Тёмный эльф

      

«— Голдстейн.

— Да, мистер Старк.

— Дай мощный бит, под который я буду бить лучшего друга».

      

Тони Старк «Железный человек»

             Утро встретило Гарри головной болью и шумом. Неудивительно, всю ночь ему снились лица друзей и так называемых родителей. Те плевались, кричали, смеялись над ним, говоря, что он ничтожество, недостойное жизни. Все они, смотрели на него с ненавистью, словно копили её на протяжении всей жизни. Ему хотелось кричать, молить их о прощении, но всё, что получалось - это стоять и смотреть на них беспомощным взглядом.              А в конце кошмара он увидел Дамблдора, смотрящего на него грустным взглядом, всем своим видом показывая: "Всё ради всеобщего блага, мой мальчик."              Резко открыв глаза Гарри понял, что за шум его разбудил: Рон, в свойственной ему манере, лежал на животе и, пуская слюни на подушку, храпел. Этот звук отвратительно звенел в ушах, испытывая терпение. Он только хотел разбудить его, как в голове появились образы ночного путешествия.               Гарри медленно сел на кровати и смотрел перед собой опухшими от ночных слёз глазами. В его голове то появлялись, то исчезали образы родных людей, их слова, эмоции. Он не был уверен, что всё это правда. Этого просто не могло быть. Не могли любимые люди говорить столь отвратительные вещи и желать ему смерти. Это явно какая-то ошибка. Может, Волдеморт так влияет на его сознание? Это его проделки? Он ведь делает всё, чтобы свести его с ума, сломать. Не может дотянуться до него физически, так ломает морально.              Да, это точно Волдеморт. Гарри задёрнул балдахин и уткнулся в подушку. Он улыбался, думая, что Волдеморт так играет с ним. Тихо, чтобы никого не разбудить, он давился рыданиями, в глубине души понимая, что даже у такого ублюдка не хватит фантазии на то, что он увидел вчера. Мальчик понимал это, но всеми силами отрицал.              Гарри замер, смотря на размытую от непролитых слёз красную ткань балдахина. Вдали слышался храп Рона, тихое посапывание Невилла. Бубнёж Симуса был едва различим. Поттер понятия не имел, сколько пролежал так, не смея пошевелиться. В чувство привёл его скулёж, который исходил от него же.              Испугавшись, что разбудит соседей, Гарри поставил заглушающее заклинание и сел, думая, что ему делать. Для начала ему необходим душ.              Горячая вода всегда помогала ему. Говорят, что именно холодная вода прочищает мысли, но после того, как дядя выгонял его в одной футболке и тонких штанах зимой на улицу, чтобы: «Успокоился, поганый мальчишка!», Гарри любил тепло. Но не в этот раз. Было плохо. В груди зарождались всхлипы, которые пытались вырваться наружу. Гарри не хотел... Вернее, боялся давать им волю. Каждое рыдание сопровождалось пощёчиной тёти Петуньи или кулаком дяди Вернона. Хорошо они его выдрессировали. Теперь когда можно – он не может. Хотя так хочется зарыдать в голос. Как ребёнку. Маленькому ребёнку, которому сделали так больно.              Может Гарри ошибся. И всё не так, как он думает? Может, сейчас Рон проснётся, широко зевнёт и улыбнётся ему сонной, ленивой улыбкой? А в гостиной будет ждать их умная Гермиона, смотря с укором на таких лентяев?              Может Гарри действительно ошибся?..              Быстро высушив тело заклинанием, он оделся и, глубоко вздохнув, прошёл к ребятам. Как оказалось, они уже не спали, а сладко потягивались, сбрасывая остатки сна. Дин уже заправлял кровать, неодобрительно смотря на Симуса, который даже не думал поправить сползшее на пол одеяло. Гарри постоянно казалось, что Дин – мамочка Симуса, которая поправляет ему передничек, чтобы тот не испачкался.              Рон, как Гарри и предполагал, сонно потягивался и широко зевал. Поттер замер, смотря на эту картину, зная, что Рон сейчас улыбнётся ему.               Вот Уизли потёр глаза и посмотрел на него. Но никакой улыбки не было. Тот просто смотрел на него, поджав губы, как-то недовольно. Возникло очень странное чувство.              