Вилки, ложки и ножи

— Прежде, чем мы отправимся в Канву, предлагаю самому страстному из нас произнести речь, — Энджин улыбается, глядя в сторону Делмона.       Занка надевает беруши, а Акира закрывает руками уши прежде, чем громила начинает орать напутствующие речи. Говорит-то он правильно, но зачем так громко… После пламенной речи все загрузились в машину, теснясь как только могли. Путь не далёкий и не самый безопасный, но ни один Рудо не вылетел в окно, когда в посыпались в одну сторону при крутом повороте. В отличии от каких-то злоумышленников, не понимающих, почему они не могут пройти в город, хотя ворота открыты, уборщики спокойно прошли внутрь и их взору предстала вся красота города искусства. Акира, как частый путешественник и соло рейд запретных территорий, повидала множество людей и некоторые помнили её, поэтому они обменивались короткими кивками. «Голова открутится», — пошутил Занка. — И человек, которого мы ищем… Упс, — из-за поворота выбегает девочка и сталкивается с Энджином. Такая малютка и на шаг бы не сдвинула эту глыбу, потому упала сама и расплакалась, — и-извини! — он поспешил исправиться, но девочка подскочила и в слезах убежала. — А Энджин довёл ребенка до слёз! — возгласила Рию, пристыжая старшего. Все покачали головами и цыкали, мол, как же так. Групповой подкол главного прошел успешно. — Бедняжка, наверное весь лоб отбила, врезаясь в этот камень, — тоскливым голосом добавила Акира, а вот серьезно она расчувствовалась или подключилась к подшучиванию известно только ей.       Он напряженно потер шею, думая, что же делать, пока не наткнулся на старейшину города и их пути с тем ребенком не пересеклись вновь. И вот тогда шуткам места не оказалось, ведь девочка была преемницей предыдущего дарителя. Того самого, что они видели недавно на праздновании по вступлению Рудо в отряд уборщиков, а сейчас его тело, ледяное и окоченевшее, покрытое пятнами от интоксикации испарениями, накрыто простыней, а девочка и прибывшие уборщики стоят вокруг тела с минутой молчания. — Я знаю цель вашего прибытия, Энджин, — говорил старейшина, — но боюсь, что вам придется подождать. Гоб был близким человеком для Ремлин… — Не беспокойтесь о нас, мы всё понимаем, — успокаивал его блондин.       Он огляделся, чтобы посмотреть на товарищей. Зная, что они тоже не в восторге от произошедшего, всё равно посмотрел: Рудо стоял с таким лицом, будто это именно он убил Гоба; Рию сопротивлялась грусти, будто это не в ее стиле и вообще никогда она никому не сочувствует, конечно; Акира, отведя взгляд куда-то в пол, обнимала себя, желая казаться меньше, испариться от того, какая тоска её пожирала изнутри; у Делмона лицо, говорящее, что он не простит никого, кто приложил руку к смерти Гоба, хоть та и наступила по его неаккуратности; остальные были менее эмоциональны, ведь данное событие не редкость в их мире, но от этого они не менее скорбят. — КОНЕЕЕЕЕЕЕЦ! — вдруг закричала девочка и, выхватив из рук старейшины джинки, убежала прочь, — КОНЕЦ ГРУСТИ!       Внезапному порыву удивились все, но вскоре раздуплились и пошли следом. Произнеся речь о том, что Гоба не хотел бы, чтобы они грустили, нарисовала граффити на крыше и баночки с краской взорвались фейерверками в небе. Акира словно истукан и ребенок, впервые увидевший что-то яркое, глядела на красочное представление. «Итак, это означает, что траур окончен?» — слова девушки могли прозвучать бесчеловечно, учитывая, что умер человек, но само действие Ремлин буквально говорило «нет печали». — Итак, значит нарисовать то, что защитит вас от смертельного ранения? — уточнила Ремлин, когда они вернулись в здание и зашли в одно из помещений с материалами для рисования. Первым на очереди был Рудо, далее Энджин. Помимо них присутствовала и Акира, хвостиком ходящая за напарником и мелкими, на которого она кидала косые взгляды. Других товарищей предстоит найти, поэтому пока разберутся с теми, кто сейчас находится здесь, однако… Старейшина давно ретировался, чтобы не мешать, а вот Рудо и Энджин всё еще стояли, скрестив руки на груди, не понимая, почему Акира и Ремлин на них пялятся, — эта девушка повоспитаннее вас будет.       