Red Equals One

Сян Линь долго не отпускала их. То всучит кулек с сушеным мясом, то наклонится проверить шнурки, то вдруг неожиданно дернет ремень сумки и подтянет так, будто собирала родного сына в дальнюю командировку, оплаченную кем-то очень богатым. Вид у неё был уверенный, но в этом уверенном виде чувствовалась настойчивость хозяйки, которая знала порядок мира и не собиралась выпускать путников в свободное плавание без полной ревизии. Наконец они вырвались из её лап. Сян Линь проводила их с порога, размахивая рукой так, как машут пароходу на отдаляющемся рейде, одновременно крича внутрь ресторана, чтобы там не забыли про огонь. Паймон махнула в ответ, размахивая рукой с тем же азартом. Итер ограничился коротким кивком и шагнул на улицу, где город по прежнему крутился вокруг своей шумной оси. Торговцы выкладывали товар, дети тащили друг друга за рукава, кто-то спорил о цене на рыбу, старики на поребрике ругались из-за из-за погоды. Они ходили от лавки к лавке, спрашивали, видел ли кто девушку похожую на Итера. Бледная, светлая одежда, волосы золотые. Вежливые продавцы разводили руками, будто им каждый день описывают портреты пропавших людей. В других местах просто отмахивались, потому что чужаков тут было полно и память на чужие лица давно сдала позиции. Один старик уверял, что видел похожую неделю назад, но говорил он так, как говорят люди, которые хотят быть полезными, даже если ничего толком не знают. Постепенно ответы складывались в клубок из «без понятия», в котором Итер вскоре начал путаться и сам, теряя терпение. Пока они шли, он возвращался к словам Сян Линь про работников. Деваться им некуда, без Глаз, дешёвая рабочая сила. Слова эти цеплялись за мысли и не хотели отпускать, как липкая паутина. — Ты слышала, как она про них, — буркнул он, когда они отошли от особенно шумной площади. Там маг с Пиро Глазом показывал детям маленькое представление. Он щелкал пальцами, поднимая и гася огонь так легко, будто это были не языки пламени, а бумажные ленты. — Про кого? — Паймон жевала сушеное мясо, почти не глядя на него. — Про людей без стихий, — усмехнулся он. — Холопы, дешёвая рабочая сила, им деваться некуда. Ты правда думаешь, что она одна так считает? Паймон пожала плечами. — Ну она не совсем так сказала, ты немного преувеличиваешь. Да и тот же Дилюк вроде не беспокоится, есть у тебя сила или нет. Она продолжила прежде чем Итер успел вскинуться. — Сам подумай, если уж есть элементы, и не всем они достаются, то работу делать все равно надо. Но человек с Глазом может делать то, что простой не может. Например пойти в руины. И если уж они рискуют, то другое должны… — Я может тоже хочу пойти в руины и получить за это годовую зарплату обычного работника, что моет полы по двенадцать часов. — Паймон уверена, ты бы мог просто… — Да ни черта! Они все запечатаны за воротами, которые ни я, ни кто другой не откроет без Глаза. Если бы они были для всех, кто хочет испытать там счастье, то не ставили бы подобное на входе! Он говорил громче и громче. Вдалеке маг с Пиро снова поджег факел. Дети визжали. Пламя отражалось в глазах Итера, но он вздохнул и проглотил раздражение как кислый кусок старой ягоды. Каждый раз когда он видел избранных, ладонь чесалась лечь на рукоять меча. У владельца Глаза всегда есть выбор оставить человека под обломками, некоторые уже сделали такой выбор раньше, теперь для Итера все они — будущие убийцы, которые просто не решили чье сердце сейчас раздавить и чью жизнь сломать напополам. — Если бы могли, они бы прикончили друг друга ради ещё одного благословения, — пробормотал он. — Да ни задача, больше одного нельзя. Вот они наверное локти по ночам кусают. — Ты сам сейчас с Анемо ходишь, — заметила Паймон, бросив взгляд на его карман. — Как минимум, все вокруг так думают, может на тебя сейчас тоже кто-то смотрит и презирает. — Вот именно, — отрезал он. — И я уже себя ненавижу за это, но я обязан это носить, или мы загнёмся. Это не для выгоды. — Но это же и есть… — Не отставай. Они дошли до площади, куда