«Wonderland» AU Ninjago

Сознание вернулось ко мне волной тошноты и гулом в ушах. Первым, что я ощутил, был резкий, химический запах антисептика, смешанный с запахом озона. Он был чуждым, стерильным, выбивающимся из привычной палитры ароматов Нижних уровней — пыли, машинного масла и человеческого пота. Я попытался пошевелиться, но тело не слушалось. Руки и ноги были жестко зафиксированы мягкими, но неумолимыми ремнями к холодной поверхности. Я лежал на спине, уставившись в ослепительно белый потолок, от которого слезились глаза. "Морро..." Мысль пронзила мозг,острая, как игла. Они нашли меня. Значит ли это, что нашли и его? — Биометрические показатели стабилизировались. Неврологический ответ в норме. Можно начинать. Голос был спокойным, безэмоциональным, женским. Не механическим, как у гвардейцев, а живым, но лишенным каких-либо интонаций. Я повернул голову, насколько позволяли ремни. Помещение напоминало лазарет или лабораторию. Металлические шкафы с глянцевыми фасадами, мерцающие экраны с непонятными графиками. Ко мне подошла женщина в белом халате. За ней, у стены, стояли двое людей в гражданском — те самые со свалки. Их маскировка была бессмысленна здесь. Врач поднесла к моему лицу сканер. Луч света прошелся по моим зрачкам. — Вы нас слышите? — спросила она. Я сглотнул, пытаясь вернуть влагу пересохшему рту. —Где я? — мой голос прозвучал хрипло и чуждо. — В медицинском отсеке службы безопасности, — ответила женщина. — Вы были дезориентированы после задержания. Стандартная процедура. В этот момент дверь бесшумно отъехала в сторону. И в помещение вошла она. "Сора?..." Она была не в своем парадном голографическом облачении, а в строгом, идеально сидящем костюме цвета стали. Ее волосы были убраны в тугой пучок, подчеркивая резкие линии скул и холодную отстраненность во взгляде. Она была живым воплощением Администрации. "И моей сестрой..." Воздух застыл. Врач и охранники замерли, вытянувшись в почтительном молчании. Сора медленно подошла ко мне, ее каблуки отстукивали тихий, размеренный ритм по полированному полу. Ее глаза, такие же, как у меня, только лишенные всякой теплоты, изучали меня с холодным любопытством, будто я был сломанным механизмом. — Оставьте нас, — сказала она, и ее голос, такой знакомый и в то же время абсолютно чужой, прозвучал тихо, но с неоспоримой властью. Комната мгновенно опустела. Мы остались одни. Она посмотрела на планшет в своей руке, потом снова на меня. — Ну привет, Максим — произнесла она мое имя, и от этого звука по коже побежали мурашки. Я не ответил. Просто смотрел на нее, пытаясь найти в этом отполированном до блеска образе черты той девочки, с которой мы когда-то прятались в вентиляционных шахтах. — Твои документы - мастерски выполненная подделка, — констатировала она, откладывая планшет. — Но это не главное. Мы знаем о твоих замечательных способностях в сфере технологий. Честно сказать...я поражена. — Что ты хочешь, Сора? — выдохнул я, и голос мой дрогнул от смеси ненависти и боли. — Я хочу предложить тебе шанс, Максим Шанс вернуться. Перестать быть мусорщиком и скрываться в трущобах. Твои навыки бесценны. Ты можешь служить Администрации. Стать частью чего-то большего. Она говорила ровно, убедительно, как на своих голографических выступлениях. Но я видел. Видел пустоту за этими словами. — Служить? — я рассмеялся, и смех вышел горьким и надтреснутым. — Той системе, которая убила нашу маму? Сделала из тебя... это? — я кивнул в ее сторону. Ее лицо не дрогнуло. Ни единой морщинки. — Мама была... слишком иррациональном. Она цеплялась за отжившее прошлое. Я предлагаю тебе будущее. Безопасность. Или... — она сделала крошечную паузу, и в воздухе повисла невысказанная угроза, — ...ты можешь разделить ее участь. И твой отец Морро — тоже. — Наш отец. — подметил я. Я закрыл глаза, пытаясь отгородиться от этого кошмара. От ее ледяного спокойствия.