Они непонимающе наклоняют голову в бок и пока Акира не скинула с плечей куртку уборщиков и демонстративно, стоя к парням лицом, расстегнула бегунок на боди, не понимали, что не так. Они сию же секундно отвернулись лицом в стену. Как и сказала Ремлин, Акира стояла отвернутая, занятая своими ногтями, пока парням на спине выводили узоры, а вот они не додумались, что Акира придется раздеться, чтобы оголить спину. — Было бы славно, если бы вы нашли остальных, а не ждали меня… Чего таблом щёлкаем? Руки в ноги и работать.       Сразу после, воспользовавшись тем, что они приехали в Канву, каждый разбрелся туда, куда ему было нужно, и только красноволосая одиночка осталась одна в большом городе… Ошейник запиликал. «Старикашка, почему меня все побросали? Вы гдееее?» — сразу же завыла Акира. «Тц…», — слышится в ответ, будто его ранили, — «называть меня так, когда сама не сильно младше…», — Энджин вздыхает, а на фоне слышится хихиканье, — «одна осталась, да? Потому и звоню, что знал. Мы с мальцом у машины, теляпай к нам», — и сбрасывает звонок, не принимая возражений. На радостных парах она побежала к воротам и перешла на неспешный шаг, как только приблизилась к ним — ну не будет же она показывать, как рада идти к Энджину, как только он позвал. — Волосы растрепались, бежала что ли? — пошутил Энджин. — Тебе кажется, — она подозрительно подняла бровь, мол, с чего ты вообще взял? И вот она переводит взгляд на Рудо, а он вдруг стрёмно заулыбался. Красноволосая сразу же напряглась, ожидая подставы и была готова доставать джинки. Энджин молчал, будто это в порядке вещей, — это еще что за хрень? — Ну… — Рудо не мог долго смотреть в глаза, и от улыбки щеки сводило, а взгляд собеседницы и вовсе излучал жажду убийства и навряд ли она собиралась погладить его по голове, — я хотел извиниться за то, что тогда наговорил гадостей. Вот.       После того, что он неловко выпалил, Энджин, подпирающий бок, довольный закивал, а вот Акира… Если бы у нее что-то было в руках, она бы всё пороняла, лицо с настороженности изменилось на недоумение и Акира сделала шаг в сторону от Рудо и, цепляясь за рукав Энджина, припала к его руке, будто нуждалась в защите. — Энджин, это что такое?!.. — она выпучила глаза, не часто увидишь её сбитой с толку, — почему он попросил прощения так, будто грех отмаливал прежде, чем умереть? Нет! Что хуже, он что, собирается меня под шумок убить, когда пойдем в запретную зону?!       Энджин рассмеялся, закрывая лицо рукой, а Рудо возмутился, мол, «почему это звучит, словно если я умру то пофиг, а если ты, то беда?». А Акира продолжала цепляться за мужчину, требуя ответа. — Нет же! — сквозь смех объяснял он, — Рудо пытается извинится за то, что нагрубил тебе, когда мы его нашли. Никто не собирается умирать или убивать. — А, да? — после объяснения она посмотрела на Рудо другим взглядом. Конечно, он выглядел словно говорил «хах, я знала, что ты сдашься», и читая это выражение лица, Рудо сам взъелся. Энджин вздыхает, потирая переносицу, — хорошенький такой, ясно-ясно, — улыбаясь, она трепала волосы мальчугана, а он возмущался, чтобы с ним не сюсюкались, как с ребенком. — Что ж, примирились, а теперь… — заговорщески произнёс Энджин, хлопнув в ладоши, и, обняв двух товарищей за плечи, подтолкнул к машине, — мы заедем в одно место, а потом за намордником Рудо! — после этих слов Акира оживилась и пулей заняла место рядом с водителем, — радуешься так, будто не уходишь к Августу как только заблагорассудится, — садясь за руль, он хлопнул дверью. — Эй! Я хотел поехать спереди! — возразил Рудо, уже садясь сзади. — Мал ты еще спереди ездить, — Энджин выгнул бровь, смотря на Акиру. Обзывается старикашкой, а когда нужно, говорит, что она взрослая, — это мое законное место! — Да, и с каких пор это твое