зеваки доходили реже. Здесь будто просторнее было, хоть улица такая же. У доски объявлений стояла высокая стойка Гильдии искателей приключений. На стойке аккуратно лежали бланки, список поручений, рядом валялся карандаш, который выглядел как новый. За стойкой сидела девушка в форменной одежде. Осанка образцовая. Руки сложены на столе. Улыбка прямая, ровная, почти чертежная. Её глаза скользили по прохожим, но взгляд уходил дальше, за спины, не задерживаясь ни на ком. Пустота в этом взгляде была не грустная, а служебная. — Добро пожаловать в Гильдию искателей приключений, — сказала она, как только они подошли. — Меня зовут Катерина. Могу ли я вам помочь. Голос шел четко, без дрожи, без тени эмоций. Казалось, говори ей одно и то же десять часов подряд, она тебе эти десят часов будет отвечать, бровью не поведёт. Итер на секунду задержал взгляд. От серого неба отражались тусклые отсветы, которые делали её почти статуей. Он отогнал лишние мысли. В мире и без того хватает своего. — Гильдия дает задания искателям приключений, которые хотят заработать Мору и славу, — продолжала Катерина ровным, чуть механическим тоном. — Мы выдаем поручения разной сложности, от доставки товаров до исследования опасных руин. Новички всегда приветствуются. Итер чуть дернул плечом: — Мы тут не для Гильдии, — сказал он. — Я ищу свою сестру, а не деньги. Нас отправил сюда Дилюк Рагнвиндр, сказал может найдем полезные сведения. При упоминании фамилии голова Катерины едва заметно наклонилась. Улыбка осталась прежней, но в глубине глаз вдруг мелькнуло что-то, будто маленький механизм щёлкнул на новое положение. — Всегда можно совместить, — сказала она, не меняя тона. — Некоторые задания как раз могут оказаться у вас по пути. Понимаю, вам может показаться это тратой времени, но без лишней Моры будет нелегко двигаться дальше. Кроме того, совпадение. У меня есть письмо на имя Рагнвиндра. Его доставили утром. Мы не нашли подходящего курьера. Это может быть вашим первым заданием. Она наклонилась и открыла нижний ящик. Движение спокойное, она точно знает на ощупь каждый сантиметр этого стола. Из ящика она извлекла конверт из плотной бумаги. Печать ярко красная, чуть блестела. На лицевой стороне аккуратный почерк, фамилия без имени, ровная линия букв. –Если вы направитесь в Мондштадт, — продолжила Катерина. — Я была бы благодарна, если бы вы помогли его доставить. Если вы не заинтересованы в деньгах, то мы можем также предложить вам доступ к информации Гильдии, справочник Тейвата, связи, которые могут помочь в поисках вашей сестры. Итер посмотрел на конверт, потом на Паймон. Она уже подняла палец, будто собиралась заткнуть его заранее. — Мы как раз собирались туда вернуться, — произнесла она уверенно. — Правда, Итер? *** — Да мы только пришли, — процедил он, когда они отошли от стойки. Письмо уже лежало в сумке, будто прожигало ткань. — Только продвинулись, и теперь опять назад. Великолепный прогресс. — Дилюк нам очень помог, — напомнила Паймон. — Накормил, напоил, дал карту, ночлег. И вообще, может письмо как раз связано с Люмине. Это тоже может помочь. А здесь её никто не видел, ты же слышал сам. Он хотел возразить, но слов не нашлось. Она была права, что бесило сильнее всего. Город оказался чужим, пустым, как все предыдущие места, где они спрашивали про имя, которое никто в жизни не слышал. К вечеру стало понятно окончательно: искать тут нечего. Солнце ушло за гору, оставив узкую полосу серого света. Один за другим зажигались фонари, их теплые пятна ложились на воду, подсвечивая волну. Шум города не стихал, но внутри становилось холодно, как перед плохими новостями. Они двинулись обратно тем же путем. Во рту пересохло, хотя море было в двух шагах. Когда проходили мимо торговых лавок, большинство уже прикрытых, они неожиданно увидели Сян Линь. Она выносила из кухни ящик, внутри что-то тёмное, немного напоминающее подпорченные фрукты. При этом та шепотом ругалась, что вот разлили соус, целую партию фруктов забыли на складе, а товар из Сумеру стоит в три