экспедициями! — Не потянешь, — решила я тоже вставить свои пять денни. — Я, может и кажусь слабой, но у меня тоже есть своя сила и цена. Да и брат отлично справляется со всеми ухажёрами. Вайз улыбнулся, почёсывая затылок, а я обошла стол, схватила Николь за ладони и попросила её: — Но я слышала, ты имеешь связи с аристократами. Если сможешь скрыть мой возраст от них, как и другую информацию, мы готовы списать тебе половину долга. Согласна? — Половина?! — удивился Билли и подбежал к главе гильдии, хватая её за плечи. — Босс! Это целая половина! Тут даже думать не о чём! — Верно, — присоединилась к нему и Энби. — Такую сумму мы в этой жизни ни за что не расплатим. Николь смотрела на подчинённых, сведя брови в переносице. Судя по её горящим глазам, она хотела получить выплаты у нас, а в итоге остаётся ни с чем. Грустно вздохнув, она соглашается и покидает таверну, бормоча про долги. Мы с братом остались за столиком, глядя на удаляющиеся спины остальных Хитрых Зайцев. — Уф, чуть было не попались, — выдохнул Вайз. С того момента, как я чаще стала выходить в нижний город, всё больше ухажёров заявлялись либо ко мне лично, либо в наш магазин. Вероятно, многие хотели получить доступ к нашему наследству, с которым нам помог Пастух, чтобы скрыть магическую деятельность. И, что менее вероятно, молодые парни просто искали себе пару. Вайза это очень злило и он каждый раз отказывал всем, ссылаясь на мой возраст. А после того, как мне исполнилось восемнадцать, продолжил врать. Только теперь уже аристократы присылали приглашения на балы и чаепития. Приходилось и им отказываясь, притворяясь невеждами. Страшнее было попасться дворянам, которые могли почувствовать нашу ману и передать суду Эриду. И хотя опасность всё ещё окружала нас со всех сторон, дышать тогда было легче и свободней. Стоило мне моргнуть, как картина перед глазами изменилась. Не было больше таверны, но всё ещё был брат рядом, а вокруг сплошной лес. — В этом нет твоей вины, Белль. Мой взгляд упал на землю, залитый кровью. Чье-то растерзанное тело лежало неподвижно. Судя по лежащим вокруг ядрам, эфириалов уже не осталось. — Наша задача — провести через проклятый Лес. Их жизни не на нашей совести, — продолжал говорить брат, укрывая мои глаза капюшоном, не позволяя и дальше смотреть на кровавое месиво. — Мы сделали всё, что могли. Он сам выбежал из-под щита. Его убила его жадность, а не наша неосторожность. Мы не всесильны, Белль. Помни об этом. Вспомнила. Это тот случай, когда мне не удалось защитить наёмника. Эфириалы оказались слишком сильными и мы ждали подмогу с заказчиками. Нужно было лишь немного подождать. Вайз подошёл вовремя с подкреплением и начал уничтожать одного монстра за другим. Только наёмник всё равно выбежал из-под моего щита и попал под удар магических снарядов и рассвирепевших эфириалов. Я тогда очень винила свою слабость и невнимательность. А брат очень долго пытался меня успокоить. И со временем смерти во время заданий уже не так сильно пугали. Я делала то, что было в моих силах. «Скучаю по брату», — обнимая его в ответ, подумала я. Обычно мы почти не обнимались. А сейчас его стало катастрофически не хватать. И будто бы назло, стоило мне моргнуть, как его фигура растворилась прямо на моих глазах, а вокруг остались лишь руины древней цивилизации. Над головой светилось что-то огромное и красное, подобно глазу, и взирал на меня. Голову резко пронзила острая боль. Вокруг стало невыносимо шумно: люди кричали, животные бежали, здания разрушались, а лес полыхал тёмным пламенем. — Белль! — услышала я незнакомый голос и обернулась. Это оказалась наставница, тело которой наполовину сгорело. Выглядела она ужасно, но всё равно продолжала тянуться ко мне. Я тоже протянула к ней руку и внезапно обнаружила, что собственная кисть кажется мне чужой. Она полыхала золотом, прожигая всё, чего касалась. — Остановись... — только и успела попросить Кэрол Арно прежде, чем её поглотил огонь. Всё начало рушиться с новой силой. А я будто перестала понимать — где явь, а где сон. Увиденное казалось таким нереальным... таким далёким. Словно всё это происходило не со мной. Не со мной?..

«Таково проклятие Богов!»

«За украденную силу неизбежно постигнет карма!»

«На вас лежит судьба всего мира!» Это были разные голоса, прозвучавшие прямо в голове, как последние отрывки давно забытых воспоминаний. Но все мои попытки ухватиться за них завершились ничем. Мир снова погружался во тьму, пока полностью не стих совсем.