законное место? — вопрошающе улыбнувшись, он закинул руку на спинку сиденья, чуть оборачиваясь. — С этих — я только что это придумала, — без капли стеснения серьезно ответила она, глядя прямо в глаза. — Сколько ты уже тут? Наверняка много раз ездила спереди! Давай меняться! — Вы двое… — Энджин начал закипать, но суета в салоне заглушала его. — Ну и что? Я сейчас посажу тебя к себе на коленки и… — Ты, села назад, — грубо указал Энджин подняв голос. Как по команде, Акира замолкла, а после и перелезла в салон. Рудо обрадовался победе, но не тут-то было, — оба. Остались сзади. Кто начнет ругаться — поедет в багажнике, — он смотрел на их хмурые лица через зеркало заднего вида и Акира повеселела, определенно намереваясь подремать в багажнике и никакое это не наказание, — а ты, Царапка, будешь ехать, держась за багажник. Гляди не отвалишься, — надула губы.       В тишине, он наконец втопил газ. Так и ехали молчком, пусть и надолго, пока Энджин не почувствовал колебания воздуха у шеи. Если бы не это, он бы не уловил момента, когда руки Акиры собирались схватить его за шею. — Кошка, я тебе на хвост наступлю. Хочешь аварии? — она тут же убрала руки и невинно смотрела в глаза отражению Энджина. Мужчина смотрит на Рудо, тот отводит взгляд, будто ничего не знал. Шутница отдавала себе отчет в том, что её грубая шутка могла стоить им жизни, но её нечастые острые, словно чили, шутки разбавляют бурду в голове, — разве можно так? Меня нужно ценить, любить и уважать. — А разве не любить, кормить и никогда не бросать? — С едой это к тебе, а бросишь ты меня навряд ли, кошка, — он хихикнул, задев струнку сердца девушки. И снова шутки за гранью дружбы. Его язык общения не флирт, но между ними явно пляшут черти и игривую сторону Акиры пробуждает именно этот мужчина.       Они вернулись на базу после того, как заехали на свалку, где Рудо набил свои карманы мусором. На порог выскочил Август, безумно крича о том, что намордник наконец-то готов. Он кричал, скакал и перебивал Семио. Он такой шумный. — Сколько вас знаю, всё ума не приложу, как ты можешь любить его компанию… — спрашивал Энджин, глядя на мастера. — Как думаешь, если ему что-то взбредет в голову, возможно ли отказаться и переубедить его? — Акира посмотрела на мужчину, что даже не раздумывая ответил «нет», — вот и мне нравится, когда меня оставляют без выбора и пытаются командовать, — оставив улыбку, она спокойно отошла к Аеше и Августу, слыша позади не то удивленное, не то понимающее мычание. Заигрывала ли она с ним, давая намёки или просто выпалила свои безумные фетиши…       Перед походом в запретную зону остаётся ночь. И именно сейчас Акире тревожно… Она включила свет в комнате, бродила из угла в угол, пошкрябывала ноготочком стену, погрузившись в мысли. Стены стали давить и Акира сменила дислокацию на холл. На диване почему-то лучше лежалось и, как следствие, спалось. Сны не снились, Акира в принципе редко их видела и её мысли не были заняты фантазиями, вот и сознание не рисовало радужных картинок. Может сон бы еще пришел, если бы Акиру не толкнули в плечо. Разлепив тяжёлые веки, она увидела рыжие волосы, свисающие с дивана. Задирая голову, видит спящую Рию, также свернувшуюся на диване рядом. Видать увидела подругу в холле и решила составить компанию, но чем именно она руководствовалась, делая это, трудно сказать. Навряд ли это Рию разбудила Акиру, треся за плечо — а может приснилось. Теперь красноволосая смотрит в сторону и видит возвышающегося за диваном Энджина в домашней одежде. Он вопросительно смотрит на этих двоих и по поводу сладко спящей Рию у него сомнений нет, а вот повадки Акиры ему также известны. Девушка снова сонно моргнула и, потирая глаз, посмотрела с таким возмущением, будто он ворвался в ее комнату — на самом деле спросонья она так и подумала. — Кошка, твоя территория на другом этаже, — как можно тише шепчет Энджин, — давай, пойдем, а то теснитесь тут вдвоём, — Акира аккуратно погладила младшую по