раза дороже простой муки. — Уходите уже? — спросила она, заметив их. Лицо сразу сменилось, будто она и забыла о своем раздражении. — Быстро вы. А у нас тут инвентаризация. Иногда думаешь, зачем я вообще ввязалась. Готовила бы себе что нибудь вкусненькое и на этом всё. Они коротко пересказали ей ситуацию с письмом. Сян Линь нахмурилась, потом кивнула, будто сложила в голове все детали. — Ладно, — сказала она. — Тогда что я могу предложить… Вам обратно в ночь, путь вроде короткий, но кто знает, что случиться может. Палатка нужна обязательно. Без нее сейчас не ходят, — Она ушла внутрь и через минуту вернулась с аккуратно сложенной тканью и небольшим мешочком. — Вот палатка, — сказала она и вложила ее в руки Итера. — Размер на одного, но не промокает. Паймон маленькая, так что поместитесь. Здесь веревка, пара колышков, немного трав, и еще одна порция сушеного мяса. Не спорь. Я все равно не заберу обратно. Ты мне кабана тогда вспугнул, так что ни на какие уговоры не поведусь. — Мы все равно его не поймали бы, — буркнула Паймон. — Это твоё мнение, — парировала Сян Линь. — Ладно, в путь. Будет свободный день, загляните. Она сказала это легко, но в глазах читалось беспокойство. Очень быстрое, но искреннее. Она быстро опомнилась, развернулась и вновь потащила ящик за ресторан. *** Они покинули город до полного наступления ночи. Дорога точно та же, что утром, тот же пейзаж. Людей почти не встречали. На пути попадались лишь редкие торговцы, которые спешили добраться домой до темноты. С каждым шагом становилось мрачнее. Последние фонари остались позади. Шелест травы звучал отчетливее, редкий крик ночной птицы вторил их движениям. Луна была, но светила так себе, пряталась за облаками, вылезала пятнами. На середине пути, когда деревья снова прижались к тропе, случилась неприятность. Спереди, у поворота, послышался шум, слишком грубый для зверя. Появились силуэты. Трое мужчин вышли из тени. Один держал нож, у другого в руках была дубина, у третьего цепь обвивала запястье. На поясах не видно камней, одежда грязная, лица злые. –Эй, путник, — сказал тот, что с ножом. — Сумка у тебя видно тяжелая, парень. Помощь нужна, не? Итер сделал шаг вперед, прикрывая Паймон. Мысль мелькнула мгновенно: без Глаз они. С такими шансы хоть какие-то остаются. — Спасибо, — коротко сказал он. — Я справлюсь. — Мы настаиваем, — ухмыльнулся второй, с дубиной. Он окинул Паймон липким взглядом. — Ночью по этим дорогам ходить опасно. Всякие гады водятся. Лучше с нами посиди, подружку твою согреем, — он показательно сжал свою ширинку, на что остальные заржали. — Мы пойдем, — сказала Паймон. Голос у нее дрогнул. Итер быстро оценил расстояние. Трое против двоих. Лес по краям. Света почти нет. Если рвануть, можно прорваться, но Паймон может не успеть. Да и неизвестно, что у них за тем поворотом. Не видно корней под ногами, споткнуться легко. — Бежим, — сказал он тихо. Он резко дернул Паймон за руку, и вместо прямого пути, потащил к склону справа. Земля там поднималась резко, но хватало камней и корней, чтобы за них цепляться. Воры заорали, тот что с дубиной матюкнулся. Итер не оглядывался. Позади слышался топот и хруст веток. Камни летели вниз, будто по ним катились мешки. Он карабкался чуть ли не на четвереньках. Земля была влажная, пальцы скользили, ладони быстро покрывались грязью. Паймон поднялась выше, помогала, но голос у нее трясся. — Они поднимаются, поднимаются! — просипела она. Справа нашлась узкая щель между деревьями. Итер втиснулся, бок зацепился за кору, но зато они исчезли из прямого обзора. Позади снова раздались ругательства, потом глухой удар. Еще один. Шум падения по камням прокатился вниз так тяжело, будто там валили бревна. Все упали вниз с приличной высоты, наверняка разбивая кости о выступы камней. Через пару минут всё затихло. Только их дыхание и лес. — Паймон ненавидит бандитов, — выкрикнула она и топнула ногой в воздухе. — Я тоже, — сказал он и осторожно выглянул из укрытия. Внизу на камнях виднелись темные следы, но сама шайка уже