ФАНФИК ПРО WONDERLAND Глава 2: Внезапная встреча Сознание вернулось ко мне волной тошноты и гулом в ушах. Первым, что я ощутил, был резкий, химический запах антисептика, смешанный с запахом озона. Он был чуждым, стерильным, выбивающимся из привычной палитры ароматов Нижних уровней — пыли, машинного масла и человеческого пота. Я попытался пошевелиться, но тело не слушалось. Руки и ноги были жестко зафиксированы мягкими, но неумолимыми ремнями к холодной поверхности. Я лежал на спине, уставившись в ослепительно белый потолок, от которого слезились глаза. "Морро..." Мысль пронзила мозг,острая, как игла. Они нашли меня. Значит ли это, что нашли и его? — Биометрические показатели стабилизировались. Неврологический ответ в норме. Можно начинать. Голос был спокойным, безэмоциональным, женским. Не механическим, как у гвардейцев, а живым, но лишенным каких-либо интонаций. Я повернул голову, насколько позволяли ремни. Помещение напоминало лазарет или лабораторию. Металлические шкафы с глянцевыми фасадами, мерцающие экраны с непонятными графиками. Ко мне подошла женщина в белом халате. За ней, у стены, стояли двое людей в гражданском — те самые со свалки. Их маскировка была бессмысленна здесь. Врач поднесла к моему лицу сканер. Луч света прошелся по моим зрачкам. — Вы нас слышите? — спросила она. Я сглотнул, пытаясь вернуть влагу пересохшему рту. —Где я? — мой голос прозвучал хрипло и чуждо. — В медицинском отсеке службы безопасности, — ответила женщина. — Вы были дезориентированы после задержания. Стандартная процедура. В этот момент дверь бесшумно отъехала в сторону. И в помещение вошла она. "Сора?..." Она была не в своем парадном голографическом облачении, а в строгом, идеально сидящем костюме цвета стали. Ее волосы были убраны в тугой пучок, подчеркивая резкие линии скул и холодную отстраненность во взгляде. Она была живым воплощением Администрации. "И моей сестрой..." Воздух застыл. Врач и охранники замерли, вытянувшись в почтительном молчании. Сора медленно подошла ко мне, ее каблуки отстукивали тихий, размеренный ритм по полированному полу. Ее глаза, такие же, как у меня, только лишенные всякой теплоты, изучали меня с холодным любопытством, будто я был сломанным механизмом. — Оставьте нас, — сказала она, и ее голос, такой знакомый и в то же время абсолютно чужой, прозвучал тихо, но с неоспоримой властью. Комната мгновенно опустела. Мы остались одни. Она посмотрела на планшет в своей руке, потом снова на меня. — Ну привет, Максим — произнесла она мое имя, и от этого звука по коже побежали мурашки. Я не ответил. Просто смотрел на нее, пытаясь найти в этом отполированном до блеска образе черты той девочки, с которой мы когда-то прятались в вентиляционных шахтах. — Твои документы - мастерски выполненная подделка, — констатировала она, откладывая планшет. — Но это не главное. Мы знаем о твоих замечательных способностях в сфере технологий. Честно сказать...я поражена. — Что ты хочешь, Сора? — выдохнул я, и голос мой дрогнул от смеси ненависти и боли. — Я хочу предложить тебе шанс, Максим Шанс вернуться. Перестать быть мусорщиком и скрываться в трущобах. Твои навыки бесценны. Ты можешь служить Администрации. Стать частью чего-то большего. Она говорила ровно, убедительно, как на своих голографических выступлениях. Но я видел. Видел пустоту за этими словами. — Служить? — я рассмеялся, и смех вышел горьким и надтреснутым. — Той системе, которая убила нашу маму? Сделала из тебя... это? — я кивнул в ее сторону. Ее лицо не дрогнуло. Ни единой морщинки. — Мама была... слишком иррациональном. Она цеплялась за отжившее прошлое. Я предлагаю тебе будущее. Безопасность. Или... — она сделала крошечную паузу, и в воздухе повисла невысказанная угроза, — ...ты можешь разделить ее участь. И твой отец Морро — тоже. — Наш отец. — подметил я. Я закрыл глаза, пытаясь отгородиться от этого кошмара. От ее ледяного спокойствия. От предательства, которое жгло изнутра. — Нет, — прошептал я. От предательства, которое жгло изнутра. — Нет, — прошептал я. — Жаль, — ее голос прозвучал почти с сожалением, но я знал — это была лишь очередная маска. — Твои принципы делают тебя ценным активом, но и... сложным. — Она повернулась к двери. — Доктор, продолжите процедуру сканирования. Мне нужна полная нейрокарта. Дверь открылась, и женщина в халате вернулась, держа в руках шлем с электродами. Они собирались залезть мне в голову. Паника ударила в виски. Я дернулся, но ремни впились в плоть. Холодные пальцы врача поправили мою голову. Шлем с мягким шипением начал опускаться. Я с силой дернул правую руку, чувствуя, как туго подается пряжка... но она не лопнула. Лишь больно впилась в запястье, оставив на коже кровавую ссадину. Я рванулся снова, изо всех сил, мышцы горели от напряжения, — но ремни были рассчитаны на кого-то посильнее. Холодные пальцы врача уверенно поправили мою голову. Шлем с мягким, неумолимым шипением опустился на меня. Иглы-электроды с легким уколом коснулись