Отмерев, Поттер выдавил из себя жалкую улыбку и тихо пожелал доброе утро.              - Как спалось, друг? – Неожиданно прозвучал вопрос Рона, когда Гарри заправлял кровать.              - Нормально. – Пожал плечами Гарри. – В этот раз кошмары не снились.               - Это хорошо. – Странно сказал Уизли. Он не стал заправлять кровать, а лишь сел и, кряхтя, начал натягивать брюки, которые ему явно были малы.              Гарри сглотнул ком в горле, так и не поворачиваясь к нему. Говоря себе, что недовольные нотки в голосе его лучшего друга на то, что ему не снились кошмары, лишь его воображение.              - Нам надо торопиться. – Постарался он успокоить свой голос. – Скоро завтрак              Рон охнул и быстро оделся.              - Давай быстрее!              В гостиной их ждала Гермиона, в очередной раз читая какую-то книгу. Приглядевшись, он увидел, что это была книга о магических существах, что очень странно. Грейнджер таким особо не увлекалась. Увидев их, она нахмурилась:              — Почему вы так долго? Я уже заждалась!              — Прости, Герми. Просто поздно проснулись, — стал оправдываться Гарри, виновато улыбаясь.              «Ну, хотя бы Гермиона всё также недовольна, что её прервали.» – Гарри знал, что она всегда злилась, когда её отрывали от чтения. Она была больше недовольна именно этим фактом, а не тем, что они поздно встали.              — Хорошо. Идемте, а то опоздаем, — чуть задрав голову, она пошла к двери. Гарри и Рон вышли вслед за ней.              По пути Гарри понял, что его смутило, когда он увидел Рона.              Тот ему никогда не улыбался.              ****              Войдя в Большой зал, Гарри оглушил шум галдящих учеников. Это было ужасно. У него итак голова побаливала, так ещё и окружающая обстановка не благоприятствовала хорошему самочувствию. Зал буквально был наполнен весёлыми студентами, которые галдели, смеялись и стучали столовыми приборами по тарелке. Гарри показалось, что он даже слышал скрип ножей, отчего хотелось плюнуть на всё и пойти на кухню. Вот только Гермиона и Рон точно увяжутся за ним, а учитывая возмущение Гермионы по поводу работы эльфов, это будет не завтрак. Скорее поучительные лекции на тему рабского труда. К тому же эльфы не слишком-то жаловали Грейнджер. Гарри даже не знал, как ей сказать, что её вязанные шапочки не помогут в освобождении эльфов. Не она же их хозяйка, в самом деле! Он только обидит её, чего очень не хотелось.              Сев за стол, Гарри опустил голову в тарелку, думая, что всё это нереально.              Не могли близкие ему люди так поступить с ним. Это же невозможно. Они столько пережили вместе. Сражались против самого Тёмного лорда, поддерживали друг друга. Не могло это быть ложью! Возможно, Гарри ошибся, не понял. Да может они говорили о ком-то другом. Или ему действительно всё приснилось!              Нет, нельзя делать поспешных выводов. Сначала Гарри понаблюдает. Посмотрит на своих друзей и убедится в ошибке.              Тут Гарри почувствовал на себе взгляд. Подняв голову он быстро оглядел зал и остановился на столе факультета Слизерин. Оттуда на него смотрели серые глаза, которые были полны презрения к нему.              "А чего ещё ожидать от Малфоя?" - Гарри не стал реагировать на взгляд и опять уткнулся в тарелку, не заметив, что лицо Малфоя покраснело, а глаза стали ещё более злыми, почти превратившись в маленькую щель. Казалось, его терпение скоро лопнет и он вскочит, чтобы проклясть Гарри.              Поттер не понимал, что ещё нужно этому парню от него. Гарри отказался от дружбы, это правда, но Малфой сам виноват! Если бы тот не вёл себя как высокомерный болван и не стал оскорблять его друга, то может что-то и получилось бы. А сейчас уже поздно.              — Гарри, ты меня слушаешь? - Послышался возмущённый голос Гермионы.              - Прости, Герм. - Отвлёкся от мыслей о Малфое Гарри. - Просто задумался.              ****              Поход в Хогсмит был в этот раз не особо радостным. Смотря на весёлые лица друзей Гарри не мог выкинуть из головы, что это было ложью. Большая его часть была уверена, что друзья никогда не предадут его, что они всегда будут вместе, и его грызло чувство вины за плохие мысли о них.              Но маленький червячок сомнения, совсем крохотный, который он отгонял от себя прочь видел несостыковки.               Поджатые губы Рона, когда Гарри что-то покупал? Так это не злость или зависть. Это лишь грусть, что тот не может себе это позволить. А взгляд? А что с ним не так? Рон всегда таким был. Или жалостливые вздохи или разговоры о какой-то безделушке, которая ему прям срочно нужна, но не хватает на неё? Ничего страшного, Гарри купит. «Прости, друг, не можешь оплатить мне сливочное пиво? А я тебе потом верну!» – и честный взгляд. Для друга не жалко.              «Гарри, зачем тебе эта книга? Она слишком трудная и скучная. Не бери её!». И Гарри послушно клал книгу по Артифакторике, стараясь не замечать её в сумке Гермионы. Приходилось брать то, что ему говорила Гермиона, чтобы не расстроить её.              Джинни тоже очень странно себя вела. Гарри всеми силами старался не смущаться, ибо её жесты и фразы заставляли чувствовать себя некомфортно. То она приспустит плечико кофточки, так, чтобы было видно красный бюстгальтер, то она наклонится так, что грудь вываливается из декольте и начнёт шептать Гарри какие-то глупости. Поттер не хотел этого замечать, но мысли сами собой приходили к выводу, что Джинни Уизли его соблазняет.              И как бы Гарри не гнал воспоминания о ночи, они всё равно проникали в его сознание, сопоставляя всё то, что ему не нравилось в её поведении.              Сейчас же они сидели в пабе «Три метлы» и вели непринуждённую беседу. Вернее, Рон и Гермиона громко разговаривали, спорили о какой-то ерунде, тем самым привлекая внимание недовольных посетителей. А Поттер тем временем старался не замечать пристальных взглядов Джинни и её откровенных поз.              И волей неволей прислушивался к чужим разговорам.              - Я б эту рыженькую... Смотри как смотрит. А формы то!              - Да ну, выглядит как замарашка... Видно, что за деньги только.              - А у тебя денег не хватит даже на неё. Придётся брать кредит у гоблинов.              И тут Гарри замер.              Вот оно!              Гоблины!              ****              Мысли о гоблинах не давали Гарри покоя.               Почему он не вспомнил о них раньше? Ведь в том разговоре они упоминались.              Что он знает о них? Все его визиты были не слишком - то радужные.              Стоп.              Какие визиты?               Гарри был у них всего раз, с Хагридом, перед первым курсом. А дальше? А дальше за него ходила Молли Уизли! У неё его ключ от сейфа. Но почему? Гарри не обращал на это внимание, так как полностью доверял Уизли. Молли и Артур были честными людьми и никогда бы не взяли лишнего. Ключ у них в безопасности, поэтому Гарри и не вспоминал о нём. Но теперь что? Как ему попасть в хранилище? Или это не требуется?              А действительно, зачем? Ему необходим Поверенный рода. Нужно лишь задать ему несколько вопросов и только. В сейф не нужно. Значит и ключ не нужен.              А теперь вопрос. Как туда попасть?              Камином не может, тот у Дамблдора. Аппарировать не умеет. Портключа нет. Ночной рыцарь здесь не ездит. На метле – он не знает дороги.              Вариантов нет?              Добби!              Гарри вздрогнул. Благо друзья не смотрели на него.              Как он мог забыть про эльфа? Теперь нужно как-то избавиться от друзей и связаться с Добби.              - Я сейчас приду. – Сказал Гарри, встав из-за стола.              - Ты куда? – Тут же поднялся Рон.              - Мне нужно отойти в уборную. – Как само собой разумеющееся сказал Гарри.              - Аа. – Кивнул Рон и перестал обращать на него внимание. А вот Гермиона нахмурилась. Она внимательно смотрела вслед Гарри, будто догадывалась, что, что-то не так.              