голове. Энджин поманил её рукой и девушка тут же послушалась, не особо задумываясь. Мужчина обнял её за плечо и повёл в её комнату, — в последнее время чудишь. Чего у себя не спится? — Душно как-то было. А диван такой… — она зевнула, — удобный. — Только когти о него не точи, итак на последнем издыхании. — А ты чего не спишь? Как обычно где-то поблизости оказался. — Мы живём в одном здании, хоть оно и не маленькое, но было бы странно, не пересекись мы. Светает уже, иногда совсем рано стою, — он посмотрел вверх, будто там было небо. Они зашли в комнату девушки, кровать вся была разворочена, свет включен, совсем неэкономно, — не спиться, пошла бы в спортзал, — хихикнул он. — Чтобы я, как и ты, в двери не пролезала? — она согнула руки, показывая бицепс и играясь, будто очень широкая. — Ну-ну, не говори что тебе не нравятся эти малышки, — он согнул одну руку и похлопал другой по банкам, а Акира фыркнула, избегая ответа, — сколько ты тренировалась и сражалась, так и не накачалась, так что навряд ли ты дойдешь до такой массы, — он похлопал её по макушке. — Ох уж эти качки, — она принялась поправлять кровать, — не хочешь сыграть в карты?       Энджин поднял бровь, услышав неожиданное предложение. Карты? Сейчас? В предрассветный час, когда все нормальные люди либо спят, либо готовятся к адскому дню впереди? Ухмылка медленно поползла по его лицу. «Карты?» — переспросил он, делая вид, что задумался, — «а на что играем? На раздевание? Уж очень подозрительное время ты выбрала для азартных игр». Акира, уже расчистив место на одеяле, бросила на него уничтожающий взгляд, но кончики ее ушей снова, как это часто бывало в его присутствии, предательски порозовели. «На желания, идиот. Если боишься проиграть — так и скажи.» — О, я всегда рад побыть с тобой наедине, — он легко опустился на кровать напротив нее, их колени почти соприкоснулись, — Просто интересно, что ты задумала. — Правила простые, — начала Акира, раздавая карты, — проигрываешь раунд — отвечаешь на вопрос. Правду. Никаких «не знаю» или «не хочу говорить».       Энджин взял свою стопку карт, его взгляд скользнул по ней поверх карт. — Жестко. А если вопрос будет слишком… личным? — Тогда не проигрывай, — она бросила на него вызывающий взгляд, и в ее глазах вспыхнули искорки азарта. — Ну, давай, пытай. Готов к твоим допросам, — Энджин с напускной важностью устроился на краю кровати, скрестив ноги, — мои желания дорогого стоят. Готова расплачиваться?       Она не удостоила это ответом. Карты были старые, замусоленные, края потрепались от времени. Комната погрузилась в тишину, нарушаемую лишь шелестом колоды и мерцанием лампочки под потолком. Первый кон выиграла Акира. Она положила карты веером и посмотрела на него с вызовом. — Ну? — подался вперед Энджин, — какое мое наказание, госпожа? — Тебя не застать врасплох, поэтому расскажи что-нибудь… чего о тебе никто не знает, — выпалила она, поймав его игривый взгляд и тут же опустив свои на карты, — что-нибудь по-настоящему стыдное.       Энджин сдержанно рассмеялся, откинув голову. «Прямо с места в карьер? Ладно… В детстве, до того как стать крутым уборщиком, я панически боялся пауков. Однажды один заполз в мою обувь, и я с криком выпрыгнул в окно барака. С тех пор всегда трясу ботинки, даже если уже не боюсь их». Акира фыркнула, представляя себе юного Энджина, летящего с визгом из окна. «Мило. Не скажешь по твоей наглой роже.» — А твоя рожа, между прочим, когда улыбается, тоже вполне ничего, — парировал он, разглядывая ее, — жаль, показываешь это не часто. Я ведь даже никогда не видел, как ты плачешь! — он сменил позу, ноги затекли сидеть в одном положении. Они сидели так близко, что колени их почти соприкасались, и каждый нечаянный взгляд длился на секунду дольше, чем нужно. — Кого бы ты спас первым, если бы мы все тонули? — вопрос Акиры прозвучал тише, пока она выкладывала карты.       