уходила, прихрамывая и держась за деревья. Теперь они с Паймон были выше обычной тропы, и идти пришлось через лес. Тёмный, тихий. Ветки цеплялись за одежду, корни постоянно попадались под ноги. Идти пришлось медленно, чтобы не переломать все ноги до утра. — Надо остановиться, — произнесла Паймон, когда они в третий раз вышли к одному и тому же стволу с ленточкой на коре. — Паймон уже не чувствует даже голода, настолько она устала. Он хотел спорить, но почувствовал, как ноги становятся ватными. Ночь была уже почти полной. Чуть светила луна сквозь просветы в кронах, но этого хватало только на то, чтобы видеть силуэты, да не более. — Ладно, — сказал он. — Давай здесь. Место было неровное, но два толстых дерева давали хоть какое то подобие стен. Он развернул палатку, которую дала Сян Линь. Ткань пахла дымом и специями, будто её хранили рядом с кухней. Руки дрожали, но движение шло на автомате. Колышки вошли в землю с тихим треском, веревки натянулись. Паймон рухнула внутрь без слов, обняла подушку, как будто это был сундук с сокровищами. — Разбуди, если на нас нападут, — пробормотала она. — Я постараюсь, — ответил он. Но сам он не лег. Внутри палатки было душно и тесно. Он сел у входа, положил карту на пол, попытался рассмотреть линии маршрутов, но без фонаря было бесполезно. Меч лежал рядом, и мысль убрать его подальше вызывала тревогу. Время тянулось вязко. Лес жил собственной жизнью, которая не похожа на дневную. Вдалеке кричали редкие ночные птицы, в какой то момент раздался громкий треск, наверняка от прыжка зверя. Листва шуршала, но звук отличался от привычного. Сначала он списал все на усталость. Нервы. Мозг ищет угрозу там, где она не нужна. Потом у самой палатки прозвучал короткий треск. Сначала еле слышимый, будто тлеющий уголек. Сухая листва отозвалась легким шорохом. Это можно было принять за ветер. Но дальше звук стал другим. Четче. Уже не шорох, а шаги. Легкие, осторожные. Они ходили вокруг, будто мерили круг. Слева, потом справа, потом за спиной. Иногда звук исчезал, но возвращался с другого края. Итер сжал рукоять меча так, что пальцы побелели. Он заставил себя дышать ровно. Не хватать воздух, не подрываться сразу. Внутри, за тканью, Паймон сопела, изредка всхлипывая во сне. Если он сейчас резко вскочит, сорвет навесную дверь, она проснется в панике. Шаги не спешили. В них не было прямой угрозы. Никто не рванул резко к входу, не дернул за веревку, не ударил по ткани. В какой то момент он ясно услышал, тихий голос, что словно протягивал мелодию, но настолько это было плавно, что это вполне мог быть ветер. Затем тишина. Потом лёгкий вдох. Совсем рядом. Как будто кто-то наклонился, чтобы прислушаться к его дыханию. Холод пробежал по спине, хотя секунду назад он обливался потом. Сердце оглушительно стучало в ушах, и ему казалось, что этот стук слышен и снаружи. Он хотел уже сорваться, вылететь наружу, рубануть хоть кого то, лишь бы прекратить это ожидание, но ело словно заклинило. И вдруг у входа в палатку, за навесом раздался уже знакомый голос. Тот самый, без выраженных эмоций, чуть ленивый, но в нём была стальная нота: — Я слышу твоё сердце отсюда, — шепнул голос. — Мы так твою спутницу разбудим. Ладонь сама дернулась к мечу сильнее. Снаружи между дверцей и стенкой палатки скользнули тонкие пальцы, нарочито медленно и грациозно его незнакомец потянул за нижний хвост узла, а затем тот что над ним и выше, потихоньку открывая проход. — Я отрежу тебе пальцы, — выдохнул Итер, когда накоец оттаял от страха. Рука остановилась и ускользнула назад наружу. Ткань палатки слегка шевельнулась от ветра, и теперь в большой шелк над ней он едва мог различить сидящего на корточках человека. Обе его руки расслаблено свисали с упора колен. — Порядком времене у тебя заняло, чтобы отреагировать, — продолжил голос, очень близко. — Стоит быстрее, никто не будет ждать пока ты соберёшься с мыслями, Итер, –Слова ложились спокойно, словно это обычный разговор в таверне. Но от того, что он не видел говорящего, все становилось хуже. Он не