Гарри, не оглядываясь, быстро шёл в уборную. Ему отчего-то стало совестно, что он скрывал от своих друзей. Но ведь тот разговор не давал ему покоя! Он всего лишь хотел убедиться, что неправильно всё понял и его друзья всё также верны ему. Но что насчёт людей, так похожих на его родителей? Гарри не знал.              Зайдя в кабинку, Гарри убедился, что рядом никого нет и поставил заглушающее.              - Добби! – Позвал он и прислушался.              - Гарри Поттер! – Тут же послышался писклявый и восторженный голос. Маленький лопоухий эльф блестящими глазами смотрел на своего героя. Он взволновано комкал подол своей одежды и глупо улыбался, словно девочка, увидевшая своего кумира. – Чего желает благородный... Гарри Поттер?              Эльф запнулся и задрожал. Гарри не понял, что произошло. Вместо восторженных глаз на него сейчас смотрели испуганные. Добби сжал в дрожащих руках тряпку, что называл одеждой и прижал большие уши к голове.               - Добби? Ты в порядке? – Гарри дотронулся до плеча эльфа и поразился дрожи, которая окутала его. Что же он такого сделал, что его дорогой домовик испугался?              Добби помахал головой так, что уши захлопали по голове. И вжал голову в плечи.              - Чего желает Гарри Поттер? – Повторил уже тише Добби.              Гарри пожевал губу. Его смутило поведение эльфа. Такого раньше не было.              - Мне нужно, чтобы в полночь ты перенёс меня в Гринготтс. И так, чтобы никто не узнал. Я выйду за антиаппарационный купол – Поттер решил, что разберётся со странным поведением эльфа позже.               - Слушаюсь, Гарри Поттер. – Закивал головой эльф и в ожидании уставился на Гарри. – Что-то ещё?              - Нет. Можешь идти.              Эльф тут же аппарировал.              А Гарри решил, что пора выходить. Не дай Мерлин, его друзья начнут ломиться в кабинку.                     ****                     Ночь наступила быстро. В раздумьях обо всём Гарри не заметил, как пролетело время. Быстро сделав домашнее задание, чтобы оставшееся время посвятить разгадыванию загадки «Что задумали его родные?», он посвятил остаток вечера разговору с друзьями, пытаясь узнать, в курсе ли они о планах Ордена Феникса.              И теперь, дождавшись пока все уснут, он приоткрыл балдахин и, накинув мантию-невидимку, тихо выскользнул из комнаты. Он аккуратно проскользнул через дверь с портретом Полной Дамы, стараясь её не потревожить.              — Кто там? Покажись! — Не получилось. Полная Дама всматривалась в темноту, пытаясь что-то разглядеть. Гарри порадовался, что Дамблдору пришлось оставить мантию, так как по его мнению это была память о его отце.              Он шёл по коридорам Хогвартса, с грустью вспоминая все события, которые произошли в этих стенах. Все те приключения, которые он пережил, благодаря Дамблдору и его друзьям. Любовь студентов, когда он в очередной раз ловил снитч или побеждал Тёмного лорда. Ненависть, когда что-то у него не получалось или кто-то решил пустить противный слух о нём.              Выйдя на улицу, Гарри отправился в лес. Гермиона как-то обмолвилась, что прочитала в книге «История Хогвартса», что там заканчивается антиаппарационные чары. Идти пришлось долго. Он даже хотел повернуть назад, сочтя всё это нелепым и стоит лишь спросить Рона и Гермиону. Но что-то ему подсказывало, что только так он может узнать правду.              Он вышел на поляну, окружённую разными цветами, он замер, улыбаясь. Было очень красиво. Воздух был тёплым, мягко трепал его волосы, словно лаская. Возникло мимолётное ощущение свободы. Он дал себе обещание, что обязательно вернётся сюда.              Вздрогнув, он очнулся, собираясь с мыслями.              - Добби!              Эльф тут же появился, словно уже ждал его. Взяв Гарри за руку, он с тихим хлопком аппарировал его, но даже не смотрел на него.              Однако, похоже их уже ждали.              «Наверно, это бравые Авроры, охраняют банк, чтобы я не зашёл туда.»              Гарри внимательно посмотрел на людей, на которых когда-то равнялся и чувствовал презрение, не свойственное ему. Вспомнился суд. Взрослые маги судили ребёнка из-за того, что тот защищался. Благо, Амелия Боунс ещё в здравом уме.              Тряхнув головой, он собрался с мыслями и вошёл в Гринготтс.              В холле работали гоблины, вытянувшись в два ряда. Каждый из них был занят своим трудом. Одни разглядывали драгоценные металлы, другие взвешивали горсти золотых монет. Все они внимательно выполняли свою работу. Но, когда Гарри снял мантию, бросили все свои дела и внимательно разглядывали его. Их немигающий взгляд напрягал. Они будто сканировали его.              Гарри подошёл к гоблину, сидевшему посередине банка, около стены. Тот внимательно наблюдал за ним весь путь.              — Пусть ваши сейфы будут полны золота, а враги — бьются в агонии. Доброй ночи, — Гарри похвалил себя за то, что ранее ему попалась на глаза книга по правилам поведения с различными существами. И эти слова словно впились в его мозг, так как в книге была живая картинка, последствий неуважений к гоблинам. Тот бедолага на крюках и с тараканами вместо глаз был словно... живой...              Эта фраза вызвала оскал и одобрительные кивки от остальных гоблинов. Очень мало магов, которые высказывают уважение к другим расам.              — Пусть золото пополняет ваши сейфы, а враги страдают. Добрый вечер, наследник Поттер. Чем могу помочь?              — Мне нужен Поверенный Рода Поттер.              — Подождите минуту.              Гоблин вышел за дверь, произнеся перед ней какие-то незнакомые ему слова и нажав на кристалл в центре двери.              Ждать пришлось недолго. Гоблины всё также неотрывно смотрели на него, совсем забыв о своих делах.              — Здравствуйте, наследник Поттер. Я Поверенный Рода Поттер, Златохват. Пройдемте за мной.              Гарри кивнул и последовал за ним. Гоблин передвигался быстро для своего невысокого роста. Шли они долго, постоянно поворачивая, спускаясь и поднимаясь по ступеням. Это чем-то напомнило Гарри его первый курс, когда он вместе с Хагридом спускались в его сейф. Кстати, не забыть спросить про ключ.              Как они дошли до резной дубовой двери, отделанной по краям драгоценными камнями, красиво переливающимися в свете факелов, Гарри не заметил. Гоблин усадил его в мягкое кресло и предложил ароматный чай. Гарри поблагодарил и взял чашку.              — Давно же я вас ждал, наследник Поттер. И сколько писем я вам отправил. - Гоблин неодобрительно смотрел на Поттера, доставая какие-то бумаги.               — Простите, уважаемый Златохват. Но мне не приходило никакого письма. Я узнал о нем по чистой случайности, — отставив чашку, сказал Гарри и рассказал все, о чем услышал в кабинете директора. Рассказ дался ему тяжело, особенно упоминание родителей. Хотя Гарри всё ещё сомневался в том, что это именно они. Отдельно он поинтересовался, что же имела ввиду Джинни, говоря о титуле.              - Такой способ действительно существует. - Гоблин на секунду задумался. - Чистокровный волшебник или волшебница, чей род не имеет титул лорда Магии, заключают магический брак с лордом или леди Магии. Затем проводят особый ритуал, по которому лорд Магии с согласия, неважно каким способом добытого, добровольно отдаёт свою магию другому волшебнику. Не титулованный род получает эту магию, а также звание лорда Магии.              - Но почему Уизли? - Не мог понять Гарри. - Можно же взять титулованный род, а наследница рода просто бы родила от меня.              - К счастью, это невозможно. - Гоблин покачал головой. - Ребёнок священен для рода. Магия строго покарает мать, оставившую своё дитя. А род навеки будет проклят, станет Предателем. Уизли же... - Златохват оскалился. - Уизли готовы на любые каверзы ради себя. Похоже, Дамблдор не объяснил, что они станут уже не Предателями, а Отверженными.              