Энджин на мгновение задержал взгляд на ее губах. — Себя, — ответил он с кривой ухмылкой, — мертвый я никому не нужен. А потом, наверное, вытащил бы за шиворот тебя. Чтобы было кому зудить… Ладно-ладно, просто эффективнее спасти того, кто сможет помочь вытащить остальных. Так что прыткую тебя, которая наверняка сама выберется, или Занку с его джинки. — Тронуло, — она фыркнула, но щеки ее порозовели.       Чтобы победить и задать безумный вопрос, пришлось блефовать. Если с картами не выходит чисто смухлевать, то стоит сбить с толку, а в этом помогает… Смущение. Рука Акиры иногда невзначай ложилась на ногу Энджина и девушка невинно улыбалась, что-то говоря. Энджин атаковал фразами, заставляющими сердце девушки трепетать и вместо обдумывания хода заплетаться мыслями в его кокетстве. Они продолжали играть. Вопросы становились все более личными, границы — все более размытыми. — Ты когда-нибудь целовался с кем-то просто так, от скуки? — спросила она, выиграв еще один кон. — Вот это вопросы! Никогда не думал, что это тебя интересует! — Я слышала, что в подобных играх спрашивают что-то такое… Не то, чтобы интересовало, но разве не интереснее гасить другого вопросами? — ее предположение было полуправдой. Кончено же её интересует то, что касается этого мужчины напротив. Его ответ был мгновенным, а взгляд приковался к ее губам. — Я не из тех, кто разбрасывается поцелуями. Я предпочитаю… целенаправленные действия, — он невзначай провел большим пальцем по губам, смотря на девушку, — помню, как ты-таки напилась в баре с Рию и сказала, что хочешь напиться и переспать с кем-нибудь. Кошка, будь аккуратнее с желаниями. Если бы я не был тогда позади тебя, весь бар бы накинулся, а потом мы бы латали их дырки от вилки.       Акира почувствовала, как по ее шее разливается жар. Она сглотнула. Было дело от пьяного бреда…       Вновь вопрос от Энджина, что поддержал инициативу смущающих вопросов: «Что тебе во мне нравится?» — он приложил руку к лицу, красуясь. Он довольно игрив, что не в его стиле. Только Акира открывает рот, как её перебивают: «что-то кроме мышц. Это я уже знаю. Ты же не упускаешь момента их потрогать, пахабная кошка», — хоть речь и шла о его бицепсах и груди, взгляд упал на бедро, которого Акира недавно касалась. Она закатила глаза и недолго подумала: «ямочки. Они чудесные», — выпалила без капли сомнения, как факт. Все же Энджин ожидал, что этот вопрос заставит её поволноваться, но этого она вовсе не стесняется. Она из тех, кто открыто демонстрирует эмпатию и антипатию.       Следующий вопрос от Акиры. «Почему ты всегда подходишь именно ко мне», — выдохнула она, глядя на свои карты, — «когда тебе скучно?» Вопрос прозвучал не как колкость, а с искренним, едва уловимым любопытством. Энджин склонил голову набок, его пряди упали на лоб. «Потому что с тобой не скучно», — ответил он просто, как будто это было очевидно, — «с тобой либо смешно, либо страшно. Иногда и то, и другое сразу. Я не люблю проблемных людей, но твоя " проблемность» другая. Вокруг тебя не крутятся беды и ты не создаешь их, как некоторые люди, именно то, что и раздражает. У нас много забот, разве я могу отказать тебе в том, чтобы ты полюбовалась мной?» — Акира потянулась за вилкой и руку ее тут же перехватили, — «тихо-тихо, пылкая, а то проблемы будут у моего раненного твоей вилкой бока».       Игра закончилась на том, что в дверь Акиры постучали. Дверь открывает Рудо, заставший двоих взрослых за игрой в карты, а щеки девушки были красными, судя по всему, от злости. Её запястье с вилкой перехвачено забавляющимся Энджином. Рудо сделал вывод, что Энджин определенно ошибся в том, что Акира не головорез, чуть что хватающийся за оружие… Уже все просыпаются, заигрались они, пора сворачиваться. Энджин потянулся, с наслаждением хрустнув позвоночником и пошел к Рудо, остановившись в дверях: — И спи лучше в своей комнате. А то Рию жалко. Ты во сне еще и кусаешься, наверное. — Я сейчас ухо тебе откушу, старикашка, — ответила она и захлопнула за ним дверь.       Настало время идти на глобальную зачистку.