выдержал. Одной рукой придерживая меч, другой ухватил ткань, чтобы приподнять край и выглянуть. В ту же секунду из темноты выдвинулась рука. Пальцы легли на лоб и глаза, мягко, но крепко, полностью перекрыв обзор. Кожа теплая, запястье крепкое. От ладони пахло травами и металлом. — Сейчас рано, путешественник, — тихо произнес голос. — Встретимся при других обстоятельствах. Итер попытался отвести руку, но та не двинулась. Сила спокойная, уверенная. Он напрягся сильнее, но ничего не изменилось. Пальцы, которым он привык тягать тележки и землю лопатой, сейчас будто упирались в камень. — Откуда ты знаешь моё имя? — прошипел он, не сдаваясь. — Как давно ты за нами следишь?! Прежде, чем Итер успел бы разбудить всех вокруг своим криком, незнакомец закрыл ему рот поцелуем. Не глубокий, не страстный и грязный, а достаточно, чтобы заткнуть без насилия. Ладонь на глазах чуть дрогнула, как от тихого смешка. — С того момента, как вы показались на горизонте Тейвата, — ответил голос. — Вообще сначала заметил не тебя, но это уже детали. –Кто ты вообще такой?.. Он наклонился так близко, что дыхание коснулось уха. Шепнул имя коротко, будто поставил точку — Сяо. Рука немного сдвинулась. В поле зрения попала прядь черных волос, которых почти не видно в ночи. Другая рука тем временем медленно скользнула к карману Итера и вынула Глаз. Камень был темный, без искры. — По правилам я должен его забрать. Он погас, — спокойно сказал Сяо. — Но ты ведь не отдашь? Итер стиснул зубы, что и послужило ответом. — А что будет? Обидится местный Архонт? Ему до своих людей дел нет. Пальцы на глазах чуть сильнее прижались. — Меня этот пьяница не интересует, — сказал Сяо. — Но ты должен знать. Ты носишь пустой осколок. Он мертв. В нем нет Анемо. Пустая оболочка иногда вреднее активной силы. — Хочешь подраться за камень в оправе? На секунду Сяо будто улыбнулся. — Это был бы очень короткий бой, — ответил он. — Ты упертый. Но если тебе так нужен светящийся камень, то я с удовольствием поделюсь своим. Звучало двусмысленно. Не угроза и не обещание. Что-то среднее. Он хотел спросить, но в палатке зашуршала Паймон. Она перевернулась, пробормотала что то про крем на персиках. Ладонь на глазах чуть ослабла. — Не доверяй ей, Итер, — сказал Сяо тихо. — Ты не знаешь, откуда она появилась. Пальцы медленно скользнули вниз, на секунду он словно мог увидеть горящие гьазапрямо перед собой. — Скажи, что спал всю ночь. В следующее мгновение, как будто кто то щелкнул пальцами, все изменилось. Итер моргнул. Перед глазами было не полог палатки, а ночное небо, он до сих пор держал навес одной рукой. Коленями он упирался уже в холодную землю, даже не заметив, как вылез наружу так далеуо. Внутри слышалось мерное, чуть сиплое дыхание Паймон. Она спала. На земле возле его ладони лежало что то мерцающее… Анемо? Глаз светился, горел в темноте голубоватым огнём и словно пульсировал. На нем ни грязи, ни отпечатков крови, что были на том, что Итер подобрал. Он проверил карман, и впрямь, тот был пуст. А рядом с Гоазм лежал цветок. Тот же, что он видел у статуи Анемо, когда только пришел. Ветровая Астра, как упомянул Кея. Лепестки чуть светились в темноте, но уже не волшебным светом, а просто так, как белое светится в ночи, когда на него падает лунный свет. Он поднял камень. Он был таким же холодным, таким же тяжёлым, но явно наполненным жизнью. Он сжал его в руке и взмахнул второй ладонью, чтобы создать поток воздуха, но ничего не произошло. Паймон шевельнулась в палатке. — Итер, — пробормотала она сквозь сон. — Ты не храпишь, да? Хорошо. Он посмотрел на цветок, на Глаз, на темное небо. В голове все еще звенел тихий голос. Пока слишком рано. Он положил астру в карман, рядом с камнем. Пусть лежат вместе. Все равно спать ему в эту ночь уже не светило. Лес вокруг выглядел как обычный лес. Но мысль о том, что где то тут, на одной из веток, или на камне, или просто в тени, может сидеть кто то, кто знает его имя, его мысли лучше, чем он сам, никуда не делась. И от этого было не легче и не спокойнее.