Гарри непонимающе смотрел на гоблина. Тот бросил неодобрительный взгляд на него, заставив юношу смутиться.              - Отверженный, наследник Поттер, - Златохват произносил это слово с неприязнью, - это низшая ступень магов даже для магических существ. Такие маги ниже грязнокровок. На Отверженных формируется ошейник, говорящий о его статусе. Их можно назвать рабами. Такими волшебниками может воспользоваться любой маг в любое время и в любом месте. И неважно для каких целей - тёмный ритуал, жертвоприношение, работа или для удовлетворения сексуальных потребностей.              Гарри чуть не подавился чаем. Звучало жестоко. Но не ему влиять на законы Магии. Благодаря Ей он является сильным, так что нужно уважать Её, принимать такой, какая Она есть.              - Это не жестоко, наследник Поттер. - Гоблин правильно растолковал его эмоции. Гарри потупил взгляд. Ему, выросшему в среде маглов это казалось жестоким, хоть он и принимал это. - Отверженные сами виноваты в этом. Они не чтили Её законов, оскорбляли Её, убивали Её детей. Но Магия благородна. Она даёт шанс на исправление грехов. Такие маги становятся Предателями крови. И Уизли одни из них. Но если Джиневра Уизли родит ребёнка и отдаст его другой семье, даже если это и будут родные, она нашлёт на свой род ошейник Отверженного. Лили и Джеймс Поттер вскоре, если не исправится, могут стать таковыми.              Гарри сглотнул вязкую слюну. Вот оно. Гоблин упомянул его родителей.              - Да, наследник Поттер. – Гоблин переплёл длинные пальцы. – Лили и Джеймс живы. Хотя вы и сами прекрасно об этом знаете.              - Но почему... – Гарри пытался успокоиться. – Никто мне об этом не сказал?               - Мы не вмешиваемся в дела магов, наследник Поттер. – Гоблин пристально посмотрел на Поттера. – Но отвечаем на вопросы.              - Что произошло? – Гарри смог справиться с эмоциями. Всё потом. Сначала он разберётся, всё узнает, избавится от всех проблем. Потом уже будет плакать. – Вы знаете, почему они меня оставили?              - Знаю. – Кивнул Златохват. – Джеймс Поттер никогда не думал, что древнейшая кровь народа, когда-то существовавшая в нашем мире и имеет с ними кровное родство проснётся в его сыне. А про Лили, которая родилась в мире маглов и говорить нечего.              Гарри ничего не понимал. О чем говорит гоблин?              - Вы сами сегодня всё узнаете. И, я уверен, примите верное решение. – Оскалился гоблин. – А пока давайте перейдём к другим вопросам.              Гарри вздрогнул и вспомнил ещё кое-что.              - Уважаемый Златохват, а что насчёт моего ключа? - Гарри внимательно смотрел на гоблина. - На первом курсе ключ был у Хагрида, лесничего Хогвартса. Но до сих пор мне его не передали.              - Ваши родители передали ему ключ. Затем ключ передали Молли Уизли. - Гоблин посмотрел на стену. - У вас есть доступ только в ученический сейф пока живы лорд и леди Поттер.              Гарри кивнул. Неудивительно, что они ограничили его финансы.              - А что насчёт Сириуса Блэка? – Гарри волновал этот вопрос.              - Сириус Блэк... – Гоблин неоднозначно пожал плечами. – Он всегда был сам себе на уме. Цеплялся за Джеймса Поттера, словно тот его старший брат. Всегда был ему верен. Но вот насчёт вас не могу сказать. Семья для Блэков самое важное, что может быть. Однако Сириус был феноменом. Бросил семью, ушёл к Поттерам. Так что верен он вам или нет не могу сказать. – Златохват развёл руками.              Гарри опустил голову. Похоже, у него никого не осталось.              - Но одно могу сказать точно. – Гарри поднял голову. – После Азкабана он всеми силами прорывался в банк, узнать, где вы и что с вами. Сотрудники утверждали, что он хотел взять опеку, но Дамблдор быстро остудил его.              Гарри приоткрыл рот. Капля надежды возникла в нём.              - И, если у вас не осталось вопросов, – Гарри покачал головой, – перейдём к главному. Дело в том, Гарри Поттер, что вы не человек.