ПРОЛОГ
11 ноября 2025 г., 10:56
Примечания:
Написаны только 11 глав. Когда мироздание даст мне сил и времени – напишу еще примерно десяток и завершу сей труд.
«Нам, Тринадцати Первым, забытыми всеми, предстоит стать не прошлым,
а будущим Кибертрона и всего Космоса»
Прима
*** – Предаконы? Серьезно? Бывшему лидеру Тринадцати не надо оборачиваться, чтобы понять, кто возник из портала за его спиной. Прима не слышал этот голос настолько давно, что уже потерял счет эпохам. В некоторых мирах расцвели и угасли цивилизации, высохли моря, а им с братом только сейчас довелось встретиться. А еще, Прима знает – Вектор Прайм нисколько не удивлён наличием кибертронского хищника в чужом небе. Что-то его даже веселит в этом открытии. Над морской гладью эхом разносятся крики других крылатых существ, дерзких, молодых. Планета, на которой выбрал поселиться Первый, хоть и находится в чужой галактике – полна энергоновых ресурсов. В лиловых светящихся волнах то и дело мелькают спины неизвестных кибер-организмов. Зверям есть на кого охотиться. – Полагаю, их три, – говорит Второй. – Взамен тех трёх дикарей, которым ты позволил сгореть на Кибертроне? Иной, допустивший бы подобное слишком вольное замечание по отношению к первенцу Праймуса, тут же лишился бы головного модуля. Но из уст Хранителя Времени простая и честная констатация этого факта приносит Приме странное облегчение. – Квинтус, когда еще был жив, воссоздал их по моей просьбе. Я – вырастил и отпустил охотиться. Они прогрессируют и скоро станут разумными. Их Раса будет сохранена, хотя бы для того, чтобы не оскорблять память Оникса. Вектор подходит ближе, прижимается лбом к спине Примы, разворачивает поля. За плечами старшего брата простой меч. Добротный, с высокой температурой плазмы в активной зоне, но кажущийся слишком ничтожным, по сравнению с ТЕМ, что находилось тут ранее. – Эоны лет не надеяться увидеть того, о котором Завет однажды оборвал все записи… И вдруг обнаружить тебя внутри кластерной разметки Матрицы, беседующего с Тринадцатым, в неизвестном доселе измерении. Живого... – С тех пор, как я увидел твой фантом, наблюдающий за мной – понял – рано или поздно ты отыщешь меня и в обычном мире. Они касаются друг друга неспешно, разлука была слишком долгой, энергоструктуры находят забытые узлы соединения, создают общее поле. Становится удивительно спокойно, словно неимоверно длинный путь завершился, словно все цели, все желания достигнуты в одночасье. Сегодня. Вектор смотрит на выпуклый бок трансгалактического корабля Примы, наполовину погруженного в море, присвистывает вентиляцией. – Хотел бы я знать, как тебе удалось завладеть древним титаном из параллельной вселенной, – усмехается он. Потом переводит взгляд на застывший над океаном Вихрь, простирающийся от кромки волн энерногового залива до нижней границы космоса. Силовые всплески в центре тороида неподвижны, даже не мерцают. Неимоверно растянутые кванты реальности и сингулярности заключают фотоны в ловушку, и они – будто замороженные клеточные срезы под микроскопом Квинтуса. –… Но еще более заманчивым для меня является вычисление величины темпорального сдвига при попытке войти в ЭТО и выйти… – в голосе Вектора, разглядывающего гигантский портал в Нулевую Сингулярность, слышатся нотки исследовательского вожделения. – Миллионы ворнов по общегалактическому времени – за цикл локального, там. – Приме лестно осознавать, что он сумел удивить Второго. – Пара моих вылазок – и местное солнце успело наполовину выгореть, сформировав гелиевое ядро. В третий раз я не рискнул задерживаться, чтобы не обнаружить себя в газовом остатке сверхновой. – И все же… – искушенный разум Вектора не так поражен, нежели его душа, – это ничтожная плата за то, чтобы вернуть себе утраченный свет. – И веру. – Ее – особенно… Прима берет руку Вектора, ободряюще похлопывает по массивной броне наруча. Уж кто-кто, а Первый Прайм знает главную занозу сомнений, засевшую в Искре Второго. – Мы с тобой слишком сильно любили Праймуса, брат, и всегда были ему верны. И поэтому мы ни на клик не прекращали выполнять его волю, даже когда думали, что оба скатились в ненависть и забвение. – Может, стоит отыскать всех остальных из Тринадцати? Я имею в виду, всех, кто жив и находится в обычном мире. Рассказать им? Прима смотрит в небо на чужой рисунок созвездий, ему сложно решиться на выполнение последней части своей миссии. – Ты же помнишь, – говорит он брату, – есть те, кто ни при каких обстоятельствах не будут мне рады... – Как знать, как знать… – загадочно отвечает Хранитель Времени. В его голосе чувствуются нотки созревшего плана. – Думаю, Первый, ты увлекся одиночеством. Я прибыл с целью его прервать, исследовать открытую тобой аномалию, но сначала – наговориться по душам. За эту вечность новостей накопилось изрядно. Может быть, выберем для общения более знакомое место? – Тропу? – оживляется Первый. – Ту, что ты создал на заре времен специально для наших бесед? – Я часто вспоминал ее в своих снах… Вектор молча обнимает Приму за пояс. Аккуратно отводит рукоять меча от своего лица, и Прима, улыбаясь, переставляет крепление оружия на предплечье – таково придуманное ими правило давней игры. Блики Клинков Времени, вертящихся в свободной ладони Вектора, напоминают огненные спицы диковинного колеса. Оба корпуса поднимаются вверх на антигравах. Открывается вид на полузатопленного титана. С каждым тысячелетием уровень океана все больше понижается, одна энерго-эра сменяет другую, живительный флюид, насыщающий эту планету, тоже путешествует между измерениями. Прежним остается только Вихрь. Врата Нулевой Сингулярности, связующие реальности всех вселенных, вход в обиталище тех, кем Приме с Вектором, да и всем остальным одиннадцати братьям – суждено стать… Резвящийся в небе зверь удивленно смотрит на взлетающих кибертронцев. Одной рукой Вектор Прайм крепко держит Приму, другой – разрывает ткань мироздания. _____________________________________________