кожи черепа. Отчаяние, острое и леденящее, сменило панику. Оно разлилось по венам тяжелой свинцовой волной, парализуя сильнее ремней. Я выдохнул, и все напряжение разом ушло из тела. Я проиграл. Сора знала это с самого начала. Ее холодное спокойствие было не маской — это была уверенность хирурга, который уже держит скальпель над обезболенным пациентом. Я перестал дергаться. Просто уставился в ослепительно белый потолок, чувствуя, как по щеке медленно скатывается предательская слеза бессилия. Где-то на периферии сознания я ощущал легкое жужжание аппарата, мягкий щелчок, и... Тишина. Не та, что снаружи, а внутренняя. Тихая, покорная пустота. Я закрыл глаза, отрезанный от внешнего мира, запертый в собственной голове. Осталось только ждать. Ждать, что они найдут внутри меня. И что они сделают с этим — и со мной — потом. В ЭТО ВРЕМЯ "От лица Морро" Вентиляция в мастерской снова хрипела. Этот проклятый звук, похожий на предсмертный хрип старого человека, всегда выводил меня из себя. Обычно я мог починить что угодно — от плазменного резака до нейронного интерфейса, но эта дурацкая система кондиционирования была настоящим проклятием моего существования. "Как и многое другое в этом городе..." Я отложил паяльник и потянулся за банкой с синтетическим кофе. Взгляд упал на пустой рабочий стол напротив. Стол Неви. Внутри все сжалось. Он должен был вернуться три часа назад. "Не то чтобы это было чем-то из ряда вон выходящим. Свалка — место непредсказуемое, можно наткнуться на кладку редких микросхем и забыть о времени. Но не сегодня. Сегодня по всему сектору шныряли патрули. Не обычные дроны, а живые гвардейцы, с их мертвыми глазами и шокерами наготове. Я чувствовал это своими старыми костями — город был на взводе, будто перед грозой." Я поставил банку, не притронувшись к кофе. Комок тревоги в горле рос, мешая дышать. Я подошел к закопченному терминалу, вживленному в стену. Мои корявые пальцы, привыкшие к тонкой работе с электроникой, пролетали по клавишам с неожиданной дрожью. Активирую сканер неформальных каналов. Запрос: активность службы безопасности в Секторе Семь. Ключевые слова: задержание, инцидент, мусорщик. Терминал выдал поток шифрованного мусета — обрывки переговоров, данные с камер наблюдения низкого приоритета, слухи из чатов. Ничего конкретного. Ничего про Неви. Но тишина была красноречивее любых данных. Слишком тихо. Как будто кого-то выдернули из общего потока, не оставив и ряби. Я сменил тактику. Взломал питание одной из уличных камер неподалеку от свалки. Изображение было зернистым, но я узнал место. И людей. Двое в гражданском, но с выправкой големов Администрации. Они вели к черному транспорту без опознавательных знаков того, кто шел между ними с поникшей головой. Капюшон был надут, лица не разглядеть. Но в походке, в том, как он сутулился, угадывалось знакомое напряжение. "Отчаяние." Сердце упало куда-то в ботинки. Старая рана на ребре, оставшаяся от стычки с гвардейцами десять лет назад, заныла с новой силой. "Неви..." Они забрали его. Не просто за поддельные документы. За ним пришли целенаправленно. Перед глазами встало лицо его сестры. Соры. Холодной, отполированной марионетки, что теперь заправляла всем этим цирком. Она могла стоять за этим. Могла смотреть прямо в камеру, в которой я сейчас наблюдал за похищением ее брата, и не моргнуть глазом. Я отключил канал, в мастерской снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь хрипом вентиляции. Я посмотрел на свои руки. Руки механика. Они могли собрать и разобрать что угодно. Но как эти руки могли вырвать парня из стальных когтей целой системы? Я потянулся к самому дальнему ящику верстака, заваленному старыми платами. Отодвинул их. Под ними лежала не инструмент, а старый, потертый пистолет. Энергоячейка была почти пуста. Хватит, разве что, на пару выстрелов. "Он бесполезен против всего их арсенала, совершенно бесполезен." Но я не мог просто сидеть и ждать. Не мог смотреть, как система перемалывает еще одну жизнь. Я взял пистолет. Металл был холодным и шершавым, как воспоминания о том, каким был этот город раньше. Я сунул его за пояс и натянул потрепанную куртку. "Они забрали моего мальчика. Моего непутевого, упрямого, единственного сына." Я потушил свет в мастерской и вышел в кислотный запах Нижнего города, не оглядываясь. Мне нужно было найти старые контакты. Тех, кто еще помнил, что такое свобода, и был готов за нее умирать.