***

— Акира же была здесь до того, как вступила в уборщики? — спрашивает Занка, — эта местность тебе, наверное, знакома.       Мускул на лице дрогнул, вспоминая обстоятельства ее первого нахождения здесь. — Кроме бескрайней «пустыни» ничего не знакомо. В башню я не заходила, но прямо под ногами появился гигантский червь тут же проглотивший меня, но, к счастью, тогда у меня уже был джинки. Информация, которую мы за это время собрали, превышает то, что знаю я.       Словно в подтверждение её словам по земле пробежалась нарастающая вибрация. Уборщики насторожились, приготовились к бою и не зря. Запретные зоны славятся тем, что кишат мусорными тварями и ничуть не уступают тварями других зон. Однако на зачистку отправились профессионалы своего дело — исключая талантливого, но еще сопливого Рудо, — и окружи их десяток скорпионо-подобных монстров на каждого, много времени бы не ушло. Энджин касается песка, на деле являющийся пылью разлагаемого мусора, и предположил, что под ним располагается еще множество мусора, из которого и образуются монстры. — Из-за отсутствия ветра можно сжариться, а ночью продрогнуть насквозь, а из-за ветра появляются песчаные бури — в нашем случае пыльные. Как и в пустыне, здесь есть «зыбучие пески», — подобную информацию они уже знали, но Акира продублировала её, чтобы товарищи держали ухо в остро. — Ну и песка поднялось. Кажется после вылазки придется тёркой вычищать кожу, — отряхивая себя сказал Тамзи. Как один, все замолкли и посмотрели в сторону, где оседала пыль и прояснялся образ девушки, — у нас гости.       Когда всё внимание было обращено на неё, девушка с писком восторга задала риторический вопрос, не за ней ли все они пришли. Губы Акиры стянулись в ниточку от удивления — хоть их с Рию костюмы опошлены удобством, но выйти в одном белье и ночнушке уже перебор. А её ли они искали? Она стояла довольно далеко поэтому не слышала перешептываний и рассуждений команды, но Рию была не из робких. Махнув рукой она крикнула, спрашивая насущный вопрос, а девушка махнула в ответ, утвердительно отвечая. — Хорошо, конечно, что быстро нашли, но кричать не стоит, иначе мусорные твари… — девушка прервалась, когда все собирались подойти к незнакомке. Да знают они всё, но женское чутьё даёт о себе знать. Она схватила двух ближайших к ней людей, Энджина и Рию, за рукава, не позволяя идти дальше, тем самым и других заставив остановился, — слушайте, даже если она живёт здесь, она не могла бы выжить без маски. Иначе она вовсе не человек, — в её взгляде читалось недоверие, а также ей почему-то было не всё равно на её неглиже. Она не привыкла видеть голых людей, но и не возмущалась подобному, поэтому в её сознании диссонанс. — Может мне стоит с ней поговорить? Всего-то нужно поболтать и выведать инфу, — расслабленно спросила Рию, но подруга только одёрнула за рукав. — В таком случае стоило бы отправить Энджина, потому что он лучше нас адаптируется к любой ситуации. — Поэтому мы пойдём все вместе, — дополняет Энджин и, вырвав руку из недоверчивой хватки, перекинул ее за паникершу и подтолкнул вперёд, навстречу воодушевлённой девчонке. Глаз Акиры дёрнулся. Ну не хочет она контактировать с незнакомкой.